Just (boy)friends

Правильно говорят умные люди — первое впечатление дурит голову похлеще алкоголя. Потому что первое впечатление о Чонине у Сехуна было крайне негативным. Можно начать хотя бы с того, что их недознакомство произошло благодаря вдрызг пьяному Чанёлю. Чонин тогда был, кстати, не менее пьяным. Сехун уже почти лёг спать, когда в его комнату нагло ворвались, открыв дверь, судя по всему, с ноги. В тот момент он очень пожалел о том, что не имеет привычки запираться. Чанёль завалился с парнем, повисшим на его плече, который напевал во весь голос песни SNSD. На не понимающий и гневный взгляд друга тот лишь пожал плечами и попросил приютить новоиспечённого алкоголика. Лу Хань, сосед Сехуна, всё равно уехал к родителям. Возмущения хозяина комнаты никак не подействовали на Пака, который определённо видел раздвоившегося друга, активно жестикулирующего четырьмя руками. В итоге Сехун пытался заснуть под тихий припев Mr. Mr. с соседней кровати. Утром он без объяснения обстоятельств вытолкал ничего не понимающего парня из своей комнаты, потому что уже опаздывал на пары. Чонин пробубнил что-то вроде «какого хрена я хрен знает где», но Сехун принял это за благодарность, кивнул в ответ и быстро убежал на занятия. Вторая встреча была абсолютно идентична первой. К слову, она произошла следующим же вечером. Когда Чанёль небрежно бросил бессознательное тело на кровать Лу Ханя, у Сехуна даже слов для возмущения не нашлось, потому что он минутой ранее высказал весь матерный запас слов, который знал. Утром, когда Чонин стонал от головной боли и умолял Сехуна не греметь шкафами, тот бросил на него смертоносный взгляд и так хлопнул дверцей тумбы, что она оторвалась от петель. Чонин не мог больше этого терпеть, поэтому быстро смотался куда-то дальше отсыпаться. Следующей ночью Сехун даже не поднялся с кровати, когда Чонин под ручку с Чанёлем прошёл на соседнюю кровать. Хозяина комнаты чрезвычайно напугало то, что он понемногу начинает привыкать к этому. Сегодня друг не так пьян, как в прошлые разы, поэтому Сехун почти смог разобрать в его словах что-то похожее на извинения за неудобства. Ситуация повторяется и утром, когда Сехун выставляет сонного парня с головной болью за дверь, не желая слушать непонятное бормотание. Этой ночью он запирается и даже два раза проверяет это, предвкушая прекрасный, спокойный сон безо всяких неизвестных, пьяных друзей Чанёля. Сехун принимает душ, напевает себе под нос весёлые песенки (той же выше упомянутой женской группы) и планирует совершенно точно больше никого не впускать в комнату, даже если дверь выломают. Но его мечты со скоростью бешеной лани разрушаются одним лишь звонком. Попробуйте отгадать чьим. Чанёль пытается объяснить, где находится, и заплетающимся языком умоляет забрать его оттуда. Сехун проклинает свою судьбу за тот день, когда подружился с этим безразмерным алкоголиком. В итоге вечер заканчивается тем, что он сам тащит Чонина в свою комнату, потому что не может выяснить адрес у парня, который внезапно начинает читать реп из последней песни Эминема. — Докатились, — шипит он, открывая дверь своей комнаты. Чонин слишком активно кивает в ответ и путается в своих ногах, резко падая на пол. Сехун летит следом и бьётся ногой об угол двери. Его рёв и мат слышит Чанёль в соседнем блоке, нервно вздрагивая. Сехун обещает себе, что обязательно отомстит другу. Самыми жестокими и изощрёнными методами, какие только существуют. Когда за окном уже давно обед, он решает, что гостю пора и честь знать. — Эй, — зовёт он. Парень на кровати не шевелится и вообще, кажется, не дышит. Сехун хмурится и тычет в него ногой, пытаясь разбудить. Чонин внезапно мычит и отмахивается рукой, поворачиваясь на другой бок. Сехун раздражённо выдыхает и, совсем не жалея сил, пинает его по заднице. — Ты придурок, что ли? — злобно кричит парень, о чём сразу же жалеет: голова раскалывается напополам. — Ну что ты! Приму это за благодарность! — растянув губы в натянутой улыбке, говорит Сехун, указывая на дверь. — Когда я выйду из душа, чтобы тебя здесь не было! И я тоже рад был с тобой повидаться. Чонин открывает глаза и думает, что лучше бы этого не делал. Беспощадная головная боль насилует мозг. От жажды першит в горле. Плюс ко всему болит поясница и локоть, на которых он находит смачные фиолетовые синяки. Он оглядывается и видит бутылку с водой на столе, думая о том, что парень, у которого он теперь постоянно ночует, не так уж и жесток. Бутылка осушается за полминуты, после чего Чонин немного приходит в ясное сознание и оглядывается во второй раз. На нём нет одежды. Абсолютно. Он морщится и пытается вспомнить, что вчера произошло, но ничего не получается. — Ты всё ещё здесь? — внезапно произносит Сехун, появляясь из ванной с полотенцем на голове. — И ты немного голый. Прикройся что ли. Он хромает и потирает рукой спину, пока идёт до своей кровати, на которой нет постельного белья. Чонин вздрагивает, потому что испорченная фантазия внезапно рисует перед глазами возможные события прошлой ночи. К сведению, совсем не приличные события. Он снова морщится и неуверенно спрашивает: — Что вчера произошло? Сехун смотрит на него через плечо как-то слишком насмешливо, к тому же гаденько так улыбаясь на одну сторону. — Что, совсем не помнишь? Чонин нервно дёргается от его слов и отрицательно мотает головой, виновато поджимая губы: мало ли, а вдруг он натворил чего-нибудь непоправимого. Сехун усмехается и очень тяжело вздыхает, усаживаясь на кровать. — После всего, что мне пришлось тут пережить, ты обязан на мне жениться, — говорит он, внимательно разглядывая чужое выражение лица, на котором целый спектр эмоций. — Даже не знаю, с чего начать. Чонин теряется и чешет затылок, потупив взгляд. Его нагота его уже совсем не смущает, а вот слова почти незнакомого парня — немного да. — Можно поподробнее? — спрашивает он, поднимая с пола свои боксёры. — Ты разлил воду на мою простыню. Скулил полночи о том, что скучаешь по балету. Балету, да. Ещё кричал о любви к корейскому хип-хопу. А потом, заявил, что тебе жарко, полностью разделся и улёгся спать, — выдаёт Сехун на одном дыхании. Чонин путается в джинсах и падает на пол: больно бьётся локтём, ободрав немного кожи, и с ужасом в глазах смотрит на него. — Нет. Забудь. Я был пьян. Балет, что? Нет, пф. Я же не мог. Это алкоголь говорил за меня, да. Чтобы балет… Нет, — лепечет Чонин, поднимаясь на ноги и застёгивая штаны. — Ты показал мне пару танцевальных па. — Сехун не сдерживается и внезапно начинает смеяться на всю комнату, заставляя Чонина чувствовать себя ещё более неловко. — Я даже заснял на камеру. Чонин, кажется, краснеет. Вскидывает бровь и выжидающе смотрит на него. — Но ты ведь удалишь и никому не скажешь, да? Сехун смеётся ещё громче, хлопая ладонью по ноге. — И не надейся. — Нет, это просто мама в детстве водила. А я нет, я же не могу. Посмотри на меня. Что. Я люблю хип-хоп. Нет, балет, что за. Это прошлое. Кто прошлое помянет, тому, в общем, забудь. Чёрт, то есть, я просто хочу сказать, что. — Я понял. Забей, — ржёт Сехун. — Я никому не скажу, Щелкунчик. — Эй, — шипит Чонин, ещё сильнее краснея. — Ладно, прости. — Чонин, — говорит тот, протягивая ладонь и неловко улыбаясь. — И… извини за беспокойство? — Сехун, — он пожимает руку и кивает. — Но учти, приёмный пункт для алкоголиков закрывается. Сегодня был последний раз. — Думаю, после недельного пьянства мне достаточно, — виновато улыбается Чонин. После этого утра у Сехуна совсем немного меняется мнение о Чонине, конечно же, в хорошую сторону. Он, в принципе, неплохой парень и, как оказывается, не такой ярый любитель напиться в стельку. «Просто Чанёль» — аргумент, который полностью оправдывает его. Чонин говорит: «рад знакомству» и «увидимся» и неловко машет рукой, на что Сехун неопределённо кивает.

***

— То есть ты имеешь в виду, что из тысячи комнат общежития, в котором он не живёт, он выбрал именно ту, что принадлежит самому гейскому гею в нашем университете. Идеальный красавец Ким Чонин, у которого такая же идеальная репутация, ночует, повторюсь, у самого гейского гея, а я узнаю это последним! — поражённо возмущается Бэкхён на всю столовую, разводя руки в разные стороны. Сехун раздражённо закатывает глаза и продолжает листать новые фотографии в инстаграме, игнорируя ярые восклицания своего ещё одного «хорошего» друга. — Я же сказал, что это всё из-за Чанёля, — недовольно цокает он языком, когда Бэкхён более двадцати минут расписывает все преимущества знакомства с Чонином, которого с какого-то дуба все прозвали Каем. — Чанёль определённо знал к кому тащить девственного парнишку, — как бы между прочим бросает друг, невозмутимо потягивая сок через трубочку. Сехун медленно отрывает свой взгляд от телефона и смотрит на него исподлобья, вопросительно вскидывая бровь. — Что? — спрашивает Бэк, пожимая плечами. – Ну, есть слухи, что Ким Чонин всё ещё девственник. Но эти слухи совершенно бессмысленны, да? Стоит просто посмотреть на него, и ты сразу понимаешь, что такой парень, как он, купается в девственницах, питается ими, а потом девственницы перестают быть девственницами. — Какой же ты противный, — Сехун брезгливо морщится, закатывая глаза. У его друга всегда был излишне длинный язык. Бэкхён лишь пожимает плечами, продолжая потягивать сок через трубочку. Сехун осуждающе качает головой и вздрагивает от оповещения телефона. Он удивлённо вскидывает брови, увидев уведомление о новой заявке в друзья от того самого псевдо-девственника. Не то, чтобы он был настроен против дружбы с Чонином, просто на таких парней, как Кай, у Сехуна особенный пунктик в голове. Он оставляет заявку непринятой и убирает телефон в карман, утаскивая Бэкхёна на занятия. Вечером заявка всё ещё висит, и Сехуну кажется, что она мозолит ему глаза. Он с тяжёлым вздохом, будто на его плечи взвалили небесный свод, принимает дружбу парня и тут же видит новое сообщение. — Он что, целый день пас меня? — Сехун морщит лицо, падая на кровать. «Ты долго». Он удивлённо хлопает глазами и несколько раз перечитывает эти два слова. «Я ждал». Окей, Кай, у которого в профиле приписка Dancer, решил полностью обезоружить Сехуна и размазать его по стене. И, к слову, у него это отлично получается. Сехун теряется, потому что это что, наезд? Может, мне ещё извиниться за то, что я долго принимал его дружбу?. И пока Сехун яростно набирает сообщение вроде: «Я не просил тебя жда|». Чонин присылает уже следующее: «Я просто вспомнил, что забыл поблагодарить тебя. Спасибо, О Сехун! У твоего соседа мягкая кровать. И прости за то, что назвал тебя однажды придурком. Ты не придурок». Сехун сдерживает дикий фейспалм от кучи смайликов, зависает на пару минут и не знает, как ему вообще вести себя с этим парнем, от которого прямо разит дружелюбием. Ладно, он со вздохом принимает его извинения и благодарность, стирает текст сообщения и пишет новый: «Не за что». Чонин, кажется, принимает это за крепкий узел дружбы, завязавшийся между ними, потому что не прекращает писать ему. Поладить с ним оказывается проще простого. Они ровесники, учатся в одном университете, поэтому быстро находят много общих тем. С Чонином интересно переписываться, и это настораживает. Ведь ещё утром Сехун предполагал, что их нити судьбы навсегда развязались в разные стороны. Он думает, не совершил ли ошибку, когда принял эту дружбу, потому что у него всё ещё особый пунктик в голове. oohsehun: «Танцор, потому что всё-таки балет? Лол». dancerKai: «Нет! Забудь об этом! Просто раньше я профессионально занимался танцами. Лет десять, наверное». Сехун издаёт что-то вроде короткого «оу» и кивает сам себе, переворачиваясь на другой бок. Он строчит сообщение, даже не задумываясь о том, как его может воспринять собеседник. oohsehun: «Круто. Я профессионально занимаюсь только сексом. Уже года три так». Чонин давится едой, а на вопросительные взгляды друзей мотает головой, мол, всё в порядке. Он хмыкает и думает, чтобы такого ответить. Сехун тем временем нетерпеливо ждёт ответа, а потом громко смеётся и снова переворачивается. dancerKai: «Да, ты определённо круче». А потом за ежедневными такими переписками, «случайными» встречами в столовке, вечеринками, устроенными Чанёлем, Сехун совсем не замечает, как Чонина становится слишком много в его жизни. Первые две недели общения он ещё как-то сопротивляется, стараясь держать парня на расстоянии. Но Кай очень напористый, упрямый и прямо-таки пылает желанием дружить с ним. Сехун даже иногда задумывается, как тот вообще жил без него. Так разговоры становятся длиннее, встречи чаще, а они ближе. Бывает же такое чувство, что общаешься с кем-то и ясно понимаешь, что вот он именно твой человек. Чонин, пожалуй, единственный, кто всегда может различить тонкие грани сехуновского сарказма, что уже автоматически заносит его в список людей, которые близки Сехуну. Бэкхён даже однажды обиженно заявляет, что его променяли на какого-то, подумаешь, клёвого Кая.

***

На выходных они вчетвером собираются в парк аттракционов, но по смешному стечению обстоятельств Чанёль с Бэкхёном внезапно сливаются в самый последний момент. Сехун недовольно бурчит, когда Чонин покупает билеты на парочку аттракционов, и плетётся с ним плечом к плечу. Они подходят к американским горкам и бесконечно спорят о том, кто испугается больше и будет кричать. В итоге они вопят громче всех, поют всем известную «i believe i can fly» и смеются как накуренные сумасшедшие тюлени. Девушки, сидящие рядом, испуганно обходят их стороной, когда слезают с горок. — Кто последний, тому желание, — предупреждает Чонин. Сехун самодовольно фыркает и проходит мимо него. Они садятся в машины на картинге и бросают друг на друга мимолётные взгляды, каждый собираясь победить. Чонин стартует быстрее, прорываясь вперёд, и оставляет того позади. Сехун шипит сквозь зубы и сильнее жмёт на педаль газа, догоняя парня. Чонин вдруг подпрыгивает на кочке, снижая скорость, чем Сехун пользуется и обгоняет его. — Чёрт! — ругается он, когда отчётливо слышит позади каевский смех и чувствует толчок. Чонин плетётся за ним, не отставая ни на миллиметр, и толкается машиной в него, из-за чего Сехун каждый раз нервно дёргается. — Мудак! — вопит он, потому что попался на чужую уловку. А Каю, видимо, очень доставляет врезаться в него. В конце концов, Сехун приходит первым, но вкуса победы не ощущает, потому что улыбка на лице Чонина уж слишком довольная и его «так уж быть, твоё желание» звучит как-то даже радостно. — Ты долбился мне в зад! — недовольно заявляет Сехун, на что люди вокруг ошарашенно оглядываются. Чонин не сдерживает дикого смеха, хлопая вмиг покрасневшего парня по плечу. — Надеюсь, это не было желанием? — спрашивает Чонин, прыская в кулак. — Заткнись, — шипит Сехун и в отместку добавляет: - Раб. В итоге он не загадывает никаких дурацких желаний, а просто просит купить ему курицы и не делится. Чонину приходится вернуться в уличную забегаловку, чтобы купить порцию себе, пока довольный Сехун сидит в парке на скамейке и делится едой с прохожими детьми. — Ты такой классный, когда находишься в моём рабстве, — начинает Сехун. — Не хочешь на постоянную? — Смотри не влюбись в меня. Я ведь всегда классный, — хмыкает Чонин. — Ха, черта с два, мечтатель. — Сехун толкает его в плечо, отчего тот роняет куриную ножку на пол, и победно фыркает. — Это было жестоко, — прощаясь с кусочком еды взглядом, говорит Кай, обиженно дуя губы. И после таких встреч с Чонином Сехун сидит на кровати в своей комнате и мысленно ругает себя за то, что наплевал на свой любимый пунктик в голове. Этот пунктик включает в себя запрет на дружбу с такими парнями как Ким Чонин. Потому что дружба с такими парнями очень опасна. В них, правда, легко влюбиться.

***

— Чёрт, — шипит он, когда едва знакомый парень кусает его за губу в спальне родителей какого-то левого чувака, решившего разнести свой дом глобальной вечеринкой. Парень игнорирует это, принимаясь целовать шею и собираясь взять его прямо на полу. Конечно, ведь кровать стоит просто для красоты. Дверь в комнату внезапно открывается, заставляя обоих испуганно вздрогнуть. — Вот ты где. Я тебя искал, — говорит Чонин, вызывая недоумение на лицах. — У меня проблема. — Я как бы немного занят, — шипит Сехун из-под парня, переводящего вопросительный взгляд с одного на другого. — Это важно. Сехун тяжело вздыхает и сбрасывает с себя парня, вытирая губы рукой. — Дебилы, — бросает тот и выходит из комнаты. Чонин смотрит ему вслед через плечо и, кажется, собирается догнать, но Сехун привлекает к себе внимание и садится по-турецки. — У меня секса не было месяц, и ты мне сейчас успешно обломал его, — вздыхает он. — К тебе же вроде клеилась та девчонка. Чего ты здесь тогда? — Так значит слухи о тебе — правда? — игнорируя вопрос, спрашивает Чонин и садится на край кровати. Сехун насмешливо фыркает и смотрит на него снизу вверх. Он, в принципе, никогда особо и не скрывал свою ориентацию. — Вот если бы слухи о тебе оказались правдой, это было бы намного интереснее, — тянет он, вздыхая. — Это какие же? — удивлённо вскинув брови, спрашивает Кай. — Ты девственник? — бестактно интересуется Сехун. — Ох, чёрт. Похоже, и до тебя добрались эти дурацкие сплетни, — посмеиваясь, говорит Чонин. — Почему ты сейчас выглядишь так, будто эти слухи — правда? — Сехун подозрительно косится в его сторону. — Ты что, реально поверил в них? — Ну всякое бывает, знаешь ли. Чонин закатывает глаза и бросает в него подушку с кровати. Сехун не сдерживает смешка. — Эм, — тянет он, закусывая щёку изнутри, — и тебе даже не хочется? Чонин громко смеётся и бросает вторую подушку, попадая прямо в лицо. — Может, это психологическая травма? Или ты… — Сехун замирает, в ужасе расширив глаза, — не говори, что ты импотент. — Нет, с моим другом меньшим всё в порядке, успокойся уже. — Так ты не девственник? — спрашивает Сехун для убедительности. Внезапно повисает неловкое молчание, от которого внутренности сворачиваются трубочкой. Чонин подозрительно долго молчит и ёрзает на кровати. — На самом деле, — вкрадчивым голосом начинает он, опускаясь ниже, чуть ближе к парню, — я даже никогда не целовался. — Шутишь, что ли, — фыркает Сехун. Чонин ничего не отвечает, заставляя всё тело напрячься. Сехун прыскает от смеха и мотает головой, возвращая ему подушку. — Да не, это невозможно. — Я за близость между людьми, которые любят друг друга, понимаешь? — слишком серьёзно, чтобы это было шуткой, говорит Кай. Сехун зачем-то оглядывается и вздрагивает, сбрасывая невидимых мурашек со спины. — Подожди, а ты сюда случайно не прямиком из-за круглого стола короля Артура явился? Я-то думал, что все благородные рыцари вымерли, — за эти слова Сехун снова получает подушкой по лицу. Он смеётся и хлопает рукой по коленке, а потом даже кричит в подушку. Это так он ведёт себя, когда ему очень смешно. Он резко замолкает и вскидывает бровь. — Нет, ты сейчас реально? Думаешь, я поверю? Чонин продолжает многозначительно молчать, отчего Сехуну вдруг становится неловко. Он облизывает губы и насмешливо хмыкает. — Окей, может, ты хочешь научиться? — вдруг говорит он, щуря глаза. Проучить друга за ложь, кажется, прекрасной идеей. — А ты можешь научить? — вскидывает брови Чонин. — Мы же друзья, — говорит Сехун, словно это всё объясняет. — Девчонки всегда учатся целоваться с подружками, либо с помидорами. Вариант с помидорами слишком примитивен, да? — Ладно, когда первый урок? — воодушевлённо спрашивает Кай, которого совсем не смущает то, что его учителем по поцелуям собирается стать парень. Сехун на пару секунд выпадает из реальности. Он вообще-то ожидал отказа, потому что просто потому. По законам природы Чонин должен был отказаться, разве нет? Лучшие друзья, тем более парни, не целуются запросто так. Сехуна вдруг забавляет эта ситуация, и он резко произносит: — Прямо сейчас. Медленно подползает к каевским ногам, вставая на колени, тянет за ворот рубашки и приближается к лицу. У Чонина перехватывает дыхание. (И у Сехуна, кстати, тоже.) Они смотрят друг другу в глаза дольше положенного для простой дружбы, а потом Сехун шёпотом, что внезапно прибавляет моменту интимности, говорит: — Запомни всё, что я сейчас сделаю, потом повторишь. Он касается его полных губ своими пересохшими и проводит языком по нижней. Кай сглатывает и напрягается, что не остаётся незамеченным. Сехун проводит пальцами по его шее, стараясь немного расслабить, и проникает языком между губ. Они смотрят друг другу в глаза, боясь закрыть их, боясь, что простой «урок» окажется не совсем простым, и вообще не уроком. Чонин не двигается и позволяет Сехуну посасывать свой язык, иногда царапать его зубами. У Кая впервые бегут мурашки по спине от обычного поцелуя, а у Сехуна кружится голова, но он благополучно списывает всё на духоту в помещении. — Запомнил? — спрашивает Сехун, отстраняясь и облизывая губы. — На всю жизнь, — кивает Чонин и тянет парня за шею обратно. Чонин слегка кусает его за губу, прежде чем проникнуть внутрь и коснуться языком нёба. Он повторяет манипуляции парня: посасывает язык, затем губы и иногда выпускает острые зубы. Сехун удивлённо раскрывает глаза и не сдерживает тихого стона, испуганно краснея. Кая, кажется, всё абсолютно устраивает, потому что он продолжает его жадно целовать и обнимать рукой за шею. — И что это было? — удивлённо интересуется Сехун, когда они, наконец, останавливаются. — Для новичка ты слишком хорошо целуешься. Слишком. Ты обманул меня, что ли? — Нет, у меня просто хороший учитель, а я всё схватываю на лету, — смеётся Чонин. — И ещё… я не девственник, тупица. — Что? — Ты ведь сам пришёл к таким глупым выводам, я и решил подшутить. И вообще в большей части разговора я просто молчал! — в шутку возмущается тот. — Пошли уже, а то вечеринка пройдёт без нас. — Чонин резко поднимается на ноги и выходит из комнаты, оставляя обескураженного парня сидеть на полу. Погодите-ка, вообще-то Сехун с самого начала понял, что Кай врёт, ибо Ким Чонин и девственность — это как антонимы. Единственное, чего он сейчас реально не понимает, так это какого чёрта Чонин так спокойно целуется с ним, будто делает это каждый день. Будто так и должно быть. — Это ведь не нормально! Сехун собирается обсудить эту щепетильную тему, выходит из комнаты, но теряет парня в толпе. — Ладно, — решает он, вздыхая. Они ведь ещё не раз встретятся, так что он успеет задать этот волнующий вопрос.

***

— Я ни черта не помню, — стонет Чонин на всю столовую (у них с Бэкхёном привычка такая — оповещать данное помещение обо всех событиях своей жизни), и роняет голову на сложенные крестом на столе руки. Сехун вздыхает и поджимает губы, борясь с желанием ударить друга лицом об острую коленку своей ноги. — Ну ещё бы, — фыркает он, демонстративно отодвигаясь от него. — И зачем было столько пить? — Мне было хорошо, — хрипит Кай, на секунду открывая один глаз и бросая взгляд на парня. — И где ты ночевал на этот раз? — А что, ревнуешь? — Нет, хочу предупредить того несчастного, что ночевать на чужой кровати быстро становится твоей привычкой. Может, он не готов к балету, — насмешливо фыркает Сехун. — Нет, ты просто ревнуешь, — ещё более насмешливо хмыкает Чонин, мотая головой. Сехун закатывает глаза и заставляет подошедшего Бэкхёна сесть между ними. Тот пожимает плечами, двигает свой поднос ближе и достаёт палочки. Чонин устало поднимает голову и морщит лицо, почуяв запах еды. — Меня, кажется, сейчас стошнит, — бормочет он. — Ты же не беременная в период токсикоза, — хмыкает Бэкхён. — А ты чего бодрый такой? — раздражённо спрашивает Сехун, ведя через него борьбу с Чонином за свою бутылку воды. Тот победно улыбается, выхватив эликсир спасения, после чего снова морщится. — Я вчера ходил на свидание. Мне там кое-что перепало, а потом и утром, — довольно улыбается Бэк. — Давай без подробностей, — фыркает Сехун и, повысив голос в сторону Кая, добавляет: — потому что из-за кое-кого мне вчера как раз таки ничего и не обломилось. Чонин хмурит брови и качает головой, мол, не помню ничего такого. На что Сехун в который раз закатывает глаза. — У кого здесь недотрах? За версту учуять можно, — весело говорит Чанёль, усаживаясь напротив парней. Он скользит сканирующим взглядом по ним: Чонин спит на столе, сжав в руке бутылку с водой; Бэкхён хмурится, пытаясь вспомнить имя той самой девушки; Сехун смотрит в сторону, подперев щёку рукой. — Сехун, потрахайся уже, — выдаёт Чанёль. — Твоей неудовлетворенностью можно целый город скосить. — Что? Да почему сразу я?! — бурно возмущается тот, вызывая приступ смеха у присутствующих. Даже Чонин сонно похрюкивает, а потом снова морщит в недовольстве лицо. — Между прочим, я месяц присматривался к тому парню! — Настолько присматривался, что даже имени его не запомнил, — фыркает Бэкхён. — Ой, всё, — цокает языком Сехун и запускает игру на своём телефоне: уж лучше он поиграет со своим виртуальным питомцем, чем будет разговаривать с друзьями, которые 'вечно против него'. Его милый котик Том еле сдерживается, чтобы не справить нужду прямо в штаны. Сехун, поглаживая пальцем экран, извиняется перед ним за то, что совсем забросил. Он с радостью тратит золотые монетки на разнообразную еду для животного и откармливает его буквально до ожирения, пока кота не тошнит. Он теряет суть разговора друзей, пока отдалённо не слышит чанёлевский голос: — И она залетела от него. Ревёт целыми днями, а он отказывается от ребёнка. Дружили с детства, называется. — Нельзя спать с такими «друзьями», — бурчит Чонин. — That's no no no. Сехун с грохотом роняет телефон на пол и, матерясь сквозь зубы, наклоняется за ним. Всё было бы не так плохо, если бы как раз сегодня утром он не размышлял о том, что хочет переспать с Чонином. Переспать с Чонином. Отлично, О Сехун. — А ты разве никогда не хотел переспать с подружкой? С той сексапильной Суён, например? Ну, или, может, вообще с другом? — выдаёт Чанёль. — Пф, с тобой бы ни за что, — фыркает Чонин. — Эй, да почему?! — возмущается тот. — Ладно, а с Сехуном? Хозяин имени нервно вздрагивает и медленно сглатывает необъяснимое волнение. — С Сехуном? — переспрашивает Чонин, вызывая у того микроинфаркт. На мгновение повисает тяжкое молчание, заставляя Сехуна ещё сильнее нервничать. Он слышит замедленный стук собственного сердца в ушах. Кай вдруг хмурит брови, будто всерьёз задумываясь над вопросом, и открывает рот, чтобы ответить. — Нам пора! — внезапно перебивает Сехун. — Нельзя опаздывать. Пошли, Бэкхён. — Он встаёт и кивает парням в знак прощания, направляясь к выходу из столовой. — Но ещё полчаса, — вопросительно вскидывая бровь, говорит Бэкхён, проверяя время на телефоне второй раз. Он со вздохом поднимается, и Чанёль неопределённо пожимает плечами, провожая широкую спину Сехуна взглядом. — Эй! — зовёт Бэкхён, догоняя парня. — Куда торопишься? — На занятие, — фыркает Сехун, начиная спорить с другом. Чонин наблюдает за ними со стороны, пока они не скрываются за дверьми столовой, довольно хмыкает и ложится обратно на свои руки, как-то странно улыбаясь. Всю лекцию Сехун пропускает мимо ушей, подперев подбородок рукой и задумавшись о тщетности бытия. Бэкхён переписывается с кем-то, хихикая под ухом, за что получает целых два замечания от преподавателя. Сехун смотрит на него и думает о том, как должно быть легко его другу. Девушку ведь, понятное дело, легче заполучить, чем парня, кхм, парню. Он тяжко вздыхает и снова возвращается к прежним мыслям. Знаете, созданная Сехуном инструкция, о том, как влюбиться в Ким Чонина, является самой короткой инструкцией в мире. Достаточно просто взглянуть на Кая, как ты падаешь ему в ноги с признаниями в любви. Он же, Сехун, мало того, что узнал парня поближе, так ещё и застал пару раз сонным (а это зрелище не для слабонервных и беременных, ибо зашкаливает своей умилительностью), и даже видел в его небольшой квартире коллекцию комиксов от Марвела и двух милых пуделей. Ну, ещё к тому же он с ним целовался пару раз, так что тут вообще без вариантов «не влюбиться в Чонина». Сехун уже практически готовится бросить своё кровоточащее, трепетно бьющееся сердце прямо к его ногам. Останавливает его только то, что он своим признанием в неоднозначных чувствах может разрушить их идеальную дружбу. Чонин в столовой ясно дал понять, что не поддерживает половые отношения между друзьями. That's no no no. Но... а что, если у них получится? Сехун снова вздыхает и закатывает глаза собственным мыслям. Из-за Чонина он превращается в непонятно кого с непонятно чем в голове. Днём позже Сехун приходит к Чонину поиграть в приставку, правда, большую часть времени он просто сидит на диване и ест заказанную ими пиццу, выковыривая пальцем ненавистные оливки. Чонин подключает джойстики и бросает один другу, попадая прямо между ног. Сехун давится едой, болезненно морщится и матерится на всю гостиную, на что тот хохочет и быстро извиняется. За это Сехун несколько раз подряд побеждает его в сухую, не давая даже малейшего шанса. Они часто так собираются: сидят на мягком ковре прямо перед телевизором, едят пиццу и играют. Правда, обычно счёт всегда ведёт Чонин — профессиональный задрот в Мортал Комбат. Он яростно нажимает на все кнопки джойстика, не в силах принять поражение, и внезапно говорит: — Насчет разговора в столовой. — Что? — не понимает Сехун, у которого всё внимание сосредоточено на экране телевизора. — Знаешь, я ведь ценю нашу дружбу, но был бы у меня шанс, я бы переспал с тобой без колебаний, — выдаёт Чонин, что до того не сразу доходит суть сказанного. Он поворачивается в его сторону, совершенно забывая об игре, и удивлённо хлопает глазами. — Что? — Что? — пожимает плечами Кай и смотрит ему в глаза. — Что ты сейчас сказал? — Ну, фактически… я только что признался в том, что хочу переспать с тобой, — кивает в подтверждение своих слов он. Сехун роняет джойстик на пол, молча уставившись на него. В его голове с тихим свистом ветра катится перекати-поле, туда-сюда-обратно. Чонин хмыкает и медленно приближается к его лицу, опуская взгляд на губы. Он уверенно тянется за поцелуем, но Сехун вдруг упирается рукой ему в грудь. — Ты ведь против секса с друзьями, а мы вроде как именно ими и являемся, — бормочет он, нервно сглатывая. Кай следит за движением его кадыка, и в его мыслях он уже давно прошёлся по нему языком. Он улыбается, и у Сехуна дрожат колени. — А что, если я скажу, что с самого начала не дружить с тобой собирался? — Что? Чонину изрядно поднадоели разговоры, поэтому он бесцеремонно и нагло целует его, цепляя зубами нижнюю губу. Сехун сжимает в руке, которая всё ещё на его груди, футболку и рефлекторно закрывает глаза. Кай проводит языком между губ и проникает внутрь, касаясь горячей ладонью нежной щеки парня. Сехун неспешно отвечает на поцелуй, чувствуя приятные мурашки на теле. Чонин вдруг подаётся вперёд и заставляет его опуститься на лопатки, нависая сверху. — И что мы делаем? — спрашивает Сехун, облизывая губы. — Мм, собираемся заняться любовью? — предполагает Чонин, касаясь пальцами его плеча и медленно скидывая лямку майки вниз. — Но мы ведь просто друзья? — шепчет тот, шумно выдыхая от прикосновения. — Лучшие, — хмыкает Чонин и нежно-нежно целует его в шею. У Сехуна мгновенно вылетают все мысли из головы, и отпадает всякое желание вести светские беседы. Чонин, который давно мечтал об этом теле, забирается руками под майку, поглаживая пальцами мягкую кожу, покрывшуюся мурашками. Он целует его за ухом, снова в шею и чувствует этот особенный аромат тела, вдыхая его глубоко и навсегда в лёгкие. Сехун откидывает голову назад и прикрывает глаза, цепляясь руками за плечи парня. Чонин таки проходится языком по кадыку и более того смыкает на нём зубы. Он спускается поцелуями ниже, окончательно сдёргивая лямки широкой майки вниз. Ненадолго задерживается языком на каждом из тёмных сосков, а потом оставляет красную метку прямо там, где бешено бьётся сердце. Чонин невероятно нежен с ним и издевательски медлителен. Он буквально сводит с ума Сехуна, которого распирает от нетерпения и дикого желания. Чонин затыкает поцелуем все просьбы парня и глотает довольные стоны. Когда Сехун полностью чувствует Кая в себе, он смотрит ему в глаза и закусывает губу. Нельзя позволить фразе из трёх слов случайно сорваться с языка. Чонин двигается резче и кусает парня за ключицу. Возбужденный Сехун гораздо прекраснее, чем он себе представлял: бледный румянец на щеках, томный взгляд из-под опущенных ресниц, распухшие от поцелуев губы, горячая, мягкая кожа и его неразборчивый шёпот, что мурашками по спине. Чонин сжимает в руке его тонкое запястье, которое легко может обхватить пальцами, и снова целует. Плавные изгибы двух взмокших тел, что прижимаются друг к другу всё ближе. Горячее дыхание на двоих, потому что так хочется, так интимней. Пальцы длинные и тонкие, вплетающиеся в тёмные волосы Чонина. Губы пухлые и настойчивые, скользящие по всему телу Сехуна. И заставка всеми любимого Мортала Комбата с классной мелодией, которая иногда слышится между стонами и вдохами-выдохами. Сехуну давно требовался хороший секс, но о таком сексе он только мечтал по вечерам где-нибудь в душе. О сексе с Ким Чонином. После того, что между ними произошло и творилось, в теле приятная усталость и ощущение, что из него выжали все соки, разноцветные звёзды-точки в глазах, не сползающая с лица улыбка и желание повторить как-нибудь пару миллиардов раз. Он сомневается, что у него хватит линии жизни и сил на такое количество секса с Чонином, поэтому неожиданно начинает смеяться, удивляя рядом лежащего парня. — Мы друзья? — спрашивает Сехун, приподнимаясь на локтях. — Друзья ли мы? — хмыкает Чонин, поворачиваясь в его сторону. Сехун молчит. Чонин тоже. — Я в душ, — говорит Сехун, сбегая от взгляда «лучшего друга». Он ощущает себя главным героем типичных историй малолетних школьниц, где один лучший друг влюбляется в другого. Нет, конечно же, он не читал такие, просто где-то слышал, но не в этом суть. В таких историях главные герои априори остаются вместе доживать свой счастливый конец, а какой конец ожидает их, он не знает, потому что это странно — вдруг осознать настоящую любовь по отношению к Чонину.

***

У Сехуна в голове только один запрос: «окей, гугл, что нужно делать после того, как переспал с лучшим другом, пошаговая инструкция». Гугл не даёт удовлетворяющего ответа, и поэтому Сехун решает, что лучшее решение — избегать. Возможно, это поступок слабого, неразумного существа, которое боится своих чувств и не может придти к более адекватному решению проблемы, подумает любой, но! Но чувство неловкости, стыда и абсолютная потерянность в реальности кружит ему голову. Раньше с парнем, с которым он переспал, Сехун обычно либо начинал встречаться, либо больше никогда не виделся. И что прикажете делать ему в этой ситуации? Вести себя как обычно, будто ничего не произошло? Он выглядывает из-за угла, проверяя обстановку на наличие объекта, чьё имя он тщательно скрывает от Бэкхёна, который, если узнает об их с Чонином ночных приключениях, сто процентов не упустит момента отпустить пару пошленьких шуточек. Вроде бы чисто. Он спокойно направляется на занятие, но внезапно с другой стороны коридора выруливает Чонин. Сехун резко разворачивается обратно и вздрагивает от своего имени голосом друга на весь университет. — Я опаздываю! Увидимся! — бросает он, не оборачиваясь, и быстрым шагом идёт в обход. — Остановись, или мне придётся заморозить тебя, как это делал Айсмен! — вопит Чонин, который вообще-то взрослый человек. Сехун вздыхает, останавливается и ждёт, пока тот дойдёт до него. — Айсмен? Серьёзно? — вскидывает бровь он, когда Кай встаёт перед ним. — В чём дело? — хмурится Чонин. — Почему ты избегаешь меня? Не отвечаешь на звонки, сообщения? Разве можно так открыто игнорировать своего парня? — Я тебя не игнорировал, — закатывает глаза Сехун, а потом удивлённо раскрывает рот: — Стой. Что. Подожди. Не понял. Нет. — После всего, что мы вчера пережили, думаю, я всё-таки обязан на тебе жениться, — улыбается тот. — Подожди, — растерянно моргая, пытается что-нибудь сказать Сехун, — так мы… встречаемся? — А ты против, что ли? — Нет, просто… — Я всегда знал, что ты влюблён в меня. Сехун фыркает, пытаясь выглядеть незаинтересованным, но Чонин вдруг легко касается губами его губ. — И знаешь, я тоже, эм, влюблён… в тебя, — шепчет он в самое ухо, отстраняясь и смущённо опуская глаза. — Ой, только не говорите мне, что Ким Чонин покраснел, — насмешливо хмыкает удивлённый Сехун. — Ты, кажется, опаздывал, — бурчит Кай, на что тот смеётся. Правильно говорят умные люди — первое впечатление дурит голову похлеще алкоголя. Потому что первое впечатление о Чонине у Сехуна было крайне негативным. Зато второе/третье/последнее мигало красным о том, что Ким Чонин идеальный парень для О Сехуна.