Никогда. Стетрин. TVD.
20 октября 2015 г., 23:33
— Ты никогда не посмотришь на меня так же, как смотришь на Елену, — с горечью произносит Кэтрин и видит, как едва заметно, но нервно дергается у Стефана щека. — Ведь я права?
— Оставь это, Кэтрин, — перехватывая ее руку за запястье, Стефан не позволяет Катерине погладить себя по скуле. — Давить на жалость тебе не к лицу.
— Я и не пытаюсь, — отзывается Пирс, в ее шоколадных глазах блестят, кажется, неподдельные слезы. — Как странно все повернулось... Я здесь только ради тебя, но ты не веришь ни одному моему слову и не желаешь меня знать.
— Это только твоя вина, — глухо отвечает Стефан, отводя взгляд. — Ты лицемерка и лгунья. Если я когда-то и испытывал к тебе какие-то чувства, то ты сама же их и уничтожила. Больше мне нечего тебе сказать. Уходи, Кэтрин. Уходи, и на этот раз навсегда. Я не ждал твоего возвращения.
— Не могу поверить, что ты говоришь мне это, — лихорадочно блуждая взглядом по лицу Стефана, Кэтрин не находит в нем ни капли сочувствия.
Он бесстрастен и холоден, как холодны и его пальцы, все еще сжимающие ее запястье.
— Странно, что для твоего понимания не доступно то, что для меня элементарно. Предатели не имеют права ждать любви от тех, кого они предали, — Стефан, наконец, выпускает ее запястье, и у Кэтрин болезненно сжимается сердце при виде его презрительно искривленных губ.
— Но я никогда не предавала тебя, — возражает она с надрывом. — Я всегда любила лишь тебя одного!
— Да, и именно поэтому спала не только со мной, но и с моим братом, — взгляд Стефана колюч и неумолим.
Кэтрин не смеет возражать, да и что тут скажешь?
Она и сама не понимала порой мотивов своих поступков, просто со временем научилась не сожалеть о них. Ее вампирская сущность была слишком падкой на пороки, и, увы, всегда побеждала свою человеческую половину. Стефан никогда не поймет, что с ним она была искренна. Никогда не поверит в то, что она готова умереть за него.
И что же ей теперь делать?..
— Уходи, — повторяет Стефан уже не просто властно, но и грубо.
— Все из-за Елены?.. — Кэтрин делает последнюю попытку, не в силах отступить так просто, и внезапно ощущает, как ее щеку обжигает пощечина.
Стефан ударил ее!
— Никогда не смей сравнивать себя с Еленой, дрянь. Ты и мизинца ее не стоишь. — бросив эти не менее хлесткие, чем сама пощечина, слова ей в лицо, Стефан вышел прочь из кабинета.
И ей больше не оставалось ничего, как сделать то, что он велел — уйти...
