Я смогу защитить тебя

Йесон стремительно шёл на поправку. Ему достаточно сложно было привыкнуть к тому, что Реук теперь бросался на окружающих, вёл себя странно и эксцентрично и вытворял сумасшедшие вещи, будь то, например, «побег» из закрытого военного госпиталя за «вкусным кофе», а не за «говницом из автомата», или кража ключей от ординаторской, чтобы стащить медицинский халат и жестоко напугать Хичоля привидением, если тот надумает когда-нибудь снова пошутить по поводу их с Йе отношений… Собственно, соваться к «этим детям» у Хичоля больше не было никакого желания, потому как они совершенно не стоили испорченной любимой одежды и выдранного клока волос. Единственное, чему Йесон был просто невероятно рад, - это тому, что Реук держал обещание и действительно рядом с Йе становился милым котёнком, который полностью невинен и не способен причинить кому-нибудь вред… Ну да, конечно… Малышка Мире тоже поправлялась. В целом девочка отделалась лёгкими ушибами и психической травмой, она теперь не могла быть одна, сразу впадала в истерику. У матери Мире были куда более серьёзные проблемы со здоровьем. Женщина находилась в очень тяжёлом состоянии. Было проведено несколько операций. Жена Шивона и лучшие врачи всеми силами боролись за её жизнь. Сам же Шивон был здоров как конь. Голова зажила и теперь ничто не могло выдать в нём бывшего заложника. Чтобы покрыть боль и страдания, причиняемые госпитализацией жены, он с головой ушёл в работу, всё свободное время посвящая общению с дочерью. После всей этой заворушки с ликвидацией господина Пака в органах произошли серьёзные кадровые перестановки. Кюхёна повысили в должности, предложив место начальника отдела IT-технологий. Он с радостью согласился. Также он стал правой рукой Агента Ли, которая и не думала уходить на пенсию, посылая, причём весьма нецензурно, всех, кто смел заикнуться об этом. Кю получал очень хорошие деньги и наконец-то смог исполнить главную мечту своей матери - купил ей небольшой участок земли у моря. Хичоль вернулся в старую квартиру семьи Ким. Он нашёл хорошую работу в сфере интернет-журналистики. Он вёл свой модный блог в одном известном интернет-издании «Радио J» и стал весьма успешен. Сложно было представить человека во всей Южной Корее, который ничего не слышал бы о «Советах от модного Хи». Что касается Йесона с Реуком… Они сбежали из госпиталя спустя неделю и теперь вполне счастливо жили в небольшой квартирке Йесона. Мужчина долго думал и решил вернуться в органы. Но теперь, возможно под влиянием Реука, он выбрал непыльную скучную работёнку с документацией, лишь втайне мечтая снова разъезжать на крутой тачке с мигалками, расследовать опаснейшие дела, а также ловить и допрашивать страшных преступников. Зато его место занял Ынхёк, главным заместителем которого назначили Донхэ. Парни были весьма счастливы и с головой ушли в работу. Пусть зарплата у Йесона и была больше, работать тоже приходилось в миллион раз больше. Чаще всего мужчина даже забирал документы домой. После того, как семью Ким официально признали пострадавшей, вдову господина Пака обязали выплатить огромнейшую компенсацию двум братьям. Это не могло не радовать: наконец справедливость восторжествовала! Все газеты твердили об этом, вознося их чуть ли не до небес, хотя ещё недавно неустанно поливали грязью. Реук успешно сдал выпускные экзамены из школы. Сколько бессонных ночей Йесон провёл, вспоминая, как сводится многочлен к стандартному виду, сколько новых книг мировой классики было прочитано вслух, сколько изучено дурацких правил, сколько нервов… Но Реук справился, к удивлению всех показав очень неплохие баллы. Когда его хвалили, он лишь скромно опускал глаза и шептал: «Списал, списал я, отстаньте…» Йесон помог своему малышу поступить в кулинарный колледж, теперь не требовалось тратить деньги на оплату обучения, так как жена господина Пака покрыла все необходимые расходы, даже «на шмотки» осталось. Поскольку Реук был лучшим в группе, его куратор, наставник, а также по совместительству шеф-повар французского ресторана «La Colline» предложил парню пройти практику и обучение у него в заведении. Реук был несказанно счастлив и даже немного повзрослел, погрязнув в делах и заботах. В очередной день приползая домой в девять часов вечера, он был весьма недоволен. Его давно уже мучило кое-что, и это кое-что вот-вот грозилось вылиться в настоящий скандал. Он открыл дверь квартиры своими ключами, естественно - его никто не встретил - и сразу же, не раздеваясь, прошёл на кухню, чтобы заученным движением машинально положить в духовку «Большие креветки на гриле по-канкальски с гарниром из тёмного риса», которые любезно прихватил из ресторана, зная, что его любимый и пальцем не пошевелит, чтобы приготовить что-нибудь на ужин. Выполнив несложную операцию, он вернулся в прихожую, снял верхнюю одежду и, стряхнув с шапки и пуховика мокрый снег, отправился в комнату, где, по его предположениям, находился Йесон. - Чонун-а, ты опять работаешь дома? – Нервно спросил парень, вставая в проходе. Как он и предполагал, его любимый вновь зарылся в многочисленные бумажки и весь вечер, а может быть и ночь, будет отсутствовать в этом мире, сидя за компьютерным столом, заваленным документами. – Неужели делать там у вас нечего, кроме как писать всякую хрень?! - Здравствуй, Вукки, - ровным голосом ответил Йесон, привыкший к ставшим последнее время частыми капризам Реука. При нём его парень ещё ни разу не срывался, всегда держал себя в руках, поэтому Йесон особенно не переживал. – Эта хрень - очень важные юридические документы, которые я чисто физически не смогу сделать на работе… Потому что там… много других… документов… - Он увлечённо читал какие-то бумаги. - Я пожаловался на тебя маме, - с обиженным видом сказал Реук. Его терпение было на исходе. - И чего? – Йесон слегка усмехнулся. - Она сказала, чтобы я стукнул тебя по затылку. Больно, - Реук вздохнул. Его затрясло от обиды. – Она и отец очень недовольны, что ты перестал появляться у них и не берёшь трубку! - Вукки, ты же берёшь… - Она хочет слышать голос своего сына! – Оставалась лишь последняя капля. - Малыш, давай потом поговорим, я сейчас немного за… - Последняя капля. Реук резко подлетел к Йесону, выхватил из его рук какие-то бумаги, а также сгрёб со стола оставшиеся листы и яростно разбросал их по комнате, нарочно путая и приводя документы в негодный вид. Помяв ногой последний лист он, с полными слёз глазами, уставился на ошарашенного Йесона, который от представшей картины потерял дар речи. Он настолько привык, что его Реук – это тихий и добрый котёнок, а от истинного характера парня достаётся лишь окружающим, - что совершенно не ожидал ничего подобного. Заторможенная реакция не позволила помешать младшему и противостоять разведению бардака, теперь же он совершенно не мог пошевелиться, забывая, как дышать. - Ты достал меня, Ким Чонун! Так больше не может продолжаться, самовлюблённый же ты кретин! – Пронзительно закричал Реук. – Я, чёрт возьми, перееду к твоим родителям или в крайнем случае, к этому сумасшедшему извращенцу моему брату! - Вукки… - Дрожащим голосом проговорил Йесон. – Что ты… - На большее слов не хватило. - Только и слышу: работа, работа, работа, только и вижу: бумаги, бумаги, бумаги! Реук убери, покорми, насильно спать уложи! – Вспылил парень. – Я, между прочим, тоже устаю! У меня тоже есть свои дела! Мне хочется видеть своего мужчину рядом со мной, а не погрязшим в какие-то там документы на все двести процентов! – Похоже у Реука началась истерика. – Ты уволишься оттуда к чёртовой матери, если не перестанешь так много заниматься своей хренью! Чтобы я больше не видел дома этой макулатуры, не то сожгу всё к чёртовой матери! – Кричал он. - Перестань на меня орать, Реук! – Йесон повысил голос. Его задели за живое слова, сказанные приказным тоном. - Надоело быть тихим и милым с тобой! Ты совершенно ничего не понимаешь! Ты не стоишь этого! - Объясни мне, раз я такой тупой! - Скажи мне, сколько мы уже вместе, а? – Язвительно начал парень, не снижая тона голоса. – Сколько?! Сколько с того момента, когда ты выписался из больницы?! Месяц?! Два, быть может?! – Его голос дрожал. – С того момента, как мы встретились, мы ни разу… Мы ещё ни разу… - Он замолчал. - Так тебя это беспокоит?! – Йесон начал злиться, он встал со своего места и теперь яростно прожигал Реука недовольным взглядом. - Сначала тебе нужно было восстановиться после ранений, потом ты жалел мою детскую психику или что-то ещё, после появилась эта ужасная мерзкая работа, из-за которой ты сводишь всех с ума. Ты что, совсем меня не хочешь, да? – Реук нагло уставился на Йесона, которого аж затрясло от негодования. – Я всё делаю! Всё! Первый целую тебя перед сном, но ты лишь отворачиваешься, давая насладиться своим громогласным храпом, «малыш, я устал, давай спать?», я прихожу к тебе, когда ты в душе, но ты лишь радуешься, что есть кому потереть тебе спину! Мне что, начать дрочить на кухонном столе, чтобы ты наконец обратил на меня внимание?! Я живой человек, не робот, как некоторые! Я хочу близости с тобой, потому что ты мой любимый… - Он сделал короткую паузу, поднимая взгляд на Йесона. Глаза Реука встретились с прожигающими суровыми глазами напротив, это ещё больше взбесило. – Да кому я вообще это рассказываю?! Быть может пуля попала в другое место, и ты теперь импотент?! Последние слова ударили слишком сильно, Йесон, издав громогласный рык, тут же подлетел к Реуку и со всей силы вжал его в стену. - Импотент?! Я тебе покажу, маленький идиот, кто из нас импотент! – Рычал он сквозь сжатые зубы, со всей силы ударяя кулаком по стене в нескольких сантиметрах от головы парня. – Заботился о том, что ещё не время, переживал за него, а эта мерзкая дрянь смеет кидать мне предъявы! – Он был ни на шутку взбешён, на секунду Реук сильно перепугался. Он никогда не видел Йе в таком состоянии. – Я дам тебе то, что ты хочешь, но не ной потом, что тебе было больно! – Яростно прокричал мужчина практически в самое ухо, после чего сильно укусил парня за шею. Реук зашипел от боли, но не мог не признать, что быть прижатым к стене этим разгорячённым телом, абсолютно не представляя, чего ожидать в следующую секунду, ни на шутку возбуждающе… Йесон яростно срывал с него одежду, оставляя на теле яркие метки, без случайной мысли о причиняемой боли. Ни о какой нежности не могло быть и речи. Животная страсть вырывалась наружу, Йесон чувствовал, что ящик Пандоры, наконец, открыт, его ничто теперь не могло удержать от осуществления всех самых пошлых мыслей, которые уже довольно давно роились в голове. Настал час, когда он действительно сделает то, чего побаивался последние два месяца. Он был груб и несдержан, но Реуку походу это нравилось… И это не могло не заводить ещё больше… Обоюдно. Это становилось полностью обоюдным. Когда парень начал помогать старшему стаскивать домашнюю кофту, яростно отвечая на болезненный поцелуй, мужчина понял, что попал в капкан. Этот маленький извращенец всё продумал! Он специально разозлил Йе, чтобы получить своё! После осознания этого факта, накал резко спал, очень захотелось отомстить ему в свойственной манере, но, прижимая к себе практически обнажённое тело, покрытое фиолетовыми засосами собственных губ… Собирая все свои силы, с трудом отрываясь от покусывания маленького соска, Йесон отстранился от него и отошёл на небольшое расстояние. Дыхание сбилось, его собственная грудь была поцарапана острыми коготками и теперь саднила. В штанах было слишком тесно, это очень мешало сосредоточиться. Но спустя мгновение в глазах появилось осознанное выражение, а на губах… издевательская ухмылка. Реук в одних лишь серых боксёрах, через которые явно просматривалось его состояние, прижатый к стене, выглядел невероятно сексуально, но вместе с тем брошенно, ущербно и оскорблённо. Казалось, сейчас он сойдёт с ума от разочарования. Парень издал сдавленный стон, умоляя продолжить начатое. - А вот фиг! – Издевательски прошептал Йесон, понимая, что сдерживаться становится всё сложнее. – Побудь в моей шкуре, детка! Почувствуй, как я жил эти несколько месяцев! - Какого же хрена ты терпел?! – Сдавленно пробормотал Реук, делая шаг навстречу, в его глазах гуляло полное сумасшествие. - Я хотел подождать до момента… - До момента, пока я тебя изнасилую?! – Он вплотную подошёл к Йесону и, не обращая внимания на попытки противостоять ему, начал расстёгивать ремень на джинсах старшего. – Тоже мне девственница на выданье… - Недовольно бурчал он, штаны не поддавались. - Дай, я… - Почему-то старшего невероятно развеселила эта ситуация, он старался спрятать смешок за ухмылкой, но Реук всё равно увидел. - Чего ржёшь?! - Ты такой милый сейчас… - Он справился с ремнём, отдаваясь в небольшие, но изворотливые руки. - Милый?! И после этого ты ещё смеешь утверждать… - Реук вспылил. – Ну я тебе сейчас покажу милого! – Он со всей силы надавил на грудную клетку Йесона, заставив того повалиться на кровать. От неожиданности мужчина даже немного вскрикнул. Ловко снимая ставшие совершенно ненужными штаны, он самодовольно ухмыльнулся. Всё-таки он возбудил его, причём невероятно… Поскорее сняв брифы, парень похотливо облизнулся. Они видели друг друга без одежды, но это было совершенно другое… Осторожно обхватив ладошкой большой пульсирующий член, Реук дотронулся до головки кончиком языка, пробуя выступившую смазку. Вкусно. Он причмокнул губами и взял в рот настолько глубоко, насколько смог. Йесон тут же издал какой-то животный стон и затрясся от возбуждения. Рука дотянулась до светлой макушки, пробуя задать темп, но Реук зарычал, посылая по чувствительной плоти великолепную вибрацию, и осторожно коснулся зубами… У старшего в момент отпало любое желание перенимать инициативу. Он закрыл глаза, чувствуя, что скоро не выдержит. Юркий язычок ловко проходился по всем чувствительным венкам, вырывая из груди гортанные стоны, которые сдерживались до последнего. Практически теряя сознание от сладостных ласк, которые ему дарил его Вукки, его нежный котёнок, Йесон впал в забытье. Наслаждаясь этим невероятным моментом, он думал лишь об одном: «Может я действительно конченный придурок, который только зря мучил и себя и любимого?!» Когда стоны стали громче, а движения рта быстрее, рука, которая усиленно работала, скользя по гладкой поверхности вдруг резко замерла у основания, чувствительно сжав. - Реук… - Умоляюще выдавил Йесон, кончить хотелось неимоверно. Последнее движение младшего стало невероятно болезненным. - Значит, я милый сейчас, да? – Издеваясь пробормотал Реук, усиленно облизывая яички, вбирая их в рот по очереди и посасывая. – Милый и добрый, верно? - Реук, пожалуйста… - Ты же так долго терпел, дорогой, чего тебе стоит потерпеть ещё немного?! – Реук отпустил мужчину и встал с кровати. «Зуб за зуб!» Он хотел было произнести пафосное: «Пусть твоя правая подруга тебе помогает!» и скрыться в закат, но резко был подхвачен сильными мускулистыми руками, которые бросили его на кровать и прижали тяжёлым телом. - Ты хочешь об этом поговорить? – Брови мужчины вопросительно взлетели вверх, на губах играла лёгкая ухмылка, а член мучительно сильно тёрся о промежность парня, задевая чувствительное возбуждение, которое теперь болезненно пульсировало. Реук, не выдержав подобного издевательства, подался бёдрами вперёд, призывая к активным действиям. В этот момент губы Йесона встретились с любимыми губами, и языки начали стремительную ласку, стараясь подарить друг другу как можно больше любви. Повинуясь лишь ощущениям, старший подушечками пальцев изучал тело Реука, стаскивая с него последний клочок одежды, именуемый нижним бельём. - Ты снова надел мои трусы, паршивец… - Прорычал он сквозь поцелуй. - И ты только сейчас это заметил, не правда ли?! – Язвительно вторил Реук. За такую дерзость его губа была сильно прикушена, но он не остался в долгу и вдоволь наслаждался тем, что рисовал симметричные полоски на спине любимого своими коготками. Члены тёрлись друг о друга, требуя разрядки, становилось невыносимо. Йесон засунул пальцы в рот Реука, но тот освободился от этого прохрипев: - В кармане пальто… смазка… - Побежишь? – Йесон усмехнулся. Парень лишь вздохнул и покорно принялся облизывать аккуратные небольшие пальцы, обильно смачивая их слюной. Растяжка была недолгой, обоим не терпелось поскорее насладиться друг другом в полной мере. Когда три пальца спокойно проникали в маленькое колечко мышц, Реук попросил не медлить. Раздвинув худые ноги в стороны, Йесон слегка пододвинул младшего к себе, приставив член к заднему проходу. Требовался лишь один взгляд, чтобы понять, что его любимый готов. Войдя резким толчком и наваливаясь на худое тело, мужчина застонал от встретившей его узкости и пульсирующего жара. Реук простонал следом что-то похожее на «Неужели?!» и блаженно закрыл глаза. Не давая толком привыкнуть к своему размеру, Йесон принялся совершать ритмичные толчки, покрывая лицо любимого мальчика нежными влажными поцелуями. Внезапно Реук резко выгнулся и простонал так громко и высоко, словно выступал перед публикой на сцене оперного театра. Йесон слегка ухмыльнулся от этой мысли и принялся вбиваться под нужным углом, явно попадая по простате. С Реуком творилось что-то невероятное, он был словно в забытье, его член был зажат между животами, сполна получая свою дозу удовольствия при каждом движении корпуса старшего. С каждым толчком перед глазами разрывался фейерверк. Йесон не выдержал первым, от сладостных стонов в собственные губы или от мучительных ласк, которыми его одаривал Реук, исполняя своеобразную прелюдию, или от долгого и, как выяснилось, абсолютно бессмысленного воздержания… Он хотел было выйти, но парень не позволил. Крепко обхватывая коленками поперёк туловища, младший требовательно прошептал: «в меня…» От этого совершенно сорвало крышу, и сделав несколько заключительных особенно сильных толчков, старший излился в любимое тело, заполняя всё внутри своим семенем. Реук, почувствовав заполняющий его жар, кончил следом, пачкая животы обоих вязкой белой жидкостью. Он блаженно развалился на подушках, наблюдая, как Йесон медленно выходит из него, после чего на покрывало попадает значительная часть вязкой спермы, стекающая по небольшим ягодицам. - Хочу попробовать, - Йесон медленно тянется к животу Реука и осторожно слизывает последствия страстной любви. - Извращенец, - блаженно тянет Реук, понимая, что это действие старшего чревато новыми сексуальными последствиями… - Извращенец твой брат, а я просто люблю тебя… - Он нежно обнимает парня, укладывая его в свои объятия. – Передай ему, что я впечатлён. - Откуда ты знаешь про Хичоля? – Тихо спрашивает младший. - Только в его дикую голову могла прийти такая безумная идея довести меня, а потом трахнуть… - Нежно улыбаясь, Йесон целует младшего в макушку, а тот, явно недовольный таким поворотом событий, тянется к губам. – Да и к тому же смазка… Уверен, что это он дал её тебе. - Ты меня недооцениваешь, - Реук слегка усмехнулся. – И всё же, кое-что не ясно. - Что? - Почему ты так долго терпел? Почему мы не были близки… раньше? – Он вопросительно посмотрел в любимые глаза, в которых читалось смятение. - Наверное, потому что я боялся, Вукки… - Я действительно такой страшный? – Парень недовольно нахмурился. - Я боялся близости, потому что у меня никогда не было настолько близких отношений с мужчинами… Мне хотелось сделать всё правильно, не причинив тебе неприятных ощущений… - Если ты называешь такой крышесносный оргазм неприятными ощущениями, то у меня для тебя плохие новости… - Пожалуйста, не перебивай… - Йесон собирался с мыслями. – Быть может я действительно увлёкся, позабыв о том, что ты живой человек и тебе нужно внимание… Прости за это. Я обещаю уделять нам больше времени… Да, и я, наверное, благодарен тебе за такой спонтанный развод, - он усмехнулся. – Я очень рад, что это произошло, Вукки… - Реук в его объятиях был абсолютно счастлив. Он нежно улыбался, слушая мужчину. – Возможно тебе стоило и раньше подтолкнуть меня к этому… - А то я не подталкивал! - Более действенным способом, - Йесон вновь увлёк младшего в нежный поцелуй, полный неимоверной любви. После того, как они оторвались друг от друга, образовалось уютное молчание. - Плед теперь надо в химчистку… - Нарушил его Реук, явно находящийся не в этом измерении. - Нам бы и самим не мешало принять душ, ты не думаешь? - Не думаю. Сейчас я совершенно ни о чём не думаю, - младший потянулся на кровати и посильнее прижался к любимому. - А если я скажу, что всегда мечтал заняться с тобой любовью в душе? - Йесон нежно погладил ладонью по лицу парня, который заурчал как котёнок. - Уже появляются какие-то мысли… - Слушай, а ты не чувствуешь ничего? – Йесон вдруг напрягся и принюхался. Реук последовал его примеру. - Духовка! – Закричал он, подскакивая на кровати и тут же болезненно оседая с тихим стоном. - И что там? – Йесон медленно сполз с лежбища, разрываясь на две половины. Одна из них требовала предотвратить пожар, другая, помочь Реуку. - Большие креветки на гриле по-канкальски с гарниром из тёмного риса… Но думаю, что сейчас это угли… - Недовольно пробормотал парень, понимая, что теперь самому придётся горбатиться у плиты. – Чего стоишь, Аполлон?! – Он прикрикнул на своего обнажённого любовника. – Беги! Выключай! Йесон стремительно направился на кухню, пышущую неприятным горелым запахом. Мужчина быстро выключил духовку и открыл нараспашку окно, пока соседи не начали вызывать пожарных. Проблемы были не такие страшные как ожидалось, но ещё бы немного и ситуация стала бы плачевной. Вытащив обуглившийся ужин и отправив его в мусорное ведро, он поспешил положить металлический противень в раковину и залить холодной водой. - Ради этого стоило сжигать ужин, - в проходе стоял обнажённый Реук, скрестив руки на груди. – Мой любимый что-то делает на кухне. Сам. - Прекращай язвить… - Йесон подошёл к нему и заключил в нежные объятия. – Собирался развести меня на секс, а сам засунул еду в духовку! - Я готовил пути к отступлению на случай, если бы ты оказался непрошибаемой дубиной! - Пошли в душ, а? - Только ненадолго, кому-то ещё готовить и убираться, - немного расстроенно пробормотал парень. - Закажем по телефону, - Йесон усмехнулся и потащил младшего в сторону ванной.