Не буди во мне зверя.

— Ба... ты серьёзно? С чего ты взяла, что у меня есть время на это? — Чон отложил палочки для еды, злобно смотря на пожилую женщину. — Хосок-а, вспомни, сколько я боролась за эту работу? Я обязана поехать в Сеул. Всего неделю побудь на хозяйстве пока в твоем универе каникулы. И правда, бабушка долго боролась за эту работу. Еще когда Хосоку было пятнадцать лет, он долго не мог ездить в деревню к бабушке из-за её занятости. Возможно, это важный момент в её жизни и такой шанс не стоит упускать. Но Хосок всё же знал, что ему будет сложно. — Может, мне тоже поехать в Сеул? С тобой. — Хосок продолжал смотреть на бабушку и внезапно в его голове промелькнули сарай, коробки деда, и парень тут же распахнул глаза. — Хотя... нет, нет, нужно присмотреть за домом. Цветы вот полью, починю сарай, в доме приберусь и всё такое. Езжай. Пожилая женщина удивлённо посмотрела на внука, который довольно взял палочки, быстренько доедая свой завтрак. Ближе к обеду бабушка стояла у зеркала, причёсывая свои длинные волосы, следом собирая их в красивый пучок, закалывая красной заколкой. Эту заколку подарил ей Хосок на день рождения. Хосок, смотря на эту вещь, широко улыбался, вспоминая, как купил её в ювелирном магазине на последние деньги. Тогда ему было всего двенадцать, и первой дорогой вещью, купленной им, была эта заколка с красным камушком. Хосок перетаскивал чемоданы в багажник машины и поглядывал в сторону леса, опасаясь явления незваных гостей. Заметно нервничая, пожилая бабушка прижала к себе внука, а тот лишь погладил её по спине, целуя в макушку. — Я люблю тебя. У тебя всё получится, — на прощание произнес Хосок, широко улыбаясь. Бабушка, кивнув, села в машину и та тут же тронулась с места. Чон улыбчиво махал рукой, пока автомобиль не скрылся за углом и потом улыбка моментально пропала, заменяясь недовольным выражением лица. — Цветы полью, сарай починю. Кто меня за язык тянул, — хныча, парень зашёл в дом. Решив сделать сразу всё в один день, Хосок принялся за уборку в доме. Музыка — это всё, что ему было необходимо для наведения порядка. Разбрызгивая моющее средство для стёкол, Чон в тысячный раз ругался, что у бабушки так много зеркал и стеклянных покрытий. Но больше всего он возненавидел огромные окна абсолютно во всех комнатах. Забравшись на небольшой стульчик, который немного шатался, он продолжать водить тряпкой по окну, убирая разводы. Ох уж эта любимая песня Хосока, заставившая его практически плясать на стуле, который, не выдержав, развалился. Грохнувшись на задницу, Чон пару секунд сидел, ничего не понимая, и лишь смотрел на наушники, повисшие на ручке окна. — Айщ, надо же... Тихо смеясь, парень рассматривал стул и уже планировал, как его починить, но для начала он должен был покончить с окнами. С ними он управился за час и устало бродил по дому, лениво вытирая пыль с полок, даже не убирая предметы с них. Виляя недавно ушибленной задницей, Чон протирал книги на полках, скользя махровыми носками по линолеуму. Оставив в покое учебники, он скользил к полке с любимыми статуэтками его бабушки и, зацепившись о провод ногой, вновь свалился на пол, при этом успев схватиться рукой за ту же несчастную полку, что собственно и привело к её крушению. Статуэтки полетели на танцора, но благо все уцелели. Рассерженный Хосок хотел уже всё расшвырять и ничего не убирать, но уже спустя минуту его психов, сидел на корточках, прикручивая отломленную часть к полке. Когда время было уже пять часов вечера, вдруг раздался звонок на телефон, чего парень–то вовсе не ожидал. — Привет, — раздался холодный голос девушки. — Ооо, милая, привет, — Хосок тут же засиял, и растянулся в улыбке. — Хосок, ты когда приедешь? Нам нужно поговорить. — Знаешь, тут такие дела, я ещё задержусь. Не знаю на сколько, поэто... — Хватит. Мне это надоело, — раздраженно произнесла девушка, что заставило парня заволноваться. — Хосок, я... я бросаю тебя. Если бы сердца людей были стеклянными, то сейчас Хосок мог услышать, как его сердце вдребезги разбилось, но при этом продолжало бешено стучать. — Я бросаю тебя, потому что... — девушка замолчала на секунду, кажется, она всхлипывала. — Я встречаюсь другим парнем. После этой фразы в трубке раздались гудки. Хосок продолжал стоять в том же положении, роняя тряпку на пол, а после и сам осел на него, молча опустив голову на руки.

***

*** Чимин сидел на траве, наблюдая за чёрным волком, тихо посапывающим рядом. — Хён, — внезапно Чимин обратился к тому, но волк лишь дёрнул ухом. — Я не хочу больше себе искать девушку. Чёрные глаза Намджуна тут же устремились на лицо Пака, вопросительно смотря. — Потому, что они все злые и им ничего кроме себя не нужно, — швырнув зеленый листочек на землю, Чим фыркнул. — Что, мелкий, отшила? — сзади подошёл Юнги, взъерошив макушку Намджуна. — Привет. — Да. Юнги засмеялся, а Намджун, поднявшись, медленно поплёлся от парней, чем немало их удивил. — Чего это с ним? Юнги лишь пожал плечами и задумчиво посмотрел вслед волку. — Хён, а у тебя была девушка? — Эээ, нет, — как-то неловко ответил Юнги и сделал глоток холодной воды. — У меня был парень. Ну, а теперь живи с этим. — Юнги звонко засмеялся и, встав, направился в след за Намджуном. Охота старших прошла на ура, и белый волк, кивнул на тушу коровы, которую Юнги схватил за шею, оттаскивая к дому. Намджун шёл за ним, но после, свернув, ушёл в другую сторону, чего белый волк и не заметил. — Эй, вы опять спёрли корову? — Чимин почесал затылок и тут же стянул с себя футболку. — Ну и фиг с этим, я голоден. Чимин уже собрался обращаться в животное, но тут же завертел головой, осматриваясь. — Хён, где Намджун? Волк также осмотрелся и лишь злобно прорычал, поворачивая голову в противоположную сторону леса. Намджун бродил по густому лесу, осознавая, куда его ведут ноги, но он не мог остановиться и лишь продолжал идти и идти, пока между деревьев не показался небольшой дом. Спрятавшись за кусты, чёрные, как смола, глаза, выслеживали высокого парня, мелькавшего в окне.

***

Ближе в девяти вечера Хосок пихал в себя еду. Настроения не было совершенно ни на что и лишь заплаканные глаза постепенно закрывались. Вымывая тарелки, после того, как недоеденная еда полетела в мусорное ведро, Хосок стоял, вспоминая, где его бабушка держит лекарства. Если бы удалось найти снотворное, то хороший сон мог быть обеспечен. В доме была полнейшая тишина, та самая, которую парень очень любил. Отмывая кружку от вишнёвого сока, Чон внезапно выпустил её из рук, когда в телефоне раздался звон смс. — Да твою же мать! — выругавшись, парень нагнулся собирать осколки. Успешно собрав стекло, Хосок швырнул их также в мусорку и устало поплёлся на улицу, подышать свежим воздухом. Сев в траву у сарая, он положил рядом с собой блокнот и стирательную резинку. Но, заметив, что карандаш он оставил дома, парень раздражённо кинул блокнот в сторону, попадая в белого волка, который всё это время стоял неподалеку. Испугавшись, Хосок поднялся с земли. — Какого чёрта ты тут делаешь? Тебя сюда звали? — крича на животное, Хосок сдерживал ком в горле. Юнги внезапно тихо зарычал, тем самым заткнув Хосока. Тот лишь вновь уселся на землю, уже не в силах сдержать слезы. Волк в удивлении склонил голову и медленно подошёл, черным носом утыкаясь в щеку, по которой скользнула слеза. — Отстань, у меня нет настроения, — ладонью Хосок отодвинул морду волка. Большие серые глаза Юнги продолжали наблюдать за парнем, и только тогда, когда он поднял лицо, волк так же тихо прорычал. — В жизни у тебя такие же глаза. Надо же, я только сейчас заметил, — грустно усмехнувшись, Хосок шмыгнул носом и положил ладонь на макушку волка, который устроил свою огромную голову на коленях Хосока.