глава 6
27 августа 2015 г., 13:40
Растерзай меня, ты же можешь,
По сердцу словами, как ножом для тебя ведь не сложно.
Как мне быть с тобою, как мне жить с тобою.
Объясни, где от сердца твои ключи.
*💫💔💫*
Эрик
Свадьба
— Ри-ики, Эрик. Ну! Рик! Вставай! — Разбудил меня назойливый голос. Я мысленно отмахнулся, сунул голову под подушку и продолжил спать. Точнее, попытался. Подушку у меня весьма наглым образом стащили, одеялко, в которое я попытался укутаться, тоже. Тогда я попытался заползти под кровать. Это мне тоже не удалось. Меня схватили за ногу и в ухо проорали: — Эй! Это наглёж! Вставай, давай! Свадьба сегодня, а ты дрыхнешь без задних ног. Я же после моего похищения мечтал лишь об одном: выспаться и, чтобы меня не трогали. Да, погуляли мы славно на вечеринке. Ты мне дашь поспать? Азар, видимо, мысленно прочтя мой вопрос в глазах, сказал: — А я, в отличие от некоторых, всю ночь фиг знает где, не шляюсь! — Ты сердишься? — задал вполне очевидный вопрос я. — Представь себе! Ты обещал быть к двенадцати! К ДВЕ-НАД-ЦА-ТИ! Объясни, каким же образом ты приперся в четыре утра?! Зачем так психовать?! Ты, что следил за мной? У-ууу, а еще брат называется, а следит не хуже отца. — Азар, ну чего ты так волновался? Это же не впервые такое! — Ну, я, конечно, понимаю… — Ладно, я встал. Иди уже одеваться. Азар поверил мне зря. Как только он закрыл за собой дверь, я тут же улегся в кровать, собрав одеяло и подушку в кучу. Я мгновенно погрузился в блаженный сон. Видал я эту свадьбу на хуторе близ Диканьки. К демонам ее. Мы же почти до утра просидели. В четыре часа я отправился в спальню, попросил Маркуса уйти, принял душ и только потом лёг спать. Мне тоже требовалось время, чтобы подготовиться ко сну. В результате сон оказался лучше свадьбы.Сколько мне ещё дали поспать, я не знаю, но… Разбудил меня осторожный стук в дверь. Я приоткрыл один глаз, что бы посмотреть на смертного, посмевшего меня разбудить. Смертным оказался Азар, который с интересом разглядывал меня. Перевернувшись на другой бок, натянул подушку на голову и опять погрузился в объятия так любимого мною Морфея. Он всегда приходил ко мне по первому же зову, вот это я понимаю — настоящий друг. На этот раз наше с ним свидание грубо прервали, коварно пустив солнечный свет в комнату. М-мм, скажите, что никого здесь нет, и сегодня уже не будет. Глубже зарылся в одеяло, полностью скрывшись ото всех раздражителей, в предвкушении продолжения сна. Однако тут мой нос учуял почти неуловимый аромат свежезаваренного кофе и чего-то мучного с корицей, от чего желудок громко забурчал, требуя еды. Пришлось вылезать на запах из своего укрытия. Вот знает мою слабость, чем поднять меня. Уу-у, коварный братец-искуситель. В демоны заделался. А он зол на меня, как эти самые демоны. — Ты еще в постели? — Он с удивлением осмотрел мои комнаты, а затем пристально взглянул на меня. — А где вся прислуга? Почему нет никого? Ты что не собираешься идти к алтарю? Ты решил устроить скандал? — На его лице появились первые слезы. — Я же приходил к тебе и будил тебя, совесть у тебя есть? Я оглядел его и усмехнулся. — Совесть в кармане халата поищи, может и найдешь. А, между прочим, сам-то тоже не готов. Ладно, не куксись. У меня предложение. Давай вместе оденемся: у меня или у тебя? Азар с радостью принял это предложение и улыбнулся. — У меня все готово. Пойдем ко мне? Я спустил ноги с кровати и направился в гардеробную комнату. Вчера отец прислал мне свадебный костюм, который я так ненавижу и он был весь испорчен на манекене. Его покрасили, его порезали в хлам. Я в шоке и в радости одновременно. Вот блондинистые придурки, хотели опозорить испортить мне день. Ха, ха… А вышло все наоборот, я же рад, что они его испортили. Оправдываться перед отцом будет легче. Поэтому их нет. Я рад, что купил себе другой свадебный костюм. Теперь я понимаю, что они не собирались будить меня сегодня и выполнять свои обязанности. Кто-то хотел покинуть замок. Михаэль будет очень этому рад. Достал пузырёк с зельем и выпил его. Начинается новая жизнь. Какое же это мерзкое зелье! Меня передёрнуло, но я был готов на всё, чтобы порадовать своего будущего супруга. Переоделся, взял костюм и, закрыв дверь гардеробной, отправился вместе с братом в его комнату.Михаэль
Красивый, гордый, непокорный. Эрик, ты загнан в угол, но все еще продолжаешь огрызаться. Таким ты мне и нравишься. И я еще больше хочу тебя. Хочу обладать тобой, хочу заставить кричать мое имя на пике наслаждения. Хочу занимать все твои мысли. И я добьюсь этого. Тебе теперь некуда идти, сегодня свадьба, а ночью ты станешь моим. Наконец моя мечта осуществится. Мой невинный, не тронутый никем мальчик. Мой, только мой. Теперь есть только я. И постараюсь приручить тебя, мой гордый граф. Я мылся до скрипа, натирал свое тело ароматным маслом с запахом морского бриза и трав. После ванной надел халат и решил навестить его. Открыл дверь, вошел в его покои, и мое сердце упало в район пяток. Его нигде не было и моих мальчиков тоже, но последние меня мало волновали. Где Эрик? В комнатах стояла тишина. Меня стало колотить, и злость закипала на душе. В гардеробной я нашел испорченный свадебный костюм. Он, значит, не хочет меня и не принимает. Что ж, мне нужен наследник, и я его получу, приглашу врача, и он определит его цикл, как только забеременеет, оставлю его в покое. Пусть наслаждается своим одиночеством. Но он не знает, что я буду единственным, кто притронется к нему. У меня есть с кем переспать, и они не откажут мне в этом. Такие горячие, нежные и сексуальные парни. Вновь вышел оттуда и оглядел комнату. В этот момент в комнату вошел отец. — Михаэль, ты еще не одет? — Все уже готовы и ты должен быть в храме. — Эрик?! — Успокойся все хорошо. Ты идешь одеваться? — Да, отец. Я одевался и не мог понять одну вещь. Либо отец знает, где Эрик, либо он не заметил, что его нет. Я сойду с ума с этим упрямым омегой… В храме, стоя у алтаря, я ждал подвоха и нервничал. Дэйв пытался меня успокоить. Ему хорошо, он знает, что придёт Азар, а вот я не знаю, что делать, и чего ждать от Эрика. В последние дни он не подпускал меня к себе, злился на меня, флиртовал с другими альфами… Он выбирает кого угодно, только не меня. И я надеюсь, что смогу выбить из него эту дурь, и он будет уважать и подчиняться мне.***
Эрик
Город был действительно великолепен. Мы въехали на главную улицу, ведущую к центральной площади и храму. Народа было на улицах не протолкнуться и не ступить шагу. Все стояли вдоль дороги с двух сторон. Столица встретила нас радостным гомоном, цветами, флагами, разноцветьем нарядов и духотой. До главной площади ехать было меньше пятнадцати минут. Жители кидали цветы на дорогу перед наряженной каретой с четверкой белых коней и кричали поздравления, пожелания счастья и «Да здравствует Император». Впереди и сзади свадебной процессии ехала королевская стража. От всего этого и жаркого южного солнца у меня начала болеть голова. Скорее бы в тишину, прохладу и покой. Но покой сегодня мне будет только сниться в моих мечтах. Настроение хуже некуда. Эти блондинистые сволочи так и не появились в моих комнатах. Хотелось порвать их, как Тузик грелку, и отправить на шашлык. Ох, доберусь до них, чует мое сердце, не просто так они сегодня не пришли. В это время от мыслей отвлек меня папа, сидя рядом с нами, он давал последние наставления. — Сыновья мои, сегодня вы станете супругами, и состоится ваша брачная ночь. Расслабьтесь и доверьтесь мужьям. Они знают, что делать и научат вас всему. Ваша задача не боятся близости и поскорее подарить им наследников. — Он всплакнул и улыбнулся. Продуктивно так объяснил папа про брачную ночь. Я не жив и не мертв. Руки леденеют, а еще поднимается злость, как подумаю, что он с этими блондинами. Выворачивает наизнанку и поднимается тошнота. Не думать об этом, только не сейчас. Я даже позавтракать сегодня не смог толком. Эта булочка с корицей и кофе, все, что смог проглотить. На остальное просто кусок в горло совсем не полез. Нервы ни к черту. Расслабишься тут, ага… А уж удовольствие просто через край. - Эрик у меня с тобой будет разговор после свадьбы. Знаю сегодня особый день для тебя. Ты станешь не только супругом, но и императором. Я помогу тебе стать хорошим политиком. И горжусь вами. - Отец, как всегда, прямолинеен. А с политикой я не боюсь, мой родной отец был дипломатом и меня готовил к этой тяжелой работе. Это был тогда мой последний год свободы в мире шоу-бизнеса. Мне уже было уготовано место дипломата в Венгрии. Знание языков и спецобучение. Меня готовили к этому с самого детства. Я часто думал о своих родителях и жалел, что они не знают, каким я стал. Они не могут мной гордиться и не смогут пожелать мне счастья. Мама и папа, я скучаю по вам. Мне так не хватает вашего тепла, а от отца — хорошего совета. Теперь у них другой сын, и это не я. Сделав круг по площади, карета остановилась перед парадной лестницей. Храм всех стихий был просто великолепен. Море цветов, улыбок и пожеланий счастья. Свадебная процессия остановилась у самого входа. Красная, широкая дорожка лежала на ступенях храма. Маленькие мальчики лет пяти, шести стояли с цветами, перед дверями ожидая нас. Мы вышли из кареты и направились к ним. Все иллюзорная свобода закончена. Теперь я не буду принадлежать себе, и решать многие вопросы сам. — Эрик, улыбнись. Что ты стоишь, как ледяная статуя. — Рыкнул Рейтар. — Нервничаешь. Да у тебя руки ледяные. Соберись мой мальчик. Я надеюсь на тебя. Ты сильный духом и именно поэтому и выбрал тебя. Тот, кто выжил в лесу без защиты, достоин, носить корону.— Я собрался с духом и вымученно улыбнулся. Но, по-моему, вышел оскал вместо улыбки, так как Рейтар вздрогнул, глядя на меня. — Вот и молодец, но можно не так рьяно. Рейтар со своей свитой направился вперед нас, следом маленькие мальчики с цветами. Они кидали нам их под ноги. Медленно, шаг за шагом, я поднимался по мраморной лестнице навстречу своему отнюдь не радужному будущему. Мой «драгоценный» жених, свет очей моих, которого так хотелось придушить, уже дожидался своего жениха у алтаря. Я шел как на эшафот. Последний шаг. Прощай, моя свобода. Отец вел за руку Азара, а следом по проходу шел я. Дэвид и Михаэль стояли у алтаря, и последнего, было видно, нервничал, но был рад, что все же появился в храме. Император занял свое место, отец вручил руку Азара Дэвиду, потом взял мою и вручил Михаэлю. Он даже вздохнул. Неужели думал, что и правда сбегу? Мысль о побеге была задушена на корню — все ходы и выходы перекрыли. Бежать некуда и смысла нет. Жрец произнес праздничную речь и поздравил всех с великим днем и пожелал счастья. И начал ритуал венчания. — О, Великие Хранители всех стихий, взываю к вам. Соедини эти любящие сердца узами брака, — начал свою проникновенную речь жрец в белом балахоне. Веселый такой дядечка, у которого все сердца были непременно любящими. М-да. — Ваш союз вечен перед миром. Бог Любви, свяжи их судьбы! — Жрец поднял руки вверх. Воздух наполнился ароматом цветов и легкий ветерок поднялся возле нас. — Что ж, теперь вы можете поцеловать друг друга, — произнес жрец. Алтарь засветился и на руках Азара и Дэвида появился рисунок лилий показывающий, что они истинная пара. Все гости зашептали, и восхитились увиденным. Потом Жрец читал снова и потребовал произнести клятву и свое согласие на брак. Для меня это было почти, как в тумане. Когда жрец произнес фразу: «Можете поцеловать жениха», муж наклонился ко мне и коснулся моих губ губами. «Ой», — сказало сердце. Это был наш первый поцелуй. Такой теплый с искоркой, пробежавшей по всему телу, словно легкий статический разряд. И мой первый с парнем. Символично, могу сказать. Черт, такого точно не ожидал: руки Михаэля прижали меня к его телу, и он углубил поцелуй. Я пытался вырваться, а потом… сдался. Его горячие губы страстно и нежно целовали мои, даря невероятные ощущения. Я полностью растворился в этом всепоглощающем вихре: во всей Вселенной не существовало ничего, кроме его губ и рук. Его полустон — полу рык, мои пальцы запутались в его длинных волосах… И стало все равно, что он основательно разрушил мою жизнь… Плевать на все. Его поцелуй… он сводил с ума, кружа голову, горячую кровь… Пока не случилось Это… Солнышко светит, птички поют, а меня быстро в психушку везут — с такими радужными мыслями я разлепил глаза, когда загребущие лапы Михаэля спустились на мою пятую точку. Что?! Ну не офонарел он? Совсем с катушек съехал. И это при всех в храме? Вот похотливый засранец… Я скинул его руку, а он перехватил ее. Я стоял рядом с Михаэлем, который держал за руку. На пальце блестело скромное колечко. Аналогичное кольцо, совсем недавно я надел на руку мужа, а на руке Михаэля вдоль запястья до локтя появился рисунок в виде ветки вьюна из листьев и синих не распустившихся роз. У меня же не появилось никакого рисунка на руке и все были удивлены. Отец, едва сдерживая слезы на глазах, подошел к нам и поцеловал в обе щеки, поздравляя с браком. Император так же вытирал скупую отеческую слезу, тоже подошел и поздравил нас. После этого он встал на свое место в храме и отрекся от престола и передал всю власть Михаэлю. Я и мой супруг приняли корону и нас тут же короновали. После всей этой процедуры поздравляли, и мы отправились на праздник вместе с гостями. Народ чествовал новых императоров их страны.****
Дворец сверкал огнями, свечами и драгоценными камнями на приглашенных гостях. В широких коридорах на полу лежали пушистые ковровые дорожки, чтобы гостям было удобно ходить в бальной обуви и не скользить на мраморном полу. Церемония открытия бала по этикету. Сначала подходили приветствовать император севера Дамир, и его взгляд был тусклым, словно он потерял что-то в этом зале. Потом императоры востока и запада. Первый танец открывали молодожены, а после начинались танцы для всех. Для меня всё было, как в каком-то вакууме. И получалось, я на всё смотрел как бы со стороны. Очень тихо зазвучала музыка. Михаэль подал мне руку, Дэйвид подал руку Азару, приглашая на танец, мы сделали шаг к супругам, положили вторую руку на плечо мужчин. Мы закружились в вихре пузырьков, огней. Я и Михаэль смотрели друг другу в глаза, и казалось, что кроме нас здесь никого нет. Только музыка и мы. Всё же у нас получилось это сделать синхронно. Когда танец закончился, Михаэль наклонился ко мне и поцеловал настоящим страстным и нетерпеливым поцелуем, от которого у меня перехватило дыхание. Чтобы сделать глоток воздуха, я приоткрыл губы. Михаэль прижался губами сильнее, не давая возможности мне отступить ни на шаг, ни на вдох. И я пропал, открылся тому большому чувству, что поднялось у меня из самого сердца, из самой его глубины, разрослось и заполнило все мое существо. Он, только он, больше уже ничего не существовало в моей жизни. Мое чувство, как доверчивый дикий зверек, потянулось к Михаэлю, надеясь на отзыв, на встречное чувство, но ответа я так и не получил. — Ты сегодня станешь моим. — Прошептал нетерпеливый муж. В его глазах я читал лишь похоть и страсть, которая загоралась в нем. Было больно, все осталось по-прежнему. Секс и больше ничего его не интересует. Но с другой стороны не могу же заставить его полюбить себя, когда он этого не хочет и не желает. Я горестно вздохнул, все у меня не как у людей, и свадьба дурацкая и муж император, травят кому не лень и я сам омега…. Не жизнь, а сплошное зап@дло. Отпустив меня, Михаэль посмотрел в глаза. Что он хотел уж, там увидеть не знаю, я совсем не понимаю этих альф. Но явно не мое разочарование и не желание продолжать целоваться с ним. Он развернулся и направил свои стопы к столу, взял бокал вина и выпил его залпом. Потом мы просто сидели и смотрели, как веселятся и танцуют другие. Ближе к двум ночи нас с Азаром отправили готовиться к брачной ночи. Вот тут-то войдя в его покои и помня про зеркала на потолке спальни, решил, что в своей мне будет спокойней. Я переоделся и лег. Дрожь пробегала по моему телу, и я метался от желания поцеловать Михаэля или сбежать от него. От своего непонятного состояния я словно примерз к постели. Измаялся и извелся… Кажется я задремал. Дверь открылась, и я увидел ЕГО. Сердце ушло в пятки, и наблюдал за Михаэлем. Он лег рядом со мной, а мой разум отказал мне и стал все делать на инстинктах. Михаэль обнял меня, а я поднял голову, упершись в его плечи руками, попытался отодвинуться, но он был, словно каменный, не сдвинулся даже на миллиметр. Его правая рука быстро передвинулась мне на затылок, зафиксировав лицо в нескольких сантиметрах от него. Я прерывисто вздохнул, испуганно посмотрев в уже совсем темные глаза, он же прижал свои губы к моим губам, стал целовать меня, словно выпивая мой выдох… Я действительно понял, что сегодня у меня все впервые… Его губы стали мягче и нежнее, но рука, все еще удерживающая мою голову, не ослабила захват. С одной стороны, испытывал страх перед ним, с другой — меня еще никто так не целовал и то, что я сейчас испытывал, даже в небольшой степени не отражало то, что знал о поцелуях. Он будто знакомился со мной и моим телом, обводя языком контур губ, а потом, мягко проскользнув внутрь, приласкал язычок. Уррр, какой он вкусный. Поцелуй углубился и перестал быть мягким и нежным, наше первое знакомство закончилось, перейдя на новый этап. В голове звенела пустота, мозги совсем размякли, как и тело. Я весь расплылся по нему, не отрываясь от такого волшебного рта. Он же, наоборот, весь напрягся и захватил в плен не только мой рот, но и все тело, оплетая меня ногами и руками, которые уже непрерывно блуждали по мне. Из его горла вырвалось глухое рычание, а я мог только всхлипывать и гореть в его руках. Я с трудом пришел в себя и отстранил его от себя. Боже, ну где были мои мозги пять минут назад, от всего произошедшего стало нестерпимо стыдно, и почувствовал, как горят щеки и уши. С трудом решившись поднять глаза, смущенно посмотрел на Михаэля и увидел только неприкрытую страсть, восхищение и как ни удивительно, — нежность в его снова позеленевших глазах. От чувств, которые он отнюдь не пытался спрятать от меня, неожиданно почувствовал себя более уверенным и счастливым, наверное…. Я еще не был готов к близости с ним. — Не сопротивляйся. Прими меня, — прошептал он, наклоняясь и откидывая мою прядь волос с лица. Михаэль, крепко прижав меня к себе, поцеловал. Как только он коснулся моих губ, снова поплыл, растекаясь у его ног. И если одна часть меня, громко возмущалась подобным тряпочным поведением, то вторая просто наслаждалась поцелуем и его ароматом, снова окутавшим меня с ног до головы. Мрррр!!! Но привыкнуть к нему он мне не дал. Он усилил свой напор, сметая все на пути, а я, как трусливый заяц пошел на попятную. Мысли неслись круговоротом. Перед глазами снова предстал этот коридор и он сплетенный с Шоном. Его вопли возьми меня здесь и по моему телу прошло отвращение, и снова тошнота появилась в горле. Как не вовремя я вспомнил это. И оттолкнул его от себя, но не сильно. Ревность, она же дура и не помощник в любви и надо было ей в такой момент взыграть и гордость подняла голову и зашипела, как горгона. У меня потекли слезы, и в этот момент разозлился на себя, что мое тело предатель и желает его, не смотря на то, что я видел в эти дни. Михаэль посмотрел в мои глаза. Рыкнул и я не понял, что произошло с ним. Он сорвался словно с катушек. — Михаэль. — Отдышавшись, прошептал я. В моих глазах было отвращение и ненависть. — Лучше молчи, иначе будет еще хуже.Михаэль.
Я ждал этой ночи и моему терпению был уже конец. Все условности выполнены, поздравления приняты, бал открыт, я с нетерпением ждал, когда смогу покинуть бальный зал и вот наступила пора посетить его. Я был не сдержан, и мое тело горело от одной мысли, что буду обладать им. Вошел в его спальню. На смятом шелке спала моя мечта. Впервые у меня в душе что-то шевельнулось, но дикое желание обладать, властвовать безраздельно заглушило всё. Лунный свет заливал почти все пространство и освещал все его тело. Весь такой теплый, нежный, покорный. Я помнил, что подумал о нем тогда: «Мой мальчик и сколько в тебе темперамента таится. Да моя супружеская постель точно не будет холодной». Но это пока он такой спокойный и холодный. Стоит мне коснуться его, и этот ангел выпускал здоровенные иголки. Я лег с ним рядом и стал целовать его, но мне показалось мало и захотелось видеть его лицо. Щелкнул пальцами, включая магический свет в спальне, и снова поцеловал его. Наблюдая за его реакцией. Пока все шло хорошо, и он попытался даже ответить мне, но следующее мгновение, что-то пошло не так. Он оттолкнул меня, и в глазах появилась отвращение, злость. По его щекам потекли слезы. Я слетел в этот момент с катушек и сорвался в пропасть. Ну что ж, поиграем, раз ты не принимаешь меня, но я не сдамся. Встал на кровати, вытащил кожаный ремень и быстро связал руки Эрика за головой и притянул их к спинке кровати. Он дрогнул, ресницы затрепетали и в следующий миг его глаза удивленно распахнулись, а слезы высохли. Ему хватило минуты, чтобы оценить ситуацию, и он собрался закричать на меня, но я не хотел слышать его и заткнул ему рот жадным поцелуем. — Михаэль. — Отдышавшись, прошептал он. В его глазах было отвращение и ненависть. — Лучше молчи, иначе будет еще хуже. Я уже плохо контролировал себя и остановится, не мог. После рук настала очередь ног. Я одним ударом располосовал шелковую ткань простыни на ленты и ими стал привязывать согнутые в коленях ноги — лодыжки и икры к бедрам. Я немного отстранился, оглядывая беспомощного раскрытого Эрика, смотрящего на меня злыми глазами. Я медленно раздевался, погладил его по щеке, спускаясь на шею. Добравшись до сосков, принялся их выкручивать, Он вскрикнул от боли, но я был слишком зол на себя и на него. Моя вторая рука пошла путешествовать по телу. Спустившись на живот, очертила впадинку пупка, продолжая опускаться все ниже, намеренно игнорируя его член. Обведя бедра круговыми движениями, спустились под коленки, пощекотали впадинку и вернулись на живот. Эрик застонал, а в глазах горел огонь ненависти: — Что, не нравится такое обращение? А сколько ты меня мучил? Вот сейчас я на тебе отыграюсь за все. Он промолчал и отвернул голову в другую сторону. Во мне проснулся мой внутренний зверь. Я был не адекватным в тот момент, а остановить меня было некому. Желание обладать и властвовать и показать ему кто в доме хозяин снесли мне полностью крышу, и она ушла в нирвану. Я оглаживал это желанное тело, чертя на нем замысловатые узоры. Эрик извивался в попытке отстраниться, но это привело лишь к тому, что мой и так напряженный член стал просто колом. Хотелось накинуться на него, но я сдерживал себя, пытаясь заставить его самому просить взять его. А супруг–то был возбужден, но он упорно молчал. Усевшись между ног Эрика, я обхватил ладонью его вставший член и принялся жестко двигать ею. От смеси боли и удовольствия он метался по кровати и постанывал, но мне хотелось слышать его крики, я полюбовался на него и продолжил свои манипуляции с членом, то лаская, то пережимая у основания, не давая кончить. Больше терпения не было, и я достал предусмотрительно захваченное масло. — Михаэль прекрати меня мучить. Я ненавижу тебя, слышишь! Ты сволочь… — По его щекам текли злые слезы. На эти слова я уже не реагировал. Вот оно желанное тело и пусть ненавидит, но он возбужден и он Мой… Я входил медленно в неподготовленного Эрика, сходя с ума от жара и узости моего мальчика. Он закричал от боли, и я заткнул его рот яростным поцелуем. Я потерялся, и желание захлестнуло с головой и тормоза отказали. Медленно погрузившись до конца и не давая Эрику привыкнуть, я стал двигаться. Сначала еще сдерживаясь, но, задев точку удовольствия, от которой его просто выгнуло, ускорил темп. Он глухо стонал от каждого толчка, голова металась из стороны в сторону, расплескивая голубизну его волос. Меня сводил его аромат с ума, и запах роз витал вокруг меня. Я просто пожирал его губами, руками, членом — всем, чем мог и красавчик отвечал мне. Пусть сначала и не по своей воле, но теперь он стонал явно от удовольствия. — Вот так, — приговаривал я, вколачиваться в него, — теперь ты мой, только мой. И посмей только посмотреть в сторону другого альфы, будешь наказан так же, как сейчас, за то, что отверг меня. Скоро твой цикл для зачатия дитя и ты подаришь его мне. Я смотрел на него с восхищением. Его тело мерцало, волосы просто сияли и переливались на свету. Запрокинув голову и прогнувшись в пояснице, Эрик закричал на вершине наслаждения, неимоверно сжав меня внутри себя. Мысль о том, что я могу загрузить свое семя в этот красивый плоский живот, подвела меня к грани, и из члена стала толчками выстреливать сперма. От этого я просто взорвался оглушительным оргазмом и повалился на бессознательного мальчишку. Медленно он приходил в себя и я тоже. Я надеялся, что он сдался и второй раз будет лучше первого. — Развяжи, прошу. Ну, раз просит, то конечно. И еще у меня было желание, чтобы он обнял меня. Теперь он понял, как это приятно, что секс приносит удовольствие, и сопротивления не будет. Но, как я ошибся. Меня снова отвергли. Он стал, словно ледяной скульптурой. Его глаза не реагировали на мой порыв. Тело послушно было и податливо, но души, словно не было в нем. Он не отвечал на мои поцелуи, не обнимал меня. — Кусок льда, — заорал я. — Ледышка, ледяной лорд. — В этот момент, наверно, в замке услышали все, кто мечтал подслушать нас. — Вся внутренняя политика страны в твоих руках, и меня не волнует, как ты будешь с этим справляться. Но если узнаю, что ты прокололся, не жди пощады. — Я весь кипел и не выбирал выражения, и уже не помню, что еще ему тогда орал, но очень многие тогда услышали меня. Так как дверь я уже открыл и выходил в коридор. — Так слушай меня внимательно, мой ледяной лорд. Я единственный, кто прикоснется к тебе в постели. Остальных я просто убью. Тебе не избежать со мной еще пару ночей во время зачатия. А если надумаешь заняться со мной сексом, то попроси… Умоляй меня, супруг мой. Артемий… — Позвал я омегу в свою комнату. Стоило мне только покинуть его покои, как услышал характерный щелчок в его двери. Дернул и понял, он закрылся с внутренней стороны. Что ж пусть зализывает раны. Я готов был придушить его. Это к лучшему, что он закрылся. Мне было больно, очень больно и обида выползала, как змея обвивая мою душу. М-да. Хороша брачная ночь. Но переспать с Артемом, я так и не смог, отправил парня спать. Долго не мог уснуть и весь кипел. Мне хотелось все разгромить. Подошел к его двери и думал, что услышу рыдания, но из его комнаты не раздавалось ни звука и это еще больше разозлило меня. Он даже не переживает и ему все равно. Я еле уложил себя, чтобы не сломать замок и не разгромить в его комнате мебель.Эрик.
Я залечивал свои раны и обиды в ванной. Тело болело, и мне пришлось воспользоваться магией целительства. Он был слишком резок и немного порвал меня. Мне было больно и плохо, но я не из тех, кто сдаётся. Я докажу, что я прекрасный политик, и он ещё будет просить у меня прощения. И тут, чего кривить душой, сам виноват в этой ситуации, и не отрицаю свою вину, но связывать меня и не подготовить... Он знал, что это мой первый раз, и всё равно так поступил. Ком слёз подступал к горлу. Но я выше этого, я справлюсь. Моя гордость поднялась, а упрямство поддержало её. Мой разум объявил войну моему супругу и поднял бунт на его корабле. Ты ещё узнаешь, кто такой Эрик, ледяной лорд, говоришь. Хорошо. Мой супруг пожелал именно этого, и я не могу ослушаться его. Мне не хотелось спать, поэтому я отправился в кабинет и нашёл книгу по истории. Я начал вчитываться и записывать всё, что касалось внутренней политики южного края, делая себе пометки в черновике фолианта. Какие решения были приняты, а какие нет. Я человек из другого мира и могу принести в этот мир много хорошего. За этим занятием я не заметил, как наступило утро. Меня сморило прямо за столом, и я отключился. Мне приснился прекрасный сон, где я был маленьким мальчиком. Мой папа подхватил меня на руки и кружил. Я смеялся вместе со своими родителями. Там мне было хорошо, я чувствовал себя защищённым от всех невзгод. Мама качала меня на качелях, а я летел в небо и кричал. — Мама еще, сильней. Еще. — Она улыбалась мне, а я смеялся. Проснулся и по щеке почувствовал слезу, она одиноко катилась по лицу. Меня очень сильно обидели. Наверно именно в этот момент родился ледяной Лорд. Я не осознавал этого тогда. Мне просто было больно. Собрал волю в кулак и стал закрывать свое сердце на ключ. Это продолжалось недолго. Мой организм проснулся, и желудок резко скрутило, и вспомнил, что так и ничего не ел в течение суток. Вернулся к себе и осмотрел место побоища. Еще никто не знает каким я могу быть жестоким... Он поднял во мне чудовище живущее где-то внутри... В комнату пришли моя армия белобрысых крысят и выстроились в шеренгу. Я стоял злой и голодный, жаждущий мести. Окинул их взглядом. У одного губы припухшие, у второго засос на шее цветет. Все достал, пусть шляется. Высказал мой разум, а сердце прошептало, может, попробуешь еще раз. Я заткнул его своей ревностью и добил, чтобы не трепыхалось. Покрывая тонкой корочкой льда. — Вообщем так. Мне наплевать с кем и сколько раз вы спите, но помятый вид не потерплю. Свою работу вы должны выполнять четко. Не выполните, будете иметь дело со мной. — В моей руке появился ледяной шар. Я испугался сам в этот момент. По полу стал распространяться холод, он полз и покрывал инеем все чего касался. Мама! Я пытался вобрать в себя свою магию и это плохо у меня получалось. Крысята попятились назад. — Стоять. Увижу, кто отлынивает от работы, будут наказаны все восемь, и разбираться не буду. Ясно? — Они кивали, как китайские болванчики. — Приступайте, проверю. Найду пыль, и пощады не будет, плохо убрано или еще раз порежете или испортите одежду вас будет ждать наказание. Все станут ледяной статуей возле моего входа. — Наконец я справился с магией и иней исчез. Крысята, как тараканы побежали все драить и оттирать. В этот момент вошел Михаэль. — Строишь? Не стоит. Очень хорошо, что ты понял, что они мои! — Твои? А мне плевать с высокой башни. — Я уже был на взводе. — Пусть выполняют свои обязанности, а только потом развлекают тебя. — Шипел я и плевался ядом. Лед, стоял в моих глазах. - Не нравиться им пусть катятся ко всем чертям собачьим. И мне плевать, что потом они будут еле живыми, и не смогут удовлетворить твои радости. Понял? Лучшая защита — нападение. И я выговаривал Михаэлю, как провинившемуся нерадивому слуге, наступая и заставляя его пятиться к двери. А в руках до сих пор был этот холодный, ледяной шар. Поначалу это сработало, но он быстро пришел в себя и перехватил мою руку, уже взявшуюся за дверь. Он медленно поднес её к губам и поцеловал запястье. Ожидая нападения, я даже как-то растерялся от этой нехитрой ласки. И мой шар исчез из моей руки. — Ну почему ты противишься? — Почти шепотом с какой-то затаенной грустью спросил он, пытаясь что-то прочесть в моих глазах. Белобрысая команда тут же свалила в другую комнату. Страх читался в их глазах. Пользуясь моей растерянностью, супруг, закрыв дверь, потянул меня вглубь комнаты. Но тут я опомнился и, отняв руку, решил воспользоваться его вменяемым состоянием (в кои-то веки), попытался объясниться. — Михаэль, ты все не правильно понял. — Он прервал меня. — Помолчи. Нет, я все понял правильно и прочитал все в твоих глазах. Мы стояли друг напротив друга. На мои слова он мягко обхватил меня за плечи и развернул к себе спиной к зеркалу. Я увидел стоящих напротив меня двух молодых людей. Беловолосого и голубоволосого. Надо честно признаться — пара великолепна. Михаэль обхватил меня сзади и легонько прижал к своей груди, шепнув на ухо: — Эрик, взгляни на себя. Ты создан, чтобы о тебе заботились и оберегали и для управления страной и принятия судьбоносных решений. Но, пойми одну истину. Ты мой супруг и обязан подчиняться мне. Твоя обязанность родить наследника, а то, что эти мальчики со мной тебя это уже не касается. Ты отверг меня, и я это не прощу тебе. Они по сравнению с тобой, умеют согревать мою постель, они дают мне все, что требуется в сексе, а ты выше их, ты создан лишь быть папой для нашего малыша. Подари мне его, и я оставлю тебя в покое. Ведь тебе неприятны мои прикосновения. — Под конец фразы он уже шипел. — Михаэль, мне неприятно это знать, что они твои любовники. — Я все сказал! — Прервал Михаэль, выдохнув мне на ухо. Он развернул меня к себе. — И если захочу поцеловать тебя, при всех изобрази влюбленность. Давай поучимся сейчас этому. Затем придержал мой подбородок пальцами и впился в губы коротким и жестким поцелуем, каким-то собственническим что ли, наверное, лишь бы показать кто из нас главный. Отстранился и удовлетворенно посмотрел, что я дышу, как загнанная лошадь. Мое сердце колотилось, как бешеное, неосознанно облизнул губы, все еще ощущая его вкус, а потом словно кто-то из Высших богов заставил его упрямо заявить: — Ты мой и подчиняешься мне. Мое слово для тебя закон. И эти парни были, и будут согревать мне постель. Ты же обязан родить мне наследника. Ах да, сегодня придет врач и мы продолжим с тобой разговор на неприятную для тебя тему. — То есть я должен делить тебя с ними и ждать милости с твоей стороны. — Мою постель не умеет греть Ледяной Лорд. Ты же не всегда можешь забеременеть. Есть определенные дни, и я в эти дни буду с тобой. Хоть и тебе это противно и мерзко. Ничего потерпишь. — Рыкнул он. — Врач определит, следующий твой цикл и жди я приду к тебе мой ледяной супруг. Он хлопнул дверью, так, что штукатурка с потолка посыпалась. Я же со злости залепил ледяным шаром дверь и она покрылась тонким слоем льда. Что ж….месть подают холодной и обдуманной. Теперь я оказался в той шкуре, что и Татьяна. Спасибо боги, эту науку я усвоил и понял, почему она так со мной поступила. Только одного понять не мог, почему я до сих пор реагирую на это чудовище. Он топчет мои чувства к нему, а я продолжаю сходить с ума. Дурак, мазохист! Словно приговор мне вынес после этой ночи. Теперь у меня была кличка, как в детстве Ледяной Лорд, ледышка. После того, как уехали все гости я с Рейтаром сидел и коптился, принимая дела по внутренней политики страны. Рейтар злился на нас двоих и не понимал, что мы не поделили в брачную ночь. Он потребовал, чтобы мы переехали в его покои. — Эрик ты будешь жить в покоях моего покойного супруга. Там ничего не меняли со дня его смерти. Посмотри сам, переделай на свой вкус. — Хорошо. — Я тебе теперь отец и вот скажи, как можно умудриться в брачную ночь поругаться? Да так, что теперь все об этом знают. — Нужно уметь, не правда ли? Он кричал так громко, что его было бы слышно даже глухому. — Сарказм так сквозил в моих словах. — Ты оттолкнул его, и это задело его гордость. А обо мне кто-нибудь подумал, когда он связал меня, доказывая свое превосходство и поддерживая свое эго. — Это бесполезный разговор, давайте не будем об этом. Я не уступлю ему. Я могу идти. Мне бы хотелось посмотреть на свои комнаты и определиться, что мне потребуется. — Иди и подумай. Он теперь твоя семья, твоя опора. «Ага, хромающая на обе ноги. Вот и вся опора». — Подумал я и вышел из кабинета Рейтара. На утро через два дня после свадьбы меня ждал сюрприз и, что делать с ним не знал. Как обычно направился в ванную комнату и решил принять душ, разделся, и выпал минут на пять из реальности. Я смотрел на свой живот, как завороженный. Не может быть, шептали мои губы, а глаза не верили в случившееся. Решил, что брежу. Ущипнул себя и сам же вскрикнул от боли. Значит это не сон. Потом подбежал к зеркалу и увидел тату на моей спине переходящей на левый бок к сердцу листьями с закрытыми бутонами цветов мелких роз, а в низу на моем животе ближе к паху, расцвела синяя роза в обрамлении листьев. Весь рисунок был золотым с серебреными прожилками. Вот черт! Так это ведь целое признание в любви на моем теле и признание Михаэля истинной моей парой. Роза, словно живая была не бутоном, как у Михаэля на руке, а раскрытый цветок. Я стоял перед зеркалом в шоке и не знал, что мне делать. Если это увидит мой супруг, я пропал. Он же не дурак и поймет, что к чему. Да такое и не скроешь при всем желании. Хорошо, что привык сам принимать ванную, без посторонних глаз и эти белобрысые не доложат моему муженьку об изменениях на моем теле. Все последующие дни в связи с переездом в свои покои, я не видел Михаэля и этому был даже рад. У меня была передышка перед очередным боем. Я начал свою партизанскую войну и перешел в стадию атаки. Прошла неделя после свадьбы. За это время на политическом поприще все шло из ряда вон плохо, и вечером дал себе зарок, что исправлю положение, но как пока не придумал. На этом так и уснул. Меня разбудили первые солнечные лучи. Я чувствовал себя разбитым. Первая мысль с утра была, а не пойти ли мне в народ. Переоделся, чем проще одет, тем больше получишь информации. Волосы заплел в косу с простым кожаным ремешком. Я сел на кровать и задумался о своей жизни, и мое настроение стало опускаться ниже плинтуса. Вывод был не утешителен. С супругом мы не разговариваем и я его не видел. Он занят принимая бразды правления, а вечером он пропадает в своих покоях и наверняка не один. Единственное я знаю, что Михаэль вечером собирается переехать и уже остаться ночевать рядом со мной. А, что толку. Дэйв уговаривает меня попробовать наладить отношения с его братом и увлечь в сети секса и не дать ему вспомнить о других омегах. Зерно в его словах есть, но как же мне с ним провести ночь, чтобы он не увидел мои тату. Да и еще меня останавливает одна вещь. Я знаю по себе, что секс — это не любовь. Можно спать сколько угодно, но не любить. Я же не железный и могу признаться ему в своих чувствах в порыве страсти, а потом жалеть буду, но будет поздно. Ладно, с супругом все яснее ясного, так еще и это…. Пока вникал в суть дел, мои министры посчитали меня профаном, я больше кивал и соглашался, чем управлял, а они и рады, ноги свесили и погоняют. Ох, чую, что скоро я им устрою кузькину мать, доведут они меня до белого каления, а сейчас мне нужна была информация, а получить ее можно лишь у простых жителей замка. Они общаются с такими же простыми жителями столицы и знают жизнь не понаслышке. Так вот, этим ранним утром я тихо проскользнул на королевскую кухню, там меня еще плохо знали, и ни один даже не подумал, что за столом тихо сидит их император. Я получил свой кофе и творог буквально через три минуты. Ну вот, я ж так и думал! А в столовой пришлось бы ждать. Мне выделили местечко за столом у окна, и я наслаждался напитком, приглядываясь и прислушиваясь. Любые сведения — на вес золота, так что я слился с обстановкой и притворился мышкой. Информация, которую я получил за это время, была обширной, но всё-таки. Вся прислуга обсуждала свою жизнь и рассказывала о трудностях и превратности судьбы. Обсуждали налоги и многие законы и ругали их. Даже пару дельных было предложений. Как все же интересно и познавательно. Многое из порядков замка и за ее пределами не устраивало, и со многими рассуждениями я был солидарен. Нужно будет пересмотреть законодательство и внести поправки. Необходимо облегчить жизнь в самом замке и пора произвести замену некоторого оборудования. У меня возникла идея, и я решил возложить весь замок на Азара. Он всегда хорошо управлялся в хозяйственных вопросах, а вот мне не до этого, и так голова полный Садом и Гоморра. Конечно, не обошлось и без промывания моих костей. По их словам, я дурак, что не даю в постели своему мужу. Ну да! Мол, я всё выпендриваюсь, поэтому Михаэль и гуляет направо и налево. Наследника я им, видите ли, не родил. Да с таким супругом пусть сами и рожают, а я пока не жажду таких приключений на свою пятую точку. Обсуждали и обмусоливали нашу брачную ночь и вопли Михаэля. И многим понравилось, как назвал меня супруг. Теперь моя кличка «ледяной лорд» за мной полностью и бесповоротно закрепилась. Дожил! Но не обиделся на них. После кухни отправился в будущие покои. Мои белобрысые крысята драили их, доводя до блеска. Страх передо мной все же я вселил. Осмотрелся и решил ничего не менять, а лишь вымыть от пыли и грязи. Здесь чувствовал себя комфортно и каждая вещь мне нравилась. Мои вещи уже перенесли, кабинет уже переоборудовал под себя. В моем штате слуг появилось еще трое, и они были братьями. Тео, Антел и их младший брат Кан. Кан был болезненным четырнадцатилетним мальчиком. Из-за проблем с голосовыми связками он не мог разговаривать. Но у него была ещё одна тайна: Кан-альфа. Однако из-за своей болезни он часто вёл себя как омега и мог расплакаться. Глядя на плачущего Кана, трудно было поверить, что это ревел от горя альфа. Тео и Антел – близнецы, им по двадцать лет, и они оба – омеги. Их родители умерли, и сейчас они воспитывают своего брата Кана. Из-за отсутствия денег у них не было возможности нанять мага и вылечить брата. Их заработная плата была очень маленькой, пока они не попали в моё полное распоряжение. Я взялся за лечение Кана, и мне нужно было провести не один сеанс, чтобы парень заговорил. Я знал, что если помогу ему, то он станет самым преданным из моих людей, а в моём положении мне были нужны именно такие парни. Постепенно наши отношения налаживались, и мне нравилось проводить время с ними. Я хотел, чтобы они служили мне так же, как Рин. К обеду мои покои были готовы, и вечером я собирался заселиться туда. Мне также сообщили, что собирается вся семья, и я должен быть там. Пришлось переодеваться и идти. Я вошёл не смело, стараясь не встречаться взглядом с мужем. Мои глаза почему-то сами рассматривали пол под ногами, на котором был интересный рисунок, причём буквально везде! — Неужели вы нас почтили своим присутствием? — Высказался Михаэль. Я поднял глаза и посмотрел на своего мужа. Сегодня Михаэль был похож на настоящего принца из сказки — такого, о котором мечтают все омеги. Длинные волосы были заплетены в косу и небрежно переброшены через плечо. Лицо чисто выбрито. Белая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами идеально сидела на широкой груди, черные брюки слегка обтягивали длинные ноги, а темные классические кожаные ботинки завершали общую картину. Безусловно, дорого и со вкусом, а вдобавок очень притягательно. Глаза супруга пристально наблюдали за эмоциями, мелькающими на моем лице. И когда он увидел, что искал, его губы скривились в самоуверенной ухмылке, которая мне совершенно не понравилась. Я взял себя в руки и ровным голосом, стараясь не выдать своего волнения, перешёл в наступление. — Рад всех видеть, — скромно прошептал я, делая шаг к своему стулу. — Михаэль, а ты разве не рад меня видеть? Михаэль вежливо помог сесть за стол, но я старался не смотреть на него. — Ну, что ты я скучал по тебе. — В голосе сквозил сарказм. Ага, аж три раза и еще по три, небось, опять кувыркался в постели с кем-то. Прям соскучился весь. Я закипал и снова посмотрел на пол, пытаясь совладать с собой. Ревность, она же дура и не понимает, когда можно вылезти и показать свой нрав. — Эрик, что-то случилось? Или на полу уж очень красивый рисунок! — Поинтересовался Рейтар. Он пристально посмотрел на меня. — Понятно, ты не хочешь об этом говорить. Но я рад, что сегодня все собрались в тесном семейном кругу. Эрик, Дамир решил сделать тебе подарок, и через неделю прибудет магистр магии. Он универсал, будет обучать тебя и развивать твой дар. — Я очень рад этому, а Азар тоже может присутствовать на этих уроках? — Я оторвал свой взгляд от пола и сделал заинтересованное лицо. — Ну-уу, ... Если ему будет это интересно, то да, конечно, можно. Ведь я так понял, именно магия и спасла тебе и виконту жизнь. — Да, это правда, хотя мои знания были весьма ограниченными, и не всё у меня тогда получалось. — Хорошо, что мы сможем научиться этому. Я всегда мечтал развивать свой дар. — Тихо произнес Азар. — Отец очень боялся нас обучать этому. — Вот и прекрасно с этим вопросом решили, а еще Азар, Эрик, я сегодня похищу у вас своих сыновей. Дела не терпят отлагательств. — Мы не против, тем более я хотел посекретничать с братом. — Тут же обрадовался Азар. После этих слов возникла заминка, и все уткнулись в свои тарелки. Михаэль поглядывал на меня и я не выдержал его взгляда и спросил: — Ты, что-то хотел меня спросить или сообщить, я слушаю тебя. — Сегодня прибудет наш королевский лекарь, и он осмотрит тебя. Надеюсь тебе понятно для чего, и повторять мне не придется. — Ну, что ты! Я все прекрасно помню и потерей памяти не страдаю. Сарказм — мое второе имя на сегодня. — Вот и хорошо. Где тебе будет удобно пройти осмотр? — В моих покоях. Я, кстати, уже переехал из старых апартаментов. — И как тебе? Я слышал сынок, что менять ты ничего не захотел, а решил лишь обновить постельное белье, шторы и убраться. — Да, отец. Мне очень понравились эти комнаты. В них я чувствую себя более комфортно, и туда хочется возвращаться. — Значит, ты будешь далеко от меня. О значит и скрывать, что спишь с кем-то необязательно. — А ты тоже начал переезжать? — Да и моя спальня уже готова, да и другие некоторые комнаты я менять не буду. И свое зеркало тоже притащил? — Да, а это тебя смущает? — Да, но все же. Мне можно посмотреть? Отказать ты мне не сможешь, а вот мне любопытно, что ты там уже сделал. — Да, если тебе и правда интересно. — Мне все интересно, что касается моего супруга. — Хм-м. Правда? Не заметил в последнюю неделю. — А ты сомневаешься? — Уже нет. Так мы вас покинем? Азар уже поел, а мне не терпится показать ему свои покои. — Идите, нам тоже пора. Я с братом отправился в свои апартаменты. За это время мы очень хорошо научились ориентироваться в этом лабиринте коридоров и добрались достаточно быстро. — Ну, добро пожаловать. Ты у меня первый гость. Перед нами распахнули двери, и мы вошли внутрь. — Ух, ты, как красиво! Это и, правда, лучшее, что мы с тобой видели, когда-либо. — Азар осматривал внутреннее убранство комнат и его глаза просто горели от восхищения. — Я тоже хочу именно в таком стиле. Главное, ничего лишнего и вычурного. Нет кричащих тонов, нет золотого обрамления. Можно сказать лишь одной фразой: «Я дома». А в спальню можно? — Азар, что за странный вопрос, проходи. — Ого, вот это кровать. Я завидую уже белой завистью. Хочу себе такую. — Он с разбега рухнул на нее и развалился потягиваясь. — Она такая мягкая и удобная, а еще здесь наверно спокойно трое поместятся и не заметят, что спят вместе. — Ну, это же очень древняя кровать. Сейчас таких просто не делают. Помнишь историю мира. — Он мотнул головой. — Так вот первыми императорами были омеги, а так как самих омег было на вес золото, то альфы подчинялись омеге, и у него было семь супругов. Детей они не распределяли и воспитывались все вместе. — Так ты хочешь сказать, что на такой постели они могли втроем…? — Он покраснел, как рак. Я засмеялся. — Ты же читал историю. — Я не думал об этой стороне. — А дети откуда появляются? Не орлан же их приносит. — Упс, прости. — Азар, ты меня удивил! Но такое тебе не напишут в истории. Кто спал втроем или вдвоем или по очереди. — В дверь постучали. — Войдите. — На пороге появился казначей, и он топтался, переминая с ноги на ногу, будто нервничая. В руках он держал толстую пачку документов, а руки слегка тряслись. Значит, нервничает и не все чисто. Очередная мне свинья на стол. Ну, ну…. — Извини, я сейчас. Проходите в мой кабинет, уважаемый сейр Николас. Мы все вошли в гостиную. Азар занял мягкое кресло, а я с казначеем прошел в свой кабинет. Дверь осталась открытой. — Присаживайтесь, ведь в ногах правды нет. — Он вздрогнул и сел на самый край стула. Положил мне все документы на стол. — Неужели так быстро у вас готов отчет по состоянию казны в данный момент? — И я мило ему так улыбнулся, а в глазах моих проскользнул лед. Мол, прибью и не замечу и скажу так и было. — Да мой Лорд. — Он аж побелел от моего взгляда. — А если я проверю, а я проверю и найду недостачу, как нам быть? — Ну, что вы мой Лорд, там все в порядке. Врет и не краснеет, нет, он белеет, в синеву переходя, как покойник. Глядишь, скоро синий у меня будет казначей. — Я рад, что вы так уверены в этом, а вот я — нет. — Его руки затряслись. — Вы нервничаете. Знаете, что я могу сделать с вами и финансовым отделом. Нет. Лучше вам этого сейчас не знать. Я расскажу вам маленькую историю. Очень многие недооценивают лично своего императора, а вот зря. — Он икнул, глядя пристально мне в глаза. По полу пошел легкий иней. — Есть такой маленький и красивый, очень редкий зверек под названием Писец. Жаль вы его не знаете, но вам понятна будет другая сторона этой медали. Знаете, такая удивительная, но очень капризная вещь, как Судьба, но их не приглашают, точно так же, как и гильотину. — Он икнул. — Но я хуже гильотины, мне очень нравятся ледяные скульптуры. — Он еще громче икнул и побелел, и уж казалось, куда еще сильнее становиться белым, словно иней на стекле и он стал сползать со стула на пол. Его била дрожь. — Так у вас, правда, все там, в отчете нормально? Николас встал на колени и как из мультика «Шрек» посмотрел умоляющими глазами кота в сапогах. Очень громко икнул. Это он так мяукает? Забавно… — Мой Лорд, Ваше Величество молю не казните. — Он уже валялся в ногах и стал целовать край моих брюк. Хм, я все-таки дожал этого воришку и вывел на чистую воду. — Срок вам четыре дня. Ваше министерство финансов покроет всю недостачу и плюс проценты, то есть еще столько же. — Ваше Величество, но где мы столько возьмем? — Он посмотрел на меня с надеждой, что гильотины сегодня не будет, а лишь казнь через повешение. Оказывается, там не маленькая сумма. Какой я молодец. Сам себя не похвалишь, никто этого не сделает. — Это ваши трудности, но если узнаю, а я узнаю, что вы сделали побор с простых жителей, то открою личную галерею из ледяных скульптур по вашу душу. — Он икнул, и казалось, что вот-вот он потеряет сознание от напряжения или страха. И это альфа? Слабак! — А будете препираться, подниму ставку один к четырем, — у бедного казначея стали глаза, как блюдца и он уже был в полуобморочном состоянии. — Вам все понятно? — Он снова икнул и закивал. — Эти документы останутся у меня, и я их просмотрю, а вы принесете мне новый отчет, и я его проверю. Но тогда не взыщите и не говорите, что вам не дали шанса. И еще я очень дружен с другими императорами, нашими соседями, лучше не бегите. Найду… Договорить я не смог, он упал в обморок. Братец рухнул с кресла. Согнулся пополам и задыхаясь смеясь катался по полу. Все время приговаривая: — Ваше величество ИК. Ой, не могу, ИК. Эрик, ИК. Глядя на него, мне и самому стало смешно. Я честно пытался не рассмеяться. Убрав отчёт, я похлопал казначея по щекам. Он пришёл в себя, но был немного не в себе. — Идите сейр Николас, работайте и чтобы Королевская казна стала нормально функционировать, не забудьте вернуть все до мелочи. Проверю. — Все буде выполнено. Он просто уносил ноги, они его отказывались со страху держать и он уполз. Когда дверь за ним закрылась, Азар просто рухнул на диван, он долго смеялся, держась за живот. Наконец выдохнув, произнес: — Ну ты даешь! Я сначала сам чуть в штаны со страху не наложил. Ик. - Снова улыбнулся. - Я так точно не смог бы, из него выжать, и меня однозначно обманули бы эти дельцы. Как он так прикольно икал со страху. — Пойми, брат, либо я их одолею, либо они меня. У меня есть идея, но пока нет возможности её реализовать, потому что я не могу действовать в полную силу. К сожалению, пока я не могу прижать их к стенке. Но я не дамся им живым. Тео, ты что-то хотел? Дверь открылась, и на пороге мялся парень с шоколадными глазами, а на лице у него не сползала улыбка. Видать, кто-то тоже развлекался, смотря на этот бесплатный цирк. — Мой Лорд, через десять минут к вам придет врач. — Хорошо, проводи его сюда. Он поклонился и вышел. Я сел рядом с Азаром, взял его за кисть руки и замер. Не может быть, а если да! — Встань, пожалуйста, я хочу кое-что проверить. — Брат поднялся с кресла, а я дотронулся до его живота и просканировал внутренним зрением. Сначала я увидел разноцветные всполохи, а затем все, что находится у Азара внутри. Два светлых огонька, словно золото переливались его детки. Улыбнувшись, я открыл глаза. — Азар, я не ошибся и точно, могу сказать, ты беременный. — Что? Ты серьезно? Значит та настойка и правда сильная. > — Угу, и у вас будет двое сыновей. — Я обнял его. — Поздравляю. — И тут же у меня родился коварный план, как отомстить супругу. Заодно его реакцию. — Пожалуйста, побудь мной, мне нужно, чтобы врач осмотрел тебя. Я же не беременный, а вот тебя он осмотрит и сообщит радостную весть Дэвиду. — Ты, правда, хочешь, чтобы врач осмотрел меня, а не тебя? — Да, ну пожалуйста. — Хорошо. Он, кажется, на радостях не совсем понял меня, а оно и к лучшему. Дверь открылась, и вошел Тео, Кан, Антел и следом за ними молодой альфа лет двадцати пяти, шатен с голубыми глазами и точеными, аристократическими чертами лица. Он склонил голову и поэтому не мог видеть, кто с ним говорит и к кому обращаются. — Ваше Величество разрешите представить Ноэль Самуэль сейр Хас наш королевский лекарь. — Очень приятно познакомится, прошу вас. Мой брат ждет вас. Сам я подмигнул Тео и он сразу понял, что нужно промолчать. Ноэль подошел к Азару и посмотрел на него. — Мне нужно осмотреть вас, Ваше Величество. — Я думаю, что в спальне в присутствии нас это будет уместно, — пригласив его в свои покои. Мы вошли в спальню, Азар лег на постель, а мы встали возле него. Давая возможность осмотреть его лекарем. Он мерил давление, брал анализ и улыбнувшись, произнес: — Вы прекрасно выглядите в вашем деликатном положении. Могу вас поздравить, скоро вы порадуете нас наследником. Ребенок вполне здоровый и крепкий, но еще очень рано об этом говорить. Я буду теперь всегда за вами присматривать и давать вам рекомендации. В данный момент вам нужно много отдыхать, много кушать то, что просит ваш организм, гулять и не нервничать. — Благодарю вас. — Я передам вашему супругу эту радостную весть. Он откланялся и ушел. Азар вскочил и только сейчас до него дошел смысл, кому он сообщит о беременности и хватая воздух закричал на меня: — Ты с ума сошел? Что я скажу Дэвиду? Зачем тебе это нужно? — Тише не кричи, пожалуйста, войди в мое положение. Неделя тебе роли не сыграет, а меня ты спасешь. — По моим щекам потекли слезы, — прошу тебя. У меня скоро течка, а он порвал меня, не подготовив. Как только он узнает об этом так придет ко мне. Сам понимаешь, чем это кончится. — Что? Он, что не подготовил тебя и порвал? — Его голос сорвался на шепот. — Я тебе врал когда-нибудь? Спаси, мне нужно время. Только никому, слышишь, никому ни слова об этом. Он обнял меня. — Клянусь, промолчу и прикрою. Так вот, что произошло у вас… — Ты, через неделю поздравишь Дэвида, а про меня молчи, когда был врач, тебя здесь не было. Ты отходил в ванную. Я сам разберусь с этим, поверь. — Хорошо. Я с тобой. Я люблю тебя, только не плачь. Для меня это совсем уж непривычно. Обычно я всегда реву, а твоих слез я не видел и это больно. Иди, умойся. Я привел себя в порядок и вошел в гостиную. В нее вбежал Дэвид, следом за ним вошел Рейтар, а замыкающим был Михаэль с удивленным взглядом. Я опустил глаза в пол. — Эрик, так вот почему твои глаза сегодня все время смотрят в пол! Я из-под ресниц посмотрел на расстроенного Дэвида. Прости меня, это моя вина, что сегодня ты не узнал правду. Потом мой взгляд перешел на супруга. В общем, любопытство вышло на охоту. Спасайся, кто может! Первые секунды я внутренне ликовал. Ты это заслужил, а когда узнаешь, что тебя надули и обвели, как мальчишку вокруг пальца. Вот будет тебе моя маленькая месть за твое поведение в брачную ночь. — Эрик я так рад этому. Легкий, я бы сказал холодный поцелуй в губы. Взгляд, в котором сквозило недоверие. Он обнял меня, но холод сквозил в его объятиях, а слезы наворачивались сами собой. Так вот какая твоя реакция на ребенка. Мда, стоило на это посмотреть или не поверил. Почему же? Брачная ночь была, он сам знает, что не в гляделки играл со мной. Сообщил ему королевский лекарь. Откуда дети берутся, тоже знает, а значит вывод один, он не очень-то и хочет ребенка или от меня не хочет. Я головой скоро тронусь от него. — Я устал и хочу остаться один прошу вас… — Пойдемте, давайте оставим его. Пусть отдыхает. — Произнес Рейтар.\ Все ушли, а брат остался со мной. Наблюдая за моей реакцией, я побрел в кабинет, не обращая внимания на Азара. По щекам слезы, и лишь один ответ: «Я ему не нужен». В этот момент меня обуревали ярость и боль. Я и сам не заметил, как ярость и боль стали моими спутниками, не давая нормально дышать, лишая рассудка, доводя до изнеможения. И уже готов был лезть на стену. Азар молча сел рядом и смотрел на меня. — Тише, тише братик. Успокойся. — Ты видел его реакцию. Он даже не рад. А если бы я и правда был беременным. Я его ненавижу. Брат посмотрел на меня и сказал то, что я скрывал даже от себя. — Эрик, это ведь не правда, — тихо сказал Азар, — искорка. > — О чем ты? — Тихо прошептал я. — Искорка была. Ты ему не сказал, — почти не слышно, сказал братик. — А зачем? — Вздохнул я. — Как знаешь. Ведь нравится он тебе и это не совсем ненависть. — А ты откуда знаешь про искорку? — Спросил я. — Я твои чувства почувствовал во время свадебного обряда. — Азар, только не говори никому об этом. Поклянись, что не скажешь. Ты же видишь, что он творит. — Ла-адно. Дело твое, я не буду влезать в ваши дела, но после течки про ребенка расскажу Дэйвиду. — Хорошо. Последующие дни во время течки я прятался у отца. Для меня это было хуже, чем если бы Михаэль снова порвал меня в звериной страсти. Душевное состояние и физическое измотали меня окончательно, и к концу течки я провалился в сон. Проспал почти сутки и так же тихо вернулся к себе. Первым делом показался брату и дал ему знак, что пора сообщить правду Дэвиду. — Как ты? — Ужасно. Весь измотан. Ничего высплюсь, и все встанет в норму. Михаэль знает, что меня не было в замке. — Нет, он не интересовался тобой. Весь день был с отцом, а потом уходил к себе. — Вот зараза. За что я его люблю? Почему не могу выкинуть его из своего сердца он, как вампир пьет из него кровь, а я позволяю ему издеваться надо мной. Ушел в свою комнату. Я долго ворочался на огромной, не привычной постели. Но молодой организм взял все в свои руки, и сон пришел незаметно. Проснулся я внезапно, снился мне сон, очень страшный и странный одновременно. Мне снилась моя битва с моими похитителями. Кричал в испуге. Кровь, повсюду кровь. Я ранен и сильно ранен. Мне не хватает сил, справится с ними. И Рин пытается закрыть своим телом меня. Он попадает под кинжал и падает. Кровь на его груди растекается и уже она на полу. Я задыхаюсь. Понимая, что он умирает на моих глазах. Меня скрутили, обезвредив. Меня куда-то волокут, а я не могу произнести ни звука и лишь смотрю на распростертое тело Рина и понимаю, что спасти его не могу. Слезы застилают глаза и текут по щекам…. Ночной лес и я снова бегу от преследователей, падаю, встаю на ноги и бегу, а впереди бежит почему-то Никита. Огненные стрелы летят в нашу сторону, и он падает от стрелы попавшей ему в спину. Он загорается, как факел. Со страху я закричал: — Никита. В испуге после сна вскочил на кровати, сел, пришло осознание, что это сон, только страшный сон. Горло пересохло от крика и от этого захотел пить. Встал с постели и пошел к кувшину с водой. Налил воды и выпил залпом. Я чувствовал себя сейчас маленьким мальчиком, которого обидели и он не смог сам защитить себя. Мне так хотелось увидеть Михаэля, оказаться в его сильных руках, прижаться и вздохнуть его запах можжевельника, что не выдержал и пошел к нему. О последствиях в этот момент я не думал. Ну зачем меня несет туда? Открыл дверь и все также картина Репина «Приплыли», только сегодня он решил не размениваться, а сразу с двумя развлечься и вверху прилепили это зеркало, в котором сплетенные тела отражались. По моим щекам текли слезы. — Это так тебе нужен ребенок? Я и сам не ожидал, что сказал это вслух. Но в этот момент Михаэль зло посмотрел на меня, видите ли я вторгся на его территорию без спроса и права качаю мешая ему развлекаться в постели. Я хлопнул со всей силы дверью и прищемил себе палец до крови. Упал и скрутился в позе эмбриона. На полу каплями стекала кровь. Михаэль накинув халат влетел в комнату. — Не подходи ко мне. — И я закричал, пытаясь залечить пораненную руку. У меня ничего поначалу не получалось, никак не мог сосредоточиться на лечении. Но со стороны мужа он не видел откуда идет кровь. Ведь руку запихал между ног. Палец нещадно дергало. Боль была не выносима. — Уйди, пошел вон! — Я плакал от боли в сердце, ярость перелилась через край, и по полу стал распространяться лед. Леденели стены, мебель. — Уй-ди –и! - С яростью в голосе кричал я. Меня трясло в этот момент и он отступил в свою комнату. Все брюки безнадежно испорчены и были в крови. Такой сцены я и сам не ожидал. В это время вбежал Тео и обнял меня. На его плечо, положив голову, я успокоился. Смог залечить руку. Долго пытался справиться со своей вырвавшейся магией, и уже немного успокоившись, убрал последствия магического фона. С помощью Тео я вымылся и лег в постель. Я был опустошен. Лежал тихо и не шевелился, сон как назло сегодня больше не шел. Долго так пролежал и в ночи, словно тень сел на постель Михаэль. — Прости, я не знал. — Шептал он.- Я думал, что это обман и, что нет никакого ребенка. Черт! Я виноват…. Ты из–за меня его потерял. На его лице были слезы. Он всхлипнул и выдохнул. — Прости. Он встал и ушел к себе. По его опущенным плечам я понял, что что-то не так. Я лежал крутил, эти события в голове и понял о чем он. Полежал, дошло до меня, и еще раз прокрутил, и чуть позже мое эмоциональное состояние с отметки «Так тебе и надо, будешь знать!» перешло на отметку «Значит, у него все же есть совесть», а потом и вовсе не по себе сделалось. Страдает же! Его слезы прорвали мое эго и совесть заговорила, а сердце сжалось и мне стало противно за свою выходку. Совесть обзавелась поначалу червячком и глодала мою душу, но стоило вспомнить, что он там развлекался и даже не посчитал нужным подумать обо мне за эти дни, не поинтересовался, где я и что со мной. А если бы и правда я был беременным и он так поступил. Я ТОЧНО НЕ ПРОСТИЛ БЫ ЕМУ СМЕРТЬ РЕБЕНКА, а СЕЙЧАС НУЖНО ВЫРАБОТАТЬ ПРАВИЛЬНУЮ ПОЛИТИКУ ПОВЕДЕНИЯ. Несколько дней я отлеживался для многих. Азар был рядом со мной. Он признался во всем Дэвиду, но тот молчал и не сообщил радостную весть брату. Ну, уж по какой причине, я не ведаю, а Михаэль и правда был, как побитая собака. И от своей выходки я не получил никакого удовольствия и даже жалел, что затеял это. Но дело сделано. За эти дни супруг изменился и притих, а я делал вид, что о-о-очень расстроен и реву молча в подушку. Но этот концерт не приносил радости. На душе было паршиво. Азар еще подкалывал меня и говорил, что не стоило и начинать все это с самого начала. Сближения со стороны Михаэля, как не было, так и нет. Я впал в отчаянье. Так пролетели еще две недели. Однажды вечером я сидел в своем кабинете и читал новый отчет казначея. Оказалось, на них подействовало, но не на всех. Пришлось издать приказ, и все министерство под конвоем императорской гвардии отмывало их казарму. Зато все убедились, что со мной связываться себе дороже. Я скучал, и так хотелось простого тепла, а тут сплошной военный фронт и никакой любви. Думал, что всё вырвал из сердца его, ан нет. Стоит увидеть его, и мечтаю о его поцелуях, желании прижаться к нему и просто постоять рядом с ним. Это наваждение и мука. Я подошел к книжному шкафу и решил просто почитать. Дотронулся до книги, и она оказалась фальшивкой, но открывала вход. Мир приключений тут же позвал меня, и я оказался в подземном коридоре, где была лестница. Дверь без шума закрылась за мной. Зажег магический светильник и спустился вниз. Вот было-то радости у меня. Я в подвале обнаружил винодельню. Аккуратно стояли большие бочки. В них оказалось пиво и вина разных сортов. Ох и напробовался я в тот вечер. Вернее сказать, нахрюкался в зюзю. Но, как все истинные алкоголики, не признался даже себе, что в стельку пьян. Пить в одиночку, да еще в таком настроении, вредно. В состоянии легкого, как я думал, опьянения. Меня потянуло дальше на приключения, и я стал подниматься наверх. Первая комната была лабораторией, здесь когда-то варили зелья, сушили травы, и на душе потеплело и отлегло. Вот оно, место, где я смогу оторвать свою душу и отдохнуть. Я закрыл ее и пошел дальше, поднимаясь всё выше на чердак. Там я обнаружил обставленную комнату, это была, похоже, гостиная, следующая оказалась целой старинной библиотекой, и я замер от такой находки, с восторгом смотрел на стеллажи. Следующая комнатка была маленькой и уютной, в ней был шкаф, камин, два кресла-качалки, маленький столик, пуф и широкая двуспальная кровать. В углу я нашел гитару, сел в кресло, пробежался по струнам, словно по струнам души, и полилась медленная тихая мелодия, и я запел, освобождая груз своей души. Осень и капли, в знак прощанья, хлещут тебе в лицо. Больше не надо оправданий, хватит, в конце концов! Небо, как никогда, вдруг щедрым стало на грязный дождь. Нет, не получишь ты прощенья, я не прощаю ложь! Я тебе объявляю войну! Я вести её буду без правил. Пусть осудят меня все вокруг, Но своё ты получишь сполна. Я тебе объявляю войну! Только месть, вряд ли, что-то исправит. Ты доступен для всех, как весной в полнолунье луна… Я буду сильным, но это завтра, а сейчас открываю душу и падаю в бездну боли и отчаяния, одиночества и закрываю глаза, паря над моей безответной любовью и проливая слезы. Так и уснул я в этом кресле с заплаканными, красными глазами.
