Триумвират.

"Твой брат не всегда прав, но он всегда твой брат!" Варрум стоял посреди огромной спальни, идеально прибранной, как будто кто-то с маниакальной настойчивостью следил, чтоб ни одна пылинка, упавшая на поверхность мебели, не указала нежданному гостю, реальный бег времени. Огромную кровать, на которой без труда могли бы поместиться человек десять, накрывала тяжелая ткань балдахина темно-сиреневого цвета. Такого же цвета было бархатное покрывало, край которого касался пола. Резная мебель и гобелены делали атмосферу помещения пафосной, больше похожей на экспонат выставки, чем на уютную спальню. Вар, как никто, знал, что весь этот интерьер был ненавистен хозяину апартаментов. Что человек, который здесь когда-то жил, мечтал вырваться из плена этого пафосного антуража. И он получил эту возможность, пусть и с подачи Варрума. Подойдя к кровати, юноша забрался на нее и, свернувшись калачиком, закрыв глаза, вдохнул запах, которым была пропитана вся комната. Мята. Именно этот запах был присущ тому, кто когда-то здесь обитал. Именно этот запах преследовал и будет преследовать Варра всю оставшуюся жизнь. Именно этот запах сводил с ума и заставлял юношу себя ненавидеть за то, что он поддался греховному соблазну. Полюбить и возжелать того, кто был ближе всех и всего. Того, кто был с юношей одним целым. Того, кто был с ним раньше, чем мать увидела их своими глазами. Раньше, чем она почувствовала их первые толчки в утробе, и даже раньше, чем у них обоих появились сердца. Полюбить и возжелать брата. Не просто брата, а свою точную копию. Близнеца. Свое отражение. Повернувшись на спину, Вар уставился на стену напротив кровати, которую украшал самый большой в этой комнате гобелен, занимающий собой всю стену. На нем были изображены два мальчика с огненно-рыжими волосами лет двенадцати. Похожие друг на друга как две капли воды. Автор тканого шедевра настолько точно передал движения и черты лиц близнецов, что они казались живыми, порождая ощущение, что оба мальца вот-вот сойдут с хлопковой основы и побегут по коридорам замка, все так же, как и на картине, шуточно переругиваясь и награждая друг друга подзатыльниками и тычками. Вар тяжело вздохнул, оттолкнувшись, встал с кровати и, обойдя упомянутый предмет мебели, подошел к окну. ЗИРАН! Как же Вар ненавидел его теперь. Воистину говорят: «от любви до ненависти один шаг». Так и оказалось на самом деле. Так любить и боготворить в детстве и так ненавидеть во взрослой жизни. И виной всему любовь. Далеко не братская, которая проснулась в юношеском возрасте, когда каждое прикосновение близнеца, казалось чем-то большим, чем просто выражение родственных чувств. Боль и разочарование, затопившие взгляд Зи, когда Варрум признался ему в своих чувствах. Именно этот взгляд и сожаление, возможно даже жалость, которые позже появились во взоре Зирана, когда он пытался что-то сказать в ответ. Именно тогда Варрум решил, что старший брат больше не увидит его униженным. Юноша и так сделал много, признавшись. Он столько времени собирался это сделать и был уверен, что Зиран ответит ему взаимностью. По-другому просто не могло быть. Так было предначертано изначально демиургами, ведь они не зря поместили их вместе с самого начала, и Вар просто не мог представить кого-то другого рядом с собой. А Зиран так его разочаровал. Только проклятый близнец не хотел этого понять, все время пытался навязать себя, восстановить те отношения, которые когда-то в далеком детстве связывали их, и возродить то чувство единого целого, дополнения друг друга. Глупый юнец не понимал или не желал понять, что больше нет тех братских чувств и быть не может. Что они трансформировались со временем в любовь, а любовь в ненависть. А потом появилась Лира. Прекрасная возможность, показать, наконец, Зирану, что значит она и ее ничтожные чувства по сравнению с тем, что мог дать ему Варрум. Девчонка посто не смогла устоять перед невероятно красивым, внимательным и страстным младшим братом, который всегда готов был прийти на помощь и поддержать, в то время как старший учился всему, что полагалось знать будущему наследнику, постоянно пропадая на различных уроках и просиживая за книгами. Лира была невероятно красива, но как и большинство обладательниц этого дара демиургов, тщеславна. Зиран не стал слушать оправдания, просто отказался от обоих, даже не захотев понять, что Варрум старался исключительно для их, Зирана и Варрума счастья. И стоя сейчас посреди комнаты когда-то близкого человека, юноша понимал, что сделает все, чтоб уничтожить брата, не сумевшего или не захотевшего понять Варрума, так опрометчиво отказавшегося от того дара, который близнец ему предлагал, Зирана, настолько хорошего и благородного, что даже спустя столетия и разделяющие их миры, юноша иногда чувствует его прикосновения и не сомневается ни на мгновение, что это прикосновения именно Зирана. Прикосновения, которые когда-то жалкий ублюдок не смог дать ему в реальной жизни. Они, словно фантомная боль, преследуют его в моменты, в которые память Варра, кажется, наконец, начинает его забывать. Вот и сейчас юноша не просто так оказался здесь, в комнате, в которой когда-то жил Зиран. Именно ощущение касаний Зи и как будто успокаивающих прикосновений, которые разбудили рыжеволосого с утра, заставило Варра прийти сюда сейчас, как только закончились все важные дела, дабы напомнить и снова пробудить ощущение жгучей ненависти и жажды уничтожить. Кинув на прощание взгляд в окно на бушующее у подножья скалы море, Вар направился к выходу из комнаты и почти дошел до двери, когда его взгляд упал на канцелярский нож, которым обычно вскрывают конверты, лежащий на письменном столе. Повинуясь странному порыву, юноша взял его в руку и, взвесив его в ладони, резко выбросил его вперед, метнув предмет прямо в грудь одного из близнецов, изображённых на гобелене. Рассчитав удар так, чтоб лезвие вошло в стену по самую рукоять, припечатав тканый шедевр намертво. *** Зиран опер гитару о стену и собрал разметавшиеся во время репетиции дреды обратно в высокий хвост. Спрыгнув со сцены и достав из заднего кармана мятный Чупа-чупс, развернул его и, положив в рот карамельку, выкинул фантик в стоящую тут же неподалеку урну. - Зи, ты уже уходишь?- Дэм догнал Зирана уже возле выхода. - Да. Что-то я неважно себя чувствую. Пойду немного прогуляюсь. - Может, тебя проводить? - Не волнуйся. Я в порядке, - Зи ударил Дэма по плечу и, подмигнув для убедительности, вышел на улицу, послав на прощание другу подбадривающую улыбку. Вздохнув полной грудью свежий воздух, рыжеволосый оглядел окружающее его пространство. Серые дома, тонули в наступающих сумерках, зажигая свои окна, словно маленькие маячки. Закинув рюкзак на плечо, Зиран медленно побрел по тротуару, пиная по дороге кем-то кинутую мимо урны жестяную банку из-под энергетика. - Зи… Юноша обернулся и увидел идущего к нему быстрым шагом Дэма. - Что-то случилось? - Нет. Все отлично. Просто решил прогуляться вместе с тобой, и не смей говорить мне, что ты хочешь побыть один. Ты в последнее время и так постоянно один… - Меня устраивает мое одиночество, - Перебил друга на середине предложения рыжеволосый. - А мне плевать. Я не видел тебя, черт знает, сколько времени. Пошли, завалимся куда-нибудь, посидим, выпьем пива. - Не хочу. Я лучше прогуляюсь. - Ну, раз хочешь прогуляться, значит, будем гулять. Мне не принципиально. - Ты же не отстанешь от меня, верно? - Абсолютно. Люблю тебя за твою проницательность. Ну, рассказывай… Зиран разгрыз уже заканчивающуюся карамельку и выбросил палочку на обочину дороги. - Что именно? - Рассказывай, почему это тебя так вдруг потянуло на одиночество. - Пфф… Дэм, не мне тебе рассказывать, что я и так не любитель столпотворений. - Но ты раньше никогда не сторонился меня. - Я и сейчас не сторонюсь. - Зи, прекрати. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Рассказывай давай, что у тебя там… - Да ничего особенного. - Зиии… - Ок. Что ты хочешь знать? Я не обещаю тебе, что скажу все, но то, что могу сказать, то скажу. - Отлично. Пошли, купим по бутылке пива и сядем где-нибудь в парке. - Ок. *** - Ну? Что ты хочешь знать? - Для начала, расскажи мне, почему ты рисуешь себя? - Я не рисую себя, Дэм. Я не настолько тщеславен. Это мой брат, его зовут Варрум, и да, мы близнецы. - Ого. Неожиданно. Почему ты раньше не говорил, что у тебя есть брат? - А зачем? Мы с ним не общаемся уже давно. - Но ты его рисуешь… - Да. Рисую. Мне так хочется. Я пытаюсь его найти, но не могу. - Я не понимаю… Что значит найти? Он пропал? Он в международном розыске? - Нет, не пропал. Скорей мы разошлись. А найти я пытаюсь его для себя. Поэтому и рисую. Черт, я не знаю, как тебе это объяснить. У меня нет слов. - Хорошо. Почему вы не общаетесь? - Нууу… Когда-то между нами произошло недоразумение, и наши пути разошлись. Вот, собственно, и все. - Да уж, кратко и содержательно. - Ну, да… - Ясно. Что с тобой происходит в последнее время? - Скажем так… я, чувствую, что он по мне «соскучился»… - невеселая усмешка исказила губы Зирана и тут же исчезла, словно юноша боялся ее кому-то показать. - Ты думаешь, он скоро нагрянет к тебе? - Думаю, да. - И это плохо? Он опасен? - Могу сказать, что это очень плохо, и да, он не просто опасен, он воплощение этого слова. - О, чеерт. Он мафиози? Зачем ты ему понадобился? - Ахаха, ну, можно сказать, что мафиози. Поживем-увидим. - Не переживай, Зи, мы с ребятами не дадим ему тебе навредить. - Нет, Дэм, ты не понимаешь. Ни ты, ни, возможно, даже я, не сможем ничего против него сделать. - Да, конечно. Не верю я, что есть кто-то настолько крутой, против которого не поможет пистолет. - Поверь мне, есть … - Зиии, послушай… - Ох, чееерт… - Зиран схватился за грудь, захлебываясь воздухом. Резкая боль, словно кто-то воткнул кинжал, пронзила солнечное сплетение и жжением разошлась по всему телу. - Что с тобой? - в панике забормотал Дэм. - И тебе привет, братик! - потирая грудь, произнес Зиран, поднимая взгляд к небу и будто надеясь увидеть там глумливую улыбку младшего брата, наблюдающего за скоростью доставки своего послания. *** - Подъем! Дэн вскочил с подстилки, на ходу хватая и вынимая из ножен меч. Не очень-то желанное и ожидаемое начало дня: проснуться от крика прямо над ухом. Эмиль тоже не спал, стоя на одном колене, выставив вторую ногу вперед и натянув тетиву лука, целился в того, кто смог пройти сквозь довольно сильное магическое заграждение, проникнув вовнутрь зоны ночлега Кина, Дэна и Эмиля. - Что за хрень, Орин? Какого черта ты пугаешь? А если бы мы нечаянно тебе голову снесли?- Эмиль наконец разлепил сонные глаза. Оказалось, реакция тела намного лучше, чем реакция сонного мозга. Как говорится, поднять - подняли, а разбудить забыли. - Ты спятил, светлый? - Орин, как ни в чем не бывало, сел на землю возле небольшого кострища и, достав из-за пазухи маленький чиркаш, зажег сложенные небольшой кучкой дрова, аккуратно положив одну руку себе на колени, как будто боясь ее потревожить. – Ты забыл, кто я? Дэн убрал мечи обратно в ножны и сел рядом с феем. - Не забыл. Но и ты не забывай, что оружие у нас зачарованное, настроенное нанести серьезный вред магу далеко не первого уровня. - Что с рукой? - с другой стороны подошел Кин, сонно потягиваясь и оглядывая потрепанного старика. - Да так… упал неудачно. Брови Дэна взлетели вверх. - Очень интересно. Маг крови, способный уничтожать армии и живущий вечность, неудачно упал и превратил свою кисть руки в месиво. Какая прелесть. Светлый потянул рукав рубашки Орина вверх, оглядывая пострадавшую конечность, одного взгляда на которую было достаточно, чтобы понять, это целенаправленное нанесение вреда. - Ладно. Скажи хоть, почему ты до сих пор не восстановился и бродишь в обличии старика. - Смена имиджа, - махнул здоровой рукой фей, окидывая внимательным взглядом эльфов и Кина. - А я смотрю, вы парнишку с собой поиграться ночью не взяли?- ехидно улыбнулся маг, подмигивая эльфам, ловя на себе недоуменный взгляд подростка. - Куда не взяли? Не понял… - Кин переводил взгляд со светлого на темного эльфа, явно начиная нервничать, ибо в обоих взглядах читалась легкая паника. - Ой, извиняюсь, – гаденько хихикнул фей. - Кажется, это был секретик. - Дэн, о чем Орин говорит? Куда это вы ночью ходили? - Кин испытывающе уставился на темного. - Да мы просто прогуляться ходили и заодно обговорить, как будем дальше действовать и как добраться до отшельника быстрее, - перехватил инициативу светлый, переключив внимание подростка на себя. - Ахаха, да уж. Разговор был очень содержательный… - продолжал глумиться Орин, за что удостоился злобных взглядов со стороны Эмилиэля и Дэнгара. - И почему Орин называет это игрой? - Дааа… мы немного поборолись, поспаринговали… - Вы дрались? Почему? - глаза Кина округлились. - Да, неее… не переживай. Это была шуточная борьба, больше направленная на то, чтоб похвастаться своей силой и способностями, - говоря это, Эмиль не сводил испепеляющего взгляда с откровенно хохочущего старика. - Охххх… Да уж, поборолись вы ребята на славу, - утирая выступившие слезы рукавом, Орин поднялся на ноги. - Пойду я прогуляюсь до речки, воды наберу, а вы, «борцы»… ахаха… разведите пока нормальный костер. Поедим и будем выдвигаться. У нас мало времени. - Кстати. Какого орка ты пришел к нам? Что-то произошло? - Эмиль только сейчас обратил внимание, что одежда мага потрепанная и грязная, как будто он долгое время находился в пути. С лица фея пропали все признаки недавней улыбки. - Произошло. Теперь я знаю, кому именно нужен Кин, и, поверьте, это не шутки и не игры. Если им все же удастся добраться до Кина, либо Кин банально опоздает, это будет конец. Необходимо как можно быстрей найти отшельника. - Кто тот, кому нужен Кин? - Давайте быстрей двинемся в путь. В дороге я вам все расскажу.