Идеальная катастрофа

___________________________________________________

Ч И С Т О Е - Н Е • З Н А Ч И Т С В Е Т Л О Е

___________________________________________________

Шар с пророчеством стремительно полетел на пол. Для Гермионы эти полсекунды показались часами. С лёгким треском и звоном тонкого стекла шар разбился, рассыпав осколки по полу и ногам Драко. Осколки – оболочка, за которой прятался страх Гермионы. Желанный и нежеланный. Но… Как бы мы не отсрочивали час горькой правды, слаще она не станет. К потолку поднялся слабый фиолетовый дым, формируясь в голову какого-то старика с прямоугольными очками на цепочке и узорчатой феской набок. - «…Он придёт ночью, когда вы не будете ждать Его… - заговорил он. - Она сможет пойти против Него… Но только, если выживет…». Туманная голова исчезла так же быстро, как и появилась, оставляя после себя потихоньку исчезающий фиолетовый дым. В гостиной настала гробовая тишина. Гермиона смотрела на осколки пророчества, а Драко бегал глазами от них к Гермионе. В у неё голове было пусто. Она чувствовала, что где-то глубоко в сознании мысли пытаются пробиться через толстую стену пустоты в голове. По телу расходилось чувства какой-то недосказанности, растерянности. И Гермиона никак не могла их усмирить. - И…что? Это, что, всё?.. – наконец, недоумённо проговорил Драко. – Кто этот «Он» и к кому он придёт? Гермиона медленно подняла усталый взгляд на Малфоя. - Ну, по крайней мере нам известно, что «Она» - это я, - сказала Грейнджер. – Но больше я ничего не понимаю… Я должна кого-то остановить, если выживу, но не уточняется когда. Сделала ли я это уже, или мне только предстоит выжить?.. Гермиона сглотнула, готовясь узнать худшее, хотя ещё не представляла, как будет что-то узнавать. - Ладно, - выдохнул Драко и взмахнул палочкой, убирая осколки пророчества. – Уже довольно поздно. Нужно идти спать. - Ты думаешь, я теперь усну? – выдала Гермиона с долей паники. - Хорошо, что завтра воскресенье, - дополнил Драко, не принимая её слова близко к сердцу. – Рано или поздно всё равно уснёшь. - Но… Ты не понимаешь, это же… Нужно что-то делать!.. – засуетилась Гермиона, перебирая пряди волос. - Например, пойти и лечь спать. Гермиона, ты устала. – Малфой стал подталкивать ту к её спальне. – И я тоже. Давай поспим, а потом уже подумаем над всем произошедшим, хорошо? Спокойной ночи. Драко затолкнул Гермиону в её спальню и закрыл дверь, а потом отправился в свою.

***

Драко проснулся от того, что кто-то, не переставая, барабанил в дверь. Ну конечно, он знал, кто этот «кто-то». - Открыто!.. – вяло бросил он, протирая сонные глаза. – Гермиона, какого..? Ещё так рано. Я поспал всего... часа три. - Прости, - быстро проговорила Гермиона. – Просто мне в голову вдруг пришла идея, и я не могла терпеть до твоего пробуждения. Малфой привстал, опёршись затылком на спинку кровати и одновременно протирая глаза, чтобы хоть что-то увидеть, и мотнул головой, чтобы Гермиона продолжала. - В общем, - та села на край кровати, - этот колдун, что был в пророчестве, является пророком. Я читала о нём где-то. Но самое главное, что он до сих пор ещё жив. Ты понимаешь? Это шанс! - воодушевлённо закончила Грейнджер. - Ну и какой муд… - Драко замялся, вспомнив, что разговаривает с Гермионой, поэтому невозмутимо продолжил: - …рец это придумал? Кхм… Если я правильно следую твоей мысли, то ты хочешь с ним увидеться и разузнать об этом пророчестве. Гермиона сделала вид, что не заметила чуть не вылетевшей у Драко брани, а потом невозмутимо продолжила: - Да, - ответила она, расширив свои красные от бессонницы глаза. – Кому он это говорил? Ведь явно не мне. Если мне не изменяет память… Минутку. – Гермиона достала из кармана джинсов сложенный листок пергамента. – Если мне не изменяет память, то на пророчестве было написано: «В. К. Ш. – (М. Д. М. и А. Б. М.) Б. П. А. Д.»… - А мне кажется, что «(М. Д. М. и А. Р. М.) Б. Х. А. Д»… - сонно протянул Малфой, борясь со слипающимися глазами. - Может быть, - согласилась Гермиона. – Я плохо запомнила. Но то, что «В. К. Ш.» – это точно, потому что этого пророка зовут Винелиус Кай Шэптего. - Имя сам Мэрлин послал, - хмыкнул Драко, всё так же пытаясь продрать опухшие глаза. Всё казалось до жути расплывчатым. - Да какая разница! - отмахнулась Гермиона. – Главное, что я могу узнать, что он имел в виду. - Рад за тебя, - зевая, проговорил Малфой. Всё вокруг стало совсем расплывчатым. – А теперь можно я посплю? – А потом темнота.

***

Драко открыл глаза. Шея сильно заныла - оказывается, он так и уснул, опёршись на спинку кровати. Драко потёр шею, облегчая боль, но тут же забыл о ней, когда почувствовал, что в ногах что-то шевелится. - Гермиона? Малфой встал на кровати, дёрнув ногой, но девушка от этого не проснулась, продолжая тихо посапывать, подложив себе руку под голову. В другой руке у неё всё также был листок пергамента, который оно во сне превратила в комок бумаги. - Гермиона! – Драко дотянулся до девушки и лёгонько толкнул её в плечо. Никакой реакции. Малфой хмыкнул, оценивая всю ситуацию. Он аккуратно вытащил ноги из под Гермионы и встал с кровати. Девушка оставалась неподвижна. Только её грудь время от времени вздымалась, и Гермиона сонно вдыхала и выдыхала. Драко заметил, что уже больше минуты стоит и смотрит на Грейнджер. Он присел возле неё и легко убрал с её лица прядь волос, покачивающихся в такт её дыханию. Драко понял, что может наблюдать за ней не час, не два, а гораздо больше. Сколько он и сам не знал. Он знал только одно, что у него уже нет пути назад. Он сам не заметил, как принял то, что по-настоящему что-то чувствует к этому лохматому гриффиндорскому чудовищу. Это чувство его, на удивление, не пугало. Наверное, потому что от него ему было хорошо. Находится рядом с Гермионой и желать только одного – чтобы это чувство оказалась взаимным. «Н-да, Малфой, ты считал полной задницей ваш обмен телами, а что ты скажешь теперь?..» Когда не знаешь, что она чувствует. И от этого хочется выть. Но ты заставляешь себя ждать, говоря, что рано или поздно момент истины настанет. И ты боишься этого момента, потому что в нём правда. В нём либо пустая ненависть, либо… - Драко? – сонно протянула Гермиона, открывая глаза. Она приподнялась и посмотрела по сторонам. - Ох, прости. Я случайно заснула. Просто я не спала всю ночь, а ты так сладко посапывал, что я… - Грейнджер замялась, поняв, что взболтнула лишнего. Она быстро поднялась с кровати, поправляя смявшуюся одежду. - Ничего, - быстро сказал Драко, тоже встав с кровати. – Зато мы выспались, и у нас есть ещё целый день для того, чтобы подумать над твоим пророчеством. - Это да, - согласилась Гермиона, чувствуя, как краснеет. – Ладно, думаю, стоит начать с библиотеки. Нужно найти книгу про этого пророка. - Отлично, сейчас переоденемся и… - Нет, - перебила Гермиона. – Мы и так завтрак пропустили, Гарри и Рон волнуются. Если увидят нас вместе в библиотеке, нам не сдобровать. Грейндежр пулей вылетела из спальни Драко, чуть не сшибив старинную вешалку в углу. - Хоть бы переоделась, - немного досадно буркнул Малфой. От чего-то он стал закипать. Они наврали уже столько, что теперь и им самим от этого было плохо. По крайней мере, Драко точно. Он просто уже устал себе поражаться, ведь сейчас хотел, чтобы вся правда всплыла наружу. Ну, или почти вся… Чтобы они не врали никому. Себе. Чтобы они приняли правду, которая показывает себя всё больше и больше. Не боялись её. Не боялись осуждения близких и презрения чужих. Драко вышел из спальни. Дверь в спальню Гермионы была открыта. А самой девушки уже не было. «Ей даже наплевать, что мы можем поменяться обратно в любой момент!». Да, сейчас ей наплевать на такие мелочи. Готовая ухватиться за что угодно, лишь бы только отдалиться от Драко и отсрочить момент правды, когда осознание реальности победит в ней. Победит её упрямство. Гордость. Предубеждения. И страхи. За окном завыл ветер. Повалили огромные хлопья снега, устилая подоконники окон в гостиной. Драко поежился от такого пронизывающего звука, навевающего тоску. Он подошел к камину, которым они до этого с Гермионой не особо пользовались, и разжег лежащие там поленья. Гостиная наполнилась приятным свечением, исходящим из нарастающего пламени в камине, отражаясь от холодных окон. Драко уселся на диван и стал смотреть на языки пламени, медленно пожирающие поленья. Вдруг наверху снова что-то зашуршало. Звук, отчётливо напоминающий какие-то шаги, прошелся от одного угла комнаты к другому. Это начинало напрягать. Что или кто там? Драко решил как-нибудь уделить этому странному шуршанию наверху время. И тут же тело обдало дрожью. Жуткими воспоминаниями, пронизывающими до костей. В голове, будто что-то щелкнуло, когда Драко услышал этот голос. Не многие голоса вселяли в него этот ужас перед ночным кошмаром…

***

«"Великие провидицы конца X века"… Не то… - проговаривала про себя Гермиона, водя глазами по полке в библиотеке. - "Предсказанья на все случаи жи…» - Мисс Грейнджер, - раздался спокойный голос, прервавший размышления Гермионы. Девушка чуть не выронила стопку книг, держащую в руках. - Профессор Дамблдор? - удивилась Гермиона, развернувшись. - Чему Вы так удивлены? – хохотнул тот. - Просто… - Гермиона аккуратно положила книги на ближайший стол. – Вас не часто здесь увидишь. Дамблдор только улыбнулся и посмотрел на книги, которые Гермиона положила на стол. - А мне казалось, что Вы не любите прорицание, мисс Грейнджер, - проговорил он. По его интонации Гермиона поняла, что он о чём-то догадался. Дамблдор отодвинул стул и сел на него, взглядом приглашая сесть Гермиону. Той сразу вспомнился их предыдущий разговор, где Гермиону поставили в немалое замешательство. - Не волнуйтесь, мисс Грейнджер, - сказал Дамблдор, всё также улыбаясь. – Я не собираюсь смущать Вас, как в прошлый раз. Гермиона осторожно присела на соседний стул и выжидательно посмотрела на директора. Тот взял в руки самую верхнюю книгу из стопки и открыл на первой странице. - Помнится, - проговорил он, - когда я первый раз пошел на собрание Визенгамота, я очень волновался… - Дамблдор хохотнул, вспоминая это. – Разумеется, для Вас не секрет, что в одном из помещений Отдела Тайн много дверей. - Двенадцать… - не понимая зачем, вставила Гермиона. - Да, совершенно верно. В тот день круглая комната не крутилась, чтобы члены Визенгамота могли быстро добраться до места собрания. Ну а я… от волнения забрёл не в ту комнату. Точнее, дверь в неё мне не поддалась. И я думаю, что никогда не поддастся. Гермиона мельком взглянула на директора, совсем не понимая к чему он это всё рассказывает. Хотя... - Мне так сильно захотелось узнать что там, что я прослушал весь первый совет Визенгамота, - продолжил Дамблдор. - Ну а потом… в моей жизни произошло немало чего, что заставило меня пересмотреть взгляды на многие вещи в жизни. Я понял, кто я есть и кем уж мне суждено остаться… И в который раз проходя на совет Везенгамота мимо этой двери я, наконец, понял, что там и почему она мне не поддалась. - И что же? – сухо проговорила Гермиона. Дамблдор вздохнул, закрыл книгу и положил её обратно в стопку. - За дверью любовь, мисс Грейнджер, - легко ответил он. Гермиона потерялась от этого ответа. Хотелось рассмеяться, но серьёзный вид Дамблдора почему-то не давал этого сделать. - Вам смешно? – невозмутимо спросил тот. Гермиона позволила себе чуть-чуть улыбнуться, а потом сказала: - Но, профессор, любовь – это же не что-то материальное. Её невозможно увидеть. - Вы так в этом уверены? - Ну конечно, - замялась Грейнджер. - Мне кажется, Вы возражаете, потому что не удостоверились в моих словах, - всё так же спокойно проговорил Дамблдор. - О чём Вы, сэр? - Мисс Грейнджер, не стоит строить иллюзий. Мистер Малфой всегда отличался хитростью и коварством. Провернуть такое он был горазд, - с каким-то одобрением в голосе. – Но если перед Вами открылась та дверь, и Вы ничего там не увидели… Это не говорит о правдивости ваших иллюзий, а только подтверждает Ваши слова на счёт того, что любовь нечто духовное. - Но когда мы были там с Гарри, эта дверь не открылась, - возразила Гермиона, надеясь тем самым закрыть эту тему, но Дамбодор не сдавался: - Тогда у вас была другая цель, мисс Грейнджер. Вы пришли туда спасать жизнь, не думая ни о чём другом. - Но… - Гермиона замолчала, понимая, как профессор прав. - Я не навязываю Вам своё мнение, мисс Грейнджер, но если та дверь перед вами открылась, значит, вы оба думали об одном и том же. - Профессор Дамблдор, это всё просто ошибка. Совпадение, - начала отнекиваться Гермиона. - Что ж, возможно, - с каплей ехидства проговорил директор и поднялся со стула. Гермиона продолжала сидеть за столом, смотря себе на колени. - Удачи, мисс Грейнджер. – Дамблдор зашагал к выходу из библиотеки, но Гермиона его окликнула: - Профессор Дамблдор! - Да? – тот развернулся, смотря прямо в глаза Гермионе. - Тогда, стоя у той двери, я услышала голос. Это… это была любовь? – робко спросила она. - Нет, - просто ответил Дамблдор. – У любви нет голоса, мисс Грейнджер. Она выражается с помощью чувств. Но знаете, временами, слова любви могут сделать очень многое. Порой, даже настоящее чудо. – Дамблдор снова пошел к выходу, но на пол пути развернулся и сказал: - И ещё, мисс Грейнджер, если Вы так увлеклись прорицанием, то могу посоветовать пообщаться с моим хорошим другом, который живёт в Хогсмиде, недалеко от магазинчика «Зонко». Я уверен, что мистеру Шэптего будет приятно с Вами пообщаться. Гермиона прикусила язык от неожиданности, а Дамблдор только лукаво улыбнулся и вышел из библиотеки.

***

Драко судорожно сглотнул, медленно поворачивая голову в сторону камина. Казалось, что сердце устроило для крови «Формулу 1», так как оно начало бешено биться. - Наконец-то, - с каким-то презрением сказал голос. – Драко, подойди ближе! Что встал как истукан?! Драко подошел и сел возле камина на колени, где в пламени вырисовалось лицо женщины с тяжелыми веками и сумасшедшим взглядом. - Почему мы так долго не могли связаться с тобой? – проскрипела Беллатриса. – Ты хоть представляешь, как я рисковала, связываясь с тобой без предупреждения?! - Прости, тётушка, - не до конца проглотив ком в горле, выговорил Драко. – У меня не было времени. - И чем же ты таким важным был занят?! – язвительно спросила Беллатриса. – Я надеюсь, что дела с поручением Тёмного Лорда обстоят хорошо, или у тебя появились проблемы? Драко почувствовал, как холод каменного пола съедает его колени. Заставляет ноги прирасти к каменной плитке. С трудом проглотив новый комок в горле, он проговорил: - Есть кое-какие осложнения, тётя Белла… - Что? – рассвирепела та. – Какие ещё осложнения, Драко? - Исчезательный шкаф… Он немного сломался и… - Как это «немного сломался»? Ты его не починил? - Я его чинил, но в нём было что-то неисправно и… он взорвался, - на одном дыхании проговорил Драко. - Что?! Как взорвался?! – истерично прокричала Беллатриса. Драко показалось, что сейчас из её глаз с треском начнут вылетать искры. – Ты хоть представляешь, что будет, когда об этом узнает..? – Беллатриса не договорила, резко замолчав и устремив свой безумный взгляд куда-то через Драко: так она думала. – У тебя есть ещё несколько месяцев, - медленно проговорила она. – Потрудись придумать что-нибудь, а иначе Он не будет милостив! И прикончи ты этого старикашку! Уж с этим проблем быть не должно. - Тётя Белла, но… - Драко, ты уже забыл, что будет, если ты оплошаешь? Тебе не нужна мать?.. – злобно проскрипела Бэллатриса. – Запомни, мальчик, у тебя мало времени. Используй его с умом! Голова Беллатрисы Лестрейндж исчезла в языках пламени, а Драко ещё несколько минут смотрел туда, где она до этого была. Он не знал, сколько так просидел у камина, вглядываясь в потухающие языке пламени. Внутри всё бурлило от злости. От безысходности. Что ему делать? Драко ругнулся в пустоту, взял кочергу и набросился с ней на последнее догорающее полено, потушив его. Потом он разбросал оставшийся пепел по всему полу возле камина, и только тогда успокоился, глубоко дыша. Вдруг послышался звук открывающегося прохода. В гостиную вбежала Гермиона с радостными криками: - Драко, ты представляешь, Дамблдор… - она замерла на месте. – Драко? Всё хорошо? Гермиона тихо подошла к парню, стоящему на коленях возле камина. Она присела возле него и посмотрела на разбросанные пепел по всему полу, куда смотрел Драко. - Драко, что происходит? – начиная бояться за парня, спросила Гермиона. Тот пришел в себя, мотнув головой. - Всё в порядке, - бросил он и встал с пола. – Просто холодно, я хотел разжечь камин. - Ясно, - протянула Гермиона, вставая с пола. – Тогда я тебя обрадую – я узнала, где живёт Винелиус Шэптего. - И где же? – без должного энтузиазма проговорил Драко. - Драко, ты обиделся, что я пошла без тебя? – не понимая настроения парня, поинтересовалась Гермиона. - Нет, - процедил тот. – Всё хорошо. Продолжай. - В общем, он живёт в Хогсмиде. - Правда? - Да, я сама удивилась, когда узнала. Его дом находится где-то возле магазина «Зонко». Когда следующий поход в Хогсмид? - Где-то через неделю, две… Перед рождественскими каникулами. - Отлично! Правда, здорово? – Гермиона светилась, предвкушая предстоящую беседу. - Да, просто превосходно, - буркнул Малфой, мозгами находясь вовсе не в гостиной.

***

Недели пролетели как одна минута для Драко. Он не успел ничего придумать. Ни как провести Пожирателей в школу, ни как убить Дамблдора. Иногда он просто терялся, закрывая своё бездействие каким-нибудь учебником, и сидел в гостиной, думая над Его поручением. Он смотрел на Гермиону. Ему нравилось, как она радовалась и как становилась всё живее, приближаясь с каждым днём к правде. Порой, это внушало надежду Драко. И забавляло. Гермиона при всем своём энтузиазме, не останавливалась в продвижении с обратным зельем. Она всё время листала какие-то учебники или книги, выискивая в них любую информацию, касающуюся обратных зелий. И вот сегодня вечером Драко как всегда сидел за учебником, притворяясь, что читает, а Гермиона штудировала новую стопку книг. Они уже давно поменялись обратно. И, как ни странно, от этого обоим стало легче, потому что не было риска стать "не собой" при ком-то неподготовленном. Гермиона вздохнула, отложив очередную книгу в сторону, и начала тереть виски, закрыв глаза. Она сидела так минуты две, пока Драко, наконец, не спросил: - Что ты делаешь? - Я пытаюсь вспомнить, что мы добавляли в тот эликсир, - ответила Гермиона так, словно заучивала это не первый день. - По-моему, это пройденная тема, - выдал Драко, снова возвращаясь к учебнику. - Но мы же не можем добавить один царпей и надеяться, что он нейтрализует всё! – возмутилась Гермиона. – Кстати, ты тоже мог бы попытаться вспомнить, - упрекнула она. - Я считаю это занятие уже до боли бессмысленным, - проговорил Малфой, переворачивая страницу учебника. - А как же тогда, по-твоему, нам добавлять противоположные ингредиенты?! – взвилась Гермиона. - А их и не надо добавлять! - Что? То есть ты считаешь выкрутиться только с помощью царпея? – Грейнджер просто недоумевала над собеседником. - Нет, нам, вообще, ничего не нужно добавлять, - раздраженно процедил Драко, откладывая учебник в сторону. – Потому что… - Но он не успел договорить, потому как Гермиона схватилась за голову, упав с кресла. Драко тут же кинулся к ней. Гермиона зажмурила глаза, в ушах настала тишина. Но вскоре в глаза ударил яркий свет, преображаясь в картинку: класс зельеварения, Драко, котёл… - Ладно, спокойно… - проговорила Гермиона, потирая лоб рукой. - Нужно подумать... Что сможет нейтрализовать селезёнку и не повлиять на эликсир? - Молотый корень валерьяны! – тут же ответил Драко... - Что? Да из-за него зелье станет красным, а оно должно быть ярко-желтым! - И что? У тебя есть предложения лучше? – Драко понизил голос, потому что мимо прошел профессор Снейп. Его довольная ухмылка взбесила Драко. - Можно взять кровь саламандры! Я где-то её видела… - Гермиона придвинула к себе ящик, наполненный разными флакончиками с ингредиентами. - Кровь саламандры покроет убыток, но вот эффекта жди хоть какого, – сказал Драко, забирая ящик у Гермионы. – Поэтому лучше взять корень валерьяны. - Я уже сказала, что будет, если мы его возьмём! – оттягивая ящик обратно, проговорила она. - Эликсир будет оцениваться только на вид, его никто не будет пробовать. Моё предложение разумней! - Неужели? – хмыкнул Драко, перетягивая ящик на себя. – А вдруг его будут пробовать? Не важно то, что снаружи, главное то, что внутри! - Смотрите, как мы заговорили! Это к тебе уж точно не относится. – Гермиона с силой дёрнула ящик к себе. - Ха! Да ладно! Грейнджер, ну, и к тебе тоже нет. Ты снаружи зазнайка, а в внутри у тебя настольная книга всезнайства! – холодно бросил Малфой, не отпуская ящика. - Давай, закончим на этом?! Мне нужно только взять кровь саламандры. Позволь я… - Гермиона потянула ящик на себя. - Нет уж, Грейнджер! – парень не сдавался. – Я не дам себя унизить. - Тебя никто не унижает! - Ты это сейчас говоришь, а потом будешь восхваляться тем, что уделала Малфоя! - Один раз я тебя уже уделала! – бросила Гермиона и заметила, как бледное лицо Драко приобретает красный оттенок. Малфой со всей силы дёрнул ящик к себе, но не ожидал, что Гермиона его отпустит, а она всего лишь растерялась. Драко уронил ящик со всеми ингредиентами в их же котёл. - Гермиона, Гермиона! – Драко тормошил девушку, но она не приходила в себя. Вдруг она резко открыла глаза, схватившись за плечо Драко. - Драко, - быстро проговорила она, - мы не добавляли корень валерьяны. - Что? - Я вспомнила. Мы… - отчаянно говорила Гермиона, вставая с пола. – Ты понимаешь? Не добавляли! Это значит... – Она схватилась за голову. – Это значит, что почти два месяца усилий насмарку! Все эти поиски царпея насмарку! – Гермиона обессилено опустилась в кресло. – Что же делать? – проговорила она, смотря куда-то в пол. Для Гермионы это чувство потери и бездействия было не новой, но для кого оно будет приятным? Драко отошел в сторону и отправился в свою спальню. - Ты куда? – с каплей истерики спросила Гермиона, вскочив с кресла. – Ты что, не понимаешь? Все наши усилия были напрасны! В конце концов, ты что, хочешь навсегда остаться в моём теле?! – Гермиона нервно дышала, заглушая свои собственные мысли. - А я и не останусь, если ты поймёшь для себя простую вещь, - бросил Малфой. - Какую? - Такую, такую, Гермиона! – взорвался он, подойдя к девушке уже в своём теле. – Думаю, настали эти «лучшие времена»… Пора поговорить. - Нет, Драко, пожалуйста, не сейчас, - с видом загнанной в ловушку мыши, попросила Гермиона. - Хватит, Грейнджер! – приструнил Драко, взяв лицо Гермионы в руки. – Я не буду вдалбливать тебе это в голову как последний отчаявшийся на земле, но – Мэрлин! – я сделаю так, чтобы до тебя дошло, и ты больше этого не отрицала! Я – идиот, ясно? Я понял кое-что слишком поздно. – Драко тяжело выдохнул. Гермиона смотрела на Драко с непониманием, страхом, не зная чего ожидать от него дальше… Но не сопротивлялась. Устала сопротивляться. Пора… - И не нужно нам никакое обратное зелье, Грейнджер… Я уже это говорил тебе тогда, в отделе тайн: мы возвращаемся в свои тела когда рядом. Когда, наконец, между нами проходит эта твоя грёбаная искра! Но ты не хочешь это видеть. Ты поняла один раз правду и не захотела её принять. Почему? Даже мне уже пофиг на все законы общества, окружающего меня с пелёнок! Так почему же ты не хочешь признать?.. Гермиона глубоко вздохнула, смотря в ледяные серые глаза, которые умоляли сказать, и дрожащим голосом ответила, но как-то грубо: - Может, потому что мне не дают годы презрений и унижений, стоящие между нами? «Грязнокровка» - вот что между нами стоит. – Гермиона увидела, как в глазах Драко промелькнула боль и сожаление. – Мне не больно от этого слова. Уже давно. Но ты сам виноват в этом, Драко Малфой. Ты виноват в этой стене, что построил сам же между нами. И я не знаю, что сможет её разрушить. Грейнджер попыталась вырваться из рук Драко, но он крепко сжал её лицо в руках как что-то, принадлежащее только ему. - Зато я знаю, Гермиона! - сказал он. – И ты тоже. Просто не хочешь это принять из-за осуждения общества. Мне пришло это в голову недавно. – Гермиона ещё раз попыталась вырваться, но Драко удержал её. – Послушай, всё, что нам нужно сделать, чтобы навсегда остаться в своих телах, это принять правду. И ты знаешь какую, Грейнджер! Признай уже, наконец, что ты неравнодушна ко мне! Это сложно?! Или это слишком низко, чтобы маглорождённая была с чистокровным? По лицу Гермионы скатилась слеза, просочившись в щель между щекой Гермионы и ладонью Драко. Тот аккуратно и нежно вытер вторую слезу, очертившую контур носа и норовившую попасть в рот Гермионе, но Драко не позволил. …принять… Он прислонился лбом ко лбу Гермионы, смотря прямо в бездонные карие глаза, в которых сейчас боролись живая правда и пустая ложь, ставшая Гермионе подругой. - Прости, - проговорил Малфой. – Прости за всё, что говорил. Я идиот, но таким я должен был быть. Ты единственная, кто видел меня настоящим. Видит и будет видеть! Прости, Гермиона. Я знаю, что я «хорьковая задница». Уголки губ Гермионы дрогнули, но девушка не позволила себе улыбнуться. - Мы должны принять это, Грейнджер… Глупо это отрицать, - выдохнул Драко. – Мы были так близки к правде и не замечали её. Настала тишина, больно давящая на уши. Драко чуть ли не скрипел зубами, до боли их сжав. «Не молчи, Грейнджер, скажи хоть что-нибудь!» В секундах были какие-то часы, которые не замечают влюблённые. А кто они? Не имеет уже значения. Кто она и кто он. Они - это они. Кто бы что не говорил… - Хочешь что-то спрятать, спрячь под самым носом, - наконец, шепотом проговорила Гермиона и прикрыла глаза. …свою зависимость. Драко еле-еле, почти незаметно выдохнул. Гермиона невесомо коснулась его губ своими, вкладывая в это прикосновение всё свою нежность и смирение перед судьбой. - Я так понимаю, это – да? - не веря, выдал Драко. - Пора принять свою зависимость. Малфой улыбнулся, чувствуя, что этот момент отпечатается в его памяти на долгие годы. Он обнял рукой талию девушки и впился губами в её, давая понять, как ему мало. Как долго он этого хотел. И как это офигенно... чувствовать от неё то же в ответ.

***

Гермиона глубоко вздохнула и постучалась в старую облупившуюся дверь ничем не примечательного дома в Хогсмиде. На улице почти никого не было. Где-то далеко за поворотом пел рождественский хор Хогсмида. Гермиона его слышала, но уделяла внимание только старой двери. - Ты собралась узнавать тайну своего пророчества без меня? – послышался знакомый голос откуда-то справа. Гермиона повернула туда голову, но там никого не оказалось. - А ты так и не вернул мантию Гарри, - с укором сказала она, обращая свой взгляд обратно на дверь. - Как ты отделалась от Поттера и Уизли? – ехидно спросил Драко, быстро сняв мантию-невидимку. - Сказала, что нужно купить кое-что в книжном, потом зайти ещё в «Писарро», - ответила Гермиона и снова постучалась в дверь. Потом она почувствовала, как рука Драко обняла её за талию. – И мы, кажется, договорились, пока не афишировать, так что… - Гермиона убрала руку Драко с талии. Тот пробубнил что-то недовольное, глубже пряча что-то под курткой. - И верни мантию Гарри, - настойчиво дополнила Гермиона. Наконец, дверь открылась. На пороге стоял низенький колдун, которого они видели в пророчестве. Только он был без фески. Сейчас его голову обрамляла блестящая лысина. - Здравствуйте, мистер Шэптего, - с улыбкой поздоровалась Гермиона. – Мы хотели поговорить с Вами насчёт пророчества, которое Вы когда-то дали. Винелиус внимательно осмотрел Гермиону и Драко с ног до головы, а потом отступил назад, жестом приглашая их войти. Оба вошли в покосившийся, еле стоящий дом. Внутри всё было не лучше: голые белые стены, давящие на сознание; в углу три неровно прибитых полки, уставленные колдографиями; лестница наверх; посредине комнаты старый круглый стол с тремя стульями, у одного из которых подкосившаяся ножка. - Садитесь, - прокряхтел Винелиус, подталкивая Гермиону и Драко к столу. – Чаю? - Спасибо, если не трудно, - вежливо проговорила Гермиона, усаживаясь за стол. Винелиус ушел на кухню, загремев там чайником. Гермионе с её места было хорошо видно все действия старичка на кухне: он подвесил чайник над очагом и пытался разжечь огонь, но у него это плохо выходило при помощи магловских спичек. Наконец, Гермиона не выдержала, встав из-за стола и отправившись к Винелиусу. - Мистер Шэптего, - сказала она, забирая у него спички. – Давайте я. – Гермиона достала волшебную палочку и нацелила на чайник. – Бойлио. Вода в том сразу же закипела, из носика пошел пар. Мистер Шэптего сразу же ухватился за чайник и понёс его к чашкам, чтобы разлить кипяток. Гермиона последовала за ним. Трясущимися руками Винелиус стал разливать кипяток по кружкам. Драко внимательно следил за его махинациями, как и Гермиона. Только у той во взгляде были непонимание и жалость. - Мистер Шэптего, где Ваша волшебная палочка? – спросила Гермиона, когда Винелиус закончил разливать кипяток. - Не знаю, - ответил он, почесав лысую макушку. – Где-то оставил… И запамятовал где. Вот, уже неделю приходится пользоваться магловским методом разжигания огня, - Винелиус сказал про маглов с каким-то презрением, как показалось ребятам. Видимо, он их недолюбливал. «Странный дед», - подумал Драко, когда Винелиус пошел за заварочным чайником. - «Не странный, а всего лишь старый», - мысленно упрекнула Гермиона Драко. Тот непонимающе и удивлённо уставился на неё. - «Эй, ты почему читаешь мои мысли?». - «Прости. Само собой получилось. Просто я нервничаю…», - ответила Гермиона и села за стол. Винелиус вернулся с кухни с заварочным чайником и разлил заварку по чашкам. Потом поставил заварочный чайник на специальную подставку и сел напротив Гермионы и Драко. - Сахару? – проскрипел он, подавая трясущейся рукой сахарницу Гермионе. - Нет, нет, спасибо, - быстро ответила та. – Я и так скоро с хогвартскими обедами себе кариес заработаю. - Так вы из Хогвартса, ребятки, - сказал Винелиус, протягивая сахарницу Драко. Тот жестом показал, что ему тоже не нужно. - Тебя я знаю. – Старик указал пальцем на него, поставив сахарницу на стол. – Малфой. Будь он не ладен. Похоже что старичок не отличался особыми манерами. Даже за столом… Драко заставил себя пропустить слова Винелиуса мимо ушей. - А тебя как родители обозвали? – обратился он к Гермионе, расплывшись в почти беззубой улыбке. - «Послушай, Гермиона, это точно он?», - с сомнением спросил Драко. – «Посмотри, на него, он – сумасшедший!». - «Он просто старый, Драко, - вновь упрекнула Гермиона. – И хватит уже! Мы же договорились. Ты хоть понимаешь, что теперь будешь час говорить правду?». – Гермиона Грейнждер, сэр, - наконец, вслух ответила она. - Грейнджер?.. – задумчиво протянул Винелиус, покрутив в руках чашку. – Не слышал… Маглорождённая? - Да. - Ясно, - уже более холодно отчеканил старик. – И что же вас обоих привело ко мне? Не думал я, что Малфои будут водиться с маглорождёнными. Хотя им сейчас, вообще, не везёт. Гермиона с силой сжала руку Драко под столом, призывая его никак не реагировать на слова Винелиуса. - Мистер Шэптего, недавно мы нашли пророчество, которое Вы когда-то дали, - начала она. – Мы хотим узнать, кому оно было дано и когда. Старик почесал щетинистый подбородок, внимательно рассматривая Гермиону. - Милая, мне девяносто семь! – усмехнулся он. – Вы и в правду думаете, ребятки, что я помню все свои пророчества? - Но, - растерялась Гермиона, - если мы Вам поможем вспомнить? Винелиус посмотрел на чашку с чаем и отпил из неё немного, почмокав губами. - Не знаю, - прокряхтел он. – Что говорилось в пророчестве? - Сейчас, минутку. – Гермиона начала рыться в кармане куртки. Она достала оттуда сложенный листок пергамента и развернула его, зачитав: - «Он придёт, когда вы не будете ждать Его... Она сможет пойти против Него, но только если выживет». Драко заметил, что с каждым словом Гермионы лицо Винелиуса становится всё серьёзнее и задумчивее. - Ещё на пророчестве были инициалы: «В. К. Ш. - …»... - ...«...М. Д. М и А. Р. М.», – задумчиво закончил за Гермиону Винелиус. - Да, но они были в скобках. Ещё там было: «Б. Х. А. Д.»… - немного пораженно проговорила Гермиона. – Что Вам известно про эти два инициала, которые Вы назвали, мистер Шэптего? Тот отодвинул чашку с чаем подальше, помешав там ложкой, и тихим хриплым голосом ответил: - Это пророчество было одно из самых знаменитых, данных мной. Конечно, тогда мне мало кто верил. Кто поверит восьмидесяти двух летнему старику-пророку? - Подождите, - аккуратно перебила Гермиона, - Вы сказали, что тогда Вам было восемьдесят два. Значит, это… - Пятнадцать лет назад, - вставил Драко. - Да, верно, - согласно произнёс Винелиус. – Тогда были тёмные времена. Страшные. Все боялись Того-Кого-Нельзя-Называть. Тогда Он искал себе сторонников. - Это мы знаем, - перебил Драко. – Только не нужно начинать про Поттеров. Мы все прекрасно знаем эту историю. - Что ж, но моя история происходит ещё до Поттеров, - равнодушно проговорил Винелиус. - На сколько? – спросила Гермиона, грея руки об чашку с горячим чаем, так как дом Винелиуса обдувался семью ветрами. - Почти за год до этой трагичной истории… - ответил старик. – Это было днём… Сами-Знаете-Кто только начинал искать себе сторонников, так что люди ещё не особо осознавали всю серьёзность ситуации. Мы сидели с моей женой за этим самым столом, - Винелиус стал говорить тише, будто боясь вспугнуть кого-то. - У Вас была жена? – сочувственно спросила Гермиона. Хотя Драко посчитал здесь удивиться. Винелиус посмотрел в угол, где висели полки с колдографиями. На одной из них Гермиона рассмотрела довольно симпатичную блондинку, которая улыбалась и махала ей. - Была… - протянул старик, но быстро вернулся к теме разговора: – И тогда мне привиделось, что Сами-Знаете-Кто идёт к МакКиннонам предлагать свою сторону. - К МакКиннонам? – переспросил Драко. - Да. Они были чистокровной семьёй волшебников, при том весьма зажиточных, - сказал Винелиус и отпил чаю. – Для него это был лакомый кусок… Мы, конечно, не дружили с МакКиннонами, но я знал, что они никогда не переёдут на его сторону! Филиция не хотела меня отпускать, но я всё равно поехал в их поместье. - Филиция – это Ваша жена? – тихо поинтересовалась Гермиона. Винелиус слабо кивнул и продолжил: - Я не надеялся, что они мне поверят, но по крайней мере пытался. Марлин МакКиннон была добра ко мне всегда, где бы мы не встречались. И Александр тоже верил в мои видения. Когда я рассказал им, я видел, как они борются, чтобы поверить мне. А потом… Потом я ничего не помню. Я что-то говорил им, как оказалось, это и было пророчество, но оно касалось их месячной дочки. Гермиона чуть не опрокинула чашку с чаем себе на колени. Драко поперхнулся слюной, поняв смысл слов старика. Гермиона быстро выдохнула, аккуратно поставив чашку на стол. - Подождите, Вы не ошибаетесь? – начал Драко. – Может, Вы что-то спутали совершенно с другим пророчеством? - Нет, Драко, - как-то растерянно сказала Гермиона. – Инициалы сходятся. - Марлин Диана и Александр Ронан МакКинноны, - вставил Винелиус, а потом продолжил: - Моё видение сбылось. Он пришел к ним и убил – они отказались переходить к Нему. - Постойте, но если Он их убил, - начала Гермиона, стараясь совладать с мыслью, - то пророчество мог оставить только человек с четвёртым инициалом. - Тот, кто тоже там присутствовал, - дополнил Драко. – И слышал пророчество. - Мистер Шэптего, кто ещё был рядом, когда Вы произносили пророчество? Винелиус задумчиво уставился на стол, стуча ногтями по чашке. Просидев так несколько секунд, он ответил: - Не помню… Помню только то, что Марлин сказала, что они спасут их дочку. Как именно не уточнила, только поблагодарила меня. Я вернулся домой и… - старик замолчал, подняв грустный взгляд в угол с колдографиями. - Что произошло, мистер Шэптего? – спокойно проговорила Гермиона. - Он убил её… Мою Филицию, пока меня не было, - дрожащим голосом сказал Винелиус. – Она была маглой… не сумела защититься. «Вот откуда он умеет пользоваться спичками», - подумала Гермиона. Старик трясущейся рукой вытер глаза. Гермиона переглянулась с Драко, а потом как можно мирно произнесла: - Мистер Шэптего, Вы в этом не виноваты… - Конечно, не виноват, - одёрнулся тот, изменившись в лице. – В этом виновата ваша никчёмная магловкая жизнь! Маглы так ничтожны… Ничего не могут. Если бы только Филиция была колдуньей, этого не произошло бы! Винелиус кинулся к углу с колдографиями и схватил одну со своей женой. Он пронзительно уставился на неё, упав на колени. Гермиона и Драко в недоумении и лёгком шоке смотрели на старика. Тот погладил дрожащими пальцами лицо блондинки, а потом затряс колдографию и начал кричать во всю свою хрипоту: - Прости! Прости меня, Филиция. Я должен был тебя послушаться! Остаться… Защитить тебя!.. Гермиона встала со стула, намереваясь подойти к Винелиусу, но Драко схватил её за руку, одним взглядом показывая, что не стоит. Он вывел Гермиону из дома, и та сразу же вырвалась из его рук. - Нельзя его так оставлять, - возразила она, пытаясь вернуться назад. - Мы никак не можем ему помочь, Гермиона, - проговорил Драко, удерживая ту. - Мёртвых не вернёшь. - Но… Как же так?.. - Тебя сейчас должно волновать совершенно другое, - удивлённо воскликнул Драко и развернул Гермиону к себе. – Ты хоть понимаешь, что это значит? Гермиона странно мотнула головой, то ли соглашаясь, то ли показывая, что не догадывается. - Твои настоящие родители – МакКинноны, - произнёс Драко. – Понимаешь? Ты – чистокровная. - И что это меняет? – спросила Гермиона. – Я обрела родителей и тут же их потеряла. Вдобавок, узнала, что мне придётся идти против одного из самых тёмных волшебников истории! Мне сплясать теперь, что ли? – Гермиона всплеснула руками. Драко притянул девушку к себе, понимая, как ей сейчас тяжело. Та уткнулась носом в плечо Драко. - Гермиона, правда на то и правда, чтобы ранить. Я обещаю, что ничего не поменяется, даже если ты потерянная принцесса Великобритании. Девушка хмыкнула в плечо Драко, а потом посмотрела на парня. - Ты прав… Я ничего не потеряла, - сказала она. – Но мне нужно до конца узнать, кто записал это пророчество и как я спаслась. - Я помогу, - твёрдо проговорил Драко, сильнее прижимая Гермиону к себе. - Мне нужно поговорить с моими приёмными родителями. Конечно, странно их так называть… Внутри у Гермионы кольнуло от осознания происходящего. Всю жизнь она считала себя почти никем в Волшебном мире из-за своего маговского происхождения, а теперь ка снег на голову на неё обрушилась такая правда. Драко улыбнулся Гермионе и притянул её к себе за подбородок, нежно целуя. Пожалуй, это то, что сейчас было нужно Гермионе, чтобы расслабиться. Но ушедшее напряжение быстро вернулось вместе со знакомым голосом: - Гермиона! Драко и Гермиона оторвались друг от друга и уставились на немую картину напротив себя: Гарри, Джинни и Рон застыли с раскрытыми ртами. У Рона выпали подарки из рук. Джинни вот-вот гляди бы и упала в ближайший сугроб возле себя. А Гарри просто пытался что-то сказать: - Гермиона… это… Это что, вообще?! _____________________________________________________ Самая тайная комната — это одна из комнат в отделе тайн. Дверь её заперта, и невозможно её открыть ни заклинанием, ни отмычкой. Когда Гарри Поттер попытался взломать её с помощью ножа Сириуса, который мог открыть любую дверь, то лезвие просто расплавилось. По словам Дамблдора, в ней хранится любовь, но неизвестно, так ли это. МакКинноны (англ. McKinnon) — семья с неизвестным статусом крови. В книге упоминается лишь об одном члене этой семьи — Марлин МакКиннон. ----------------------------------------------------- Не кидайтесь тапочками сильно... Автор знает, что это заезженная тема на счёт чистокровной Гермионы. (я всё объясню позже).