Слова, которые надо было сказать давно.

Поле битвы. Повсюду разбросано оружие. Парень с девушкой, пусть оба и устали, продолжают свой смертельный танец. Золотистые волосы развеваются на ветру. А синие глаза смотрят серьезно и с горечью. Даже хорошо, что так случилось, она исполнит обещание. Она сдержит слова. Они оба умрут сегодня. Уж она-то об этом позаботиться. Она все для этого сделает. Они с невероятной скоростью двигаются по полю, периодически сталкиваясь и скрещивая клинки. Даже хорошо, что сегодня ее сердце остановится, ведь видя его таким, ему больше не хочется биться в груди. Сколько лет прошло. А взгляд Саске все такой же, немного угрюмый, но целеустремленный, он смотрит внимательно, подмечая малейшие детали. Но силы уже на исходе и нет больше Курамы, который сможет помочь. Самый близкий друг навсегда ушел, оставив после себя кровоточащую рану, но это уже не важно. Скоро, уже скоро, осталось совсем немного времени и наконец придет покой. Она заберет всю ненависть и боль из сердце Саске, сделает все, чтобы он освободился, и они уйдут, вместе, как когда-то и хотели. Сколько же воды утекло с тех пор. А ведь она любила его. Любила так, что отпускать не хотелось ни на секунду. Но было так страшно. Человек которого все ненавидят, зачем она ему? Зачем она, жалкая сирота нужна ему, последнему члену клана Учиха? Одинокие люди теряют веру. Вот, и она, она слишком сильно боялась. Даже тогда, во время той битвы, в долине Завершения, она боялась. А ведь знала, какие слова нужно сказать, чтобы он остался, знала, но боялась. Поэтому он разозлился, потому что она была ему дорога. Но то, что он тогда сказал, то, как смотрел, то, как ударил ее тогда, пробив насквозь плечо. Да, она, Наруко Узумаки в тот день умерла. Вернее умерла та маленькая девочка, которая всего боялась, которая не понимала за что ее не любят, она в тот день умерла. Она сломалась под тем взглядом полным ненависти и злости, и теперь она другая. Она все делала ради того, чтобы Саске был счастлив, ради того, чтобы деревня процветала, ради того, чтобы люди не умирали зря. А сегодня, она впервые за всю свою жизнь, сделает кое-что для себя. Девушка на секунду замерла и меч в руке парня проткнул ее. Она схватилась за острие, изо рта потекла кровь. Растрепанные золотые волосы стали пропитываться кровью, но голубые глаза смотрели все так же нежно, на губы изогнула слабая улыбка. Саске непонимающе уставился на нее и вытащил меч из раны. Девушка на его глазах, как в замедленной съемке упала на землю. Кровь все текла и телка, образовывая лужу, а раны полученные в последнем бою так и не затягивались. Учиха удивленно посмотрел на нее и прижал руку к глубокой ране на боку. Ему тоже не долго осталось, слишком много крови он потерял и слишком серьезны его раны. Девушка с трудом приподняла голову. Как ни странно, даже в таком виде она казалась ему прекрасной. Целеустремленность и бесстрашие, горящие в ее взгляде всегда казались ему фальшивкой. Даже в тот раз, на мосту, когда она сказала, что если они и умрут, то вместе, он не поверил. Он видел гордо вскинутый подбородок яростно горящие глаза, но считал все это лишь маской. Он считал, что все люди такие же, как он, что все они лгуны, он смотрел на нее, но не видел. Для Учихи, перед ним все еще была та, маленькая девочка, которая смешно морщила нос когда злилась и постоянно кричала, что станет Хокаге. Он не видел, как она выросла, как изменилась, в тот раз на мосту... Можно сказать, он увидел призрак прежней беспомощной Наруко. Но сейчас, в этой битве, он понял, как сильно она выросла. Она стала шиноби, сильным шиноби. Она сражалась, зная что умрет и не боялась этого, лишь хотела, забрать его вместе с собой в могилу. И за это, он не мог не проникнуться к ней уважением. А теперь она упала, как марионетка, которой перерезали ниточки, упала от его удара, и уже не поднимется. Саске посмотрел на нее и заметив, что ее губы шевелятся подошел ближе. Узумаки улыбнулась. Такой искренней и нежной улыбкой, что у него на глазах выступили слезы. - Саске, - в голосе нет обиды, только понимание и что-то еще... - Прости меня. - брюнет опешил. - Знаешь, нам не долго осталось, поэтому, я думаю, что могу сказать тебе правду. - голос Наруко срывается, она кашляет и на губах появляется кровь, стекая из уголка рта тонкой струйкой. Саске наклоняется ближе. - Я любила тебя. Кажется от этих слов замирает все внутри, а из глаз блондинки медленно текут слезы, смешиваясь с кровью. При этом с ее губ не сходит знакомая и такая любимая улыбка. Это так на нее похоже, это так похоже на Наруко, даже умирая, она будет улыбаться до конца. Чтобы все знали, что она уходит счастливой и не сожалеет о том, что отдает жизнь за свою деревню. Он так никогда не мог, не было той любви и той привязанности. Он вообще не понимал ее, но любил, любил так сильно, что однажды чуть не убил, а теперь закончил начатое три года назад. - Для человека которого все ненавидят, - ее голос был едва слышен, но она все еще старалась договорить. - Незнакомо понятие любви, нежности, заботы о ком-то. Ты просто всегда один и никому не нужен. Поэтому, когда появляется человек, которому ты дорог. Он для тебя в тысячу раз важнее всего остального. Но это так страшно, любить... - она на несколько мгновений замолчала, пытаясь перевести дух. Ее всегда блестящие волосы уже промокли и покраснели, а кровь все текла и текла. С щек сошел румянец и кожа начала бледнеть. - Поэтому, если у нас, появляются дорогие люди, мы готовы ради них на все. Даже, если мы должны отдалиться от них, даже если должны сражаться, даже, если должны убить. И я не боялась. Я хотела, чтобы ты прожил жизнь так, как хотел и не собиралась удерживать. Я не хотела снова остаться одна, но в итоге, все так и вышло смешно, правда? Сама улыбается, но в голосе нет насмешки, только горечь. Она всегда была одна, поэтому, теперь, когда тот, кого она полюбила снова рядом, когда он снова с ней, она не боится. Они уйдут вместе и уйдут навсегда. А Саске просто смотрел. Смотрел, как из хрупкого израненного тела медленно вытекает жизнь. Он никогда бы не подумал, что все так закончится. Казалось, только теперь он понял, что ничего уже не изменить. И он понимал, почему она не боится смерти и стремится к ней. Все потому, что они пошли по разным путям, не выслушав и не поняв друг друга, свернули не в ту сторону и теперь, пока они живы, пока они являются шиноби, они обязаны драться. Потому что находятся по разные стороны, и потому, что только в драке, они могут понять друг друга и только так, они могут быть вместе. Поэтому не стоит бояться... Из глаз девушки все еще текут слезы, но в них такая нежность и забота. И слова, которые она сказала тогда, вновь всплывают в голове: "Я не хочу чтобы ты мстил Конохе, но если ты не можешь ее простить, тогда вымести всю злобу на мне. Я избавлю тебя от всей твоей боли и ненависти." Такая упертая, глупая... Но не боится того, что говорит, она исполнит свое обещание. Теперь, смотря на замаранное лицо, все в кровоподтеках и царапинах с которого уже сошла вся краска, на путанные волосы, побелевшие губы и, такие родные ярко-голубые глаза, он не чувствует ничего кроме любви. Того самого чувства, которое он так усердно пытался подавить, но которое ему так и не удалось уничтожить. А она с трудом поднимает дрожащую руку и, почти так же, как когда-то брат, нежно касается его лба, убирая грязные прядки, проводит по щеке. Рука падает, а на бледной коже остается кровавый след. Сердце отбивает последние удары. И обескровленные губы еще успевают прошептать, такие дорогие слова: "Я всегда любила тебя" Сердце замирает, глаза закрываются, по щеке Учихи скатывается последняя слезинка. Да, она сдержала обещание. Так же, как и сдерживала все те, что давала ему раньше. Такой уж она была. Так она жила. Она сделала, что должна была. Пошел дождь... Когда их нашли, оба уже были мертвы. Они лежали совсем рядом, насквозь промокшие, касаясь друг друга руками, смотрели пустыми глазами на небо и улыбались. Коноха провела проводы. И их похоронили под одной могильной плитой. На ней были изображены знаки клана Учиха и клана Узумаки. А Сакура попросила написать на плите только одну фразу: " Те, кто будут счастливы вместе лишь в другой жизни"