Леди Малфой

Кассиус улыбался Гермионе с противоположного конца комнаты, и с каждым новым вдохом она ощущала, как сердце бьётся быстрее. Его чёрные глаза смотрели на неё пристально и неотрывно, и хотя Кассиус был скрыт тенью, Гермиона с лёгкостью различила очертания пухлой папки у него в руках. — Леди Малфой, — с напускной вежливостью произнёс он, склонив голову в приветственном поклоне. Краем глаза Гермиона оценила расстояние до ближайшей двери в одну из прилегающих комнат. Нет. Кассиус убьёт её прежде, чем она сделает хотя бы шаг. Но Драко ушёл совсем недавно. Может быть, если она закричит достаточно громко, он её услышит. — Эти стены хорошо хранят свои секреты, леди Малфой, — продолжил Кассиус с усмешкой, словно прочитав её мысли. — Если я не ошибаюсь, — а я уверен, что это так — вы сейчас можете кричать, сколько вам вздумается, и Драко ни за что вас не услышит. Гермиона мысленно выругалась, понимая, что он прав: Малфой и Пэнси зачаровали комнату от прослушивания. Как ни парадоксально, сделали они это для защиты. — Хватит притворяться, — резко бросила она. — Я знаю, что ты был сегодня в больнице. Кассиус изогнул бровь, проследил за взглядом Гермионы, которая неотрывно смотрела на папку у него в руке, и улыбнулся. — Гермиона Грейнджер подходит тебе больше, чем леди Малфой. — И почему же? Улыбка на лице Кассиуса стала ещё шире. — Более гармонично. Гермиона смотрела на него в полном замешательстве. — Ты так всех своих жертв убиваешь? — наконец спросила она. — Да будет тебе известно, мой счётчик гораздо ниже, чем у большинства Пожирателей. Включая Драко. — Он не Пожиратель, — огрызнулась Гермиона, чувствуя себя крайне неловко — Кассиус подошёл уже совсем близко и теперь возвышался над ней, так что она отступила на несколько шагов назад. — Звучит так, будто ты ждёшь от меня подтверждения, — усмехнулся он. — Я знаю, что он не Пожиратель. — Я тоже знаю, — согласился Кассиус. — Смерть Адрии стала для него последней каплей. Против её воли глаза Гермионы округлились, выдавая её изумление, а во взгляде Кассиуса появилась тень весёлости. — Я видел его через день после похорон, в Белизе, — пояснил он. — Его переполняло чувство вины: он больше тренировался, вызывался добровольцем на самые опасные задания… Тогда я отчётливо понял, что Драко Малфой нас покинул. Гермиона стояла, не смея пошевелиться или произнести хоть слово, чувствуя себя, как кролик, встретивший удава на узкой тропинке. — Так кто же это существо у Малфоя в подземелье, Гермиона? — спросил Кассиус, делая ещё один шаг в её сторону. — Какое существо? Он прищурился и медленно расстегнул пуговицы на своей рубашке, обнажая широкую бледную грудь. Гермиона с трудом подавила нервный вздох, упираясь взглядом в кровавые разводы и оплавленную кожу на теле Кассиуса. — Существо, которое сделало это. Сердце Гермионы отбивало бешеный ритм, разгоняя кровь по телу и отдаваясь болью в висках. Она видела, что Кассиус пристально изучает её реакцию, но ничего не могла с собой поделать. Когда на его лице появилась удовлетворённая улыбка, Гермиона обречённо вздохнула: он понял, что она знала. — Сегодня днём я столкнулся с Драко в коридоре, и он был… почти напуган. Решил, что я спускаюсь в подземелья. — И поэтому ты действительно решил туда пойти, чтобы узнать, что от тебя скрывают? — закончила Гермиона за него. Кассиус невинно пожал плечами: — Я очень любопытен, — улыбнулся он и, заметив следы ожогов на руке Гермионы, добавил: — Но это, как видно, у нас общее. Что касается существа… Она напомнила мне Адрию. — Мёртвые не ходят, — слишком поспешно ответила Гермиона. Кассиус усмехнулся её стойкости и покрыл разделявшее их расстояние одним широким шагом. — Мы на краю пропасти. Здесь всё может случиться. Гермиона сделала ещё шаг назад и упёрлась лопатками в стену — дальше отступать было некуда. — Почему тебя волнует, кто она? — Так, значит, это действительно Адрия, — заключил Кассиус. — Забавно. Насколько мне помнится, она ничем не отличалась от других жертв отца, так что я не совсем понимаю, с чего вдруг ей превращаться в… это. Он аккуратно дотронулся до обожжённой плоти на груди и поморщился от боли. Заметив, что Гермиона не сводит с него глаз, он вернул на лицо прежнюю угрожающую улыбку. — Скажи мне, Гермиона. Это та причина, по которой ты здесь? Ты действительно так желаешь разгадать секрет Адрии, что готова пожертвовать собственной жизнью? Гермиона покачала головой: — Я с такой же лёгкостью могла бы вернуться, чтобы отомстить за смерть родителей. — Могла бы, — согласился Кассиус. — Но это не так. Я видел тебя в библиотеке, поглощённую книгами о тёмной магии, но ты ни разу не взглянула на моего отца с той ненавистью, которую можно было бы ожидать от человека, который планирует убийство. Он на мгновение перевёл взгляд на кровать, замечая книгу, оставленную Гермионой на покрывале. Кассиус поднял её и с интересом покрутил в руках, изучая обложку. — Ищешь сходства между матерью Матильды и Адрией? — спросил он. Вопрос застал Гермиону врасплох. — Ты читал эту книгу? — поражённо спросила она. — Дважды. В Дурмстранге гораздо более лояльная политика в отношении запрещённых книг. — Слушай, — зло начала Гермиона, устав от напряжения, висевшего в воздухе во время всего разговора, — не играй со мной. Если собираешься меня убить, просто сделай это уже. Кассиус теперь стоял в каких-то сантиметрах от Гермионы и, склонившись так, что его губы едва касались уха девушки, прошептал: — Если бы я хотел тебя убить, я бы давно это сделал. — Значит, ты расскажешь своему отцу, кто я на самом деле, — произнесла она, с трудом справляясь с подступившим комом в горле. Если уж ей придётся умереть, нужно, по крайней мере, сделать это достойно. — Я не скажу ему, — проговорил Кассиус. — Однако полагаю, он и сам догадается, если ты и дальше будешь отсиживаться здесь. Поэтому тебе надо как можно скорее вернуться в зал. Гермиона приподняла голову, заглядывая ему в глаза, и недоверчиво переспросила: — Что? — Драко наверняка скоро снова придёт, — пояснил Кассиус. — Он сообщит, что Элай нашёл Адрию и что мой отец начинает что-то подозревать. Сейчас Родольфус ищет вас обоих, но с гораздо менее благородными намерениями, чем мои собственные. — Ты меня отпускаешь? — не поверила Гермиона. — Я не убиваю ради развлечения, — пожал плечами Кассиус. Он отошёл в сторону, в очередной раз поморщившись от боли в груди. Гермиона поспешила к двери из комнаты, но в последний момент обернулась на голос Кассиуса. — Не хотел портить для тебя сюжетный поворот, но думаю, тебе это может показаться любопытным, — начал он. — Мать Матильды Фрогворт… — Кассиус выдержал театральную паузу, после чего продолжил: — Была вампиром.