Magical World TVD/TO

— Черт побери, Дэймон! Что здесь опять происходит?! . — раздосадованный возглас Стефана раздался прямо под дверью спальни старшего из братьев Сальваторе, а уже через миг младший брат распахнул эту самую дверь и шагнул в комнату, недовольно оглядываясь вокруг, чтобы определить источник шума, потревоживший его послеполуденный покой. — Эй, ты не постучал! — возмутился действиям брата Дэймон и попытался прикрыть собою лежащую в его постели девушку, но, как бы он не старался, скрыть окровавленные простыни и алые лужи на полу у постели он не мог. — Я нарушил лишь одно правило, а ты не менее пяти, — брови Стефана сошлись на переносице, он шагнул еще ближе и, бесцеремонно схватив брата за предплечье, оттолкнул от девушки, которую Дэймон прикрывал собой. — Кто это, Дэймон? .. — Это? — старший Сальваторе улыбнулся чуть рассеянной улыбкой. — Кажется, ее зовут Ханна. Ханна Марин, так она назвалась. — И где же ты подцепил ее? — продолжал допрос Стефан, в его глазах застыла жалость, смешанная с некоторой брезгливостью, он не мог оторвать взгляда от жуткого Януса, подрагивающего в предсмертных конвульсиях в объятиях его брата. Одна половина лица девушки была изуродована самым мерзким из известных ему способов — Дэймон содрал с половины лица бедняжки кожу, снял половину скальпа и вырвал несчастной глаз, и все это кровавое месиво было на простынях и на нем самом. Тяжелый металлический запах крови терзал вампирские ноздри, маня и обещая насыщение, но Стефан сосредоточился на этом ужасном лице, на безобразной маске боли, на торчащих из глазницы нервах, на ошметках кожи, повисших на левой скуле, на склеившихся от крови и лимфы клоках золотистых волос, прилипших к освежеванному виску… — Сказать по-правде, она сама пришла, — сознался Дэймон, нежно погладив и пропустив между испачканными в кровь пальцами ту часть волос, которая еще держалась на черепе девушки. — Я обхаживал ее несколько недель, думал, все получится… Она мне нравилась, серьезно. Но все это бесполезно, брат. Отношения с людьми — не для меня. Они слишком хрупкие. — Избавься от тела, — приказал Стефан брату. — Мы же договаривались, никаких убийств в доме. И позаботься о том, чтобы никто не искал ее здесь. — Наведаюсь к ее матери и все улажу, — заверил Дэймон беспечно. — Ты знаком с ее матерью? — недоверчиво вскинул бровь Стефан. — Я же сказал, я думал, у нас все серьезно, — терпеливо отозвался Дэймон. — А сейчас — оставь нас, братец. Пока из моей малышки Ханны вышла еще не вся жизнь, есть еще пара вещей, которые я хотел бы с ней сделать. — Ради бога, не озвучивай только их для меня, — скривился Стефан и вышел прочь, на ходу прибавив: — И внуши ей не кричать так страшно. Она уничтожила мою блаженную сиесту. — Не будь таким ханжой, — хмыкнул Дэймон. Когда дверь за Стефаном закрылась, он склонился над умирающей девушкой и, ласково проведя пальцами по ее не изуродованной щеке, проворковал: — Ну что, солнышко, готова продолжить? Голубой глаз отчаянно вращался в целой глазнице, но крик застрял в горле и ни звука не сорвалось с искусанных вклочья губ. Ханна Марин умирала в страшных муках и в гробовой тишине — ведь Дэймон приказал ей молчать.