I love you

      В один день летних каникул, на моём последнем году старшей школы, отец пригласил своих друзей к нам в гости и попросил их обязательно привести дочь с сыном. Я не сильно беспокоился по этому поводу. Встал после десяти минут трезвона будильника, умылся, неспешно поел, после чего почистил зубы, прибрал комнату и вынес весь мусор из неё.       Раньше я бы торопился, раскидал бы всё ещё сильнее, чтобы произвести впечатление на эту дочку, но сейчас мне побоку. Я не особо сильно нравлюсь девушкам. Шрамы на лице, острые черты, глаза, как мне говорят, словно у дикого зверя, да и жёсткие волосы, стоящие ёжиком, не придают шарма. В общем, у меня просто бы не было шансов, а если и был, то лучше особо не выпендриваться, только хуже сделаю.       Готовить я не умел, поэтому в помощники матери не лез, отец и сам сможет ей помочь. Я же пошёл на улицу за дом, где стояла накрытая плотной тканью машина, которую родители подарили мне в этом году. Но я умудрился её тут же раздолбать. Чинить дорого, а сам я на механика собираюсь пойти, так что мне не сложно с ней работать, даже весело.       Пока я возился с поломкой, пришли наши гости. Смыв с себя машинное масло и переодевшись, я спустился к столу. Мама наготовила много аппетитных блюд, и я после работы со сложным механизмом налетел на еду, словно метеор, даже не смотря на гостей.       — Наруто, ты вообще завтракал? — усмехнулась мама, на что я кивнул — рот был забит.       Пока я пережёвывал, то решил поглазеть на гостей. Высокий мужчина, который сидел рядом с отцом, обладал явно европейской внешностью. Я бы сказал, что он потомок викингов, потому что сильно похож на них, однако, насколько я знаю, всю жизнь он прожил в Японии. Мужественное лицо и крепкое тело, темно-синие глаза, сероватого оттенка волосы, завязанные в небольшой хвост. В нем чувствовался стержень: пусть с виду и добряк, но он мог постоять за себя. Как я понял, это и есть друг папы — Сакумо Хатаке. Они когда-то учились вместе, однако их пути разошлись, когда Сакумо пошёл в учителя, а отец окунулся в политику.       Жена этого Сакумо была японкой. Мягкие черты лица, гладкая кожа без всяких прыщей и морщин, сразу видно, что она ухаживает за собой. Каштановые волосы, такие же красивые, как и она сама, заплетены в толстую косу. Темно-карие глаза с добротой смотрят на окружающих. Я сразу понял — она человек мягкий и спокойный. Женщина представилась как Чизу Хатаке.       Их сын и, по совместительству, старший ребенок в семье, был слегка агрессивным на вид. Хмурое лицо, словно самурай идет в бой, так сильно похоже на отцовское, покрашенные в ярко-голубой волосы в виде нескольких небольших косичек и ежика, злой взгляд темно-карих глаз, небольшая щетина, будто он не брился уже два дня, да и напряженное мощное тело. Этот Хикару никак не соответствовал своему имени: никак не скажешь про такого парня, что он светлый и сияющий!       Будто в тени сидела низкая девчушка с серыми волосами, что были коротко подстрижены, я по началу хотел даже её за парня принять. Она тоже смотрела на меня своими темными глазами непонятного цвета. Хотел бы я видеть её лицо, но оно было скрыто маской. Может, она чем-то больна? Нет, Наруто, не предполагай самого худшего. Может, это просто мода такая? Девчонка была хрупкой и самой низкой в своей семье, да и одета она более закрыто, чем её родня. Может, монашка? Хм, а вполне возможно. Больная монашка.       Однако когда разговор зашёл о самой девчонке, которую звали Какаши, оказалась что она очень меткий стрелок и профессионально занимается стрельбой. Что же, монашка отпадает, а вот болезнь — нет. Странно, что она вообще меня так зацепила, раньше, даже с теми, кто мне сильно нравился, не было такого.       Неужели я влюбился?       — А ты чем занимаешься, Наруто-кун? — спросила у меня Чизу, мягко улыбаясь и грея руки о свою чашку с чаем.       — Я собираюсь стать механиком, — отвечаю я, отводя взгляд от Какаши.       — Ох, так ты заканчиваешь старшую школу, верно? — вдруг засияла женщина. — Может, ты поможешь Какаши, а то она не усвоила несколько тем в средней школе, а в этом году должна её закончить.       Не знаю, как так получилось, но я согласился. Помню лишь, как уже лежал в кровати и ненавидел себя за отзывчивость.       На следующий день пришли Какаши с Хикару. Брат тащил портфель с учебниками и сверлил меня взглядом, который немного пугал, но потом я вспомнил, что выгляжу страшнее его, ведь раньше занимался боксом, и успокоился.       — Проходите, — открыл я перед ними дверь в свою комнату. — Чай, кофе, вода или же сок?       — Просто воды, пожалуйста, — попросила Какаши, на что я кивнул и спустился вниз, на кухню.       Хикару пошёл за мной, но я был не против. Разлив воду в три стакана, я захватил печенье и хотел было уйти, как меня остановил Хатаке.       — Что у тебя на уме, при виде моей сестренки? — спросил он.       Хотелось сразу ответить «всякая пошлятина», но я сдержался. Ещё чего вмажет, я пока не отобьюсь, а то мама за разбитые стаканы может и наказать.       — Её придется подгонять, а это та ещё запара. Лучше бы показывал ей, как машину собирать, — ответил я, следя за эмоциями на лице Хикару.       Морщинки от хмурости исчезли, и он показался мне более красивым и милым. Так значит он все время меня извращенцем считал?       — Живи пока, — бросил он и быстро направился наверх, а я плелся за ним, стараясь ничего не разлить и не уронить.       Несколько тем — это почти вся программа средней школы, а до конца каникул три дня, после которых ей нужно показать себя в школе. Заниматься пришлось оперативно. Некоторые темы я ей объяснял в общем, не углубляясь, а на особо важные выделял минут двадцать, если не больше. Какаши всё неплохо усваивала, в то время как Хикару играл в видео игру на приставке, которую принес с собой.       Честно говоря, я готов был сдаться ещё когда услышал о том, что она не знает ничего, но особенная лень и усталость накатила спустя пять часов. Какаши уже просто не усваивала информацию, а я готов был нести всякий бред.       — Так, на сегодня все, — видя что Хикару уже дремлет, произнес я. — Домашнее задание: прочитать вот эти два параграфа, вот этот переписать и вот эти задачи решить, так же, принеси биологию завтра, разберем её быстренько.       Все три дня я будто бы жил в Дне Сурка. Единственное, что менялось — так это темы и одежда. Дни стояли жаркими, отчего соображать становилось сложнее, да и настроя у меня никакого не было. Хорошо хоть, что мама готовила нам холодные напитки и покупала мороженое, в прикуску с которым мы читали рассказы, большинство из которых я, для экономии времени, быстро пересказывал, и проходили новые темы.       В общем, мы управились за день до окончания каникул, и я уже думал, что свободен, однако Какаши просила так же уроки рукоделия, и мне пришлось стать швеей и фенькоплетом.       — Почему ты носишь маску? — спросил я, когда мы вязали шарф.       — У меня слабое здоровье, есть шанс подхватить заразу, — пожала плечами Хатаке.       Сегодня она пришла без брата, и я мог вести себя расслабленно.       — Вот значит как, — произнес я и тут же запутался в своем рукоделии. — Вот черт! — отложив работу, я повернулся к девушке. — И что, нельзя снимать эту маску даже на пару минут?       — Можно, но нет необходимости.       — Покажи своё лицо, — поймав на себе удивленный взгляд, я пожал плечами. — А что? Я же должен знать, кого обучал столько дней.       Какаши усмехнулась, откладывая почти доделанный шарфик, и, развернувшись ко мне, стащила маску, показывая красивое лицо с бледной кожей и маленькой родинкой на подбородке.       Я заглотил слюну, чтобы не пустить её, глядя на девушку. Мы так близко. Ощущаем дыхание друг друга, слышим биение наших сердец, что лишь на долю секунды различается.       — Можно я поцелую тебя? — спросил я, боясь навредить.       — Можно, — прошептала она.       Я осторожно положил руки на её лицо и мягко коснулся пересохших губ, что были сладкими от недавно съеденного мороженного. Как она ела рядом, а я не увидел её лица? Мама специально разогрела для неё мороженое, чтобы оно было жидким, и Какаши пила его с трубочки.       Я отстранился от девушки, но руки с лица не убрал, большим пальцем поглаживая её родинку.       — Наруто-кун, — прошептала она, и я тут же убрал ладони, отойдя от неё на шаг. — Нет, — Какаши взяла меня за руку и вернула её на прежнее место. — Поцелуй меня ещё раз.       Я улыбнулся и второй рукой притянул её к себе за талию.       — Хоть тысячу раз, — произнес я, перед тем как снова поцеловать её.