Совпадения

- Перелома нет, - сказал травматолог Михаил Викторович, разглядывая рентгеновский снимок. - Кости и хрящи целы. Юлик с облегчением вздохнул, взяв пострадавшего за руку: - Значит, быстро поправишься! Андрей дрожал, сидя на койке, и внимательно слушал наставления травматолога о дальнейшем лечении. Нос омеги отёк, делая некогда симпатичное личико безобразным, но в зеркало он еще не смотрел, страшась увидеть горькую действительность. Радовало только, что Юлик был рядом и всеми силами его поддерживал. Некоторые медбратья и врачи, изредка заглядывающие в кабинет Михаила Викторовича, считали своим святым долгом донести до омеги, что он юный и глупый, раз совершил столь самоуверенный поступок. От всех этих нотаций старшего поколения, которое считало свою правоту аксиомой, Андрей начинал нервничать и злиться. Он не считал себя глупым и действовал не сгоряча, а хорошо подумав, когда лез в драку. Однако, нравоучения сыпались со всех сторон и даже Юлик уже устал закатывать глаза, когда очередной Пётр Семёнович, войдя в кабинет, разводил руками и заводил свою шарманку. Один Михаил Викторович не говорил ничего лишнего. Врач-альфа, которому на вид было чуть больше тридцати, открывал рот исключительно по делу, чем вызывал у обоих омег чувство глубокой благодарности, ведь нотации — это последнее, что сейчас необходимо страдающему омеге, чье личико ещё не скоро оправится от первого в его жизни рандеву с кулаком. Пока Андрей разговаривал с врачом, Юлик с интересом изучал альфу, отмечая про себя, что тот ему очень даже нравится, как внешне, так и своим спокойным, собранным поведением. Мишенька (именно так Лапкин прозвал травматолога в своих мыслях) был недурён собой. Его гордый профиль приковывал взгляд омеги, серые глаза заставляли сердце трепетать, а голос будоражил струны души, от чего он готов был растаять и утечь со стульчика в какой-нибудь тёмный уголок кабинета. Впечатление от эффектного травматолога портило лишь отсутствие его запаха, который, вероятно, просто затерялся среди больничных. Юлик принюхался и передернул плечами, втянув носом вонь лекарств. Но даже без приятного запаха альфы, им можно было любоваться. Бухгалтер так бы и пялился всю жизнь на широкие плечи мужчины, обтянутые тканью белого халата, но времени не было. Андрей, выслушав все наставления Михаила Викторовича, встал на ноги и дернул друга за руку, чтобы они направились к выходу. Лапкин проморгался, искренне удивляясь тому, что встреча с травматологом окончена. Быстро взяв себя в руки, он решительно обратился к Михаилу Викторовичу: - А можно будет вам позвонить, если что-нибудь случится? - Да, конечно, - альфа написал на бумажке свой номер и передал её взволнованному омеге, который во всю сиял от радости, почем зря. Травматолог, завидев реакцию друга пациента, поспешил внести ясность: - Это рабочий телефон, я включаю его, когда выхожу на смену. Если будет недоступен, значит у меня выходной. В таком случае, звоните в травматологическое отделение и консультируйтесь с теми, кто будет на месте. Лапкин поник, сложил листочек бумаги и убрал его в задний карман джинс. Он ощутил себя глупым мальчишкой, которого заранее вежливо отшили. «Наверное, у него есть омега...» - подумал Юлик, направляясь к двери. - Всего доброго. - Берегите себя. Андрей старался лишний раз ничего не говорить, поэтому друг с охотой делал это за него, прощаясь со всеми, кто помогал пострадавшему. Покинув кабинет, омеги направились на выход, преодолевая длинный коридор, в котором сидели забинтованные и загипсованные альфы. На Андрюшу они смотрели с сочувствием и каждый строил свои догадки на счет его травмы. То и дело был слышен шепот - «Любовничек врезал, что ли?» или «Неуклюже пропахал носом пол?», но самое оригинальное предположение, по мнению Юлика, звучало как - «Разборка течных сучек?». На улице уже стемнело и стало весьма прохладно. Омеги, оказавшись на крыльце, поежились, чувствуя легкий ночной ветерок, и мысленно пожалели о том, что не взяли с собой ни курток, ни теплых кофточек. Никто из них не знал, что посиделки в кафе закончатся травмпунктом. Юлик огляделся, потягиваясь и вздыхая. Работа из него и так выжимала все соки, заставляя чувствовать усталость, а после увиденного мордобоя, крови Андрюши, и любования эффектным Михаилом, он был истощен ещё и эмоционально. - Вадим? - удивился Юлик, заметив у крыльца знакомого омегу. - А где Сергей? - Он поехал в участок, как свидетель. А вы как? Нос не сломан? - Не сломан, Мишенька сказ… - Лапкин поперхнулся, густо краснея. - Михаил Викторович, травматолог. - Исправился он. - Сказал, что обошлось ушибом, но это не значит, что можно расслабиться. Нужно лечиться, чтобы не было осложнений. Андрей кивнул, отводя взгляд в сторону. Победное настроение давно уже улетучилось, оставив за собой раздражение и волнение за будущее собственного носа. Хотя врач и сказал, что никаких внешних изменений после выздоровления быть не должно, омега всё же побаивался искривления. Он не мог представить себе жизнь с уродством и не хотел возвращаться в школьные годы, когда одноклассники дразнили его. Наверняка и в университете нашлись бы злобные дураки, которым только повод дай для оскорблений. - Я вам должен кое-что рассказать, но… - Вадим посмотрел на Андрея, обращаясь к нему. - Не злись, ладно? Хотя, сказать по правде, я вот очень зол! - В чем дело? - Нетерпеливо поинтересовался Юлик, охочий до интересных новостей. - Антон ни в чем не виноват и драку затеял не он, а вот Серёжа… Когда он в школе учился, то заигрывал со своим учителем-омегой, серьезно заигрывал! - Подчеркнул Вадим, не желая использовать более пикантные слова для подробностей. - Альфа этого учителя обо всем прознал и пол лета выяснял, с кем кувыркался его омега. Вот он и добрался до Серёжи, вернее до Антона, перепутав их. - Ого, - Лапкин открыл рот от удивления. - Серёжа зажигал с учителем? Вадим кивнул, сжав кулаки от злости, и уже как-то отчаянно залепетал: - Он признался, что до сих пор общается с ним по телефону, но я не верю. Не верю, что всё ограничивается звонками. И это свидание… зачем оно, если у него к этому педофилу-учителю чувства? - Омега что, старикан? - Не выдержал Андрей, пробормотав фразу еле внятно. - Нет, ему чуть больше двадцати пяти, но всё же! Я не знаю, что делать, как теперь ему в глаза смотреть? - Нда-а, - протянул Юлик. - Что же это за вечер-то такой? Сплошная драма! Даже у меня… - С тобой-то что стряслось? - Андрей вопросительно округлил глаза, в недоумении смотря на друга. - Да мне травматолог понравился, - пожаловался он. - Михаил Викторович. Я у него и номер ведь попросил, а он мне рабочий написал, предупредив, что трубку возьмет, только если смена его будет. Ну что за фигня? Он что, не видел, как я пялился на него? Чуть глаза из орбит не вылезли… Вадим тяжело вздохнул, легонько похлопав обоих омег по плечам: - Сегодня не наш день. Юлик заказал такси, после чего добавил в контакты Вадима свой номер. Андрей всё это время молча наблюдал за друзьями, не в силах больше и слова произнести. Его радовало одно — драка в кафе была не по вине Антона, а значит защищал он его не зря. Только вот, стоило ли это опухшего, синюшного носа? Нет, не стоило. Андрюша, выросший в симпатичного омегу, превратился в уродца, рискуя остаться с кривым личиком на всю жизнь, а всё из-за чувства справедливости, которое так некстати в нем проснулось. И если альфа теперь посмеется над ним, скажет - «Киса, нахрена ты полез? Только уродливее стал!», Андрей по праву врежет ему чем-нибудь тяжелым. Остаток вечера и половину ночи, все мысли парня были заняты случившимся в кафе. Андрей понимал, что он всего лишь омега, к тому же довольно хилый и не подготовленный к дракам, так на что он надеялся? На благоразумие и жалость со стороны сильного пола? Глупо было ждать от незнакомца, который слетел с катушек в общественном месте, проявления каких-то положительных качеств. Но и в стороне стоять было невозможно! Сколько бы Андрей не думал об этом, он не жалел о своем выборе. Лишь о посетителях кафе, схватившихся за телефоны, он вспоминал с разочарованием, да и Сергей его не порадовал. Добрый самаритянин оказался трусом, заключенным в здоровое, сильное тело, которое, по идее, вообще ничего не должно бояться. Если бы только альфа набрался храбрости и помог Антону, который отдувался за него… Думая об этом, Андрей не мог уснуть. Его так же интересовало, чем всё закончилось в полиции, и как себя чувствует невиновный Антон. Он видел, как альфе несколько раз прилетело кулаком в челюсть, как он упал на осколки битой посуды и был придавлен весом чужого тела, при этом не давая сдачи. «А почему, собственно, Антон не отвечал на побои?» - задался вопросом омега, удивляясь этому факту. - «Разве стал бы такое терпеть самоуверенный и наглый альфа?» Чтобы узнать ответы на свои вопросы, Андрей решил озадачиться походом к соседу и допросить его лично. Не смотря на позднее время (часы показывали начало четвертого), омега всё же засобирался, не спеша натягивая домашние штаны, теплые носочки и свитерок. Перед выходом он прихватил с собой пару стаканчиков ванильного пудинга, буквально от сердца их отрывая. В дверь соседа Андрей стучал нерешительно, в глубине души надеясь, что тот спит или не услышит, но спустя пару секунд замки начали открываться. Встретившись с удивленным взглядом альфы, омега на секунду растерялся и молча протянул ему стаканчик пудинга. - Я ведь говорил - гадость редкостная… - разрушил тишину Антон, принимая угощение. - Другого нет. Альфа вздохнул, освобождая проход и впуская омегу, который переминался с ноги на ногу, стоя в домашних тапочках. Квартира соседа по планировке была такой же, как и у Андрея, поэтому он легко нашел гостиную-спальню и сразу же догадался где кухня. У дальней стены был разложенный диван, на котором в куче валялись подушки и одеяло, рядом с ним стоял небольшой столик. Так же в комнате присутствовал компьютерный стол и шкаф для одежды. Каким-то общим дизайном или цветовым сочетанием берлога альфы похвастаться не могла, что уж там до порядка… всюду валялись пустые банки из-под пива, разорванные и опустошенные пакетики от чипсов, сухариков и кальмара. Заметив перемену во взгляде омеги, Антон невольно начал обороняться: - Я не ждал гостей, так что, если не нравится… я тебя не держу. Андрей отрицательно замотал головой и уселся на краешек дивана, отодвинув от себя постельное белье. Он был уверен, что до него здесь побывало множество омег и, возможно, они не раз пачкали эти простыни. - И как дядя Лёша на это смотрит? - тихо поинтересовался Андрей. - Он закрывает глаза и проходит в кухню, там чисто. - Ты хоть извинился перед ним? - Да, мы обо всем поговорили и он простил меня. Подтащив какой-то старый пуфик поближе к дивану, альфа уселся напротив Андрея, грустно смотря на личико омеги. - Киса, ну зачем ты полез? Сердце Андрея больно ёкнуло в груди, а сам он огляделся, взглядом выискивая что-нибудь увесистое. Если Антон продолжит свою фразу именно так, как омега предполагал в своих мыслях, он врежет ему не задумываясь. Но альфа явно решил удивить Андрюшу, задав следующий вопрос: - Ты мазохист? Омега еле сдержался, чтобы не засмеяться, ведь носу всё ещё было не комфортно даже при обычном шевелении губами. - Антон, тебе когда-нибудь говорили, что ты идиот? - Да, - честно ответил он. - Много раз. - Я тогда в кафе просто подумал, что альфа не станет бить омегу, вот и кинулся спасать тебя. - Спасать? - на лице Антона появилась усмешка. - Я бы и сам справился, к тому же официанты вызвали охрану. Я знал, что это не продлится долго, поэтому даже не отвечал, чтобы на меня не повесили каких-нибудь обвинений. - А я вот не знал всего этого. Альфа открыл стаканчик пудинга и залез пальцем в ванильную гущу, после чего облизал его, вызвав в Андрюше море противоречивых чувств. - У тебя ложка есть? Чего ты руками туда ныряешь? Наверняка еще и грязными! Уй… Омега хотел было схватиться за свой нос, но вовремя остановился, не успев прикоснуться к нему. Из-за лишней эмоциональности, пострадавшая часть лица напоминала о себе с большой охотой. - Чего с тобой? - запаниковал Антон. - Нос? Болит? Что-нибудь принести? - Хо… холодненького… - тихо пробубнил Андрюша, жалобными глазами смотря на соседа, который уже скрывался за поворотом на кухню. Через пару минут альфа принес прозрачный целлофановый пакетик, наполненный прохладной водой, и отдал его страдающему омеге, который даже к пудингу своему не мог прикоснуться. - Черт, ты вроде геройствовал, а мне теперь стыдно, словно это моя вина. - Это не так, - пробормотал Андрей, прикладывая прохладный пакет к ушибленному носу. - Я сам ничуть не жалею. - Но это пиздец какой-то, Киса. Должно быть наоборот! - Я не… - Да! Андрей, прости. В общем, это я должен тебя защищать, а не наоборот! - Потом как-нибудь… - Не хочу потом, Андрей, мне сейчас хочется, - весьма требовательно высказался Антон. - Но ты сказал не приходить ни под каким предлогом, а тут сам объявляешься, после того, как получил за меня в нос. - Я спросить хотел, что там полиция решила, тебя не накажут за разбой в общественном месте? - Нет, свидетелей было много, все говорят, что я пострадавший, как и ты. А Сергей… Знаешь, я не удивлен, он мастер попадать в такие ситуации. В детстве тоже, что ни случись, на него с кулаками, а он сдачи дать не может, гуманист хренов. - Зачем ты так? - Если бы не его шашни с учителем, мы были бы целы! - А ты... - Андрей заволновался пуще прежнего. - Ты ведь ранен, да? - Пара царапин, - отмахнулся Антон, не желая признавать свою слабость. Спустя несколько минут уговоров, омега уже сидел позади альфы и обрабатывал его «царапины», которые больше походили на самые настоящие боевые раны. Увидел бы Юлик спину Антона, его обязательно бы стошнило. - Болван, да у тебя тут… ужас. - Ну там чешется немного. - Ух, вот возьму и скажу дяде Лёше о том, что его сын себя не бережет! Альфа оглянулся через плечо и как-то ласково улыбнулся, что было ему не свойственно: - Будешь со мной встречаться? - Не вертись, мне не удобно тебя обрабатывать.