Ненормальный и Счастливый

Кто-то во сне лунатит, кто-то разговаривает, падает с кровати, храпит, потеет, мочиться… Я же обнаруживал себя на потолке: иногда просто приставшим к нему, иногда свисающим на паутине вниз головой. В таком положении я мог проснуться посреди ночи, сделать шаг с, как мне казалось сквозь сон и в темноте, кровати, затем, громкий звук падения , и почти одномоментный обеспокоенный крик тети Мэй с спальни первого этажа: «Питер, с тобой все в порядке?» . В способности ходить по стенам есть, пожалуй, всего один единственный недостаток – в подобного рода «всполошной» ситуации не сразу понимаешь где потолок, а где пол, пока либо не запнешься о люстру, либо не «сломаешь» мизинец о тумбу. Однако, поверьте мне на слово, ни что живое, мертвое или бессмертное в этом мире не сможет побить по «оригинальности» пробуждения Уэйда Уилсона, взять для примера хоть тот случай, когда однажды на утро, на его половине кровати я обнаружил только голову. - Утро, сладкий, - вытянув губы трубочкой, издала голова причмокивающие звуки, изображая поцелуй. - Где твое тело, Уэйд? - произнес я с глазами-блюдцами. - Пошло готовить нам завтрак, - пытаясь почесать языком кончик носа, ответила мне часть моего партнера. - Просто я подумал, что ты будешь рад, проснуться не один, и под ароматные запахи шкворчащего на плите завтрака. – подмигнула мне голова. Я закрыл лицо руками, перевернувшись на спину, улыбаясь во все 32-ва, сам не зная чему. В сегодняшнее же утро, я обнаружил пустую половину его кровати и почти выветрившийся запах блинов в воздухе. « Ушел выполнять заказ, буду через два дня . Завтрак на столе. Псину не корми, он ахуел.» - гласила записка на столе, возле тарелки с блинами, написанная на клочке тут же оторванных обоев. Почесывая и разминая затекшую шею, я набрал воды в чайник, поставив его на плиту, стараясь гнать подальше мысли от том, что слово « ахуел» , в отношении к собаке, с гарантией 99,9% стоит воспринимать буквально. Дожидаясь все того же чайника, я поставил на зарядку «потухнувший» за ночь телефон, и стоило мне только ввести пароль доступа, как трубка начала рваться, клокотать и чуть л и не дымиться от «бомбивших» смс-уведомлений, оповещений в социальных сетях, и все примерно следующего содержания: «Питер, ты куда пропал? Твоя тетя звонила раз 100!» - 5-ть подобных смс от Мери Джейн, 12-ть «пропущенных входящих звонков, плюс 15-ть сообщений на «фейс буке» . « Питт, чувак, если только ты не едешь в чьем-нибудь багажнике, и твои руки уже не заняты вскапыванием земли в темном лесу, то позвони ты блять своей тете уже!» - одно единственное смс от моего лучшего друга Гарри Осборна. Порядка 20-ти пропущенных звонков и ни одной смс, ввиду того, что старушка попросту не умела их писать, от тети Мэй. Я заскрежетал зубами, в спехе открывая имя тети в телефонной книжке, ненавидя себя за свою забывчивость, безалаберность, безответственность и еще около сотни не самых лестных эпитетов с приставкой «без». Набрав номер тети, я поднес горячую трубку к уху. Шли гудки. Я ждал, нагоняя мысль о том, уж не хватил ли тетю удар от беспокойства и переживаний за всю ночь. С Уэйдом в этом плане было проще – пропасть на день, два, неделю, а то и больше, для него, как и для меня, было нормой, если не вынужденной необходимостью, ввиду его наемнической деятельности. - Заказ, буду через три дня, сладкий, - уведомлял он меня через телефон, или «извиняющийся» поцелуй, если работа настигала его во время нашей встречи. Наконец, звук соединения. - Тетя Мэй? Это Питер, прости, я … - Питер!? Я так волновалась, я звонила Мери Джейн, Гарри, но они сказали, что не видели тебя, ох я так волновалась, чуть с ума не сошла! Почему ты хотя бы не позвонил?! - запричитала на духу скорее счастливая тем, что ее любимый племянник цел и невредим, чем злая, тетя. - Где ты был? Я сжал трубку. - Н-н-н…. – тянул я, сжимая челюсти. – На меня напали, тетя, - был я готов ударить сам себя от идеи такой «отговорки». - О, Господи! Тебя избили, скажи? – если тетю и не хватил удар вчера, то ее собственный племянник мог вполне приговорить ее сейчас своим рассказом. Чайник на плите начинал свистеть. - Нет, что ты! Разве что только пистолетом … - какого-то черта ляпнул я, вспомнив вчерашнюю ночь с Уэйдом. – Да все хорошо, скоро буду дома! – сорвался я с места, бросившись к чайнику, из носика которого клубом валил пар. - Питер, не клади трубку. Питер! - Скоро буду, люблю тебя, пока! – отсоединился я, поборов себе желание хорошенько приложиться головой о стол. Заслужил. До знакомства с Уэйдом я не допускал и мысли о том , что смогу бросить трубку во время разговора, тем более с тетей, что стану в принципе каким-то более… «Как же это слово …» - морщил я лоб. « … что стану любить себя», - подсказал голос Уэйда в голове.