На балу

Анна любила устраивать балы. Каждый её бал просто поражал своими красотой и изяществом, оттуда нельзя было уйти без должного восхищения. Россия умела сделать всё идеально: даже страх любой страны мгновенно улетучивался в зале, даря душе рассудительность, покой и радость. Важным в оформлении было всё, ни одна даже самая малюсенькая мелочь не оставалась без внимания Брагинской и была щедро одарена восхищениями со стороны других. В этом и была прелесть русского бала, даже враги этой могучей империи желали посетить его хотя бы разок! Литве повезло - она была одним из постоянных гостей этих балов, практически ни одного не пропустила. По мнению остальных она должна была быть счастлива, что Россия постоянно приглашает её на эти изумительные вечера, но... Литва особой радости с этого не питала, скорее даже наоборот. Балы созывались не просто для развлечения. Эти светские вечера были придуманы для переговоров, поэтому, каким бы не был вечер волшебным, от серьёзного разговора с Россией было не уйти - это то и удручало литовку. Она боялась Россию и имела дурные предчувствия по поводу её решений... у Ани была слишком зловещая репутация, чтобы не опасаться многих её слов. От решений России часто зависели многие страны, Литва же в особенности. Но в последние вечера всё было намного спокойнее: Россия стала вести оживлённые переговоры с другими европейцами, а Литва уже стала неким привычным фоном, который Аня на балах не особо дёргала. Викторию это устраивало, она наконец-то могла расслабиться и прекратить переживать о навязанных самой же себе страхах. И вот...вновь на весь зал гремит незатейливый оркестр, умело издавая звуки чарующего вальса. Дамы и кавалеры неустанно кружатся в сдержанных объятиях, изредка менялись партнёрами. Их движения гипнотизировали, заставляли чувствовать некую лёгкость на душе и трепетать от изящества. - Все такие красивые. - с улыбкой произнесла Литва, стоя где-то в стороне, словно не желая того, чтобы её заметили. Она не особо вникала в происходящее, танцы не несли в себе никакого политически значимого характера, а переговоры пока не начинались (иностранные гости ещё не прибыли, в то время как придворные радовали глаза России своими танцами, не позволяя стране чувствовать себя одиноко и, знаете, они справлялись с этой задачей вполне неплохо). Литва перевела взгляд на императорский трон. На нём восседала хозяйка вечера, а по бокам стояли её братья - Константин и Николай. Они что-то говорили друг другу, иногда улыбались или сдержанно смеялись (в основном Аня и Костя, Коля предпочитал сохранять серьёзность и отмалчиваться). Виктория любила наблюдать за ними, один их вид всех вместе заставлял улыбаться: это же так приятно видеть всю семью в сборе. Литовка невольно поймала себя на мысли, что завидует - у неё не было ни братьев, ни сестёр. Девушка тяжело вздохнула, продолжая наблюдать за происходящим, как вдруг...она встретилась взглядом с холодными Николаем, что буквально прожигал её всей своей ненавистью. Литву передёрнуло от неожиданности, а на щеках мгновенно образовался неловкий румянец. Девушка поспешила спрятать глаза, но улыбка и смущение не покидали её лица. - "Он...посмотрел на меня", - ликующе подумала Виктория, опустив тот факт, что взгляд был далеко не нежным. Ей нравился Коля ещё с самого детства и всю ту холодность, которую он обращал к ней, Виктория просто игнорировала, не желая принимать как нечто злобное, даже наоборот, в этой холодности она словно чувствовала настоящую силу и заботу ( с Аней и Костей он ведь тоже не постоянно улыбается!). Она зачастую грезила о белорусе, представляла, как под его холодной маской скрывает добродушный малый, и то, как она заглядывает под эту самую маску первой. Одна только мысль об этом заставляла сердечко биться сильнее, если бы её принял Коля, то она стала бы частью этой превосходной семьи. Да, боялась Россию, но все они вместе выглядели настолько мило, что Виктория была готова закрыть глаза на любую тиранию со стороны Брагинской. Она бы вытерпела даже обливания мёдом и выставления на холодную улицу, лиж бы быть там, рядом с их прелестной семьёй, где так и веет тёплом и уютом! И где рядом с ней всегда будет Коля... Оркест умолк, а до сего момента гарцующие по залу дворяне стали расходиться по сторонам. Это мгновенно вытянуло литовку из мечтаний, заставляя обратить внимания на то, как распахнулись огромные двери в бальный зал. Франция в сопровождении своей свиты вальяжно направился к императорскому трону. На губах француза мерцала обаятельная улыбка, походка его была немного расслабленой, но в то же время устойчивой. Он подошёл к Ане и осторожно взял её ручку. - Рад снова увидеть Вас, мадемуазель, для меня невероятная честь оказаться на вашем балу. - он мягко поцеловал её руку, после осторожно отстранившись и протянув красную розу. - Вы как всегда постарались на славу! Брагинская мило, но немного смущённо улыбнулась Франциску, приняв цветок и незатейливо вдохнув его аромат. - Благодарю, а ваши розы как всегда прекрасны! Надеюсь, наши переговоры пройдут быстро, легко, а главное с выгодой для обеих сторон. Прошу, наслаждайтесь вечером, мы сумеем обсудить все интересующие вас вопросы на всем его протяжении. - Прекрасно! - Бонфуа вновь заулыбался, слегка отступив от россиянки. - Но для начала...- он сделал загадочную паузу, интригующе посмотря на Россию. Девушка явно заинтересовалась. Заметив в глазах Ани любопытные искры, Франциск довольно прикрыл глаза и продолжил. - Я много слышал о том великолепии, что творится у вас во дворцах, но ни разу не видел на деле. Не могли бы вы официально открыть вечер танцем не со мной, а с одним из своих братьев? Мне было бы крайне любопытно увидеть ваш танец со стороны. Литва, стоявшая всё это время среди придворных, внимательно слушала обо всем том, что происходило возле России. Просьба француза показалась ей довольно наглой по отношению к хозяйке бала ( ставить свои условия в чужом доме - дурной тон), но Виктория решила оставить это при себе, да и...судя по выражению лица России, Анастасия была очень даже "за" такое условие. Что творилось дальше было не разобрать, но в итоге произошло так: Николай осторожно взял свою старшую сестру под руку и они вышли на середину зала. Константин и Франциск с улыбкой стали предвкушать то прекрасное зрелище, которое им предстоит увидеть. Тихо зазвучал протяжный стон скрипки. Беларусь положил одну руку на талию России, девушка же ему на плечо. Это было редкое зрелище, но на лице Арловского выступил румянец, а в глазах читалась настолько сильная радость, будто он маленький мальчик, что получил на Новый год подарок, о котором всегда мечтал. К плачу одинокой скрипки присоединились и другие инструменты, взамен привычного вальса заиграла польская мазурка, что полюбилась последнее время среди русских дворян. Вёл Николай, уверенно, точно, не совершая ни единой оплошности. Он словно боялся совершить ошибку и выставить Аню в худшем свете. Он несколько жадно и властно прижимал её к себе, но при этом был мягок. - Они прекрасно танцуют. - не сумел удержаться от комплимента Франция, на что Украина, улыбнувшись чуть шире, кивнул. - Да, это верно. Аня и Коля танцуют довольно редко, но от этого их мастерство не притупляется. - Вот как, звучит интересно. - француз наигранно-удивлённо вскинул брови, продолжив наблюдать за парочкой. Виктория же была просто в восторге. Она внимательно следила за каждым их движением, невольно представив себя на месте Ани. Литовка словно чувствовала то, что на самом деле Арловский кружит в изящном танце её, что это он её прижимает в себе, словно защищая от любых бед. Она мечтательно закрыла глаза, прижав руки к груди. Дворяне как-то странно на неё покосились. Прошло некоторое время. Весь зал дружно захлопал. - Перфекто! - громко воскликнул Франциск с искренним одобрением. - Всё же слухи не врут, вы действительно королева подобных танцев! Россия неловко улыбнулась, прикрыв рот ладошкой. - Вы мне льстите... - Ни в коем разе! Не будете ли вы так любезны теперь станцевать и со мной, заодно и обсудим пару деталей, как думаете? Это будут самые непринуждённые переговоры из всех. - буквально промурлыкал француз. Аня, не долго думая, согласилась, всё-таки. Приятно, когда другая страна одаривает тебя столь необходимым вниманием. - Но только погодите. - мягко поправила его русская, после обращаясь к дворянам. - Раз уж сегодняшний бал начался нестандартно, то пусть так оно и продолжится. Маэстро, вальс, в этот раз дамы приглашают кавалеров! По залу прошёлся несколько разгорячённый и даже радостный гул. Многие барышни сразу же нашли себе парнёров и вышли к залу. Литва замешкалась...это ведь был её шанс, не так ли..? Решила подойти к Николаю...но так и не двинулась с места. Ни ноги ни остальное тело её не слушалось, оно слегка дрожало, словно крича: "Ничего из этого не выйдет! Плохая затея!" Но, наплевав на эти предубеждения и доблестно взяв себя в руки, девушка медленно и неуверенно подошла к белорусу. - Коля... - слегка дёрнув того за рукав, обратилась Виктория. Николай же смерил её суровым и довольно усталым взглядом, словно спрашивая "Чего тебе надо?". Девушка в очередной раз немного опешила. Она хотела сказать напрямую, но с губ слетали лишь "ну" и "э". - По существу. Чётко и быстро. - сухо рявкнул Арловский, поторапливая девушку. Литва вздрогнула. - Может...ты не откажешься со мной станцевать? - она, набравшись достаточно смелости, с мягкой улыбкой посмотрела на Николая. Он обречённо вздохнул. - Ладно. - тут же ответил белорус, скорее всего из-за элементарного приличия. Литва восхищённо расширила свои изумрудные глаза, нет, ослеплённая любовью, она не увидела натянутости, а если даже и увидела, то искренне верила в то, что танец это развеет. Казалось, что сердце вот-вот вырвется из груди. К щекам поступил крайне насыщенный, счастливый румянец. И вот заиграл вальс с несколько агрессивным и немного военным звучанием. Вальс гремел подобно грому, а бальном зале всё дрожало, паркет шумно трещал под гнётом каблуков. И вновь Коля вёл...но в этот раз совершенно по иному. Он не смел прижимать Викторию к себе, держал чуть поодаль. В движениях не было той мягкости, что он дарил своей сестре, были лишь агрессивные и холодные движения, порой даже резкие. Но не смотря на всю эту глухость он вёл по мастерски, выводя, пусть натянуто, каждое движение. Виктория медленно начинала разочаровываться...да, поначалу это было волшебно и трепетно, что он вообще позволил станцевать с ним, но его танец с Россией, такой близкий, тёплый не выходил у неё из головы. Литва хотела станцевать точно также! Чтобы Коля одарил радостным взглядом и её. Но стоило девушки посмотреть в его глубокие синие глаза, в них удавалось прочесть лишь безразличие с нотками раздражения. Литва сделала требовательный шаг вперёд, словно пытаясь прижаться, Беларусь же резко отходил, слегка отталкивая её за талию, но Виктория была настойчива. Они словно гнали друг друга по всему залу, играли, кто кого победит, чьи чувства воссияют над парой, кто будет их эмоционально вести. Это был танец конфликта, агрессивного и беспощадного, где никто не мог уступить. Этот танец настолько ярко демонстрировал их отношение друг к другу, что гости, как и сама хозяйка, с интересом стали наблюдать за танцем Виктории и Николая. Это завораживало. Они словно подыгрывали той военной тематике вальса. Большая часть танцующих остановилась, наблюдая за Литвой и Беларусью. Эти двое не замечали происходящего, плотно погрузившись в эту борьбу. Однако, когда мелодия стала уходить на убыль, они словно уступили друг другу, немного утихомирив пыл. Ещё немного и танец был завершён. Виктории захотелось плакать от столь сильной досады, но она держалась...плакать при Коле? При всём дворце? Слишком несерьёзно... Неожиданно все зааплодировали. И только сейчас Коля и Вика заметили то, что середине зала они были одни. Зал трепетал от восторга. Николай смерил всех непонимающим взглядом, Виктория же вновь залилась румянцем. - "Неужели...они все они наблюдали за танцем..?" - с лёгким испугом подумала Лоринайтис. Тяжело объяснить почему, но этого ей стало ещё больнее. Казалось, что все таким образом насмехаются над ней и её чувствами. Горечь комом поступила к горлу, она не могла сдержать слёзы. - Извините! - девушка развернулась и быстрым шагом покинула зал. Все прибывали в недоумении, Николай лишь угрюмо хмыкнул. - Эм...чего это она? - Россия озадаченно посмотрела вслед девушке, а после на брата. Коля пожал плечами. - Это было неприлично с её стороны. Может, стоит её наказать? - Нет-нет! - тут же встал перед ней Франция, покачав головой. - Скорее наоборот, не мешало бы поощрить. Я никогда не видел столь эмоционального и отчаянного танца. Я просто в восторге. И знаете, в честь рождения этого произведения искусства прямо на моих глазах, я был бы счастлив принять любые условия для нашего договора. - Вот и славно. - Россия была поражена, вновь мило улыбнулась. После этого Аня и Франциск отошли в фуршету, начиная обговаривать все мелочи поставок. В это же время Костя, что до сего момента отчуждённо стоял в сторонке, подошёл к Николаю, смеряя его немного недовольным взглядом. - Коля, ты не находишь, что она убежала из-за тебя? - голос Украины звучал обеспокоенно, но в то же время серьёзно. Белоруссия непонимающе на него посмотрел. - Она мне не нравится. - Враньё. - на губах украинца заиграла улыбка. - Ты так говоришь потому, что ревнуешь, не более. Ты внушил это себе сам. - Бред, прекращай уже, а! - Белорус несколько вскипел, прикрикнув на брата. Тот, в свою очередь, немного виновато улыбнулся. - Эй, не кипятись так. Прости, я лезу не своё дело, но... инцест до хорошего не доведёт, Коль. Да, я понимаю, ты очень привязан с сестрёнке, но доводить это до фанатизма и отгораживаться ото всех железной стеной - глупо. Да и... делая так, ты приносишь несчастье и Ане. - на этом моменте Николай как-то дрогнул и уже посмотрел на Костю не злобно, а крайне заинтересовано. - Она страдает из-за одиночество и чувствует его и в наших сердцах. Она хочет, чтобы все мы больше общались с другими, чтобы у нас были любимые и друзья. Если ты действительно любишь Анечку, то должен это понимать. А Вика... она тебе нравится, просто ты сам этого не понял. Попробуй думать о России, как о сестре, а не как о будущей жене и тогда ты это увидишь. - Украина улыбнулся, хлопнув брату по плечу. Белорус лишь вздохнул, глубоко задумавшись. *** На следующий день был вновь устроен бал. Менее пышный и торжественный, скорее даже простой. Да... Россия определённо была мастером балов, даже эта простота и минимализм у неё вышли по-изящному чарующе. Литва, как и вчера стояла в тени. У неё был бледный и невыспавшийся вид. Ослабшая с несколько выплаканными глазами, она вызывала жалость у присутствующих здесь дворян. Даже радость от сделки не могла сиять в полную силу из-за несчастного вида Литвы. Нет, она не строила из себя жертву, пыталась улыбаться и смеяться, но в изумрудных глазах не было вчерашних огоньков. Она вновь посмотрела на трон. Семья... да, это было слишком недосягаемо для неё. Девушка тяжело вздохнула и отвернулась. Если раньше она могла наблюдать за единством славян часами, то сейчас ей было невыносимо глядеть на них и минуты. - Вика. - позвал её до жути знакомый и холодный голос из-за спины. Сердце девушки дрогнуло, она мгновенно обернулась, растерянно рассматривая Николая. Всё такой же безразличный и слегка нахальный вид. Она молчала, дожидаясь, что же он скажет. - Знаешь... - начал он и, о Боги, этот... румянец? Литва ошарашенно приоткрыла рот, нервно сглотнув. Она не верила своим же глазам, ей казалось, что это просто сон, но нет, это было наяву. - Давай забудем о вчерашнем и станцуем нормально? - он протянул ей руку. Виктория не могла выдавить из себя и слова. Хотелось кричать и визжать от радости, но её словно парализовало, единственное, на что она была сейчас способна - на кроткую улыбку. Николай буквально вытянул её в середину зала. Вновь завопила вчерашняя мелодия, струны агрессивно и с напором рычали. Литва, пусть и была счастлива, но в этот раз она боялась, что произойдёт всё то же самое. Забавный парадокс... если Литва что-то боится, то это чаще всего не происходит. Николай посмотрел ей в глаза. Его взгляд был другой, не злой, а спокойный, словно баюкающий тревогу. Движения медленные, плавные, да, порой резкие, но только потому, что этого требовал ритм. Он молчал. Но и этого Виктории было более чем достаточно. Она была счастлива.