Кто я для тебя, Мика?

      -Ми-и-ка... Ми-и-ка... Ми-ми-ка... - стук каблуков гулко отдавался в пустом, просторном коридоре. Обладатель белоснежных волос и алых, как та кровь, которую он пьёт, глаз грациозно и легко шёл к выходу из Сангвинэма, где предполагал найти своего подопечного.       -Я так и думал, что ты здесь! - произнёс седьмой основатель, когда заметил впереди высокую фигуру в плаще. - Ты слышал, мы нашли твоего драгоценного ангелочка... - неизвестный резко выхватил меч из ножен, приставляя один конец к горлу Батори. Капюшон слетел, обнажая светлые волосы и лицо другого вампира.       -Микаэль Хакуя, - блондин поднял взгляд на нарушителя своего спокойствия.       -Что тебе надо, Батори? - спросил юноша, продолжая держать меч.       -Зачем же так грубо? - прародитель пальцем отвёл конец оружия. - Я тебе хорошие вести принес, а ты "что тебе надо?" мне в ответ.       Блондин ничего не ответил, убирая меч в ножны. Не глядя на своего собеседника, прошёл мимо, направляясь вглубь коридора, возвращаясь туда, откуда четыре года назад так отчаянно пытался сбежать, оставляя путь спасения позади.       -Я поражен, что ты до сих пор не ушёл, - пристроился рядом Фелид. - Ты же так жаждешь вновь жить под солнцем, вновь жить обычной жизнью и конечно же, вновь, каждый день видеть Юу.       А правда, что держит его в этом мире? Ну уж точно не воспоминания о "прекрасном" времяпрепровождении в городе вампиров. И даже не кровь Крул Цепеш, которая записала Мику в свои любимчики. Тогда что? Что все четыре года удерживало его от попытки сбежать, найти Юичиро и вновь стать одной семьёй? Вампир не знал.       -Мика? Ты меня слышишь? - донеслось до Хакуи откуда-то по ту сторону его мыслей.       Точно. Во всех его воспоминаниях только один, один единственный человек. Да что там, не человек он вовсе. Настоящий садист, зверь, убийца всей его семьи, его злейший враг и вместе с тем Мика не знал, кто он для него на самом деле. Враг или друг? Покровитель или Господин? Тот, к кому испытываешь привязанность или ненависть... Или..что-то другое?       -Кто я для тебя, Мика?       -Что? - смысл вопроса медленно доходил до юноши.       -Я думаю, это бы спросил Юу при встрече. Эй, что с твоим лицом? - прародитель расхохотался. - У тебя такое лицо, будто ты подумал, что это я спрашиваю!       -Юичиро в прошлом... - неожиданно для самого себя произнёс Хакуя.       -Что-что?       -Юичиро в прошлом! - выкрикнул вампир и резко прижал Батори к каменной стене, да с такой силой, что у прародителя позвоночник хрустнул.       -Мика, успокойся. Ты в последнее время какой-то нервный, - Батори попытался убрать чужие руки со своих плеч.       Сейчас он сделает это. Он ответит на его вопрос, да и на свой заодно.       -Тебе интересно, кто ты для меня? Да я и сам не знаю... Но, просто делаю, - Микаэль наклонился вперёд, изучая губы основателя. Тонкие, бледные, сотворённые в слащавую ухмылку, теперь сжались в тонкую полоску, а их обладатель непонимающе смотрел на Мику.       Наконец, он сделал это. Холодные губы коснулись таких же холодных губ в неуверенном поцелуе, который становился всё увереннее и увереннее по мере того, как вампир осознавал, что всю его жизнь в Сангвинэме ему не хватало именно этого.       Губы, которые находились в его власти, растянулись в довольной усмешке и Фелид перетянул первенство в свою сторону. Грубо сминал, кусал, слизывал кровь, посасывал. Уже давно высвободив руки, прижимал тело блондина к себе, крепко вцепившись в одежду и плоть, оставляя синяки.       Поцелуй сменял один другой, то мучительно дразня обоих хищников, то разжигая внутри холодных сердец пламенную страсть. Они не помнят, как добрались до особняка Ферида, её помнят, как ввалились в него, поднялись по лестнице наверх и ввалились в его комнату. Очнулись они лишь тогда, когда Батори лежал на кровати, будучи прижатым Хакуей, который не переставал его целовать.       -Не ожидал от тебя такого, мой мальчик, - усмехнулся основатель, проводя изящными тонкими пальцами в белой перчатке по бледной щеке.       -Я и сам такого не ожидал. Я просто делаю то, что считаю правильным! - вампиру будто крышу сорвало. Не церемонясь, сорвал с плеч беловолосого накидку, откидывая её в другой конец комнаты. Красной лентой связал его руки и завёл за голову. Рукой гладил тело сквозь ткань длиннополого плаща.       -Хочешь быть в позиции актива? Похвально. Но ты же ничего не умеешь, - на замечание своего покровителя вампир никак не отреагировал. Он просто хотел его, основываясь на звериных инстинктах, он хотел подчинить его тело себе, сделать лишь своим и ничьим больше.       Не сдерживаясь, разрывал плащ на тысячи маленьких кусочков, которые разлетались в разные стороны. Ногти оставляли краснык борозды на белой коже, отчего обладатель алых глаз чуть постанывал. Ремень сорван и вся остальная одежда летит к чертям, представляя взгляду обезумевшего вампира обнажённое тело основателя.       Как завороженный проводит пальцами от самой шеи, по груди, к животу. Ферид чуть выгибается навстречу приятным прикосновениям. Микаэль наклоняется к шее, полизывая один участок, одной рукой продолжая сжимать запястья, а другой почти невесомо касаясь возбуждённой плоти основателя.       Из губ седьмого вырвался приглушённый стон. Тогда вампир ввёл клыки в шею, начиная поглаживать член, наблюдая за реакцией. Фелид тихо постанывал, чувствуя накатившее возбуждение. Он пытался освободить руки, подмять Хакую под себя и сразу же овладеть, но сильные руки пресекали все попытки.       Насладившись шеей, маленькими поцелуями блондин достиг груди любовника, начиная полизывать, а затем и посасывать соски. Фелид застонал громче, глядя на Микаэля с желанием, изнывая. Тогда убрав руку с члена, вампир просунул два пальца в рот собрата. Тот сразу же начал их облизывать, слегка покусывая, наслаждаясь вкусом крови во рту. Тем временем Микаэль начал раздеваться. Развязал длинные завязки плаща, расстегнул пояс, снял рубашку, спустил брюки с трусами.       Вынув пальцы, он ввёл один в Ферида, подготавливая его, наслаждаясь стонами и развратным видом своего покровителя. К первому добавил второй, а после и третий палец, растягивая тугое колечко мышц, начиная двигать ими. Но это не могло удовлетворить вечно голодного Батори и тот уже глазами умолял взять его.       Дважды просить не нужно. Вынув пальцы, Микаэль притянул вампира к себе за бедра, разводя его ноги. Ничего не говоря, резко двинулся, входя сразу на всю длину. Фелид вскрикнул, выгибаясь, насаживаясь сильнее. Не дожидаясь разрешения, блондин начал двигаться в медленном темпе.       Движения приносили неописуемое удовольствие, что одному, что другому. Они двигались друг другу навстречу, постанывая, шепча разные пошлости, глядя друг другу в глаза. Вампир освобил руки прародителя, позволяя тому вцепиться в свои плечи, царапая их, кусая шею, грудь, посасывая и полизывая соски.       Подхватив Фелида за бедра, Микаэль начал вбиваться быстрее, резче, грубее, пытаясь доставить им обоим неземное удовольствие. Рукой вновь наддрачивал член любовника, заставляя того вновь и вновь впиваться в бледные губы, срывать стоны и вскрики.       Батори сдался первым, кончив с громким стоном. От сжатия и накатившего экстаза, Микаэль тоже кончил, выходя и опускаясь на кровать.       -Ну что, кто же я для тебя, Мика? - спросил Фелид, когда нагло прижал вампира к себе.       -Не знаю. Убийца, садист, мой покровитель, любовник... - вздохнул голубоглазый юноша, обнимая его в ответ.       -А в твоём сердце?..       -Любимый...       Завтра они вновь пойдут на сражение, вновь будут подчинять людей или же убивать их, вновь пить кровь и жить своей вампирской жизнью.       Но они будут знать, кто они друг для друга и никогда не забудут слов, с которых всё началось.       Кто я для тебя, Мика?