Другой СЛЕД. За кадром.

Круглов с неприятным чувством отправился на Лубянку: если сорвали в середине рабочего дня, да еще и срочно — добра не жди! Уж точно не премию выписывать собрались! Может, с этими певичками… Пристанут! Все- таки вторые сутки, второй труп и ни одного подозреваемого… Строевым шагом мужчина вошел в кабинет Султанова и обнаружил там зам министра, он вытянулся в струнку и отдал честь. -Вольно, майор! — Ответил на его приветствие Руслан Султанович.- Можешь даже сесть! Николай Петрович покосился на стул и нехотя присел. -Мы тебя вызвали по поводу Арчебальда, — продолжал генерал. -Там же суд… -Суд судом! Да не хватает им! Адвокаты там сам понимаешь! Не поскупились! Так вот мы с товарищем зам министром подумали, что ты тоже можешь кое- что добавить от себя… По Сочи… -Да, товарищ генерал, — недоуменно начал Николай, — только вот… я… -Денег, конечно, вернуть не удастся, — продолжал Султанов, будто не слыша его, —, но это уже не твоя вина! А вот закрыть их по полной хочется… Поэтому мы решили, что на пару недель ты вернешься в министерство! -А ФЭС? — Удалось, наконец, вставить слово майору. -Ну, ФЭС! ФЭС не развалиться! Рогозину вызовем! -В ее положении… -А что положение? Ей же не по лесам скакать козой! А в кресле сидеть и руководить! Не переломится, она крепкая! — В кои веки подал недовольно- брюзжащий голос зам министр. -Вы же еще не расписались? — Уточнил Руслан Султанович. -Никак нет! В конце недели у… -Вот и прекрасно! Отложите свой медовый месяц на пару недель! -Это не возможно, товарищ генерал! — Круглов поднялся, желая прекратить этот разговор. -Да сядь ты, майор! Перестань! Что изменится за две недели?! Сбежит она от тебя, что ли? Куда она со своим пузом денется! -Это и мое пузо тоже! — Тихо, но твердо заявил Николай. -Ну, извини! Потом вас распишут в любом ЗАГСе в любой день! — Заверил генерал.- Я помогу… Выходные тебе дам… Месяц не обещаю, но пару дней… Поговори с ней! -Она не согласится… Я тоже… -Не ерепенься! — Настаивал Султанов.- Если бы ни эта ваша выходка, мог бы за Арчебальд и звездочку получить! Зам министра одобрительно кивнул головой, что вызвало усмешку на губах Николая Петровича: променять Галю на звездочку -смешной выбор! -Я спрошу ее, — согласился майор, —, но настаивать не буду! Если откажется… -В любом случае, что б завтра утром была у меня в кабинете! Или пусть пишет объяснительную, или принимает руководство! Свободен! Круглов еще раз отдал честь и быстро покинул кабинет. Неприятный разговор получился, еще и генерал все заискивал перед этим… замом министра! Да и к черту обоих! Вот, что Галя скажет?! Может, еще и обрадуется, что свадьба откладывается! Однако, Рогозина отреагировала на его сообщение несколько по- иному: она молча его выслушала и, поразмыслив несколько минут, спросила: -Ты попросил… что бы я вернулась? -Нет, конечно! Я протестовал! Но кто меня там слушать будет… -Коля… Но у нас же через три дня свадьба… Я уже платье присмотрела… -Купила? — С надеждой посмотрел на нее мужчина. -Нет, думала завтра схожу… Еще раз померю… Или ты… -Что ты, милая, — он обхватил ее талию, — я не передумал! Пойдем завтра распишемся, хочешь? -А папа? А твои родственники? — Задумчиво произнесла Галина Николаевна.- Они расстроятся… -Галюш… ну как ты хочешь? -А ты? -По мне так завтра! -Ты мою форму привез, — полковник кивнула в сторону вешалки, — значит, уже все решил? -Тебе все равно идти… Даже если ты не согласишься, все равно в министерство утром в чем пойдешь- то? Я ничего не решил! Я тебя спрашиваю, как ты хочешь? Она задумчиво прошлась по комнате, пытаясь что-то решить. -Как ты думаешь, если мы отложим… на две недели? — Тихо спросила женщина. -Галюш… Я не в восторге, но заставить я тебя не могу, — развел руками Николай. -Просто скажи, что против… и я… -Я не могу тебе это сказать, — он прижал ее голову к своей груди, — мне на свадьбе Юля сказала, что бы прожить с человеком жизнь, надо понимать, что этот человек хочет… Я знаю, что для тебя это важно, любимая! -Спасибо! -Только обещай мне одну вещь! -Обещаю! — Улыбнулась она. -Но ты же знаешь какую… -Я знаю, что ты не попросишь ничего, что было бы для меня плохо… Ну, какую? -Как только все закончится, ты не передумаешь и мы распишемся! -Конечно! Куда ж я денусь! У меня скоро уже двенадцать недель! Да и одна я жить уже не смогу! -Значит, ты хочешь за меня ради ребенка? -Неа, — Галина подняла на него синие глаза, — ради себя… Я же одна не смогу! Ребенка, если одной воспитывать, он привыкнет! А я уже нет… -Любимая моя! — Он погладил пальцем ее щечку.- А что ты там про платье говорила? -Теперь уже не важно! Потом новое найду! А то еще фигура поменяется! -Ладно, потом сходим, покажешь! -Хм… до свадьбы? — Приподняла бровь Рогозина. — И не надейся! -Почему? -Хочу свести тебя с ума своей красотой в день свадьбы! -Галь! Зачем тебе сумасшедший муж?! — Тоже засмеялся майор. -Что бы был! Что бы любил! — Ее руки сошлись у него на шее.- Только меня! -Я и так весь твой! -А помнишь, у нас было такое дело, как накануне свадьбы жениха убили… Мы еще его невесту подозревали… Не помню, как ее звали.. -Анжела, — грустно ответил Круглов.- Ее бывший убил… из ревности! Помню… -А про что вы тогда говорили? В кабинете! Она просто вся из себя вышла… -Я ей про себя рассказал, — он опустился на диван, — что давно… тоже потерял любимую… накануне свадьбы… Потом жил с этим… так прошло много лет… Она спросила, сколько надо ждать, что б затянулось… и… вот… -А зачем вы тогда на нас через стекло смотрели? — Галя опустилась рядом с ним. -А ты заметила! Она спросила, как я излечился… Я ей тебя показал… -Вот как, — женщина прижалась к его плечу. -Она все поняла без лишних слов… И сказала, что не может ждать так долго… Она состарится… Не помню, что еще… -Ты ей сказал, живи сейчас, — зевая, произнесла она. -Да… Какой смысл тратить свою жизнь на ожидание покойника… Он даже верности не оценит… Знал бы раньше, может, жизнь по другому сложилась… Некоторое время мужчина сидел в задумчивости, Галя тоже молчала, когда он заглянул ей в лицо, ее глаза были плотно сжаты, она мирно спала. Николай Петрович улыбнулся и осторожно понес в спальню. Устроив поудобнее на кровати, он чмокнул ее щечку и поправил локон, зацепившийся за сережку, как тогда- непослушный волосок, который выбился из прически!