Шутки Атропос

      Кэвин стоял у окна и смотрел на слуг, убирающих мусор с лужайки перед домом после церемонии венчания.       Он плохо помнил вчерашний день. Все было как в тумане — а все потому, что нефиг было столько пить.       Прикладываться к бутылке он начал, как только продрал глаза. Сначала глоточек, чтобы не дрожали руки после мощного мальчишника, потом еще пару глоточков, чтобы перестали трястись мелкой дрожью колени.       А потом уже стакан, чтобы не видеть довольной физиономии Флер…       Девица начала его раздражать уже давно, с несколько месяцев. Сначала было хорошо, но потом даже он понял, что она из себя представляет.       Ее голова была забита только шмотками, сплетнями и сексуальными игрищами. Такая красивая снаружи, внутри оказалась одна гниль…       Каждую ночь она выпивала все его силы. И не просто так, а с фантазией и выдумкой. То он становился ковбоем, то собачкой… То она была послушной-послушной, то требовала насилия.       Кэвин от нее устал.       И все чаще вспоминал яркие глаза и задорные конопушки. И веселый легкий смех…       Позади зашевелилось, и Кэвин почти с ненавистью оглянулся. — Милый?       Из вороха простыней, подушек и одежды выкопалась Флер. Потекший возле глаз макияж делал ее похожей на анорексичную панду.       Парня передернуло. — Ты чего не ложишься? Твоя девочка без тебя соскучилась!       Кэвин молча ушел в ванную комнату, не забыв запереть за собой дверь. А то еще увяжется следом!       Умывшись холодной водой, он начал рассматривать опухшее лицо. Оттянул веко. Высунул язык. Сморщился и отвернулся — противно стало. Вздохнул и открыл кран, наполняя ванну горячей водой. Медленно разделся, залез в ванну, откинулся и закрыл глаза. — Вот это я попааааал… — он с силой потер лицо. — Как же я так ступил и дал себя уговорить?! — А потому что мудак.       Звонкий голос заставил Кэвина подпрыгнуть. Рука, опирающаяся на край ванны, поехала и парень чуть не хлебнул воды. Выпрямился и во все глаза уставился на прислонившуюся к раковине… — Мэри?! Но ты же… — Мертва? А тут такой облом-с, правда?       Кэвин рассматривал девушку. Одежда на ней была та же, что и в тот вечер, когда она пропала. И джинсы, и майка под красной рубашкой. И белые кеды…       Но вот что-то в ней изменилось. Что-то неуловимое… — Как ты сюда попала? Где ты, блин, вообще этот год была?! А весточку послать слабо было? Мы же волновались! — Ага. Особенно ты волновался. Оно и видно. — Мэри насмешливо посмотрела на его руку, где тускло поблескивало массивное обручальное кольцо. — А вот где я была… В аду. Уж извини, подать весточку было затруднительно — когда тебя наизнанку выворачивают, сложновато эсэмэски набирать. — Все шутишь… — Кэвин опять откинулся, не сводя взгляда с девушки. — А знаешь… Вот в кои-то веки я сейчас совершенно серьезна.       Кэвин вдруг почувствовал, как руки и ноги сковало тяжелое железо. Переведя взгляд, он открыл рот, чтобы закричать, но не смог — рот залепило что холодное и склизское.       Воды в ванне больше не было. Он лежал по грудь в крови. Тяжелый запах с металлическим оттенком кружил голову, заставляя желудок сжиматься. На руках и ногах были черно-ржавые оковы. — А еще ты ошибся, милый. — Кэвин перевел на Мэри глаза и содрогнулся.       Глаза девушки были полны тьмы. Рот оскалился в усмешке, и вокруг головы ясно виднелся кровавый нимб… — Я год как мертва…       Мэри щелкнула пальцами — и из комнаты раздался истошный визг Флер…

***

      Кроули, насвистывая что-то, шел по коридору. В руках у него было несколько древних фолиантов — он хотел показать Мэри пару заклинаний из, так сказать, олдскульных времен.       Но в комнате девушки было пусто.       Кроули нахмурился и обернулся к одному из демонов, которые дежурили в этом коридоре. — Мадам изволит развлекаться в пыточных! — демон вытянулся и смотрел преданными оловянными глазами.       Король хмыкнул.  — А не рановато ли она туда лыжи навострила? Демон промолчал — и хорошо сделал.

***

      Истошные крики он услышал задолго до поворота к пыточным. Удивленно поднял брови и прибавил шаг.       Распахнул тяжелую створку камеры и замер на пороге.       Здесь хозяйничала Мэри.       Нет, не так.       Здесь царила разъяренно-спокойная Мэри. А это было гораздо страшнее, чем сам Аластар.       Двое людей были прикованы к крестовинам друг напротив друга. С груди и живота мужчины была снята кожа и сейчас Мэри медленными размеренными движениями втирала в обнажившуюся плоть смесь соли, перца и кристаллов соляной кислоты, не обращая внимания на вопли.       Женщина была пока более менее цела. Только ноги были красными от крови, да валялась возле нее окровавленная бита. — А ты страшная женщина. — Кроули подошел поближе, рассматривая пленников. — Кажется, мы про это говорили. Я больше не женщина. Я — демон.       Кроули еще немного порассматривал прикованных людей, любуясь тонкими и ровными срезами на теле мужчины. И усмехнулся, видя, с какой надеждой смотрят на него пленники.       Подошел сзади к Мэри, натачивающей лезвие опасной бритвы на широком кожаном ремне, нежно обнял ее за талию, не обращая внимания на кровь на фартуке. — А ты у меня умничка. Даже Аластар был бы тобой доволен.       И ухмыльнулся, когда девушка обернулась к нему, одаряя сияющей тьмой.       А двое растерзанных людей смотрели на эту кровавую страстно целующуюся парочку, чувствуя, как истаивает сигаретной дымкой надежда…       Кроули вдруг хитро улыбнулся и прищелкнул пальцами. Мэри удивленно посмотрела на своих пленников, на которых сейчас не было и царапины. Только некая растрепанность, да легкое безумие в глазах напоминало о недавних пытках. — Какого х… — В этом фартуке и с этим блеском в глазах… Ты так сексуальна.       Мэри медленно расплылась в улыбке. Сделала шаг назад, опираясь поясницей о высокий стол, на котором были разложены орудия пыток.       Сняла заляпанный фартук. Медленно, пуговка за пуговкой, расстегнула рубашку. Стянула футболку и тряхнула головой, а затем поманила Короля к себе.       Вот. Вот оно. Кроули наконец понял, чем зацепила его эта конопатая. Ее душа. Даже сейчас, когда она чернее ночи — для него она стала маяком, созвучным с его океаном.       Думая об этом, Кроули ласкал горячее и податливое тело, слушая тихие стоны наслаждения возле уха — вот только это сейчас и было важно.       Кэвин во все глаза смотрел на них. Мэри, которая была такой тихоней… Которая краснела, когда он предлагал какой-нибудь эксперимент вроде секса втроем… Которая хоть и была бойкой, но такой пресной в постели…       И сейчас она с этим… коротышкой! И вытворяет такое! Абсолютно не стесняясь его — а ведь говорила, что любит!       Мэри хрипло вскрикнула, откидываясь спиной на стол и цепляясь руками за нависающие над ней цепи. В глазах плясали красные точки, а каждое прикосновение рук Короля выбивало из нее воздух, заставляя выгибаться. — Не сдерживайся. — Кроули крепко держал ее за бедра и улыбался. — Не забывай — здесь только мы. А мы кто? Не слышу! — Демоны… — простонала Мэри. — Не останавливайся! — Я не слышу! — ДЕМОНЫ! — Мэри уставилась на Короля полыхающими глазами. — Я помню, кто я! А вот ты, кажется, позабыл!       И закричала, когда он впился зубами в ее грудь.       Флай смотрела на них, презительно скривив губы. — И это — твоя скромница?! Да это шлюха первостатейная! Видишь, от чего я тебя уберегла! — Заткнись, дура! — Кэвин не отводил взгляд от лица Мэри — такого прекрасного в любовном жару… — Неет, ты смотрии! — блондинка распалялась не на шутку. — А переживааал! А искаааал! А она — вот!..       Переплетенные пальцы — и ножи, кромсающие спину с каждым движением — сильным и мощным. Кровь — ее? А боли нет. Есть только сила, закручивающая в штопор. И нет выхода из этого виража — только во тьму.       В бездну.       Кэвин содрогнулся, услышав сдвоенный рык. Животный и такой… Сладостный.       С ним она никогда… Вот так — никогда.       И опять чудится ему сияние кровавого нимба вокруг ее головы…