Возрождение

      Внутри Вольтазара клокотала ярость, он первый заявил права на Деймоса и он только его. Но чем ближе они приближались к арке портала, находящейся на территории временного лагеря, тем больше непонятных чувств овладевало им. Магия делала своё дело и он с вожделением стал поглядывать на своих друзей. От мысли, что кто-то из них прикоснётся к Дейми, его всё ещё коробило, но сам был не против завалить кого-то из них. Он понимал, что это магия связи и надо смериться, но собственник внутри сопротивлялся.       А между тем, Фэл и Небиус уже в открытую обжимались, поддавшись магии истинных. Да и его Деймос, бросал на парочку красноречивые взгляды, что заставляло Вольтазара закипать от ревности. В академию они прибыли в молчании, Даже их общение с Деймосом сошло на нет.       Вольтазар пошёл в общежитие, а Деймос повёл своё войско пристраивать в заброшенную конюшню. В принципе скелетонов можно было и во дворе оставить, но ректор попросил не шокировать студентов. Конечно костяки во дворе академии небыли нонсенсом и даже зомби никого не удивишь. Но скелеты виртуозно владеющие мечём, сходящиеся в поединок ради развлечения, это слишком. А скелетоны, разительно изменились, теперь они уже не были полые внутри, а будто сотканы из тьмы, которая покрывала своим покровом кости. Они стали напоминать… Вольтазар, опешил от своей догадки. Скелетоны превращались в призрачных теней, легендарное войско Повелевающего мёртвыми.       Вольтазар проводив Деймоса с его воинами взглядом, продолжил путь. В гостиной их блока его ожидали «друзья» и Маркосториан с Ремом.       – Вольтазар, присаживайся, есть серьёзный разговор, – начал ректор академии. – У нас серьёзные проблемы. Ты уже понял, что Деймон инициированный некромаг.       – Да, – не стал отрицать Вольтазар.       – И то, что он создаёт войско, тебя не настораживает?       – Это случайно вышло, – и Вольтазар пересказал, как Деймос призвал башню волшебника и активировал костяки вместо лошадей, что бы выбраться из Мертви.       – Хм, смышленый у меня будет зятёк, – восхитился, с детской непосредственностью Рем.       – Он только мой, – рыкнул Вольтазар.       – Нуда и буйный будет, – глядя на него, констатировал Рем. – И красивый, – перевёл взгляд на Фэла.       – Этому не бывать! – продолжал злиться демон, и на его лице проступили чешуйки трансформы.       – А ты не пугай малыш, – усмехнулся Рэм. – Слишком большая сила спит в Деймосе, тебе не удержать. От вас – его будущих супругов сейчас зависит будет ли эта сила созидать или разрушать. Да, не удивляйтесь, некромаги способны созидать. В их власти регенерировать мёртвую плоть или омертвлять живую.       – Я думаю, Вы осознаёте степень ответственности, – вмешался Маркосториан. – Рем пошли, пусть парни поговорят, им есть, что обсудить.       Когда отец и племянник Небиуса ушли, парни подсели к Вольтазару с обеих сторон.       – Воль, ну ты чего? Мы ведь давно дружим, – взял его за руку Фэл.       Небиус склонил ему голову на плечо и Вольтазару вдруг стало так спокойно и хорошо, что он подумал и правда, почему бы и нет.       – Фэл, а ты под меня бы лёг? – взглянул он другу в глаза.       – Да, – прошептал Фэл.       У Вольтазара перехватило дыхание, почему он раньше не замечал какие аппетитные губы у дроу. Их будто магнитом потянуло друг к другу и вот уже они самозабвенно целуются. Сквозь затуманенный разум, словно разряд… Слова, что прошептал Небиус ему на ухо: «А я тоже под тебя бы лёг». И ураганом внутри закрутилось желание, срывающее все условности… Ярко, сочно, самозабвенно… Он окунулся в пучину магического притяжения истинных… И лишь калейдоскоп мыслей, всплывающий сквозь безумную страсть: «Ммм, а у Фэла такая нежная кожа… Как горячо и туго… Да… Кричи… Стони подомной…». **************       Деймос еле уговорил Первого не сопровождать его и, то лишь после того как разрешил появиться возле себя в случае опасности. Уже прощаясь с костяками, занявшими заброшенную казарму, он обратил внимание, что они разительно изменились.       – Первый, мне кажется, или Вы меняетесь?       – Мы перерождаемся Повелитель.       – Как это?       – Мы становимся Призрачными Тенями, – видя непонимание своего повелителя, пояснил подробнее. – Наша плоть из костяной, станет теневой непобедимой для обычного оружия, мы Ваше войско Повелитель.       – А зачем мне войско? – опешил Деймос. – Я воевать не собираюсь.       – А разве мы не будем захватывать континент, Повелитель?       – Хм, – подавился воздухом Деймос, от такого заявления. – Зачем?       – Ну, Вы же Тёмный Повелитель, Вам по статусу положено, – просветил его Первый.       – Э… Знаешь Первый, Вы пока обживайтесь в казармах… А я пойду… Обдумаю, твоё предложение, – сглотнул, впавший в прострацию Деймос.       Он шел, пытаясь понять, что за страшных существ он создал и может стоит их развоплотись, пока не поздно? От раздумий его отвлёк радостный вопль: «Земеля!». К нему бросился с объятьями Алиэлий.       – Вот, блин, всё не могу привыкнуть смотреть на всех снизу вверх. Я чувствую себя ущербным, – пожаловался Алиэлий.       На некогда надменном лице эльфа проявление эмоций смотрелось забавно, делая Алиэлия притягательным.       – А где твой хвостик?       – Ты о Виле? Так мелкий заделался волонтером, – видя непонимание Деймоса, пояснил – у него магический резерв возрос, вот он в городскую лечебницу повадился, свой резерв опустошать… В смысле – лечить страждущих, безвозмездно! Ну, а ты как, как практика?       – А, ты разве не слышал?       – Ну я вроде был под домашним арестом… Тьфу, ты… На домашнем обучении, но суть от этого не меняется. Замуровали меня черти! – паясничал Алиэлий. – Ну, сейчас вроде, научился магическим потенциалом управлять, вот стали выпускать.       – А я на практике, нашёл артефакт и мы с Вольтазаром оказались в центре Мертвии, – и Деймос кратко рассказал о своих приключениях. – И решили мы с Вольтазаром, как выберемся из Мертвии, обвенчаемся в первом попавшемся храме, – дошёл он до окончания повествования.       – Хм, так почему ты здесь болтаешь со мной, а не венчаешься… Или как это тут называется?       – Сочетаться союзом, – подсказал Деймос.       – А не сочетаешься союзом.       – Понимаешь… Я как наследие некромага принял… Во мне Фэл и Небиус, увидили своего истинного.       – Нифига себе предьява! Тут без пол литра не разобраться. Слышь, а пошли накатим, я давненько не принимал. Бля, кореша услышали бы, что Глебушка месяц в завязке засмеяли бы, – вздохнул Алиэлий.       – Скучаешь?       – Есть немного… А ты?       – Ты знаешь… Воспоминания, будто дымкой… Кажется и не со мной… Вот он я тут настоящий – восемнадцатилетний, а не… Сорокавосьмилетний мужик и на шестисят шесть прожитых себя не ощущаю.       – Н-да, расклад, без сто грамм не разберешься…       – Так чего стоим, кого ждём? – улыбнулся Деймос.       – Ты ведь знаешь, я тут недавно в местных спиртных напитках не разбираюсь, так, что веди Сусанин.       – Ну, куда мы пойдём будет зависить от того, что ты предпочитаешь, лёгкие эльфийские вина или…       – Или, – перебил его Алиэлий. – Я коньяк уважал, ну можно водочки за неимением и пивка в догоночку.       – О, батенька, так Вы эстет, тогда пошли в «Весёлого гнома», – предложил Деймос. – «Гномья слеза», самый крепкий спиртной напиток на континенте, по крепости не уступающий водке.       Выйдя из академии, друзья взяли экипаж и направились в «Весёлого гнома». Приземистое двухэтажное здание постоялого двора, вросло первым этажом в землю. Они спустились в полуподвальное помещение, в нос ударил запах крепкого табака и сивушных масел. Алиэлий закашлялся, чем вызвал дружный смех в полупустом обеденном зале.       – Эй красотка, – присвистнул изрядно выпивший гном. – Ты случайно адресом не ошиблась?       – Если здесь я смогу отведать «Гномьей слезы», то по адресу.       – Хм, – а ты с яйцами, – уважительно кивнул выпивоха.       – На том и стоим, – примирительно подмигнул ему Алиэлий.       – А ты, молодец Алиэлий, сдержался, – сказал Деймос когда они сели за стол.       – О, не называй меня этим зубодробильным именем, давай по-простому Али.       К ним подбежал мальчишка разнощик, поставив по кружке пива, от заведения, принял заказ.       – Ух, ядрён-батон! Вкуснотища, – восхитился Алиэлий, отпивая пенный напиток. – В жизни вкуснее не пробовал. И какая шикарная пиар акция, – и увидев в глазах Деймоса непонимание, поясни, – Пиво без водки – деньги на ветер, чем больше выпито пива, тем больше потрачено на закуску.       – Хм, а ты прав. Я-то думаю, чего это прижимистые гномы так расщедрились.       – Маркетинговый ход! – облизнул пену со своих губ Алиэлий, снова причмокнув, – Вкуснотища!       При этом даже Деймос сглотнул, уставившись на губы друга, а гномы пожалуй забыли как дышать. В зале наступила тишина, но чуть захмелевший эльф, на это не обратил внимание.       – Ну, что накатим, – взял он высокую узкую рюмку с «Гномьей слезой». – За дружбу земеля! – он опрокинул в себя рюмку, при этом на выдохе выдав, – Хорошо пошла! Между первой и второй перерывчик небольшой, – налил он сразу по второй.       И зал отмер, восхищаясь стойкостью эльфа.       – А, я сразу понял… Он с яйцами, – навёл резкость, основательно захмелевший выпивоха и, склонив голову на стол, смачно захрапел.       Приятное тепло и благодушие завладело Алиэлием, и он решился задать другу давно тревожащий его вопрос.       – Димка, – перекрестил он Деймоса. – А у тебя какие планы на Лерурга?       -Откуда, – опешил Деймос, а потом вспомнил, что это был «учебный материал». – А, что понравился?       – А, то!       – Ну, это тебе не Виль, сам понимаешь…       – А всё же?       – Слушай, у меня тут три истинных наклёвываются, ты считаешь мне только Лерурга до комплекта не хватает?       – Так ты мне дашь его координаты?       – А ты запал?       – Есть такое, – мечтательно вздохнул Алиэль.       От мечтаний его отвлекла неприятная картина. Совсем юная гномиха, ещё дитя, пыталась растормошить изрядно набравшегося выпивоху. «Папка, папка, вставай, пошли домой», – хныкала рыжеволосая девочка, но в ответ ей было лишь пьяное бормотание.       – Надо помочь девочке, – проснулся в Алиэлие рыцарь, хотя им самим уже в пору кто бы помог.       Нетвёрдой походкой, он подошёл к столу, и магией легко приподняв выпивоху, обратился к девочке: «Куда конвоировать?»       – Куда тело доставить, – поспешил к нему на выручку Деймос, ибо изрядно захмелевший Алиэлий перешёл на русский язык.       – Да тут вниз по улице наш дом, дяденька эльф, – затарахтела девочка. – Папка раньше не пил, это он с горя, – она повела Алиэлия на выход из таверны, а Деймос подошел к трактирщику расплатиться.       – Эх, жаль хороший кузнец был, да совсем распился, – сокрушался бородатый трактирщик. – Как Мрышка заболела, он всё продал и дом и кузню, всё на магов жизни потратил, да всё без толку…       Расплатившись Деймос поспешил за другом, и так жалко ему стало, солнечную девочку, что щебетала какой у неё папка хороший, просто горе у них, мамка заболела. Они переглянулись с Алиэлием и поняли друг друга без слов. Девочка привела их в трущёбы… Жалкие лачуги, собранные из всякого хлама жались одна к другой.       – Сюда, – открыла она дверь одной из хижин. – Тока, у нас света нет… Свечи дорогие, – предупредила девочка. И два светляка одновременно осветили пространство, вызывая на лице девочки восторг.       Первое, что они почувствовали зайдя в дом, это запах… Ужасное зловонье разлагаемой плоти, видно девочка привыкла к этому запаху, раз продолжала улыбаться.       – Положите, его сюда, – указала она на лавку.       В комнате было бедно, но вполне уютно и чистенько, за шторкой раздался стон.       – Это мамка, – вздохнула девочка.       Обойдя дитё, Деймос заглянул за шторку, и кажется весь хмель разом вышел из него… Он не знал как это, некогда может и бывшее женщиной жило…       – Артефакт, – указал взглядом на разлагающийся остаток тела, зашедший за ним Алиэлий. – Ты знаешь, такое вылечить даже магистру жизни неподвластно.       – Вылечить… – задумался Деймос, – Вылечить может и невозможно, но мне под силу хотя бы вернуть вид телу… Пусть хоть девочка запомнит какой была её мама, а не разложившийся труп.       Тьма, осязаемая, плотной волной сорвалась с рук Деймоса и окутала труп, Деймос, шептал заклинание на древнем певучем языке, а потом тьма разом схлынула и на кровати появилось исхудавшее тело рыжеволосой гномы. Казалось, она только уснула.       – Душа, ещё не успела отлететь, – вмешался в созерцание Алиэлий.       И он запел призыв, повелевая душе вернуться в тело, из его рук полился свет, а тело на глазах начало преображаться, преобретая утраченную массу, а потом оно выгнулось дугой и шумно вдохнув расслабилось, открыв глаза.       – Мамочка! – закричала девочка, бросившись к женщине в объятья.       – Это дело надо отметить, – улыбнулся Деймос.       – Я только за, – поддержал его Алиэлий.       Они вышли из лачуги, пока хозяева не опомнились, оставив на столе мешочек золотых, держа свой путь в «Весёлого гнома», ведь вечер только начался, а душа требовала праздника, после такой встряски. Их появление в таверне постоялого двора, было принято радушно. Ведь те кто видел как эльф пил неморщась «Гномью слезу», уже успели об этом рассказать вновь прибывшим, те им конечно не поверили. А теперь вот он, герой их споров явился во плоти. И со всех сторон послышались приглашения присоеденится к их столу. Друзья на такт замерли, растерявшись от такого предложения, а потом Алиэлий нашёлся:       – А давайте сдвинем столы, – предложил эльф.       Его предложение было воспринято на ура, и пьянка продолжилась. Теперь каждый за столом считал за честь выпить с такими замечательными парнями, а особо с Алиэлем – ценителем пенного напитка. Который так аппетитно причмокивал пивом, запивая им водку, при этом приговаривая: «Что пиво без Гномьей слезы – деньги на ветер!». После энного количества выпитого, когда за столом сплотились самые стойкие, начались песни и танцы. Но, а после душа потребовала любви, и Деймос предложил Алиэлию: «А давай я тебя познакомлю с Лерургом, раз он тебе так нравится!». Дальнейшие события, остались для друзей, покрыты забвеньем, хотя об их ночных подвигах ещё долго будут вспоминать втянутые в это.