Magical World TVD/TO

#AU #Stetsia #От_Подписчика — Это неизбежно, Стефан, — Кетсия безумна, в этом нет сомнений. Стефан привязан к стулу веревками, пропитанными вербеной, и накачан ею же до полуобморочного состояния. У него только и осталось сил, что следить за ведьмой из-под тяжелых, набрякших век, да слабо шевелить губами в попытке заговорить. Впрочем, Кетсия пока что довольствуется монологом. Вряд ли ей вообще нужны ответы Стефана. Ведьма красива настолько же, насколько и безумна. Безгранично, да. Быть может, Стефан оценил бы этот парадокс, ощущай он себя сейчас чуть более живым. Но когда ты на волосок от смерти как-то сложно размышлять о высоком... — Ты был обречен с самого начала, — продолжает Кетсия свою длинную и пространственную речь. Стефан то и дело отключается, теряя нить разговора, но ведьма терпеливо повторяет для него сказанное, с помощью пощечин приводя его в чувства, а затем ласково треплет за подбородок. — Мое проклятье не оставило тебе выбора, понимаешь? Двойники всего лишь марионетки в игре, которую ведет вселенная моими руками. Никакой свободы выбора. Никаких шансов избежать предначертанного. Стефан тяжело сглатывает. По смуглым щекам ведьмы струятся слезы. Она ненавидит свое проклятие гораздо сильнее, чем упивается им. И это еще один парадокс. Вот только ее проклятие не сработало. Не с ним. Он бросил бы ей это в лицо, если бы смог разлепить губы. Может быть, тогда она пришла бы в ярость и убила бы его сию же секунду. Это предпочтительнее, чем вербеновая лихорадка. — Я вижу, как непокорно вспыхнули твои глаза, — Кетсия садится к нему на колени, обвивает шею вампира руками и прижимается щекой к его щеке, словно любовница. Ее голос падает до шепота. — Я знаю, ты веришь, что победил проклятие. Ты не остался с Кэтрин и смог пережить уход Елены. Ты думаешь, что ты сильнее вселенной и сильнее меня. Но это не так, Стефан. Мой милый, мой прекрасный Стефан, ты просто не понимаешь одной вещи. Ни Кэтрин, ни Елена не были ТВОИМИ двойниками. Кэтрин стала вампиром и сбила привычный ход вещей. Ты тоже стал своеобразной ошибкой, но я все исправлю... Все исправлю, милый. И ты, и Кэтрин, и Елена, все вы должны умереть. Тогда баланс отражений будет восстановлен, и каждый из двойников получит то, что ему полагается. Истинную любовь, - ведьма произнесла последние слова, задыхаясь от душивших ее слез то ли ярости, то ли горечи. Стефан мог бы испытывать сейчас жалость к ней, если бы ему не было так мучительно больно. Но боль затмевала всякий проблеск гуманизма. Смерть, значит смерть. Ни к чему проволочки. — Знаешь, что утешает меня во всей этой истории? — Кетсия отстраняется, все еще обнимая Стефана за шею, и смотрит в его измученное лицо. Глаза ведьмы вспыхивают огнем сумасшествия такого древнего и такого глубокого, что это кажется невероятным. — Вселенная сводит двойников, и они стремятся друг к другу сквозь все преграды и тернии, но фокус в том, что их истинная любовь никогда не длится достаточно долго. Потому что этот ублюдок Сайлос никогда не любил Амару настолько, чтобы желать провести с ней вечность. Их истинная любовь - пустышка. И то, что он разбил мне сердце, компенсируется тем, что двойники Амары раз за разом обречены страдать гораздо сильнее, чем я. Их агония растянется действительно на целую вечность. — Тогда какой смысл убивать меня, если я все равно уже не с Еленой? — прошелестел Стефан едва слышно, но Кетсия услышала его. Ее кошачьи глаза вспыхнули снова, и она пояснила: — Это ведь не ты бросил ее, а она ушла от тебя. Она не страдает. Но я все исправлю. Люблю, когда все идет своим чередом. Рассмеявшись с предвкушением, ведьма изогнулась в спине, чтобы оставить на губах вампира легкий поцелуй, а затем, все так же смеясь, вырвала его сердце из груди. Вселенная сводит двойников. Как это все-таки забавно!