Маятник времен застыл

      Сколько времени прошло, никто не знает, даже маятник времен застыл, не отсчитывая предательские секунды. Мастеру и его спутнице был дан покой, как того и требовал свет, но он теперь точно знал, что свет ошибся в своем решении относительно нее.       Да, первые дни, недели, месяцы и годы все было хорошо. Мастер и Маргарита жили в небольшом домике, окруженном садом: маленький кусочек рая в аду, который он создал специально для не… для них. Но покой на то и покой, чтобы в нем не было места ни для чувств, ни для желаний, ни для любви. Со временем Мастер с присущей ему покорностью окунулся в этот покой. Воланд знал, что придет день, и Мастеру станет не нужна любовь его Маргариты. Она станет для него так же далека, как раскаты грома весенней грозы.       Но вот она… Она живая, сильная, смелая и дерзкая. Та, что смогла пробудить в Дьяволе, казалось, невозможные чувства и желания. Ей покой был чужд. Марго всем своим существом отвергала его, но с тем же самым с той же проклятой жертвенностью принимала выбор любовника и оставалась подле него, смиренно, безропотно. С таким же достоинством, с каким встречала гостей на том балу.       Если Маргарита Николаевна готова была смириться со своей участью, то вот Воланд восставал против этой никому не нужной жертвы. Он принял решение и не собирался отступать. Силы света сами вручили ему души этих двоих, и теперь он волен поступать с ними как пожелает. Теперь ему нужно лишь её согласие.       Воланд появился на пороге домика и остановился в дверях. Он на миг закрыл глаза. Дьявол помнил о том, как упряма и непредсказуема его Алмазная Донна. Он помнил, насколько сильно в ней милосердие, чуждое ему, и теперь перед ним стояла непростая задача: уговорить её согласиться на его предложение. — Приветствую Вас, мессир, — услышал он со спины тихий голос.       Обернувшись, увидел её: в простом ситцевом платье, с распущенными каштановыми локонами, лежащими по плечам. В руках она держала букет белых орхидей, королевских, но при этом словно мертвых цветов с восковыми лепестками. — Добрый день, Маргарита Николаевна, — ответил ей Воланд. — Как Ваши дела? Все ли у Вас в порядке? Ничего не тревожит ваш покой? — он сделал особое ударение на последнем слове, и в его взгляде сверкнули лукавые искорки. — О нет, мессир, все хорошо, — улыбнулась она, отводя взгляд в сторону.       Маргарита легкими шагами не то прошла, не то проскользнула мимо, открыв дверь в небольшую комнатку, почти полностью повторяющую обстановкой каморку Мастера в подвале, где он написал, а потом и сжег свой злополучный роман.       Воланд зашел вслед за ней. Женщина ставила букет в хрустальную вазу на столе. Мастер сидел у окна и лишь кивнул в знак приветствия, снова отворачиваясь. Дьявол не удивился такому прохладному приему, в скором времени Мастер и вовсе перестанет реагировать на что-то, уйдя в мир покоя. — Зачем Вы пришли, мессир? — не отводя взгляда от букета, спросила Марго. — Я понимаю, что все вокруг Ваши владения, и Вы вольны быть тут сколько хотите, но позвольте мне не поверить, что это простой визит вежливости. Воланд улыбнулся, Маргарита нисколько не изменилась. Отважна и честна, даже перед самим Сатаной. — Вы правы, Алмазная Донна, я пришел потому, что у меня к Вам есть предложение. Маргарита приподняла тонкую бровь, чуть склонив голову на бок. — В свое время свет просил меня за вас. Дать покой Вам и вашему любовнику, но, я считаю, это не для Вас.       Маргарита резко развернулась к цветам, стараясь скрыть свою реакцию на слова мессира. Воланд подошел к женщине. Легкий аромат цветов окружал её ореолом. Тепло и свет: в этом была вся её суть, даже здесь, даже сейчас. — Не обманывайте себя, Светлая Королева. Покой не для Вас, — он склонился к ней еще ближе, его дыхание чувствовалось у самых волос. — Мастер скоро забудет о Вас. Вы станете лишь тенью, воспоминанием, забытым сном. Стебель цветка, который Марго поправляла в вазе, с хрустом сломался в её пальцах. — И что Вы хотите сказать, мессир? — голос женщины прозвучал глухо. — Я не предам Мастера. Я не отреклась от него тогда, не отрекусь и сейчас. — И обречете себя на жизнь бесплотной тени. Я не позволю Вам! — ну, что за глупое желание спорить с самим Сатаной? — И что Вы мне предлагаете? — женщина резко развернулась, подняв взгляд на Дьявола. — Где мое место, мессир? В вашей свите? — прошептала она.       Две пары глаз смотрели друг на друга с нарастающим раздражением. Воланд удивлялся, как этой женщине раз за разом удавалось выводить его из себя одним словом. Ему захотелось зачаровать ее и просто увести с собой, без уговоров, споров. В конце-концов он не Господь — свобода воли не его прерогатива, но глубоко вздохнув, он продолжал уже спокойнее: — Нет, для Вас у меня есть другое предложение. Не торопитесь, Светлая Королева Марго. Обдумайте все хорошенько. Второго шанса у Вас больше не будет. С этими словами Воланд резко развернулся, плащ с красным подбоем колыхнулся за хозяином ада, и Маргарита с Мастером остались в комнате одни.

***

      Прошло некоторое время, и Мастер все больше уходил в себя. Каждый день он все меньше шел на контакт, и однажды в его глазах действительно осталась лишь безмятежность. Исполнилось то, что предрекал Воланд: Маргарита стала не нужной своему Мастеру.       Проходили дни, недели, месяцы, и женщина больше не могла ощущать эту пустоту внутри. Снова она была ничьей, ненужной, как тогда, на мосту. Для нее это стало действительно адом, она понимала, что постепенно сходит с ума. И когда ощутила, что лишь короткий миг отделяет ее от безумия, Маргарита, наконец, решилась. — Прости меня, любимый, — опустилась она перед Мастером на колени. — Прости, я не могу здесь остаться. Он прав. Будь он проклят, но он прав, — с отчаянием и горечью в голосе прошептала Марго. Она поцеловала ладонь писателя и встала. — Прощай, мой Мастер.       Мужчина даже не пошевелился, лишь на миг ей показалось, что в глубине его глаз зажглось понимание и прощение. Он отпускал ее, он желал ей счастья, он прощал ее. Во всяком случае, ей хотелось в это верить. Женщина вздохнула и, не оглядываясь больше на своего любовника, на того, ради кого готова была продать свою душу, и кому теперь перестала быть нужна. Маргарита вышла за порог.       Воланд уже ждал ее у куста ярко-алых роз. Она подошла к нему молча. Он уже все знает. Он всегда понимал без слов. — Что будет со… — хотела спросить Марго, но палец мужчины прикоснулся к её губам, приказывает молчать. — Тише, моя Светлая Королева, с тобой все будет хорошо. Его пальцы прочертили линию от её губ, вверх по щеке, запутываясь в шелке волос. Сапфировый взгляд прогоняет все мысли и тревоги, успокаивая, баюкая. — Засыпайте, моя любимая, — прошептал Воланд укутывая женщину своим плащем и легко целуя в макушку. Когда полы плаща снова опустились, женщина исчезла из объятий Воланда. Дьявол посмотрел на дом, утопающий в цветах. Это будет прибежище Мастера, он не нарушил просьбу света, он лишь выбрал иную судьбу для той, что была рядом с ним. Да, будет так.

***

      Много лет прошло с тех пор, как Воланд последний раз был на Земле, да и вообще в этом городе. Москва преобразилась, стала больше, выше, быстрее. Небоскребы из стекла и металла, высокоскоростные трассы. Все в этом городе бежали, спешили, стремились куда-то вдаль. Люди поменялись, приобретая новые привычки, обрастая новыми технологиями: сотовыми, ноутбуками и планшетами, — но в сущности оставаясь прежними в своих надеждах, мечтах и страхах. В мелочных заботах и неверии во что-то выше. Здесь можно было найти и нового Берлиоза, и другого Бездомного, и критика Латунского, и мечтателя Мастера, лишь Маргарита оставалась одной единственной на все времена.       Он шел по одной из улиц старой Москвы, где витал дух еще того самого города. Людской поток поредел, и мужчина в дорогом белом костюме с изящной тростью в руке шел твердыми уверенными шагами в сторону одной из набережных. Тут он услышал женский крик и режущий слух визг тормозов. Девочка лет пяти стояла посреди дороги, зажмурившись и зажав в руках мячик, за которым, видимо, и выбежала на трассу, под колеса автомобилю. Маятник времен качнулся и замер, останавливая все вокруг. Воланд легко подхватил малышку, в секунду поставив её на безопасный островок тротуара, рядом с собой, запустил время снова.       Девочка смотрела на него испуганными зелеными глазами. Мячик выпал из ослабевших рук и с гулким стуком ударился об асфальт. Он подхватил его и встав на одно колено перед ребенком, кажется совсем не беспокоясь о том, что пачкает свой дорогой костюм, протянул игрушку хозяйке. Та приняла мяч назад, продолжая совершенно не детским, серьезным взглядом изучать своего спасителя. Так они и стояли в полном молчании смотря в глаза друг другу. — Ой, спасибо Вам, — к ним подбежала женщина лет сорока. Она опустилась на колени перед девочкой, ощупывая её: — Ну, сколько раз тебе говорить, Марго, чтобы ты не убегала далеко от мамы! Ты знаешь как ты меня испугала?! Если бы не этот господин, — женщина отвлеклась от дочери, чтобы снова посмотреть на неожиданного спасителя, но мужчины уже нигде не было.       Это было странно, в белоснежном костюме, с тростью в руках, да еще с длинными пепельными волосами, собранными в хвост, все же было сложно затеряться так быстро, даже в многолюдной Москве, но убедившись, через секунду, что незнакомца действительно и след простыл. Пожав плечами, встала на ноги крепко взяв дочь за руку, направилась по своим делам.       Воланд смотрел им вслед. Он знал, что с девочкой все будет хорошо, мать любит дочь и отец в ней души не чает. Дьявол знал, потому что сам выбрал их для своего главного сокровища в этом грешном мире. Возможно на этот раз ему повезет больше, и венец упадет к его ногам и она останется с ним навсегда. — До свидания, Маргарита Николаевна, — прошептал он. — Подрастайте поскорей и я приглашу Вас на бал, моя Светлая Королева Марго. Девочка обернулась, словно услышав его слова, но там уже никого не было. Только маятник начал отсчет времени до их новой встречи на балу  «Ста королей».