Il gatto nero

Тор сидел в смятении в своих покоях и молча смотрел в окно, выходящее на чудный сад, тающий в закатном солнце, к которому уже начинали подбираться тоскливые тучи. В воздухе начинало пахнуть озоном, и асы потихоньку стали расходиться по своим домам, чувствуя, что старший Одинсон не в духе, и зная, чем это грозит закончиться. Причиной смятения Тора, как и практически всегда, был Локи. Вернее, на этот раз, – его отсутствие. Локи не появлялся во дворце уже три дня. Ровно три дня назад Тор проснулся в пустой постели, хотя отчётливо помнил, как засыпал под ласковое сопение (иногда переходящее в мурлыканье) младшего брата у себя на плече. Наутро же ничто даже не напоминало о его присутствии, кроме утренней свежести, проникающей в покои через открытое окно. Громовержец пребывал в недоумении: обычно Локи никогда не уходил так рано, неужели, он чем-то обидел его? Тор оделся, не дождавшись слуг, и пошёл в покои брата. Кровать была не тронута, вода в душе не шелестела, в комнате не чувствовалось привычного холода, указывающего на то, что её хозяин недавно был здесь. Подумав немного, старший Одинсон отправился в библиотеку в надежде на то, что какое-то новое и очень важное заклинание приснилось его брату и вытащило его из постели в такую рань, лишив утреннего удовольствия их обоих. Но в библиотеке Локи не оказалось. Ни его, ни даже его проекции. Громовержец подумал было сходить к Хеймдаллю, но кому, как не ему, было знать, что Локи умеет прятаться от всевидящего ока стража Асгарда, и кто, как не он, обычно был благодарен брату за это! Тор расстроился и в задумчивости пошёл на тренировочную площадку. Конечно, было меньше всего шансов, что Локи окажется там, но Тору как-то ничего больше не пришло в голову: искать бога коварства по всему замку было бы бессмысленно, тем более, если он прячется, а так Тор, по крайней мере, знал, что Локи обязательно придёт сюда, когда решит обнаружиться. В детстве братья часто играли в прятки, и, когда Тору надоедали тщетные поиски Локи, он приходил на тренировочную площадку и вызывал кого-нибудь на товарищеский поединок, и обиженный Локи всегда появлялся, дуясь на брата за то, что тот бросил игру. И тут Тор всегда умудрялся выбрать момент, когда Локи потеряет бдительность, наблюдая за поединком, и набрасывался на него с криком «я нашёл тебя, брат!». Он сбивал Локи с ног, и они катались по всей лужайке, оглашая её детским звонким смехом. Как правило, после этого от обиды младшего не оставалось и следа. Торопясь на тренировочную площадку в надежде на то, что брат просто решил вспомнить детство, Тор случайно уловил часть разговора двух проходивших мимо дам. «Сегодня в Асгарде снова видели чёрную кошку, представляешь!», - сказала одна дама другой. «О Один! Рагнарек близок!», - ответила ей на это другая. Возможно, это покажется несерьёзным, но суеверие про чёрных кошек попало в Мидгард именно из Асгарда. Дамы в панике удалились, а Тор вспомнил, что на дворе первое марта. Он на мгновение остановился, но, подумав, продолжил свой путь. Теперь он знал, куда делся Локи, только вот решить, успокоиться ему по этому поводу или начать ещё больше переживать, никак не мог. В тот день Хогун и Фандрал получили от Тора знатную трёпку в товарищеском поединке. Друзья давно так не отрывались. Это больше походило на настоящий бой, чем на тренировку, после которой Тор молча ушёл. За завтраком бог грома также был задумчив и молчалив. Локи в трапезной не было. Друзья недоумевали. Они догадывались, что причина плохого настроения Тора связана с его братом, но о том, каким образом, им размышлять не хотелось. Весь день Тор просидел у себя в комнате, а когда стемнело, вышел на балкон и стал тихо звать: «Локи-Локи-Локи, кс-кс-кс-кс-кс!». Но ответом ему были ярко сияющие звёзды и тишина: ни шороха, ни хруста веток, ни мяуканья. Громовержец вздохнул и угрюмо отправился спать. Следующий день также прошёл весь в ожидании появления Локи. Он не давал о себе знать. Зато во дворце стали поговаривать о том, что в том или ином уголке Асгарда кому-то перебежала дорогу чёрная кошка. Асы сочувствовали друг другу и плевались через плечо, а Тор думал, почему же эта кошка, вернее, кот, попадается на глаза всем, кроме него. Бог знал, что асы не любят чёрных кошек, но не сделают его коту ничего плохого. По крайней мере, он очень надеялся на это и очень переживал. Тор ходил по Асгарду и в укромных уголках, где не было людей, звал Локи, но тот никак не приходил. Третий день снова прошёл впустую. Локи не возвращался. Тор сидел у окна и думал, что и раньше такое бывало, что каждый март Локи неизбежно принимает облик изящного чёрного кота и уходит в загул. Никто, кроме Тора, во всём Асгарде не знал об этом, да и Тору брат открылся не сразу. Несмотря на то, что боги росли вместе и должны были, казалось, знать друг о друге всё, бог хитрости обнажил перед громовержцем данную свою сущность лишь пару лет назад, когда братские отношения переросли в нечто большее, и Локи понял, что на свете есть кто-то, кому он доверяет. Поначалу Тор никак не мог свыкнуться с мыслью, что его любимый брат каждую весну на целый месяц будет предпочитать ему кого бы то ни было, пусть даже асгардских кошек в образе кота. Но Одинсон сильно любил своенравного Локи, и в конце концов просто принял его таким, каков он есть, становясь в марте заботливым хозяином чёрного кота. В благодарность трикстер дарил Тору много нежных мгновений, мурлыкая вечерами у него на коленях и позволяя почесать себе пузо. Разумеется, Тор переживал каждый раз, когда его любимец уходил гулять. Но сейчас бог грома просто не находил себе места – Локи никогда ещё не отсутствовал так долго. Тучи обняли, а потом и вовсе закрыли заходящее солнце, и начал капать унылый дождик. Тор ещё раз негромко позвал, но в шуме дождя снова никто не откликнулся. Он встал, отвернулся от окна и собрался уйти в глубь комнаты и лечь одиноко спать, как вдруг послышался отчётливый лай собак за окном. Тор глянул в окно, потом быстро открыл дверь и выбежал на балкон: от раззадоренных дворняг большими прыжками улепётывал чёрный кот с ярко-зелёными глазами. Одна собака почти уже догнала его, но кот молниеносно прыгнул на толстый ствол старого ясеня, ветки которого создавали навес на балконе Тора, вскарабкался по нему, по веткам и упал прямо в заботливые руки бога грома. Одинсон прижал к себе кота и занёс его в комнату. - Ах ты бессовестный! Локи, ну вот где ты был так долго?! Почему не приходил домой? Знаешь, как я волновался?! Слегка потрёпанный и сильно уставший кот спрыгнул с рук Тора и забрался на кровать. Громовержец присел рядом и поставил перед ним миску с молоком. Локи вылакал всё до дна. - Почему ты так неожиданно и надолго пропал? Локи посмотрел на Тора, в его зелёных кошачьих глазах читалось «я делаю, что хочу», потом вытянулся на подушке во весь свой кошачий рост, доверительно обнажая перед братом пушистое пузо. -Ах ты бессовестный! Тор ласково гладил кота по голове и чесал за ухом, чесал ему пузо. Локи благодарно заурчал, сначала тихо, потом всё громче, в блаженстве закрывая глаза и убаюкивая брата. Одинсон положил голову на подушку и обнял своего любимого кота. - Пожалуйста, не уходи больше так надолго. Локи лизнул Тора в нос, потом положил голову ему на плечо и, громко мурлыкая, уснул. Тор знал, что кот снова уйдёт, потому что кошки гуляют сами по себе и делают, что хотят, и именно такова природа его брата, но теперь он был спокоен и уверен, что куда бы Локи ни ушёл, он обязательно вернётся.