The Potters' Cat (Кот Поттеров)

А ведь я знал. Я чувствовал, что тот сон — не просто кошмар. Это было предвидение. Я смотрю сверху на рыжую копну волос. Только это не Лили, а Джинни. Напротив неё стоит Гарри. Как и в моём сне. Выходит, я — первый в мире книззл-прорицатель? Молодец, хороший котик. Можешь по этому поводу вылакать полную миску сметаны. Если останется хоть кто-нибудь, кто сможет тебе её налить... Стоп. Там же ещё были дементоры. И где они? — Лучше не вмешивайся, трусливый книззл. Конечно. Вот мой личный дементор. * * * Вчера я весь день не находил себе места. Может, Гарри это заметил, а может — ему самому хотелось выговориться. — Послушай, Косолап, — начал он, поглаживая мне шерсть, — я понимаю, что ты переживаешь за Гермиону и вообще волнуешься насчёт завтрашнего. Но у меня предчувствие, что всё кончится хорошо. Ну вот, заговорил как Трелони... Понимаешь, только хозяин палочки сможет исправить то, что она натворила. А Рон... Наверное, ему придётся нелегко, но мы же все будем рядом. Да и сам он — далеко не слабак... Он долго говорил, убеждая не столько меня, сколько себя. А я всё сильнее убеждался в том, что завтра мой кошмар сбудется. И чем больше я об этом думал, тем отчётливее понимал: я не должен избегать того, что произойдёт. * * * Впрочем, сегодня моей решимости поубавилось. И зачем я только решил остаться в комнате? Рыжий совершенно точно не справится с этой чудовищной палочкой. И не потому, что трус. Просто он слишком восприимчив к тёмной магии. Как и я. Может, именно поэтому я пытаюсь его оправдать, вместо того, чтобы сделать что-нибудь самому? А что я могу? Тем более, сидя на шкафу. Броситься на эту палочку? В принципе, не так уж и сложно. Главное — рассчитать траекторию и красиво упасть Рыжему на руку. Он выронит палочку и освободится от её влияния. Вроде бы, должно получиться. Я уже приготовился к прыжку, как вдруг: — Лучше не вмешивайся, трусливый книззл. Она говорит в моей голове? — Да, книззл. Не советую изображать из себя героя. Тебе со мной не справиться. Я прыгну. Прыгну. Прямо сейчас. И не буду её слушать. — Ты ничего не сможешь мне сделать. И ты это знаешь. — Но почему ты не подчиняешься Рыжему? Ведь он — твой хозяин? — Он никогда не станет для меня настоящим хозяином, сколько бы ни пытался. Я служу только своей Госпоже. — Но как же... — О, да. Этот предатель чистокровных произнёс формулу владения, и я не могу действовать вопреки его воле. Зато я могу внушить ему то, что нужно мне. Он сам захочет отомстить за гибель моей Госпожи. — Отомстить? Кому? Гермионе? — Госпожа, конечно, предпочла бы начать с неё. Но не грязнокровка убила Беллу. И не её мать. Мать... Ну, конечно! Гарри рассказывал, что одну из главных помощниц тёмного волшебника победила мать Рыжего. Но тогда... — Ты собираешься убить Джинни?! — А ты не так уж и глуп, книззл. Хоть и труслив. — Слушай внимательно, сбрендившая палка! Я не позволю тебе никого убить. Как только я выбью тебя из руки Рыжего, ты потеряешь над ним власть. — Малютка-книззл... Забыл, как не смог даже приблизиться ко мне несколько месяцев назад? — Сегодня — смогу. — Только попробуй — одним книззлом станет меньше. Зачем я с ней спорю? Прыгнуть. Мне нужно только прыгнуть. Даже проще. Правильно упасть. Давай же, Косолап, действуй по плану! Нет, только не это... Откуда взялся ненавистный страх? Я же помню, что прыгнул в том сне. Она убьёт меня? Пусть убьёт! Хватит дрожать и прятаться!... Почему же тогда я до сих пор остаюсь на шкафу? — Что и требовалось доказать. Моя магия сильнее. Похоже, я могу забыть о твоём существовании и вернуться к своим планам. — Ты не заставишь Рыжего убить сестру! — Поверь, книззл, заставлю. У моей Госпожи был опыт расправы над родственниками. Она убила своего кузена — Сириуса Блэка. При моём непосредственном участии... В комнате гаснет свет. А может, у меня темнеет в глазах. ЭТА ДРЯНЬ УБИЛА СИРИУСА?! Неведомая сила бросает меня прямо на убийцу. Зубы клацают по пальцам Рыжего, и я вижу, что палочка вылетает из его руки, а затем — всё заливает свет зелёной вспышки. «Вот и конец», — успеваю подумать я и отключаюсь. * * * Довольно долго я словно блуждал в тумане, из которого доносились знакомые голоса. Меня тормошили, пытались напоить, о чём-то спрашивали, будто я мог им ответить... Кажется, все выжили. Иначе вряд ли у них было бы время заниматься мной. А самое удивительное, что и я выжил! Но что-то было не так. Не хватало... я не мог понять чего... Когда я окончательно пришёл в себя, вокруг было намного тише. - Гарри, Косолап очнулся! По-моему, ему надо дать ещё воды. — Сколько угодно. Агуаменти! Вот оно! Магия. Дом всегда был наполнен магией — Блэков, Поттеров, тёмной, светлой… Раньше я ощущал её каждой шерстинкой. Но не сейчас. Я лишился этой способности. Палочка, всё-таки, убила книззла. Теперь я — просто кот. Как это у магов называется — сквиб? Как-то печально звучит… А с другой стороны… Я хотел победить в себе книззла? Хотел. Вот и получил. Пусть и не так, как рассчитывал. Чего ещё желать? — Как-то он неохотно воду лакает. Может ему сметаны дать, Гарри? И побольше. Косолап у нас сегодня герой. Он меня спас. — Он нас всех спас. Ты хоть понимаешь, Косолап, что совершил героический поступок? Ты — молодец! Если бы… Косолап, что с тобой? Подавился? — Да, нет. Скорее уж, задумался. Блох мне в шерсть! Это же… «Похвалить может любой из нас. И Гарри — тоже…», — всплыли в голове слова Лили. Я ведь уже и забыл про свои три похвалы. И вдруг — такое знакомое тепло. — Знаешь, Джинни, мне кажется, он вспомнил о чём-то очень приятном. Смотри, весь вытянулся, замурлыкал. Даже сметану не доел! Хорошо-то как! И неважно, что я перестал быть книззлом. Ведь теперь я — Кот Поттеров!