we found us

Чон Чонгук сидел и недоумевал. Точнее, отходил от шокового состояния. Пару минут назад его мир кардинально перевернулся с ног на голову, и он прекрасно понимал, что ничего с этим сделать не сможет. Как говорит древняя мудрость — увиденного не развидеть. Кто ж знал, что эти двое извращенцев заперлись в туалете, мать твою? В ОБЩЕСТВЕННОМ ТУАЛЕТЕ, НЕ ЗАКРЫВ ПРИ ЭТОМ ДВЕРЬ. Большие карие, оленьи глаза, пялились в противоположную стену, не моргая. В руках зажат телефон, экран которого ярко горел и предлагал вернуться в игру, но Чонгук не мог. Как и не мог оторвать взгляда от стены. Перед глазами всё ещё были картины, которые странно на него действовали. Полностью голый Тэхён стоит спиной к Хосоку, опираясь руками о раковину, и полуголый Хосок, который с маньячим взглядом разглядывает его, а потом вставляет в него сразу два пальца, от чего Тэхён прогибается в спине и запрокидывает голову назад, стараясь не стонать в голос, но с губ все равно срывается предательское: «А-а-ах». Чонгук сглатывает и закрывает дверь, которую точно так же открыл 24 секунды назад. Как можно тише. Эти двое его даже не заметили. Сейчас же Тэхён миленько спал, откинувшись на широкое плечо Джин-хёна, а Хосок-хён общался с Юнги-хёном. Как ни в чем не бывало. Сейчас у них было ещё полчаса, пока менеджер разговаривает с директором, уточняя расписание. Самое время поспать. Но Чонгук не мог. Каждый сам выбирает свой способ бороться с гормонами. Кто-то ищет себе такого же озабоченного партнёра, а кто-то, как Чонгукки, вымещает мысли о сексе другими занятиями. Он узнал о сублимации из интернета, когда, краснея, вбивал в поисковике «че делать, если постоянно стоит, а я заколебался дрочить». И среди множества порно сайтов нашёл один, с очень занимательным названием: заебалсядрочить.ком Сайт пестрил разнообразием цветов и счастливыми рожами мужиков и баб. Да и текст был довольно интересным: «Надоело дрочить, а рядом нет того, с кем можно переспать? А может, ты страшный, как смерть, поэтому тебе никто не даёт (и никто не берет)? СУБЛИМИРУЙ». И оформление маленького Чонгука очень обрадовало, потому что если нажать на последнее слово, то оно светилось радугой, а потом открывалась страничка с подробным описанием что и как делать. И теперь каждый раз, когда у Чона возникали мысли о сексе, он бежал в спортзал. Или же отжимался, приседал, бегал и так далее. Конечно, за эти полгода он разросся, как Халк какой-то, благодаря каждодневным тренировкам, но зато похабные мысли не посещали его мозг. Просто не время сейчас. — А-а-ах, я так устал! — на диванчик рядом с Чонгуком примостился Чимин, сладко потягиваясь. Чонгук вздрогнул, чуть не выронив телефон, уставившись на хёна. Это его «ах» снова возродило в памяти события десятиминутной давности. — Чонгукки, а что ты делаешь? — спросил Чимин, ставя подбородок на его плечо. — Я... я-я-я сублимирую, — нашёлся Чонгук, выключив, наконец, игру. — М-м-м, что? — спросил Чимин, хихикнув. — Впрочем, не важно. Я посплю на тебе? — спросил он, но, видимо, мнение Чонгука его не волновало, потому что Чимин уложил голову на плечо младшего и обхватил его левую руку своими. Чонгук завис, как и пару минут назад. — Чимин-а, — раздался откуда-то с другого конца комнаты голос Юнги-хёна, но тот не подал никаких признаков жизни. — Чимин, тебя Юнги-хён зовет, — тихо произнес Чонгук, стараясь освободить свою руку из оков старшего. — Вот почему ты его хёном зовешь, а меня нет? — так же тихо спросил Пак, дыша младшему в шею, а у Чонгука по всему телу прошлись мурашки. — Потому что иди нахуй, вот почему, — сквозь зубы процедил он. — Какие мы злые, какие мы грубые, — прошептал Чимин Чонгуку на ухо, и тот вздрогнул, снова уйдя в астрал. — Пак Чимин! — уже настойчивее позвал Шуга, и Чимин вздохнул. — Не дадут мне сегодня поспать на тебе, эх, а ты такой тёплый! — Чимин в последний раз прижался к Чонгуку и встал, потягиваясь, а Чон как нельзя кстати опустил взгляд на его задницу. «А у кого не встанет на этот зад?» — всплыли в голове слова Хосок-хёна, и Чонгук слишком резко перевёл взгляд в, уже родную, стену. «Ой блять, — первое, что подумал он, — ой блять, ой не-е-е-ет. Ну нет же!» Последняя мысль прозвучала слишком отчаянно, особенно когда организм орал ему: «О, да, Чонгукки, о-о-о, да-а-а!» Почему-то голосом Пак Чимина.