Девчачий переполох или «Жизнь изменилась к лучшему»!

Лаборатория:

       В этой комнате стояла тишина, прерываемая лишь тиканьем часов, которые так и раздражали одного из присутствующих — Рафаэля. Он уже десять минут смотрел на них, уже мечтая их сломать и раздавить, представляя, как бездушное тело будет молить о пощаде.        Но в этой комнате находился не только холерик. Леонардо, ходящий из стороны в сторону, смотрел в пол, держа руки сзади, закрепленные в замок. Он чего-то дожидался. — Итак, я задам вопрос еще раз. Кто ты такая? — спросил лидер черепашьей команды, продолжая ходить из стороны в сторону.        Неподалеку от него находилась девочка, привязанная веревками к стулу. Ее аккуратное платье свисало вниз, почти доставая до пола. Глазки, несвойственного цвета — оранжевого, смотрели куда-то в стену. А маленькое, хрупкое тельце начинало дергаться из стороны в сторону, из-за чего ее бархатная кожа уже начинала натираться.        Донателло, стоящий у двери, смотрел на девочку. Хотя, если быть точнее — на стул, который у него отняли. Теперь он не мог починить или улучшить свои приборы, так как не только его лабораторию заняли, так еще и самый удобный и хороший стул забрали.        Микеланджело же, медленно и незаметно подошел к девочке, пристроившись сбоку от стула и усевшись, всматриваясь в заключенную. — Ты так и будешь молчать?! — вспылил Рафаэль, кинув грозный взгляд в сторону девочки, от чего ее глаза стали наполняться жидкостью. Майки вздрогнул, заметив это. — Прости-ите-е! Я просто играла со своими подругами в прятки и решила, что канализация — самое то. Я не знала, что наткнусь на чей-то дом, — уже ревела девочка. Ее голос дрожал, осматривая каждую черепаху и ожидая их реакцию. — Ты расстроил ее, Рафи! — оповестил своего вспыльчивого брата Микеланджело, от чего тот оскалился, услышав это уменьшительно ласкательное имя.        Услышав голос сбоку, девочка вздрогнула и отшатнулась, что стул немного покачнулся, грозясь упасть, но, к счастью девочки, вернулся на место, благодаря весельчаку. — Что ты тут делаешь, извращенец? Мое платье длинное, ты ничего не увидишь, — уже серьезно сказала девочка, смотря на Микеланджело.        Рафаэль прыснул от смеха, а Майки, расстроившись, встал с места и пошел к Лео. — Почему же ты скрывалась? — задал очередной вопрос лидер черепашьей команды, продолжая смотреть в пол.        Секунда молчания, все братья посмотрели на нее, кроме Лео. — Я испугалась. Вы были такие страшные, — девочка бросила один взгляд в Рафаэля. — Особенно, когда эта горилла бегала за тем извращенцем, — тихо произнесла девочка, продолжая всхлипывать.        Холерик, мягко говоря, охренел от такого заявления, грозно посмотрев на девушку. Увидев его взгляд, она вскрикнула и закрыла глаза, от чего Рафаэль оскалился. — Неужели наш бесстрашный лидер не замечает, что эта девчонка все делает напоказ? — фыркнул Раф, смотря на Лео.        Никто не ожидал от Леонардо такого, но он усмехнулся, поднял наконец голову от пола и посмотрев на девочку. — Я думал, вы никогда не заметите ее игру, — уже серьезно произнес лидер, осматривая свою гостью.        Все это время Донателло продолжал смотреть на свой стул. Или же, не на него, а на девочку, которая продолжала более интенсивно работать руками за спиной. И дело не в том, что она пыталась выбраться. В ее руках что-то было. — Парни, думаю, она не врала насчет подруг и они скоро здесь появятся, так как… — не успел Донателло договорить, как вырубили свет. — Ну, спасибо, гений, ты мог сообщить об этом еще позже! — крикнул в темноте один из голосов, провожая свою речь недовольными рыками. — Раф, прекрати, — более спокойный голос продвигался к выходу из лаборатории. — Так, Дон, за мной. Майки и Раф, приглядывайте за девочкой, — скомандовал кто-то в темноте.        Через минуту двое черепах удалились из лаборатории. — Черт, что за садисты. То цепи, то веревки. Не удивлюсь, если в следующий раз хлыстом свяжут, — послышался в темноте девчачий голос.        Его Раф не мог забыть. Тот голос мог принадлежать лишь одной особе, которой он обязывался отомстить за все. — Я знал, что ты самоубийца, но не настолько, чтоб прийти прямо в мое логово, — послышался довольный голос, который надвигался на какую-то цель. — Раф, кто это? — спросил Микеланджело, еще не разобрав в темноте ничего. — Моя сегодняшняя жертва… — пояснил Раф, после чего включился свет.        Микеланджело осмотрелся и заметил, что девочка была наполовину развязана, а за стулом стояла рысь-мутантка, будто прикрываясь им от Рафаэля, который, скалясь, подходил все ближе, при этом разминая кулаки и хрустя пальцами. — Еще посмотрим, кто будет жертвой, маньяк, — фыркнула рысь, доставая всем знакомую цепь. — Это вызов? — усмехнулся Рафаэль, осматривая своего врага и недавно принадлежащее ему оружие. — Возможно, — загадочно произнесла рысь, напав на черепашку с алой банданой. — Майки, девчонка, — скомандовал Раф, отбив атаку девушки и достав саи. — Понял! — улыбнулся Микеланджело и подбежав к девочке, обмотал девочку с новой силой все ту же веревку, завязывая так, что сам не понимал, что это за узлы.        А в гостиной уже слышали другие звуки битвы. Как там дела у остальных?