Что важнее?

Зима нахлынула неожиданно, хоть и было всего лишь начало ноября. Да, холод, да, небольшой снег, однако не до такой же степени. Температура постоянно изменялась: за несколько дней с отметки +5 до отметки -10, перепрыгивая все рекорды, особенно здесь, в Подмосковье, где характерна более высокая вероятность выпадения осадков и более раннего наступления суровых морозов, чем в той же, к примеру, Москве. Уже сейчас, в десятых числах последнего осеннего месяца, случались частые метели. Местные жители, явно не ожидавшие от зимы такой прыти, еще не успели запастись всем необходимым из города и суетливо толпились на станции неподалеку от Копытово, с небольшими тележками, на которых, в свою очередь, красовались пестрые клетчатые сумки. Снега люди, по-видимому, совсем не боялись, смело закрываясь от ненастной погоды яркими зонтиками. Афанасий стоял на платформе и, вздыхая, то и дело отряхивался от белых хлопьев, сыпавшихся на него с серого неба. «А вроде сейчас еще день, нет? ..» — думал шныр, переминаясь с ноги на ногу, чтобы не замерзнуть. Где-то вдалеке послышался звук колес приближающейся электрички. Вскоре показались и лучи от фар поезда. Он двигался как-то неспеша, то и дело пропадая под белой пеленой снега, нехотя таща за собой вагоны. Ехал Афанасий долго, уткнувшись в окно и ни о чем не думая: для себя он решил все еще тогда, в ШНыре. И очнулся герой только когда вдали замаячили многоэтажки Московии. Здесь небо начинало светлеть, ни смога, ни метелей. Даже снег уже перестал идти, открывая прямую дорогу лучам холодного солнца. Один из лучей и заставил шныра очнуться от продолжительных дум, зайчиком прыгнув ему прямо в глаза, но тут же поменял свое положение, так как электричку знатно тряхнуло. Афанасий вздохнул и размял шею. Состав приближался к нужной станции. Выйдя наружу, шныр сверил время и в очередной раз напомнил себе, что Ул уже где-то там, далеко-далеко от него, затерялся между домов и улочек огромной Москвы. В городе было почти так же морозно, как и за его пределами. Однако тут не надо было отряхиваться через каждые три минуты, а еще можно было разглядеть то, что находится не только в десяти метрах от тебя, ибо видимость была значительно больше из-за отсутствия обильных снегопадов. Что делать дальше Афанасий еще не придумал, но уже прикидывал варианты, куда мог пойти его друг. Опять же большим желанием было использовать кентавра, но внутреннее «лучше не надо» очень твердо стояло на своем. Шныр решил не контактируя наблюдать за Улом, в случае опасности вызвать помощь и раскрыться. Афанасий не сомневался, что этот случай обязательно произойдет, но вот вовремя ли он вытащит Ула из возможной передряги, шныр был не уверен. *** Несколько недель назад в Школу Ныряльщиков пришло письмо. Выглядело оно как самое что ни на есть обычное письмо: белый конверт, наклеенные марки, небольшое изображение красных ландышей под строчками информации об отправителе, все буквы написаны аккуратным почерком с завитушками. Прочитав его, Кавалерия немедленно созвала всех старших шныров в свой кабинет и рассказала о содержимом вышеописанного объекта. На тонком двойном листке в линейку уже знакомым нам почерком было написано слово «СТАНЦИИ», а ниже перечислены названия нескольких остановок московского метрополитена. Особой связи между ними никто не нашёл: с защитными закладками они связаны не были, раскиданы по разным веткам и направлениям, от основных штаб-квартир удалены и так далее. Было решено запомнить названия, письмо уничтожить, за станциями наблюдать издалека, внимание патрулей в этих местах не привлекать. Однако отправитель так и остался для всех инкогнито, кроме директрисы, разумеется. Только сейчас Афанасий вспомнил про эти самые остановки метро, роль которых оставалась неизвестной. Так как Ул до сих пор не обнаружил следов Яры у ведьмарей, была большая вероятность, что его новой целью стали именно данные станции. *** Первой в списке значилась «Театральная». Сделав несколько пересадок, шныр почти добрался до пункта назначения, оставалось только перейти с Арбатско-Покровской на Кольцевую линию. Обойдя «Площадь революции», поначалу Афанасий не заметил ничего необычного и уже было хотел было перейти на нужную станцию, как вдруг его взгляд привлекла одна очень странная девушка. Она была одета в длинную расписную юбку, необычную хлопковую блузку с узорами ручной работы, местами разорванную, и свободную темно-синюю куртку, а весь этот хиппарский наряд очень гармонично дополняли кудрявые рыжие волосы, собранные в хвост. Девушка останавливала каждого попавшегося ей под руку человека и настойчиво спрашивала, почему она не может доехать до «Багратионовской», хоть и находится на ветке синего цвета, в руках у неё была небольшая карта метро. «Багратионовская» была второй в списке Афанасия. Прохожие преспокойно показывали потерявшейся нужный маршрут на карте, объясняя, что голубой и синий — два разных цвета, а она никак не могла ничего воспринять, злилась и проклинала всех и вся на белом свете, ловила следующую жертву, и история повторялась. Афанасий отошёл немного в сторону и спрятался за колонной. Действо продолжалось и не собиралось останавливаться. В течении нескольких минут наблюдения, шныр заметил на девушке несколько магических амулетов, что носят люди из форта Тилля, и ещё раз осмотрев объект наблюдения, сделал вывод, что перед ним самая обычная боевая ведьма. Однако её поведение оставалось загадкой. Несмотря на запрет Кавалерии на то, чтобы первым приближаться к «особо опасным объектам», Афанасий все же рискнул и подошёл к ведьме: — Я могу вам помочь! Мне как раз на ту же самую станцию, что и вам! Девушка хмыкнула, но ничего не сказала. Шныр сделал паузу и натянул улыбку доброго наивного мальчика, желающего помочь симпатичной незнакомке. Серые глаза ведьмы сверкнули, что не на шутку испугало Афанасия, который тотчас пожалел о том, что рискнул подойти, но через секунду они вернули себе прежний вид, и шныр с облегчением вздохнул, а девушка наконец-то заговорила: — А вы меня не обманываете?! Знаете, сколько народу меня уже здесь одурачило! Постоянно натыкаюсь на каких-то простофиль, которые ничего не смыслят в расположении станций и цвете линий метрополитена! — Ну.. Э.. Я тут вот с детства хожу, по этим самым станциям! Более того, меня даже родили в метро! Афанасий осекся и понял, что перегнул палку. Но девушка, кажется, сочла это за правду, продолжая все так же серьезно смотреть на Афанасия. Поезда сменялись один за другим, и на станции стоял постоянный гул, поэтому собеседникам приходилось покрикивать. — Раз так, я пойду с вами! Надеюсь, вы не окажетесь одним из тех! Этих! Ведьма оглянулась на проходивших мимо людей. Шныр не спускал глаз с девушки, его настораживала её беспечность. Складывалось ощущение, что она вовсе и не ведьма, а обычная девушка, живущая по принципу «я и без вас все отлично знаю». Вообще, затевая эту авантюру, Афанасий рисковал очень сильно. Дело в том, что опытные ведьмы распознают шныра на раз-два, а он точно был уверен, что она ведьма, и так как она его не распознала, то она либо новенькая, либо с ней что-то не так. Но! Если же девушка была новенькой в рядах магов Тилля, то инструктаж она, конечно, прошла, и сравнительно недавно, а значит не должна была нарушать скорость людского потока без весомой причины на «Площади революции» и злиться на прохожих, громко обращая на себя внимание. Тогда объяснение тут оставалось только одно. *** Доехав до нужной станции, Афанасий распрощался с ведьмой, в конце настолько вжившись в роль, что чуть не спросил у неё телефончик. Шныр не жалел, что все так сложилось и его настоящим местоположением была «Багратионовская». Рано или поздно он бы приехал сюда в поисках друга. У Афанасия даже было такое странное чувство, что именно эта странная ведьма и приведёт его в нужный уголок Москвы, случайности ведь не случайны. Поэтому наскоро оглянув небольшую станцию, шныр продолжил следить за девушкой из толпы. Ведьма ещё несколько минут стояла на перроне, внимательно изучая окружающих её людей. Потом обернулась и быстрым шагом направилась в конец станции. Афанасий аккуратно пошёл следом. Однако внезапный женский крик оборвал все его планы. Кричали где-то рядом. Оглянувшись, шныр увидел толпу людей, которые что-то рассматривали на полу и охали. — Я вызову скорую! — прокричала какая-то женщина и побежала к столбику в середине станции. Не раздумывая, Афанасий кинулся к толпе, и, расталкивая всех, протиснулся вперёд. На пару секунд его сердце замерло. Перед ним на перроне лежал Ул. Никаких внешних повреждений у него не было, как будто тот лёг передохнуть, однако место выбрал неудачное.