Развод Мстюнов /TOGETHER/

— Башню можешь оставить себе! У нас Штаб есть! — А кто этот Штаб расконсервировал?! — Тогда…! — Да, забирай! Всё забирай! Мне не жалко! — Тогда Питер будет жить у меня. Ты сам только что согласился! — ЧТО?! Чтобы ребёнок жил в ТАКИХ условиях?! Это ИЗ-ЗА ТЕБЯ он стал рисковать своей ЖИЗНЬЮ! — А кто позволяет маленькому ребёнку без присмотра сидеть в лаборатории?! КТО?! БЕЗОТВЕТСТВЕННЫЙ СУКИН СЫН! — НЕ ВЫРАЖАЙСЯ ПРИ ПИТЕРЕ! — А КТО ГОВОРИЛ, ЧТО ОН САМ И ТАК ВСЁ ПОДХВАТИТ РАНО ИЛИ ПОЗДНО?! /прошло полчаса/ — ДА ТЫ…! — КАКОГО ЧЁРТА, Я ВООБЩЕ С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАЮ?! ПИТЕР! МЫ УХОДИМ! — Эм… Пап… — НИКУДА ОН С ТОБОЙ НЕ ПОЙДЁТ! УГРОБИШЬ ЕЩЁ! — ЕЩЁ КТО УГРОБИТ! ЭТО НЕ У МЕНЯ ВЧЕРА ПРОИЗОШЛА УТЕЧКА ОПАСНОГО РЕАГЕНТА ЗА ПРЕДЕЛЫ ЛАБОРАТОРИИ! — Хм… Пап! Отец! Меня вообще кто-нибудь слышит? /непонятный ор/ — А НУ ЗАВАЛИЛИ ХЛЕБАЛА! «РЕБЁНОК» НА ГРАНИ! И отпустите мою руку! Чёрт! Ну точно ушиб! Психи ненормальные… — Прости, идиота. Ну как загладить свою вину? — Покажи. Чёрт. Нужна повязка. Я сейчас. — Ближайшая аптечка в самом правом ящике внизу, в синей кухне. Под пакетом макарон. — Помню. /ещё 5 минут спустя/ — Извините. Я не должен был на вас орать. — Ты нас извини. Устроили такое. Ещё и при тебе. Глупо получилось. — Прости, Питер. Как рука? Легче? — Да. Намного. И это… — Что такое, ребёнок? Может ты пить хочешь? Или поесть? А то мы тут как-то затянули… дискуссию. Да… — Нет. Не переживай. Тётя Наташа перед выходом накормила. Боюсь, что ещё неделю кусок в горло лезть не будет. Но я не это хотел сказать. — Не переживай. Мы выслушаем тебя. — Как вы знаете, я уже не мелкий пацан с разбитыми коленками, а вполне себе неплохой преподаватель. И в свои двадцать три вполне в состоянии решить, как мне поступать. Где и с кем жить. Надеюсь, вы об этом не забыли? — … — … нет! Что ты! У тебя всегда есть право голоса. Просто… — Мы заботимся о тебе. И хотим лучшего. К тому же… — Ты всегда будешь для нас тем мелким парнишкой, которого надо снимать с деревьев и обрабатывать коленки зелёнкой. — Кормить мороженным и водить в парк аттракционов… — Следить, чтобы ты не проглотил что-то опасное и укладывать вовремя спать, когда ты слишком заигрался. — Мы же твои родители, верно? — Конечно! И именно поэтому я, ни в коем случае, не хочу, чтобы вы делили меня или, упаси Боже, разводились. — Ребёнок… — Питер… — Хотя бы не ради меня! Подумайте о людях, что сейчас спокойно идут по домам. О Нью-Йорке, который не находится в руинах. Или о стране, которая не захвачена какими-нибудь внеземными тварями. Вы столько лет вместе, понимаете, ВМЕСТЕ оберегали Землю от всевозможных психопатов, а теперь вы хотите сбежать друг от друга куда подальше, начхав на окружающих. Людей, которые нуждаются в защите, друзей, родных. И… я тоже нуждаюсь в каждом из вас. Понимаете? — … — Это… Это сложно, дорогой. И мы решили это не только из-за того, что поругались между собой. Тут влияют и внешние факторы. — ВЫ ВСЕГДА РЕШАЛИ ВСЕ СВОИ ПРОБЛЕМЫ ВМЕСТЕ! И весьма удачно. Почему теперь вы не в состоянии противостоять каким-то там «внешним факторам». Бла-бла-бла! НИЧЕГО НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ! ВЫ САМИ НЕ ХОТИТЕ ИСПРАВИТЬ СИТУАЦИЮ! ВАМ ЛИШЬ БЫ СБЕЖАТЬ ОТ ПРОБЛЕМ! Думаете после этого станет легче? А ВОТ ХРЕН ВАМ! ПОНЯЛИ? И вообще! ЗАДОЛБАЛИ ВЫ МЕНЯ УЖЕ! Правильно говорил Уэйд, нехрен вообще с вами общаться, если такие придурки! ОБОЙДУСЬ КАК-НИБУДЬ И БЕЗ ВАС! /через минуту напряженной тишины/ — Это ты во всё виноват. — Я? Я?! … Ну, может ты и прав. Если бы я всё же подумал головой, а не стал отстаивать ненавязчиво навязанную, звучит-то как мерзко, точку зрения, и попытался найти решение, устроившее обе стороны, то, может быть, конфликта удалось бы избежать. — Ещё не поздно, Тони. Точка не возврата ещё не пройдена. Ещё можно всё исправить. — Думаешь? — Верю.