Невеста Дождя

Весенний полдень ленивым слизнем ползет по улицам Токио, хищно высматривая добычу своим единственным глазом-солнцем. Жерла торговых центров по случаю выходного дня пачками поглощают бесформенные человеческие массы, словно монстры. С явной неохотой надорвав упаковку нового дня, Уртир Бастия сидит на полу просторной лоджии и с наслаждением выпускает изо рта струйки сизого дыма. «Идиот» — с грустью думает она, услышав короткие гудки на другом конце провода: младший брат никогда не умел разглядеть заботу за ширмой издевок и насмешек. Ни в какую Акихабару с матерью девушка, конечно, не едет: дражайшая родительница еще с утра уведомила детей о том, что поездка отменяется и умчалась на какую-то деловую встречу. Впрочем, Леон, как всегда, пропустил это мимо ушей. Объяснять что-либо Бастия-младшему — бесполезно, особенно сейчас. Уртир нерешительно смотрит на мобильник, но не перезванивает. Мельком взглянув на время, брюнетка удовлетворенно кивает своим мыслям и откладывает телефон в сторону: свадебная церемония началась три минуты назад, значит, братишка оставил свою идиотскую затею сорвать свадьбу своей ненаглядной Джувии. Ур жаль Леона, но потакать ему она не собирается: чем раньше он поймет, что настоящая любовь бывает только в кино, тем проще ему будет жить. Она примерно представляет о чем он сейчас думает, «Ее парень женится на другой, а ей — хоть бы хны!» — мысленно передразнивает его девушка. Тонкие губы трогает горькая усмешка. Уртир любит наблюдать за холодным Фуллбастером; любит его хозяйскую манеру брать все, чего бы он не пожелал; любит его вселенское равнодушие и глаза цвета рома. Уртир любит Грея, но знает, что их отношения — чистой воды потреблядство. Ее любовь давно приняла безусловный характер, стала естественной, как дыхание: Ур не важно, где и с кем Грей; Ур не пытается добиться взаимности; Ур достаточного того, что этот снежный мальчишка просто существует, и это делает ее счастливой. Это и героин.

***

Казалось, этот долбаный праздничный банкет никогда не закончится. «Видимо, где-то в Германии Фаусту, наконец, удалось остановить мгновение, причем аккурат во время этой чертовой свадьбы» — Грей с раздражением посмотрел на отца, устроившего весь этот цирк. — Ну, что — поздравляю! Твоя невеста — настоящая красотка! — парень обернулся на голос и увидел перед собой Лексуса Дреяра — крупного контрабандиста, известного в узких кругах под кличкой «Молния». Барыжил Дреяр на радость своей жене, Кане, в основном алкоголем. — Не засматривайся на чужое добро! Лучше за своим следи, а то сопьется, — отшутился Фуллбастер. — Кана может, — вздохнул Лекс, — Кстати, приятно познакомиться, миссис Фуллбастер. Зовите, если он Вас обидит, — заговорщически подмигнул он Джувии, стоявшей рядом. — Ну, что Вы, даже родители не относятся ко мне с такой любовью и заботой, как Грей-сама, этим он и завоевал мое сердце, — очаровательно улыбнулась невеста. — Ты преувеличиваешь, дорогая, — устало отозвался брюнет, поразившись, с какой непринужденной легкостью лгала Джу. Она прекрасно справлялась со своей ролью. Оказавшись, наконец, в номере отеля, снятом специально для молодоженов, Грей отыскал в минибаре виски, брезгливо стряхнул с простыни лепестки роз и опустился на край кровати. Джувия в нерешительности застыла посреди комнаты, не зная, что делать дальше. Маска безграничного счастья сползла с бледного лица и теперь на нем читалась лишь безграничная усталость и совершенно детская растерянность. На мгновение парню даже захотелось как-то приободрить ее, но вместо этого он лишь отхлебнул из початой бутылки. — Ты девственница? — грубый голос заставил невесту вздрогнуть. — Нет, — тихо отозвалась она, сбрасывая оковы оцепенения, — Все же не 19 век на дворе, — в ее интонации заскользили колючие нотки, но синевласка, испуганная своей же дерзостью, тут же поспешно добавила, — Прошу прощения, Грей-сама, я всего лишь имела ввиду, что нынешние нормы морали не столь строги. Спешу Вас уверить, что была только с одним мужчиной. — Любила его, наверное? — саркастически поинтересовался Фуллбастер. — Моя любовь принадлежит только Вам, Грей-сама. Брюнет не ответил, в очередной раз подивившись, как просто этой кукле дается ложь. Казалось, будто у нее, и вовсе, нет собственных чувств, она создана для того, чтобы радовать хозяина, и будет испытывать только те эмоции, которые он ей позволит. Грей выудил из кармана пиджака пачку «Лаки Страйк», зубами вытащил сигарету и лениво прикурил, наблюдая, как его новоиспеченная жена медленно раздевается. Дождавшись, пока она останется в одном нижнем белье, он подошел к ней, приподнял ее подбородок и насмешливо выдохнул ей в лицо: — Сегодня я тебя не трону, это мой свадебный подарок. Однако, тебе придется свыкнуться с мыслью, что это все равно произойдет. Не думай, что я благородный принц, я твой муж, и не стану пренебрегать своим супружеским долгом, — парень сделал паузу и вкрадчиво продолжил, — И про этого своего «единственного мужчину» можешь забыть. Отныне ты спишь только со мной. — Да, Грей-сама, — бесцветно соглашается Джувия, заставляя Фуллбастера невольно отпрянуть от нее: ее безжизненная покорность пугает его. — Ур? Встретимся через час на квартире, — холодно выплевывает Грей в телефонную трубку, едва оказавшись за дверью номера.