Другой СЛЕД. За кадром.

Министерская «грызня» шла полным ходом, причем уже толком никто не понимал, за что грызутся, но продолжали в том же духе. Главным плюсом всего этого было, что руководство ФЭС оставили в покое, по крайней мере, пока… Просто было не до них! -Не то что бы уладилось, но какое-то затишье! — Закончила рассказ о «планерке» руководитель службы.- Так что, Коля, твои отгулы закончены — приступай! -Ну спасибо! — Рассмеялся ее зам, пройдясь по кабинету.- Удружила! Я ж ремонт затеял на даче! -Знаю я твой ремонт, — передразнила она, — не дозвонишься! Не дождешься тебя с этой дачи! -Так ты б сказала, что сильно ждешь, — усмехнулся он, глядя, как покачиваются ее серьги в такт взмахам головы.- Красивые! Хорошо, что ты их одела… -Да ты меня скоро и не на такое уговоришь! -Мне нравится! А дачу все же летом закончить надо, а то дожди начнутся, все затопит! -Ну… давай по выходным… -Ты сама тогда взвоешь! Весь день на работе, а в выходные на стройку… -Ну и что ты предлагаешь? — Несколько надулась Галина Николаевна. -У меня еще отпуск есть… Я бы там за пару недель все… -Коля! Все в отпуск хотят! А кто у меня работать будет! Давай хотя бы в августе?! -Ладно! Уговорила! — Кивнул он. -Вот и прекрасно! Тогда бери адрес, — она протянула ему записку, — Власова уже выехала… Догоняй! -А что там? -Точно не знаю! Вроде кого-то избили или похитили! Она тебе на месте точнее расскажет… Только быстрее! -Есть быстрее! — Улыбнулся майор, покидая кабинет. Дело оказалось несколько сложнее и запутаннее, чем казалось на первый взгляд! Вся служба провела уже больше суток без сна и отдыха, хотя об этом никто особо и не думал, когда жизнь похищенного ребенка была в опасности. Спасти его не было никакой возможности, поскольку вынесли из дома малыша уже мертвым, зато наказать нерадивую мать удалось. На отца малыша было невозможно смотреть: взрослый мужчина заливался слезами, Валя едва смогла привести его в чувства и сдать на руки приехавшего друга, который забрал его домой. Полковник сидела над чашкой крепкого чая в буфете, пытаясь придти в себя от этого дела. Ее размышления прервало появление Власовой: -Передергивает от таких мамаш! Как им вообще рожать не запрещают… -Просто ей не нужен был ребенок, — вздохнула Галина, — ее больше танцы и гулянки интересовали… -Ну. нужен не нужен! У меня тоже не совсем по плану было… Но раз уж аборт не сделала, значит, надо ответственность проявить, — Рита налила себе чай. -Не все же… так рассудительны… -Да уж! Мой спиногрыз по сорок минут в часе орал… и двадцать спал! И ничего пережила, зато теперь, — глаза капитана стали мечтательно задумчивыми, — прихожу домой, а он бежит встречать и… Она осеклась и посмотрела на руководителя, на глаза полковника наворачивались слезы. Власова тут же замолчала и перевила разговор: -Можно отчет завтра доделать? -Конечно, — кивнула Галина, — иди домой… -Извините… Я не подумав, начала рассказывать… -Не надо, Рита! Рогозина поднялась из- за стола и отправилась с чашкой у мойке. -Ну все по домам! — В дверях появился Николай Петрович.- А что вы такие траурные? Еще что-то случилось? -Нет, — капитан взглядом за спиной начальницы пыталась объяснить ему.- Тоже собираемся. Да, Галина Николаевна? -Да, все свободны… Маргарита быстро покинула буфет с чувством неловкости, никак она не могла привыкнуть к перемене в своем руководителе. Николай положил руку на Галино плечо и осторожно похлопал: -Не расстраивайся! Она не избежит ответственности! -Да… я понимаю… Ладно… -Или тебя не это расстроило? -Почему у людей, которым не нужны дети, они так легко получаются? — Она подняла на него пронзительно- синие глаза. -Галюш, я не Бог… я не знаю… -Это же не справедливо! -В мире много не справедливого… Ты же сама знаешь… Она судорожно сглотнула комок в горле, стараясь скрыть свое состояние. Николай осторожно провел пальцем по сережке, немного задевая шейку: -Все нормально… У нас тоже будут дети… -Я не знаю… Теперь…я же не здорова… -Когда выздоровеешь, я постараюсь, — улыбнулся он. -Обещаешь? -Угу… Поехали домой! Женщина несколько устало улыбнулась и пошла собираться. Николай Петрович зло бросил чашку в мойку: как же она была права, как это все не справедливо! За что ей все это?!