Дитя тьмы

Уже утром вся новая информация была донесена до мэра. — Способ, конечно, замечательный, но вы бы не были Прекрасными, если бы думали головой, — сделала заключения Реджина, выслушав версию про сосуд от Мэри-Маргарет. — Эй! А сейчас-то что не так? — возмутилась ее падчерица. — А то, что Эмма, возможно, одна из самых сильных Темных магов за всю историю. Да она же страшное зло! Вот подумайте, если Голд вытворял такие вещи, в предыдущей жизни будучи трусом, то она, с сильнейшим магическим даром от рождения, просто придет к вам в гости, когда вы ее позовете и скажет: «Ну, здравствуйте, родственнички, конечно я помогу вам избавиться от моей тьмы»? — Реджина права, дорогая, она очень сильна. Но в любом случае она нам нужна, иначе кровь не достать. Просто придется придумать план обороны. Поупражняйтесь в магии, Ваше Величество! Королева хотела было возмутиться, но Крюк ее перебил: — Не надо. Я сам ее призову и сам буду с ней договариваться, даже если придется идти на уловки. — Извини, дружище, но мы не можем так рисковать, а потом еще найдем твой труп. — Она не способна на такое! — закричал Киллиан, начиная выходить из себя. — Я бы на твоем месте не была так уверена, — сказала Реджина, но, поймав на себе свирепый взгляд капитана, сменила тему — Я пойду посмотрю, что там Генри делает. Похоже, вы все так увлеклись собой, что даже и не заметили, что парнишка тоже страдает. — Я схожу с тобой, — сказала Мэри-Маргарет, и они с Реджиной вышли из гостиной дома мэра. — Крюк, возьми себя в руки! — жестко сказал Прекрасный, когда они остались вдвоем — Все мы переживаем это не легче твоего, но если ты не перестанешь строить из себя жертву, Эмма сразу же раскусит тебя и обведет вокруг пальца! И завязывай пить! Уверен, ты бы реагировал на происходящее адекватнее и без рома, — Дэвид тоже вышел из комнаты. Крюк ничего не ответил, но в голове согласился с принцем. Пора бы ему привести себя в форму, ведь в таком состоянии он ничем не поможет.

***

— Значит действуем так: Мэри-Маргарет, ты остаешься дома с Нилом, Ролландом и Генри и присматриваешь за ними. Я, Робин и Реджина будем наблюдать за происходящим со стороны и в случае чего, будем подмогой. Напоминаю: всеми силами постараться не ранить Эмму! Крюк, ты знаешь что делать. Главное, не забудь про кровь. Всем все ясно? Пошли!       Крюк вышел на улицу, остальные пошли в соседнее здание, чтобы из окна наблюдать. Неподалеку от квартиры Мэри-Маргарет стоял желтый Жук Эммы. Капитан подошел к нему, облокотился, стараясь сделать непринужденное выражение лица и достал кинжал. — Темная! Я призываю тебя! Явись предо мной! — громко сказал Крюк, глядя на кинжал.       Первые секунд 30 ничего не происходило, но потом он заметил кого-то выходящего из-за угла дальнего дома. Силуэт был темным и слишком далеким, что Киллиан не мог увидеть лица, но когда объект приближался все ближе и ближе к нему, у него пересохло во рту: это была она. Эмма Свон. Темная Свон.       Привычная спортивная походка сменилась грациозной, немного медлительной, кожа вся блестела и переливалась, волосы стали на тон белее и были собраны в тугой узел на затылке. Черный плащ завершал этот мрачный образ. От его прежней Эммы не осталось ничего. Киллиан покрепче вцепился в кинжал. Эмма подошла к нему в плотную, их губы были так близко, она произнесла: — Ты звал меня, капитан? — голос тоже стал искусным, немного змеиным. — Я скучал, — ответил Крюк, стараясь скрывать напряженность. Темная провела руками по его груди и снова спросила: — Так это что ли все правда? Ты действительно любишь меня? — А ты этого не знала? Она улыбнулось, сделала милое лицо, как тогда, раньше. Киллиану на секунду показалось, что слова коснулись ее сердца, что перед снова стоит его прежняя Свон, но нежность оборвали ее слова: — Для меня это всегда было лишь игрой. Я знала, кто ты есть по своей натуре. Всего лишь жалкий пират, для которого я была очередной забавой. Я тебе уже говорила, что все мои «возлюбленные» рано или поздно умирали? Крюк знал, что это говорит тьма, не сама Эмма, что ей нужно любыми способами забрать у нее кинжал, так что он просто пропустил ее слова мимо ушей. — Что с нашим ребенком? Ты не потеряла его? — спросил он. Эмма рассмеялась. — С нашим? Ты так уверен в этом. А может он вовсе и не твой, или уже успел привязаться к нам, папочка? — Ты лжешь, Эмма, я знаю, это не ты, прости меня! — выкрикнул Киллиан и, схватив ее руку, что лежала у него на груди, резанул кинжалом и резко отвернулся. Темная вскрикнула от боли и бросив напоследок:«Ты об этом пожалеешь», исчезла в клубе дыма.