Вернуться домой

Похороны.

Прошла неделя с ухода Люси. Никто особо не обращал на это внимание. Только Леви беспокоилась за свою подругу, но «она сильная — она справится» уверяла себя девушка. Вот только плохое предчувствие всё никак не проходило. Только Гажил мог успокоить синеволосую магичку, и то не всегда. Сегодня вернулась сильнейшая команда. Хоть они и были на разных заданиях, но закончили в один день. Громовержцы тоже были в гильдии. Вдруг дверь вылетает, а на пороге стоит встревоженный Нацу. — Дедуль, — говорит он, — а где Люси? Её дома нет, да и гильдии тоже. Мастер заметно погрустнел. Он медлил с ответом. Постепенно в самой шумной гильдии Фиора наступила тишина и тогда он тихо произнёс: — Люси отправилась на простенькое задание, но что-то пошло не так и… В общем Люси Хартфелия была казнена. Тело доставят в ближайшие дни. В гильдии наступила мёртвая тишина. Все перестали шептаться. Нацу стоял в центре зала и не мог пошевелится. Он просто не мог понять и принять этого. Оцепенение с него сняли слова Лексуса: — Дедан, ты верно шутишь? — вид его был, как обычно, невозмутим, а голос твёрд. Так казалось. Но немого, совсем чуть-чуть, руки дрожали, как и голос, но этого никто не заметил. — Дедуль, не может быть! — воскликнул розоволосый.- Её просто не могли казнить. Она ж у нас пример для подражания: спокойная, тихая, правил не нарушает, да и нас постоянно отчитывает. За что? Её просто не за что было убивать! — пока парень говорил с глаз его катились слёзы, но никто не смел упрекнуть его в этом. Всё было правильно, эта реакция была правильной. Да, конечно, всё было правильно. Всё, кроме её смерти. — Детишки, сам не знаю точно, но в письме было написано, что она из другого мира. В этом королевстве за это полагается казнь… — Из другого мира? Да что за чушь?! — бушевал Саламандр.- Люси наша. Наша. Ни Эдорасовская, ни какая-нибудь ещё! Что за глупые выводы? С чего они вообще это взяли?! — Успокойся, Нацу! — прикрикнул мастер.- Возьми себя в руки. Когда её привезут, надо будет провести похороны. Настоящие, достойные. А пока переваривайте.- и ушел.

***

Через пару дней. Кладбище. Похороны. Самая весёлая и сильная гильдия Фиора — «Хвост Феи». У них погибла товарищ. Яркая и солнечная, улыбчивая и весёлая, милая и привлекательная — Люси Хартфилия. Как ни странно светило солнце. Такое же яркое как она. Девушка любила такую погоду — солнце светит, но не жарит. А нам, пожалуй, пора вернуться к ребятам. Все, пришедшие на церемонию, стояли у надгробия. Девушку уже похоронили как подобает хвостатым. Девушки плакали, парни стояли с хмурыми, но держали себя в руках. Лишь только Саламандр улыбался. Натянуто, но это было не так важно. — Эй, Нацу, почему ты улыбаешься? — спросила Леви. — Ей нравилось…- тихо произнёс парень, а затем пояснил чуть громче.- Ей нравилось, когда я улыбаюсь. Люси говорила, что моя улыбка солнечная. И я хочу, чтобы она осветила Люси. Пусть, если она нас сейчас видит, она видит мою улыбку, а не слёзы — от них ей будет больно. Тогда все улыбнулись. Никто не хотел, чтобы Люси было плохо. Ребята начали читать речь. Первым вышел Нацу: — Знаешь, Люси, ты ведь слышишь нас, да? Знаю, что слышишь, я что сердцем чувствую. Хочу спросить у тебя: как ты могла нас покинуть? Знаешь же, что все мы будем плакать по тебе, скучать, а ты ведь не выносишь наши слёзы. Нет, не подумай, я не виню тебя. Просто мне грустно. Грустно, что мы больше не увидимся, что я не услышу больше твоих криков, что ты не будешь обрабатывать мои раны после заданий и ворчать, что я слишком активен. Грустно, что больше я не проснусь от твоего пинка и криков.- усмехнулся он.- Смешно даже. Мы ведь не ценили того, что имеем. Не ценили, время, проведённое вместе, не ценили шум, драки и перепалки в которые влезали и из которых выбирались вместе. Ладно я не силён на речи, просто скажу, что ты мне как сестрёнка и мне больно терять тебя. Следующим вышел Грей. Парень был одет в чёрный смокинг. Сегодня он запихнул все свои привычки раздеваться подальше. — Знаешь, Люси, я поверю головёшке и, если ты тут, то слушай. Я рад, что ты была в нашей команде. Когда Нацу только привёл тебя, я подумал: «Ну что за девчонка? Наверняка глупая и крикливая, но симпатичная. Неужели уголёк на внешность повёлся?». Ты и правда была крикливой, но очень умной и доброй. С первого задания я понял почему Нацу привёл тебя в гильдию. Хоть в бою ты была не шибко сильной, но ты всегда оставалась с нами, плакала и смеялась с нами. Помню твоё лицо, когда ты впервые увидела Лексуса.- парень посмотрел на Дреера.- Оно отражало любопытство, удивление, непонимание после его слов и что-то ещё, что я не мог понять, но теперь кажется понял — уважение или восхищение. Что-то в этом роде. Ты восхищалась таким сильным волшебником, восхищалась, что состоишь с ним в одной гильдии. А после заварушки перед «Фантазией» ты просто сказала: «Знаешь, Грей, я ведь понимаю его», а когда я спросил, что ты имела ввиду ты просто улыбнулась и пошла к ребятам, но я никогда не сомневался в твоих словах. Ты была очень понимающей, хоть иногда и строила из себя дурочку. Я счастлив, что был знаком с тобой. Я считаю тебя сестрой. Прощай, Люси, мне, как и всем нам, будет очень не хватать тебя. Следующей была Эрза. Хоть глаза у Скарлетт были красными, но девушка была спокойной, а голос не дрожал. На то она и Титания. — Люси, я не буду говорить так же много, как эти оболтусы. Просто скажу, что ты мне как дочь и я рада, что ты однажды появилась в моей жизни и в жизни нашей гильдии. Малютка Венди просто сказала: — Люси-сан я буду скучать по вам. Будьте счастливы, — и разрыдалась. Лисанна тоже много не говорила: — Люси, с тобой мы особо не были знакомы. Сейчас я жалею об этом. У нас было много общего, думаю, мы смогли бы подружиться. Мне жаль, что мы потратили время данное нам впустую. Следующий говорила всхлипывающая Леви: — Почему, Лю-чан?! Почему? Ты так молода и столько ещё не сделала! Я понимаю, что так решили где-то свыше, но не могу смириться, понимаю, что тебе больно, но не могу не плакать. Слишком люблю тебя. Помню день когда мы подружились как сегодня. Библиотека, ты помнишь, Люси? Это хорошо. Знаю, что помнишь. Я не забуду тебя. Никогда. Дальше говорили Громовержцы. Фрид начал: — Люсьена, знаю, ты не любила своё полное имя, но я не мог называть тебя по другому, но сейчас просто Люси. Люси, честно, я не помню, когда увидел тебя впервые, не обращал внимания, но помню, как после изгнания Лексуса мы разговаривали. Тогда Эва сказала, что её победила Эльза, а меня Мира. Помню, как Бикслоу возмущённо пробурчал, что его победила какая-то болельщица. Тогда, наверно, я впервые обратил на тебя внимание. Следующий раз был на экзамене, когда Бикслоу предложил поддаться вам с Каной. Да, ты не ослышалась, поддаться. Прости нас за это. Так вот, а потом ты сдружилась с Лексусом и мы пересекались всё чаще и чаще, кажется, я был последним из Громовержцев с кем ты подружилась. Ты умная, Люси, много знаешь, много читаешь. Это-то и сыграло роль в образовании нашей дружбы. Надеюсь, что с тобой всё будет хорошо. Прощай, Люси. Эвергрин продолжила: — Не думала, Люси, что ты такая. На первый взгляд ты показалась мне простушкой, но оказалась очень интересным человеком. Мне нравилось подолгу говорить с тобой. И мне, правда, жаль, что больше мы не сможем разговаривать. Я, как и Фрид, впервые обратила на тебя внимание после слов Бикса, что ты одолела его. Посмотрев на тебя, я подумала: «Как такая слабая девчонка смогла победить его?», но время шло, а ответ всё не приходил, но потом я поняла. Сила духа, сила никогда не сдаваться, сила Хвоста Феи. Я ценю это в тебе. Прощай, Люси Хартфилия. Ты всегда будешь для меня настоящей Феей. Бикслоу был последним: — Честно, не думал, что меня победит какая-то девчонка, но ты сильная, Люси. Твоя душа сильнее, чем ты думаешь. Надеюсь, ты понимаешь меня? Как я понял ты общительная, да и чувство юмора у тебя есть. Ты была недостающим звеном в нашей команде. Нам будет не хватать тебя, Люси. Остальные ничего не сказали. Вскоре люди начали расходиться, многие стояли подолгу. Последним ушёл мастер и, думая, что его не слышат, сказал: — Люси, внучка, не держи на меня зла. Я знаю, что ты здесь, и что всё слышишь. Я просто хочу, чтобы ты смогла попасть домой, иначе ты бы исчезла. Чтобы попасть в свой родной мир тебе надо всем сердцем пожелать жить. Прощай внучка. Ты навсегда будешь членом Хвоста Феи. Макаров ушел и через несколько минут ушёл и его внук.

***

Ночь. Кладбище. Звучит зловеще, не так ли? Но ему нечего боятся. Он идёт к её могиле. Он должен уговорить её жить. Она должна вернуться домой. Он не может позволить ей умереть, исчезнуть. Высокий блондин подошёл к надгробию молодой девушке и присел рядом. Закрыв лицо рукой, он сгорбился. Только ей он мог показать свою слабость. Она понимала, всегда понимала его. Вдруг парень почувствовал прикосновение к своей спине, но обернувшись никого не увидел. Горько усмехнувшись, парень заговорил: — Так значит правда? Ты, правда, здесь, Люси? Я пришёл поговорить. Знаешь, я любил находиться рядом с тобой. Разговаривать или молчать — без разницы. Когда ты говорила, я мог часами слушать твой голос. Помню, как ты подумала, что влюбилась в меня. Тогда мы все посмеялись, но именно тогда я впервые посмотрел на тебя как на девушку. Потом такое случалось ещё пару раз, когда я видел, как ты смеялась с Саламандром. Я волновался — подумал, что ревную, что ты мне нравишься, но потом я понял, что произошло. Люси, у меня никогда не было сестры. Моей младшей сестрёнкой стала ты. У меня впервые появился кто-то, кто понимает меня, о ком я правда хотел заботиться. Я рад, что ты появилась в моей жизни сестрёнка. У меня есть к тебе последняя просьба. Пожалуйста, Люси, выполни её. Живи. Живи там, в другом мире, просто помни обо мне, о всех нас. Прощай, Люси. Будь счастлива, — и тихо прошептал себе под нос.- Надеюсь, ты найдёшь там свою судьбу и своё будущее. «А я всегда буду с тобой…» — пронеслась в голове обоих его не высказанная фраза. Он не видел, как плакала светловолосая девушка, пытаясь за ним угнаться, но не имея возможности даже сдвинуться с места. Не видел, как она пыталась коснуться себя, надгробия, хоть чего-нибудь. Не слышал, как она кричала, но не срывала голос. А потом, спустя много часов, блондинка села на каменную плиту и прошептала: — Обещаю, Лаксас, я буду жить. Пусть мне будет больно и плохо, одиноко и страшно, но я буду жить. Жить ради тебя, ради вас, Хвост Феи. Вдруг из ниоткуда появилось множество золотистых искр. Они плясали свой странный танец перед девушкой-призраком, а она в свою очередь не могла оторвать от них своих прекрасных карих глаз. Хоровод искр постепенно сжимался навсегда унося девушку из Магнолии…