Дитя тьмы

      Тьма окружавшая город последние 5 минут вдруг исчезла, оставив за собой лишь гробовую тишину Сторибрукской ночи и кинжал на земле. Отказываясь верить в происходящее, родители, друзья и возлюбленный Эммы стояли в ступоре, не решаясь сделать ни шагу. Вывести их из забвения смог лишь приход Генри, мальчик запыхавшись подбежал к родным. — Что… Что случилось? — выпалил он.       Реджина вышла из объятий Робина и начала медленно подходить к приемному сыну, словно, боясь спугнуть его. Она все еще молчала, лишь грустно смотрела на него. — Мам! — сказал Генри уже настойчивее — Где мама? Почему вы молчите? — в его голосе улавливалась паника. — Генри я… Прости нас, мы не смогли ее остановить… — Она спасла нас! — неожиданно для всех сказала Мэри-Маргарет, тупо уставившись на кинжал. Все ее лицо было в слезах, губы дрожали, казалось, если бы не Дэвид, она вот-вот рухнула бы на землю — Ты должен гордиться ей, Генри, не смотря на то, кем она теперь стала! — Но я не понимаю. Кто-нибудь здесь может мне объяснить, что конкретно случилось? — Генри уже начинал злиться, что так и не знал правды, но тут он увидел, как Крюк взял в руки кинжал Темного — Погодите… Что?! Он подошел, чтобы рассмотреть кинжал ближе. Сомнений не было, на нем красовалось «Эмма Свон». — Мама стала Темной? Но, как? Я не понимаю! — Давайте пойдем по домам, сейчас мы ничего не решим, а утром, на свежую голову, будем что-то думать, -обратился ко взрослым Дэвид. Реджина и Робин кивнули в знак согласия. — Пойдем, Генри, — тихо сказала ему мать. — Крюк, — позвал пирата Робин — Нужно идти! Но Киллиан так и стоял неподвижно, смотря безумным взглядом. Робин подошел к другу: — Прошу тебя, пойдем, стоя здесь, ты ничего не сделаешь. — Я потерял их., -наконец сказал Крюк — потерял обоих. — Что? Ты сейчас о чем это? — вмешалась Реджина. — Она была беременна, — ответил ей и всем остальным Киллиан. Мэри-Маргарет охнула и уже начинала терять чувства. Дэвид, со слезами на глазах, снова окликнул остальных: — Идем, пожалуйста! Всем нам нужны силы, чтобы принять верное решение. Мы спасем Эмму и… ее дитя. — Прекрасный прав, — шепнула Робину Реджина — Оставим его, ему нужно побыть одному. Идем!       Все разошлись по домам, но этой ночью почти никто глаз не сомкнул. Тяжелее всего сейчас было Крюку… С места происшествия он отправился на палубу «Веселого Роджера», где всю ночь пил ром, пытаясь залить им горе. Сегодня он потерял двоих любимых ему людей: Эмму и их не рожденного ребенка.       Дэвид тоже выпивал, предварительно дав жене успокоительное. И в доме мэра было не спокойно: Ролланд плакал и капризничал, видно, чувствовал плохую энергетику вокруг, но Реджину сейчас больше беспокоил ее собственный сын. Парень лежал у себя в комнате, уставившись в потолок. — Генри, можно мне войти? — Входи, — просто ответил ей сын. Реджина зашла в комнату и села на краешек кровати. — Мы найдем ее, вот увидишь, сынок, — она нежно провела рукой по его голове. — Найдем, и что с того? Будет только хуже, мам, ты же знаешь, она теперь другая. — Погоди-ка, — лицо королевы вдруг стало радостнее, улыбка заиграла на губах — Так ты же теперь автор! Что не пожелаешь — все будет, как ты захочешь. Да хоть сейчас можно все отменить — Реджина начала смеяться — Как же я могла забыть? — Я больше не автор. — Что это значит, не автор? — Реджина нахмурилась. — Точнее, я автор, но без пера, я сломал его. Понимаешь, мам, я подумал, что наконец все счастливы, значит все события сами пойдут своим правильным чередом, я не хотел решать судьбу людей, как это делал Айзек. И я, как всегда, все испортил. Теперь я не могу спасти маму! — О, Генри… Не вини себя, ты поступил мудро, это было твое право и твое решение. Конечно, с пером у нас было бы все просто, но ведь герои не ищут легких путей, ведь так? Поспи, родной, день был тяжелым для всех нас, — она поцеловала его в лоб и вышла.