Сказание о Стражах Севера

— Считаешь, можно вот просто так взять и устроить для тебя разговор по душам с Тёмным Братством? — приподняв левую бровь, с недоуменным взглядом спросил меня Довакин. Так стоп. Почему я всё ещё не знаю, как его зовут? Вроде бы уже все всё знают, кроме меня единственной. — Нет. Поэтому я и прошу, — невозмутимо ответила я. В общем и целом, я и не надеялась на щедрую помощь главы гильдии. А раз Карлии и Брина по воле великого и неповторимого Случая сейчас нигде нет, то надо как-то думать самой. Это не сильно радует. — Гильдия не вмешивается в дела Тёмного Братства, — строго, словно выговор сказал норд. Да ещё и посмотрел на меня словно на какого-то щенка, который залез туда, куда ему не следует. Хотя, если подумать, то так оно и есть. Ношусь с этими медальонами и порой занимаюсь тем, чем в принципе заниматься не стоит, да и заходит это обычно далеко. — Да, я всё понимаю. Но, может быть, ты хотя бы знаешь, где их найти? — в надежде на ответ спросила я. — Даже если и знал, не сказал бы. В этом всё равно нет смысла. Они тебе не откроют дверь, уж поверь мне, — изрёк норд, а после с глубоким вздохом добавил: — Тёмное Братство само находит тех, кто ему нужен. — Понятно, — не рассчитав силы голоса, прошептала я. Серьёзно. Я не ожидала, что мой голос понизится настолько, что я сама еле услышу, что скажу. Я мигом развернулась и ушла прочь от Довакина, дабы больше не злить его своим присутствием и глупыми просьбами. Возможно, я его и не достала, но мимика его лица говорила мне об обратном. Поэтому совсем скоро я уже выползла из тайного входа в Гильдию через склеп и совершенно случайно встретила у многострадального Талоса стоящего спиной ко мне Ниоса. Молится он ему что ли? Но, неважно. — Не судьба нам попасть в Тёмное Братство. И почему-то, я рада этому… — подкравшись к парню сзади, сказала я. Увы, он не испугался. А как бы я хотела почувствовать всю силу страха мага. Наверное, это было бы весело. — Ты веришь в то, что боги действительно существуют? — не сводя взгляда с алтаря, произнёс он. — Что? — изогнув правую бровь, сказала я. Нет, не из-за того, что не поняла того, что он спросил, а из-за того, что не была готова к подобному вопросу. Об этом меня даже наш деревенский жрец Талоса не спрашивал. Да об этом меня вообще никто не спрашивал. Поздравляю, Ниос, ты первый! — Ну, там, Дибелла, Аркей, Талос… — Да поняла я. К чему ты это спрашиваешь? — Просто интересно стало, — повернувшись ко мне и опустив глаза вниз, сказал Ниос. — Я верю в то, что вижу, слышу и чувствую, — честно ответила я на его вопрос, на что он посмотрел на меня и мило улыбнулся. О такой улыбке обычно говорят: «прощаю всё». — Есть предложения, что делать дальше? У меня ничего не получилось. — Тёмное Братство ищет тебя. Можно попробова… — Даже не думай об этом! Я не собираюсь играть роль приманки. Ни-ког-да! — перебив мага, зло сказала я. — В таком случае нет. — Тогда, предлагаю никуда не рыпаться и ждать здесь, когда наш великолепный братец соизволит вспомнить о двух тушках, оставленных им здесь, — бодро сказала и, схватив Ниоса за руку, направилась к северным воротам. Конечно, не для того, чтобы уйти из города. Просто у меня накопилось куча вопросов, на которые в полной мере сможет ответить Ниос, и я решила сводить его к озеру. Там и людей поменьше, поэтому нас никто не услышит. Да, и спокойно там как-то. Проскользнув мимо нескольких человек на торговой площади, быстрым и довольно шумным шагом мы прошли по мосту. Оказавшись перед массивными, сделанными из дерева, главными воротами Рифтена, мы, не останавливаясь, чтобы полюбоваться на своеобразную красоту, прошли к берегу озера Хонрик. На озере царило необычайное и даже чем-то подозрительное спокойствие. Возможно, я просто не привыкла к подобной тишине, но инстинкт говорил мне об обратном, а ему я привыкла доверять. Как-никак, а именно развитые довольно давно инстинкты помогли мне выжить в этом мире полном зла и опасности. Но, осмотревшись и поняв, что моя больная фантазия вперемешку с невыспавшимся организмом всё это придумала, я запихнула мысль об опасности в самые дебри моего разума. Самым главным для меня сейчас было — вытащить из Ниоса как можно больше информации, пока рядом нет Атаме, который может одним взглядом заставить замолчать даже свирепого дракона… — Он не вспомнит, — очень тихо произнёс мой младший брат. Настолько тихо, что я сначала не поняла, что он что-то сказал, и что я что-то вообще услышала. Опять подумала, что это очередное проявление моей фантазии. Маг стоял прямо, немного расслабленно, что говорило о его доверии ко мне. Что я защищу его, случись что. Или же просто он был слишком самоуверенным, что более реально. Его взгляд задумчивых тёмно-карих глаз был устремлён на водную гладь озера, а руки были сведены за спину. — Я его знаю. — Не вернётся — его проблемы. Я не собираюсь за ним бегать, и, если уж ему так нужны эти медальоны, пусть сам их и ищет. Я не хочу рисковать своей жизнью ради него, — сказала я после долгого молчания. Сначала я вообще не хотела отвечать на реплику Ниоса, но, когда он говорил о Атаме, его голос звучал как-то… разочарованно. Словно принц успел уже как минимум несколько раз предать мага. Я захотела выяснить, почему у братьев такое отношение друг к другу, поэтому решила продолжить разговор. — Ты не понимаешь! — резко отозвался он. Определённо, я затронула больную для него тему. Насколько я могла его изучить за проведённое вместе время, Ниос всегда был спокойным и не вспыльчивым, в отличие от Атаме, который бесился по каждому поводу. Похоже, я на верном пути. — Так объясни. Маг замолчал, виновато опустив взгляд на землю. Мы простояли так всего минуту, а мне казалось, будто прошла вечность. Мне понадобилось некоторое время, чтобы понять окончательно, что он не собирается мне ничего рассказывать. Я медленно отвернулась от него, всматриваясь в озеро, словно пытаясь найти там ответы. Я думала, что Ниос отличается благородством и не сможет держать в неведении собственную сестру, но ошиблась. Или же во всём виновата я? Я была чересчур резка с ним, слишком сильно давила, поэтому и оттолкнула его от себя, словно маленького наивного котёнка. — Хочешь, чтобы я доверяла тебе? — тихо начала я, но была перебита. — Дело не в доверии, — пытался оправдаться Ниос. — Тогда зачем вы влезли в мою жизнь? Не будь вас и этих медальонов, я бы спокойно жила себе, не зная бед. — Ничего не изменить. — Теперь-то уж точно… — Нет, Тесс. Всё было предрешено ещё задолго до нашего рождения, — обречённо сказал он. — Что было предрешено? Ты так и будешь говорить загадками? — Прости. — Чего вы от меня хотите? Вы оба? Зачем вы пришли за мной? — с надеждой на ответ спросила я, но желаемого не получила. Ниос лишь снова опустил глаза, не желая смотреть на меня, и ничего не говорил. — Ты так и будешь молчать? Ты не ответил ни на один мой вопрос, и хочешь, чтобы я что-то делала для вас. Назвались моими братьями и считаете, что я без каких-либо объяснений побегу в ваши объятья? Если требуешь от меня помощи, то отвечай взаимностью. Я не девочка на побегушках, — прошипела я, развернулась к дороге и целеустремлённо направилась в сторону от Рифтена. Я была зла на всех подряд и в том числе на себя. — Нужны медальоны? — развернувшись на ходу, крикнула я магу. — Они у Брина. Забирай.

***

Так просто я поставила точку в этой истории. По крайней мере, я так думала. Я вернулась в свою деревню. Тихое местечко, обрамлённое со всех сторон хвойными деревьями, успокаивало меня. Осознание того, что я дома, сохраняло это спокойствие. Но не было никаких чувств по отношению к восьми могилам на кладбище. Я каждое утро вставала с восходом солнца, приходила к своим родным и разговаривала с ними. Ни о чём. Я хотела ощущать присутствие любимых людей, чувствовать их, видеть их счастливые улыбки, слышать их надоевшие шутки. Мне не хватало их. Я не до конца поняла, что никого больше нет. Что никто не подойдёт сзади и не обнимет меня, не утешит и не погладит по волосам. Никто не скажет, что всё будет хорошо. И каждый закат я встречала с грустными, устремлёнными вдаль глазами, на краю пропасти, близ Хоксми. Что мне дало это? Зачем я так поступила с Ниосом и Атаме? Что я хотела этим сказать? Кому я хотела что-то доказать? Я не знаю. Я старалась не думать об этом. В моей голове мелькало множество разных безумных мыслей о том, что я сделала что-то не так. Где-то в начале истории я ошиблась, пошла не по тому пути и упала в пропасть, из которой теперь не выбраться. Меня никто не останавливал. Меня никто не поймал. Меня никто и не найдёт. Я никому не нужна. Единственные, кому я была дорога, мирно лежат, небрежно зарытые в холодной земле. Я сделала огромную ошибку, которую невозможно исправить. И теперь мне нет места среди родных для меня людей. Они все погибли из-за меня, а я даже не заподозрила ничего подобного. Беспечно смеялась, веселилась, общалась, не осознавая, что дорогие мне люди страдают. Страдали… Моя душа перестала существовать в этом мире. Она исчезла вместе с совестью, гордостью, верой и надеждой ещё тогда, когда я, выйдя из-за угла домика Ниакала, увидела лежащую в собственной крови бабушку. А всё, что я проявляла после этого — ложь. Я пыталась забыться и пряталась под масками. Однако, меня хватило ненадолго. Я убеждала саму себя, что всё хорошо. Что пройдёт время, и рана в сердце затянется. Что я ни в чём не виновата. Но себя не обманешь. Чувство вины пожирало меня изнутри, и все попытки развеселить меня и успокоить людей, называвшихся моими друзьями, канули в лету. Нет. Эти попытки были обречены на поражение. Я знала, что я собственными руками подписала смертный приговор всей деревне, когда ушла из неё. Но пыталась убедить себя в обратном.