В болезни (In Sickness)

«Дневник исполняющего обязанности капитана. Звездная дата 2260.42. «Энтерпрайз» и ее команда скомпрометированы. Недавнее столкновение с ранее неизвестной расой привело корабль в плохое состояние, вследствие чего судно остро нуждается в ремонте. Кроме того, команда стала жертвой вируса неопознанной природы. Сорок пять процентов экипажа заразились. Более половины инфицированных умерло. Многие другие находятся при смерти. В настоящий момент медицинские ресурсы корабля практически истощены, и палубы для отдыха превращены во временные лазареты. У нас больше нет достаточного количества препаратов, чтобы справиться с симптомами, которые являются единственным, что мы были в состоянии подавить, и по причине, указанной ранее, невозможность бороться с этими симптомами повлекла за собой новые смерти. Доктор МакКой и я непрестанно работаем, чтобы найти средство для избавления от этой болезни, но я боюсь, что время на исходе. Мы находимся на грани прорыва, однако крайне велика вероятность, что большая часть команды погибнет до того, как будет создано лекарство. «Энтерпрайз» отчаянно нуждается в помощи. Корабли Звездного флота уже в пути. Приблизительное время прибытия: семьдесят два часа. Конец записи».

~o~

- Вы добились какого-либо прогресса, доктор? – спросил Спок, ступив в лабораторию. Не отрываясь от своей работы, МакКой подавленно покачал головой. - Нет. Я пытался выделить антиген из крови выживших, чтобы использовать его в качестве прививки от вируса, но не слишком продвинулся, – он издал тихий стон разочарования, звук, к которому Спок привык за последние несколько дней. Доктор был изнурен, Спок видел признаки усталости в каждой напряженной линии тела МакКоя. - Вы провели блестящую работу, Леонард, – сказал Спок, подходя ближе к сгорбившейся фигуре мужчины, чтобы предложить свою помощь. Его глаза скользнули по столу, заваленному ПАДДами с данными и новой информацией, отмечая минимальное продвижение в создании антивирусного лекарства. Не будь он вулканцем, он бы выпустил раздраженный вздох. - У тебя должны быть очень плохие новости, раз уж ты назвал меня Леонардом, – проворчал МакКой, наконец подняв взгляд. Спок изогнул бровь, но никак не прокомментировал нелогичность доктора в заключении выводов на основе недостаточных улик. Они слишком утомились, чтобы спорить, и ложная неприязнь витала между ними просто для того, чтобы создать иллюзию нормальности. Горе, злость и утомленность в глазах МакКоя почти заставили Спока возненавидеть себя за то, что он собирался произнести. - Я получил сообщение от Звездного флота. Помощь, которую они нам выслали, прибудет приблизительно через семьдесят два часа. Других ответов на наш сигнал бедствия не поступало, – Спок снова посмотрел на ПАДДы, ожидая ругательств… и удивился, когда коих не последовало. – Доктор? – осторожно спросил он, слегка боясь того, что МакКой и сам поддался болезни. - Черт побери, Спок… Ты знаешь, скольких мы скорее всего потеряем за трое суток? Не отвечай. У нас этих дней нет, мы не можем ждать! - Мне это известно, и я выразил свое мнение Звездному флоту. Однако же нет ничего, что мы можем сделать. Поблизости нет иных кораблей. МакКой, казалось, не услышал этих слов. - Твою ж налево!.. Нийота, Хикару, Скотти… Джим… – Споку пришлось приложить большие усилия, чтобы подавить всплеск паники при упоминании этих имен. Джим. Он выпрямился еще больше, не позволяя ни одной эмоции проступить на его лице. - Доктор, вы измучены, возможно, вам пойдет на пользу, если вы устроите себе временный перерыв. - Мне некогда, Спок, – огрызнулся МакКой, яростно набивая что-то на виртуальной клавиатуре ПАДДа. - Я продолжу работу, пока вы будете отдыхать. Вы не можете быть скомпрометированы из-за вашей усталости. - Скомпрометирован?! Да с чего ты, зеленокровый… – МакКой оборвал себя, медленно кивнув. – Ты прав, Спок. От дохлого меня пользы не будет, – Спок наклонил голову, соглашаясь, и шагнул вперед, чтобы занять место МакКоя за столом. Вопреки его ожиданиям, доктор не отодвинулся, вместо этого выпустив долгий обреченный вздох и закрыв лицо руками. – Как это вообще случилось? Как все пошло ко всем чертям так быстро? – чуть слышно пробормотал МакКой себе под нос, но острый слух вулканца не дал Споку упустить эти слова. - Живя прошлым, вы ничего не измените, доктор. - Семьдесят пять членов экипажа умерли за считанные дни. Дни! Ты хоть представляешь, сколько бумажной волокиты из-за всего этого будет? Черт побери, почему никто никогда не слушает меня, когда я твержу им, что в космосе нет нихрена, кроме болезней и опасности, – МакКой продолжал разглагольствовать, становясь еще более раздраженным, чем Спок его когда-либо видел. - Доктор… – начал было Спок, но МакКой его не слушал. - Не надо было подписываться на все это. Чертов Джим, если… – Спок внутренне содрогнулся при внезапно осекшемся голосе. Он поднял глаза, встречаясь с напряженным взглядом МакКоя, и ему стало неуютно от того, что он там увидел. - Леонард, вам следует… - Ты ни разу не спросил, Спок, – пробормотал МакКой, перебивая его. Спок притворился, что не понимает. У него не было ни малейшего желания обсуждать это с доктором. – Ты не спрашивал о нем, не навещал его с тех пор, как его состояние начало ухудшаться. Спок прикрыл веки на вздохе, опять пытаясь пресечь волну эмоций в отношении Джима. - Почему, Спок? Потому что он действовал, пребывая в нелогичном заблуждении, что если он не признает, что Джим так же был заражен вирусом, то этот факт не станет правдой. Он не мог допустить мысли о том, что потеряет своего ashayam из-за болезни, которая уже отняла столь многие жизни. Он не мог. - Я думал, он важен для тебя, – произнес МакКой, мягкость в его голосе дала Споку понять, что тот не собирался проявлять враждебность. МакКой просто не знал о том, насколько Джим был важен для Спока, как не знал и того, что Спок только недавно признался Джиму в глубине своих чувств к нему. - Больше, чем могу себе представить, – тихо сказал Спок, моргая при виде сочувствующего лица МакКоя. - Тогда почему ты к нему не заходишь? – Спок поджал губы, отказываясь отвечать, но не потому что не хотел, а потому что не мог вслух признать своих страхов. В течение долгого молчания МакКой изучал его, слегка нахмурившись. – Ты боишься, что если увидишь его, то кошмары превратятся в реальность, – наконец понял он, и Спок был неохотно впечатлен проницательностью человека. – И ты пытаешься держаться от него подальше, потому что думаешь, что так будет не настолько больно. Спок безмолвно наклонил голову, и МакКой коротко ухмыльнулся. Спок не мог взять в толк, как ему удалось это сделать. Люди, казалось, обладали странной способностью находить нечто забавное даже в самой мрачной ситуации. - Нелогичный хобгоблин, – с некоторым весельем заметил МакКой, – отрицание бессмысленно. Был здесь, сделал то-то. Оно так не работает. Я-то считал, что кто-то столь рациональный, как ты, до этого допрет. - Хотя я и соглашаюсь, что ваше текущее поведение является более приятным, чем ранняя его версия, я не нахожу ничего забавного, доктор, – отозвался Спок, чуть оскорбленный тем, что МакКой смеялся над его бедой. - Нет, Спок, разумеется, нет, – фыркнул МакКой, но затем посерьезнел. – Иди к нему. Он захочет тебя увидеть. Спок не старался скрыть неожиданную надежду, расцветшую в его сознании. - Он пришел в себя? – прошло три дня, с того момента как Джиму резко стало плохо. Жертвы вируса, которым не посчастливилось перебороть его, так и не просыпались после того, как их состояние резко скатывалось по наклонной. Возможно, Джиму повезет стать одним из выживших. - Только на пару секунд, но это хороший знак. Джим не отступится без борьбы, Спок. Тебе не стоило так опрометчиво и быстро терять в него веру. - Действительно. Я благодарю вас за вашу помощь, Леонард. - А я вот думал, что благодарности нелогичны. Топай. Я пойду на перерыв, когда ты вернешься.

~o~

«Личный журнал. Звездная дата 2260.42. Вулканцы не верят в удачу или чудеса. Вулканцы не надеются. Это нелогично. Однако ситуация на «Энтерпрайз» становится отчаянной, и я обнаруживаю, что вопреки разуму и шансам уповаю на чудо. Мы не можем позволить себе потерять еще кого-то из экипажа. Лейтенантам Ухуре и Скотту стало лучше, доктор МакКой считает, что они находятся на пути к выздоровлению. Это очень хорошие новости. Но состояние лейтенанта Сулу ухудшилось. Здоровье Джима продолжает слабеть, и доктор МакКой боится, что нам не хватит ресурсов, чтобы и дальше удерживать его симптомы, и я… Компьютер, окончить запись».

~o~

Джим спал, когда Спок вошел в изолятор – он замер сразу же за порогом, едва дверь позади него закрылась. Секунду подождав, чтобы подавить свое беспокойство, Спок бросил взгляд на мониторы, установленные вокруг биокровати. Как он и ожидал, показания были плохими. Он смотрел на них на секунду дольше, чем было нужно, и хотел, чтобы экраны демонстрировали более желанные результаты. Это было, конечно же, нелепо и бесполезно. Медленно вдохнув, укрепляя тем самым свою решимость, Спок оттолкнул нелогичные фантазии в темный уголок своего разума и приблизился к биокровати. Ему было очевидно, что он не был к этому готов, и неважно, как сильно он пытался придать себе твердости. Джим, лежавший на белых простынях, не был тем Джимом, которого знал Спок. За те два года, что они провели в космосе, Спок видел своего капитана раненым много раз и почти столько же находившимся на грани смерти, но такого не было никогда. Не было этого медленного увядания. С момента заражения Джим очень сильно похудел. Острые линии его скул проступали на бледном изможденном лице. Организмы жертв вируса не могли сохранять в себе никакую пищу, это при учете того, что им вообще хватало сил на то, чтобы поесть. Тела использовали больше сил, чем было восстановлено, и вследствие этого происходила резкая потеря веса. Споку было это известно, и все же он испытывал затруднения в попытках прибегнуть к логике в сложившейся ситуации. Он наблюдал, как слабо поднималась и опадала грудь Джима, когда тот с трудом дышал. В глубине души Спок знал (после изучения ухудшений в состоянии позднее погибших семидесяти пяти членов экипажа), что вскоре Джим больше не сможет дышать самостоятельно, и ему потребуется аппарат искусственного вентилирования легких. Вирус оказался особенно искусен в последовательном отключении различных систем организма, в то же время вызывая внутренние кровотечения в, казалось бы, случайных местах. Кровоизлияния пока были спонтанными и не могли быть предотвращены заранее. Дренирование [1] и переливания до сих пор многим помогали держаться, но запасы банка крови на корабле были практически на нуле. МакКой подсчитал, что осталось меньше дюжины пакетов каждого типа. У Джима случилось два кровоизлияния в плевральной полости, за которыми осуществлялся мониторинг на одном из экранов. Они были достаточно серьезными, чтобы потребовать вставления двух грудных катетеров. Сейчас ему делали второе переливание. Из молчаливого наблюдения Спока вырвала слабая запинка в дыхании Джима. Он медленно поднял взгляд на лицо Джима, чтобы увидеть задрожавшие длинные ресницы над слишком бледной кожей. Веки раскрылись спустя мгновение, и на Спока накатила волна неожиданной вины за то, что он избегал Джима, когда ему так была нужна поддержка. - Джим, – произнес он, наклоняясь ближе и смотря в расфокусированные синие глаза, по которым он так скучал. Ушло некоторое время, пока Джим осознал, что обращались к нему, и еще дольше на то, чтобы сосредоточить свой взгляд на Споке. Возможно, это было лишь плодом его воображения, но Спок мог поклясться, что в поблекшей синеве блеснула искорка жизни, когда Джим понял, кто стоял возле него. - Спок, – прошептал он, его голос был таким слабым и еле слышным, что Спок ощутил, как внутри все сжалось от страха. На секунду он не замечал ничего кроме того, каким хрупким стал Джим, как близок он был к смерти. Но логика требовала, чтобы он сконцентрировался на более оптимистичной стороне и осознал, что самым важным было то, что Джим вообще мог говорить. Тот факт, что у него еще были силы произнести хоть слово, значил, что он до сих пор боролся. - Прости, что не пришел раньше, ashayam, – губы Джима дрогнули в крохотной улыбке, это был лишь призрак, на большее его не хватило. Споку было больно (и он не признался бы в этом никому кроме Джима) смотреть на своего вечно сияющего капитана, находившегося в таком ужасном состоянии. Протянув руку, Спок опустил ладонь на осунувшееся лицо Джима и погладил большим пальцем горячую мягкую кожу – движение, которое, как он надеялся, должно было быть успокаивающим. Несколько драгоценных моментов карие глаза не отрывались от синих, и Спок хотел, чтобы в его власти было остановить время. Слишком быстро веки Джима начали смыкаться, лихорадка утаскивала его обратно в темноту беспамятства. - Джим, пожалуйста, постарайся не засыпать, – взмолился Спок, борясь с быстро растущей паникой. Теперь, когда он увидел, как Джим проснулся, он боялся, что это был последний раз. И были вещи, которые он должен был сказать… если бы не его страх того, что это был первый и единственный шанс. - Джим, – прошептал Спок, когда глаза Джима закрылись, – пожалуйста… – он прижался губами к обжигающе горячему лбу Джима в безмолвном извинении, когда ответа не последовало, переполненный эмоциями, которые он позволил себе чувствовать. Отодвинувшись, Спок еще раз скользнул взглядом по острым чертам лица Джима, снова желая, чтобы все пришло в порядок, несмотря на малые шансы. - Звездный флот выслал подмогу, ashayam, – мягко сказал он, пропуская золотистые волосы Джима сквозь пальцы, наклонился, оставляя короткий поцелуй на пересохших губах и, подавшись назад, запечатлел в памяти ощущение слабого дыхания Джима на своей коже. – Ты выживешь, – он не рассматривал вероятность, даже призрачное опасение того, что Звездный флот прибудет слишком поздно.

~o~

«Дневник исполняющего обязанности капитана. Звездная дата 2260.44. Еще четверо членов экипажа погибли из-за вируса, количество смертей теперь составляет семьдесят девять человек. Данное число предположительно увеличится между данной отметкой времени и прибытием помощи через 21.4 часа. Ремонт на судне продолжается, однако же двигатели по-прежнему нестабильны, и следовательно, попытка встречи с кораблями Звездного флота в более короткий срок не представляется возможной. В банке крови «Энтерпрайз» больше не осталось запасов, и многие инфицированные страдают из-за кровопотерь. Доктор МакКой в сообщении по всему кораблю попросил всех трудоспособных и желающих членов команды стать донорами для экстренных переливаний. Многие сделали это, и ситуация несколько улучшилась. Конец записи».

~o~

- Спок. - Доктор. - Скажи, что у тебя хорошие новости, – передавая пакет свежей крови сестре, проворчал МакКой, раздражение и явная усталость глубоко запали в черты его лица. Спок окинул быстрым взглядом комнату, отмечая наспех установленные станции для сдачи крови и нескольких членов экипажа, находившихся в комнате и ждавших своей очереди. - Я синтезировал новую форму агента для свертывания. Согласно моим моделям он должен по крайней мере замедлить кровоизлияния. Однако я не проводил тестов на живом человеке, а значит, невозможно определить, будет ли достигнут необходимый результат. - Но в теории все сработает? – уточнил МакКой. - Утвердительно. - Потенциальные побочные эффекты и риски? - Я таковых не ожидаю. Я создал агент, не имеющий негативного эффекта на человеческое тело. Спок ждал, пока МакКой рассматривал варианты. Хотя кровь, предоставленная экипажем, помогла некоторым образом улучшить отчаянную ситуацию, многие пациенты теряли ее слишком много и слишком быстро, чтобы обновленные запасы протянули достаточно долго. К тому же медработники не успевали обработать свежую кровь, и больные получали ее в сыром виде, содержавшую антигены и лейкоциты, которые могли нанести ущерб в будущем. Если агент, выведенный Споком, сумел бы успешно уменьшить скорость потери крови и, возможно, даже остановил бы ее ненадолго, тогда у них появилась бы возможность очистить новую кровь для переливаний. И в конце концов у них было бы время получить новые «пожертвования», а значит, стало бы и больше переливаний. - Ладно, – после минуты размышлений согласился МакКой. – Сколько людей тебе нужно? - В данный момент будет достаточно одного человека. Поскольку синтез требует средств и усилий, я не хотел создавать большую дозу, пока не будет доказана эффективность. - А вот это верно. Ладно, Спок, давай найдем кого-нибудь, кто даст свое согласие, – и МакКой быстро направился прочь из импровизированного донорского пункта с новой уверенностью в шагах. Оглядев еще раз сострадательную и готовую помочь команду, Спок последовал за ним.

~o~

«Личный журнал. Звездная дата 2260.45. Я синтезировал агент для свертывания, который эффективно подействовал на семьдесят процентов пациентов. Одни испытали значительный спад в скорости потери крови, а у некоторых кровоизлияния прекратились совершенно. Это крайне обнадеживающее развитие событий. К сожалению, агент не оказал столь же положительного результата на оставшиеся тридцать процентов больных. Джим, как это часто с ним бывает, находится в их числе. Кроме того, у него возникла аллергическая реакция на агент в добавление к новым кровоизлияниям. Сейчас я готов согласиться с доктором МакКоем в его уверенности в том, что «вселенная затеяла личную вендетту против Джима» по какой-то немыслимой необъяснимой причине. Учитывая его ослабленное состояние, аллергическая реакция была недопустима. Теперь он полностью зависит от системы жизнеобеспечения и получает переливания каждые два целых шесть десятых часа. Мы не располагаем достаточным количеством крови, чтобы поддерживать данную помощь на постоянной основе. Я никогда не понимал человеческой наклонности к использованию ругательств. До сих пор. Доктор МакКой делает с еще оставшимися запасами все, что в его силах, чтобы поддержать жизнь Джима до прибытия медицинских кораблей Звездного флота. Он не говорит этого, но он боится, что проиграет… Я иду к Джиму. Остановить запись».

~o~

- Еще четыре часа, ashayam, – прошептал Спок, сжимая пальцами ладонь Джима. Он даже не пытался скрыть отчаяние в своем голосе. – Всего четыре часа. Пойманный в ловушку между болезненным светом жизни и холодными объятиями смерти Джим не ответил. Спок и не надеялся. Он смотрел, как опускалась и поднималась грудь Джима с каждым искусственным вздохом, и не находил ничего успокаивающего в столь знакомом движении… Сейчас ничто, кроме полного выздоровления Джима, не вымыло бы страх из его костей. Эта мысль была нерациональна, но Споку было на это наплевать. Как и на то, настолько нелогичными кому-либо могли показаться его действия, когда он лег на биокровать рядом с Джимом. Белый каркас протестующе заскрипел, непривычный к весу двух жизненных форм на своей поверхности, мониторы отдались тем же эхом. Слишком оглушенный силой жара, исходившего от тела Джима, Спок этого не расслышал. Вместо этого он притянул Джима к себе, так мягко и аккуратно как мог, чтобы прохладная кожа его лица соприкоснулась с горячим лбом Джима. Несмотря на свою худобу, тот идеально подходил объятиям Спока, и это уняло тугой узел отчаяния в глубине души вулканца, пусть и совсем чуть-чуть. Но прежде чем он сумел устроиться окончательно, МакКой в панике ворвался в палату. - Черт побери, Спок! – рявкнул доктор, когда схлынуло первое удивление. - Леонард… – начал было Спок, но МакКой пресек его слова яростным взглядом, быстро подходя к биокровати. - У меня из-за тебя чуть сердечный приступ не случился, гоблин ты несчастный! – прорычал он, отключая сигнал тревоги на экранах. – Я думал, мы его потеряли, когда услышал, как взвыл сигнал тревоги! - Прошу прощения, – извинился Спок, отдвигаясь, чтобы отпустить Джима. – Я не подумал об этом. МакКой выпустил долгий раздраженный вздох, знаком веля Споку оставаться на месте. - Нет, разумеется, нет, – Спок, не уверенный в причине гнева МакКоя, промолчал. В течение этого неловкого момента взгляд карих глаз МакКоя обежал Спока и Джима, лежавших на биокровати, но Спок дал доктору время собраться с мыслями. – Ну… это слегка… неожиданно, – наконец пробормотал МакКой. - Действительно, – Спок приготовился защищаться от предубежденческих нападок доктора, которые он мог начать, но было очевидно, что ему следовало подумать об этом дважды. МакКой по натуре своей не был человеком, осуждавшим других, и уж точно он не являлся таковым по отношению к своему лучшему другу. - Ладно, – буркнул он, но в следующие пару секунд был нехарактерно тих. - Доктор? - Черт побери, сейчас не время для этого разговора! - В этом я с вами согласен, доктор. Возможно, вам стоит отдохнуть. Я немедленно проинформирую вас, если состояние Джима изменится, – под «изменится» Спок определенно не имел в виду «ухудшится». - Это вулканский эквивалент «пойди к черту и оставь нас в покое»? – поинтересовался МакКой со смесью раздражения и веселья в голосе. Спок не стал отвечать, вместо этого молча наклонив голову. Он смотрел, как МакКой опустил ладонь на горячий сухой лоб Джима, и заметил, как беспокойство опять взметнулось в глазах доктора. МакКой ничего не сказал, но взгляда, которым он обменялся со Споком, было достаточно, чтобы Спок неосознанно сильнее обнял Джима, будто мог этим защитить его от изнурительной болезни. – Держись, парень, – едва слышно сказал МакКой. Потом еще раз многозначительно посмотрев на Спока, он ушел. Растянувшись на биокровати в полный рост, Спок опустил руку на грудь Джима, все же находя спокойствие в слабых, но размеренных ударах человеческого сердца. Один. Два. Три. Четыре. - Ashayam… Разлученный со мной и никогда не разлученный. Не проси меня жить без тебя. Пять. Шесть. Семь…

~o~

«Личный журнал. Звездная дата 2260.76. Я никогда не видел ничего столь эстетически прекрасного, как синева глаз Джима, когда он наконец проснулся…»

-fin-

[1] Дренирование – способ создания с помощью дренажей постоянного оттока содержимого из полости раны либо полого органа, естественная эвакуация содержимого из которого нарушена вследствие болезни либо травмы.