ГЛАВА 1.
2 августа 2015 г., 20:12
_____________________________________________
З Е Л Ь Е • Н Е • З А Д А Л О С Ь…
_____________________________________________
— Что ж, а сейчас, я думаю, всем нужно хорошенечко поспать! — закончил свою речь профессор Дамблдор. Ученики стали медленно расходиться по своим гостиным. Рон еле встал из-за стола. — Н-да… — протянул он. — В этом году эльфы явно перестарались. Ик! Ой… — Рон, — закатив глаза, цокнула Гермиона. — Зачем же так наедаться? — Она встала из-за стола и отправилась к толпе, выходящей из Большого зала. — Гермиона, тебе что, жалко? — Рон немного возмутился упрёками подруги, вставая следом. — Нет. Но ты знаешь, что бывает от переедания? — через плечо вопросила Грейнджер. — Это можно обсудить и завтра, — зевнув, вставил Гарри. — Правда, Гермиона, если Рона и вырвет, то ты этого не увидишь. — Не смешно, Гарри, — упрекнула та, немного смешавшись из-за слов друга. — Сам ещё вспомнишь меня, когда будешь слушать ночью его стоны из-за боли в животе. Надо же додуматься запихнуть в себя рыбу, а потом мороженое… — А что такого? — запротестовал Уизли. — Скоро узнаешь… — голосом, полным упрёков, ответила Гермиона. — Ладно, догоните. Первокурсники, за мной! Гарри с Роном переглянулись, пожали плечами, а потом пошли за Гермионой в гриффиндорскую гостиную.***
— И всё же, Рон, пока не поздно, сходи к мадам Помфри, — настояла Гермиона. — Спокойной ночи. Она стала подниматься в спальни девочек. — Ага, — буркнул Рон и пошел с Гарри в спальни мальчиков.***
В комнате мальчиков ничего за лето не поменялось. Гарри встал у своей любимой кровати с балдахином. Симус и Дин обсуждали будущий учебный год, сопровождая свои слова бурной жестикуляцией, а Невилл что-то искал под кроватью. — И чего она пристала? — Рон сел на свою кровать и принялся снимать ботинки. — Она волнуется за тебя, — ответил Гарри, доставая пижаму из чемодана. — Разве не видно? — Слишком уж… сильно. Нет, я не хочу сказать, что это плохо, — тут же добавил Уизли под пристальным взглядом друга, мол, неблагодарный. — Просто иногда её забота слишком раздражает. — Никто не видел мою палочку? — спросил Невилл, вылезая из-под кровати. — Нет, — ответил Симус. — А ты в чемодане смотрел? — Да, — расстроенно выдохнул Невилл. — Бабушка меня убьёт… — И возобновил поиски под кроватью. — Так вот… — продолжил Рон, обращая свой взгляд обратно на Гарри. — Может, ей как-то намекнуть про излишнюю заботу? — Рон, а тебе не кажется, что Гермиона права? — спросил Поттер и сел на свою кровать. — С чего это? — возмутился Рон. — Ну, да. Я, правда, слегка переел. И что? — Вот именно! — устало выдохнул Гарри. — Вы разводите проблему на пустом месте, чуть ли не превращая ее в ссору! Я не всегда буду рядом, чтобы быстро устранить конфликт. Так что уж будь объективен… — Я и так объективен, — буркнул Уизли и залез в постель. — Ладно. Спокойной ночи! — громко сказал Гарри, поворачиваясь на другой бок. — Ага, спокойной, Гарри! — выкрикнули в ответ Симус, Дин и Невилл. — Да, и ещё… — Поттер уже снял очки. — Невилл, попробуй призывное заклинание. — Спасибо, Гарри.***
— Упёртый баран! — рассерженно буркнула Гермиона, одевая пижаму. — Кто? — невинно спросила Лаванда, сидя на кровати и следя за действиями однокурсницы. — Никто, — отрезала Грейнджер и стала расправлять постель. Лаванда недовольно посмотрела на собеседницу, Гермиона сделала вид, что не видит этого. Потом Браун вдруг начала мять пальцами край простыни на своей кровати. — Слушай, Гермиона, я как раз хотела тебя спросить насчёт твоего друга… — растягивая слова, осторожно начала она. Что-то внутри Грейнджер подозрительно заскребло, неожиданно ударив в лёгкие. — Гарри? — наигранно спросила она, повернувшись к соседке. — Извини, но не думаю, что в его голове есть место для тебя. — Грейнджер притворялась, будто не догадывается о том, что речь идёт о Роне. Скорее больше для себя, чем для Лаванды. — Да я не о Гарри! — отмахнулась та, сопроводив свои слова характерным жестом. — А о Рональде. — Неужели? — притворно сонным голосом осведомилась Гермиона. — Давай завтра это обсудим, хорошо? Я так устала. Быть старостой не так уж и просто, знаешь ли… — Конечно, — разочарованно согласилась Браун, опустив глаза на смятый собою краешек простыни. Гермиона легла на подушку и закрыла глаза. Но сон не шел, а открывать глаза не хотелось — лишний разговор с Лавандой только сильнее всё усложнит, к тому же испортит настроение… Гермиона осторожно приподнялась на локтях, дёрнув полог кровати. Шторки с тихим шорохом соединились, оставив Гермиону наедине с её мыслями в темноте. Так гораздо спокойней. Грейнджер рухнула обратно на подушку, начав смотреть на красный полог кровати над ней. Всё лето её мучила одна мысль. Не давала ей покоя… С тех самых пор, как они устроили заварушку в Отделе Тайн. Это там… Ей нужно это. Она достанет его любой ценой… Но друзьям об этом знать нельзя. Это только её дело!.. Мысли снова плавно перетекли к предмету возмущения Гермионы: «Какой же Рон упёртый! Ну, ты ему хоть что скажи, всё равно возразит! Даже если сказать, что птицы летают, он скажет, что ползают. Лишь бы только он остался прав! Почему парням так сложно признавать, что они не могут быть во всём правыми?!».***
Первым уроком в расписании стояло зельеварение, как всегда сдвоенное со Слизерином. Слизеринцы уже толпились в подземелье, и начали скалиться, когда подтянулись и гриффиндорцы. Гермиона, Гарри и Рон стояли возле стенки. Рон недовольно сопел, а Гермиона даже на него не смотрела, прокручивая в голове вчерашние события. Гарри просто уже отчаялся, не зная, что делать с друзьями. На завтраке он пытался завязать с ними обоими беседу, но принимать в ней участие вдвоём друзья отказались. Вдруг из самого ближнего к ним угла раздался смешок. Гермиона бросила туда быстрый взгляд. Зрелище, что она увидела, не то, что потрясло её, а просто привело в возмущение. Малфой целовал Пэнси Паркинсон то в шею, то в губы, а та довольно хихикала. Слизеринцы будто специально не смотрели в их сторону. Одна только Гермиона пришла в бешенство от такого зрелища. «Да что они себе позволяют! У Малфоя есть хоть капля совести?!». Тот, словно спинным мозгом почувствовав, что на них смотрят, поднял взгляд на Грейнджер. — Что, заучка-Грейнджер, хоть так посмотришь, как это, да? А то, похоже, Крам тебя не одарил сей прелестью, — издевательски проговорил Малфой и стал ожидать контратаки от Гермионы. — Заткнись! — Рон тут же вспылил. — Рон! Рон, не надо, — остановила его Гермиона, скорее схватив друга за руку с волшебной палочкой. Малфой ещё больше ухмыльнулся, желая уже вставить ещё одно язвительное предложение, но Грейнджер не подарила ему такого шанса: — Нет, Малфой, совсем наоборот. Просто хотела дать тебе пару советов. А то я смотрю, Паркинсон не в восторге. — Она сама удивилась сказанному. И откуда только у неё это в голове?! Рона передёрнуло от заявления подруги. Он взял её под локоть и отвел ближе к Гарри. — Неужели ты серьёзно была с Крамом? — выпалил Уизли. Его уши и шея стремительно краснели. — Рон, остынь! — Гермиона освободилась от его хватки. — Я так сказала, чтобы позлить Малфоя. — О, да, ему ты этим, конечно, насолишь! — с сарказмом изрек Рон. — Ты либо полный идиот, либо просто не слышал, что я говорила. У нас с Виктором дело дальше, чем… — Грейнджер осеклась, замолчав. — Чем что, Гермиона? — Рон ещё больше разозлился. — Да ничего! Я не собираюсь обсуждать это с тобой! — Отлично, раз вы уже закончили и решили, что именно вы не будете обсуждать вместе, предлагаю поставить на этом жирную точку, — слегка раздражённо произнес Гарри, поправив очки и с укоризной посмотрев на друзей. — Гермиона, ты староста. Малфой, конечно, сейчас не сильно перегибает, но если тебе так хочется его приструнить, то ты можешь вычесть баллы… — Гарри! — возмутилась Гермиона и уставилась на друга со всем своим невыносимым зазнайством. — Я не буду злоупотреблять должностью старосты! Это нечестно и совсем не по мне… — замялась в конце она. — Дело твоё… Дверь в класс зельеварения резко распахнулась, обдав рядом стоящих пронизывающей до костей, холодной волной воздуха. На пороге появился профессор Снейп с его неизменным выражением лица. Он быстро запустил всех в класс. Там было не теплее, чем в подземелье. И как ещё зелья тут не замёрзли? Ученики, проходя к партам, жались поближе друг к другу. — Сегодня работаем в парах, — мрачно произнёс Снейп, обходя свой стол. — И чтобы вас не огорчать, воспользуемся непредвзятым методом… Я сам поделю вас на пары! Гарри даже не гадал с кем его поставят. Зная Снейпа, уж точно не с Роном… — Мистер Уизли, вы с мисс Браун. Как неожиданно… Странная тревога посетила Гермиону, давя на неё своей тяжестью и обдавая холодком. Или это была злость?.. А, может, и подруга злости — ревность… Грэйнджер смотрела, как Лаванда подходит к Рону и радостно улыбается ему, чувствуя кипящую злость по венам. Да и Рон не обделял Браун в улыбке. Это ещё больше бесило. Гермиона не заметила, как Снейп уже закончил распределение. — И наконец, мистер Малфой с… — протянул он с ноткой удовлетворения. Гермиона огляделась по сторонам. Все уже были с парами, кроме неё и Малфоя. Нет, вы серьёзно?! С чего это вдруг Снейп так невзлюбил Малфоя? — Профессор, может… — Никаких «может», мистер Малфой! — отрезал Снейп. — Присоединяйтесь к мисс Грейнджер и приступайте к зелью! Драко медленно подошел к Гермионе, будто она заразная. Та не удостоила его честью съязвить в её адрес и направилась к свободному котлу. — Ну, что, Грейнджер, покажи свои блестящие способности в зельеварении! — Драко подошел к столу, где Гермиона уже доставала учебник из рюкзака. — Ты же не думаешь, что будешь просто стоять, Малфой? — сказала она, ища страничку в учебнике, указанную на доске. — Я не дам тебе такой радости, — бросил тот. — И что там? — увидев, что Грейнджер открыла нужную страницу, спросил он. — Н-да… шестой курс — это тебе не Дыбоволосое зелье… — сделала вывод Гермиона, глядя на рецепт. — Да что там? — Эйфорийный эликсир, — быстро ответила Гермиона и посмотрела на стол Лаванды и Рона. Дело их не продвигалось, в отличие от разговора. Гермиона недовольно надулась, а Малфой хмыкнул. — Что, Малфой, уже плачешь? Не волнуйся ты так, не пропадем, — подколола Гермиона, заметив недвусмысленные смешки Драко. — Рецепт сложный, но выполнимый. — Не пытайся меня подколоть, Грейнджер. Такой зануде, как ты, идёт больше спать с книжками, чем искать у меня слабое место. — Знаешь, иногда книги приятней, чем люди, — отозвалась Гермиона, потом поставила учебник напротив котла, оперев его на две банки с маринованными крысиными хвостами. Сверившись с рецептом, она положила в котёл сушёную смокву. — Ты сейчас имеешь в виду своего Грузли? — Он не мой! — тут же выпалила Гермиона, не доложив смоквы. Улыбка Малфоя стала ещё шире. Он, как ни в чём не бывало, начал искать настой горькой полыни. — Что ты делаешь? — спросила Гермиона, когда Драко хотел налить настоя в котёл.— Настой горькой полыни добавляется последним! — Неужели? — ехидно спросил Малфой. — В учебнике написано… — А я что-то сегодня плоховато вижу, — перебил Драко. — Не валяй дурака! За это ставят оценки! — укорила Грейнджер и попыталась выхватить настой из рук Малфоя. — Эй! Ты что?! — сразу же посерьёзнел Малфой. — Не прикасайся ко мне, гря… Грейнджер! — Что, боишься ручки об меня испачкать? — съязвила Гермиона. — Тогда сам отдавай! По рецепту это последний ингредиент. — И как ты ещё самой лучшей ученицей школы стала? Неужели сразу не дошло, что мне просто хочется тебя позлить? — К твоему сведению, Малфой, я тоже умею злить людей! — Поэтому твой Грузли сейчас предпочитает общаться с Браун? — Малфой оскалился. Терпение Гермионы взорвалось. Почти достигло пика: «Я могу врезать тебе». — Он не мой! — взбесилась она. — Ты уже забыл третий курс? Может, мне напомнить? Малфой бросил взгляд на Снейпа — тот как обычно отчитывал Поттера — а потом посмотрел на Гермиону с довольным лицом. — Грейнджер, что-то мне подсказывает, что ты этого не сделаешь. Ещё раз. Гермиона прожгла Малфоя ненавистным взглядом. Но знала, что он прав. Всё-таки он ещё не до такой степени её взбесил, что её терпение бы достигало отметки: «Применю Аваду». А бить Малфоя в нос повторно не было желания, пускай его и подавлял ходящий рядом Снейп. — А ну отдай! — выкрикнула она, пытаясь забрать у Малфоя настойку. — Грейнджер, ты умалишенная! — бросил тот, когда пузырек с жидкостью упал в котёл. — Что ты натворила? — Я? Ты сам не хотел мне отдавать настойку! А теперь из-за тебя мы получим «неудовлетворительно»! — Ты плохо меня знаешь… — И слава всем богам за это! — Если добавить побольше сушеной смоквы, то всё придет в норму, просто эффект будет сильнее. — Малфой взял со стола чашу и вывалил содержимое в котёл. — Думаю, этого достаточно. На миг Гермиона признала поражение, но её взгляд метнулся к чаше в руках Драко, а потом к миске возле неё. — Малфой! — пискнула она. — Что ты положил?!. — Что? — Ты добавил сушеную селезенку летучей мыши, вместо сушеной смоквы! — проговорила Гермиона, стараясь сохранять спокойствие. Теперь им точно не выкрутиться. Они не успеют заново приготовить эликсир до конца урока. — Ладно, спокойно… — проговорила Грейнджер, потирая лоб рукой. — Нужно подумать… Что сможет нейтрализовать селезёнку и не повлиять на эликсир? — Молотый корень валерьяны! — тут же ответил Малфой. — Что? Да из-за него зелье станет красным, а оно должно быть ярко-желтым! — И что? У тебя есть предложения лучше? — Малфой понизил голос, потому что мимо прошел профессор Снейп. Его довольная ухмылка взбесила Драко. — Можно взять кровь саламандры! Я где-то её видела… — Гермиона придвинула к себе ящик наполненный разными флакончиками с ингредиентами. — Кровь саламандры покроет убыток, но вот эффекта жди хоть какого, — сказал Малфой, забирая ящик у Гермионы. — Поэтому лучше взять корень валерьяны! — Я уже сказала, что будет, если мы его возьмём! — оттягивая ящик обратно, проговорила Грейнджер. — Эликсир будет оцениваться только на вид, его никто не будет пробовать. Моё предложение разумней! — Неужели? — хмыкнул Малфой, перетягивая ящик на себя. — А вдруг его будут пробовать? Не важно, что снаружи, главное то, что внутри! — Смотрите, как мы заговорили! Это к тебе уж точно не относится. — Гермиона с силой дёрнула ящик к себе. — Ха! Да ладно! Грейнджер, ну, и к тебе тоже нет. Ты снаружи зазнайка, а в внутри у тебя настольная книга всезнайства! — холодно бросил Малфой, не отпуская ящика. — Давай, закончим на этом, — более спокойно сказала Гермиона. — Мне нужно только взять кровь саламандры. Позволь, я… — она потянула ящик на себя. — Нет уж, Грейнджер! — Малфой не сдавался. — Я не дам себя унизить. — Тебя никто не унижает! — Ты это сейчас говоришь, а потом будешь восхваляться тем, что уделала Малфоя! — Один раз я тебя уже уделала! — бросила Гермиона и заметила, как бледное лицо Драко приобретает розоватый оттенок. Малфой со всей силы дёрнул ящик к себе, но не ожидал, что Гермиона его отпустит, а она всего лишь растерялась. Драко уронил ящик со всеми ингредиентами в их же котёл. Секунд пять ничего не происходило. Грейнджер и Малфой глупо переглядывались то друг с другом, то с котлом. Вдруг жидкость в том почернела. В ней начали надуваться огромные смоляные пузыри, стремительно нарастая. — Грейнджер, что это? — растерянно спросил Малфой. — Я… Я не знаю… А! Берегись! Котёл взорвался, окатив Драко и Гермиону с головы до ног чёрной вязкой жидкостью. Попав на них, она начала светиться. Оба переглянулись. Ну, вот теперь можно было сказать, что терпение Гермионы покинуло ее, помахав ручкой. — Это ты виноват! — крикнула она и бросилась на Малфоя. Странная чёрная субстанция обжигала кожу обоих. Когда Гермиона дотронулась до Драко рукой, между её пальцами и его плечом промелькнул яркий свет. Их отбросило в разные стороны. А дальше темнота…***
Гермиона стала медленно открывать глаза. Ресницы будто сплелись и не хотели, чтобы открывающиеся глаза их разлучали. Над ней нависло два неразборчивых силуэта. Через несколько секунд они начали приобретать четкость. Оказалось, что это профессор Дамблдор и профессор Снейп. Оба немного растерянные. Дамблдор улыбнулся и произнёс: — Наконец-то Вы снова с нами, мистер Малфой. Гермиона подумала, что Дамблдор обращается к Драко. Но почему он смотрит на неё? В голове туман. Последнее воспоминание — это то, как их с Малфоем отбросило в разные стороны. Наверное, они в лазарете. С соседней койки послышался слабый стон. — И Вы присоединились к нам, мисс Грейнджер, — радостно сказал Дамблдор, глядя куда-то вправо от Гермионы. Он что, блин, страдает косоглазием? Мысли у Гермионы путались и все вокруг напоминало глупый сон, вызывающий раздражение и… Страх. Грейнджер повернула голову туда, откуда был услышан стон. Усталость, как рукой сняло. Гермиона чуть не слетела с койки, увидев напротив себя… себя?
