Цветы для аллергика

Всюду были цветы, куда ни глянь стояли букеты с розами, ромашками и другими растениями, на которые, к несчастью, у меня была аллергия. Как же жаль, что их всех мне придется выбросить, ведь желания покрыться сыпью и чесаться у меня вообще нет и не было. — Алло, Киба, ты не мог бы прийти ко мне? — в трубке послышался сонный голос друга. Я мысленно отругал себя, ведь знал, что вчера он отмечал день рождения своей девушки и сегодня он для меня потерян. — Нару… — Нет, я вспомнил. Если я не ошибаюсь, то у тебя в тумбочке лежит аспирин, — перебив Инузуку, затараторил я. — Наруто, тут нет тумбочки, — заплетающимся языком шепчет собачник. — Я не знаю, где я. Черт. — А я говорил, что твои пьянки до добра не доведут, — торжественно заявил другу, а после его измученного стона продолжил: — Осмотрись, может, кого-нибудь увидишь и узнаешь, где находишься. А я пока… — Наруто, я понял, — воскликнул друг, вмиг отрезвев. — Я в квартире Хьюго. — О, значит, у тебя была веселая ночка, — весело воскликнул я, а после подумал, что в его голосе не было ни капли счастья. — С Хьюгой… А потом послышался шорох и загробный голос Инузуки пропал. — Киба! — посмотрев на экран и увидев, что звонок был сброшен, я попытался набрать номер собачника, но у меня не получилось. — Черт. Но долго я не раздумывал по этому поводу, потому что почувствовал, как зачесались руки. На них уже появлялись пятна и маленькие красные точки. Победитель. Нет, правда, ведь аллергия у меня не только на цветы, но ещё и шоколад. Найдя в доме маску какого-то супергероя, пошел на расправу с цветами. Нет, уверен, она сможет помочь мне. Иначе я полностью разочаруюсь в Человеке-пауке. Мурлыкая под нос какую-то незаурядную песенку, я поставил очередной букет под соседскую дверь. Всегда так делаю — отдаю подаренные цветы всем соседям по подъезду. Это необъяснимое чувство, от которого в груди расплывается тепло. Мне нравится наблюдать, как старушки, забытые своими родственниками, с счастливыми улыбками проходят мимо. — Ух, все, — тяжело выдохнув, я зашел в квартиру, рассматривая свои руки: на появилась ужаснейшая сыпь, которая чесалась. — Не помог мне ты, Питер Паркер, поэтому я в тебя больше не верю. И вообще я вырос из тебя, — деловым тоном заявил, отчего тихо засмеялся. Аллергия напомнила о себе, и, сняв маску, я побежал в ванную, там всегда у меня лежали разные таблетки, так мама уж приучила. Так, не то, не то. Черт, ну где же хотя бы Супрастин? Положил маску в раковину, чтобы никуда не уронить. Как-никак, маска принадлежала Инузуке, он ярый поклонник разных супергероев, о которых я слышать больше не мог. - Вот ты где, — я достал пластинку с таблетками, спрятавшуюся за тюбиками с какой-то гадостью, которой пользовалась мама. – Уф, как же долго тебя искал. Уже выходя из ванной, я посмотрел на себя в зеркало. Боже, я ужасен. По моему загорелому лицу рассыпались красные точки, голубые глаза слезились, а нос тек, нет, серьезно, у меня из носа текли сопли, похожие на воду. Знаю-знаю, подробности не так интересны. Две вещи остались неизменными — блондинистые волосы, стоящие дыбом, как будто меня только что током шандарахнуло, и полоски-усы, которые появились у меня после последней пьянки. Думаю, тогда я думал, что это очень похоже на усики котов, но это еще больше сделало меня похожим на лиса. — Отвратителен, теперь иди спать, дурак. Зашел в свою комнату, обставленную совсем по-простецки, потому что мне совсем не нужны разные навороты. Да, и еще я люблю много свободного места. Диван, стоявший у стены, занимал большую часть пространства, но он был слишком удобный, чтобы от него вот так отказаться. У противоположной стены стоял стол, заваленный всевозможными бумажками и книгами, а средь всего этого бардака виднелся старенький ноутбук. Два стула; один предназначался для того, чтобы я в удобстве делал уроки, а второй использовался у меня как шкаф. Ничего нет лучше, чем стул, для чего мне шкаф? Маленький комод, стоявший рядом со столом (мама все-таки заставила меня его поставить, чтобы я не разбрасывал носки и трусы), но для предназначения он не использовался, если только первый ящик, а остальные были захламлены, и только последний я держал в полном порядке, потому что там лежали всевозможные вещи для рисования. Да, я любил рисовать. И, наверно, у меня неплохо получалось. Вся комната была в светлых тонах, и только шторы были из темной грубой ткани, и они прекрасно прятали меня от фонаря, который как раз светил мне в окно по ночам. Я с удовольствием отметил, что солнце до сих пор падает на мою кровать, и сразу же помчался туда, чтобы не пропустить ни мгновения. Люблю солнце. Так бы и женился, ведь оно такое теплое и мягкое, иногда даже осязаемое. Но, увы, это всего лишь лучи, пробившиеся сквозь тучи и облака. За своими мыслями я и не заметил, как заснул. Мне снилось что-то очень странное, поэтому с утра, когда прозвенел будильник, я почувствовал себя разбитым и совсем не помнил, что мне снилось. Со мной это случалось крайне редко, потому что я всегда мог вспомнить в точных подробностях свои сны. Раньше даже записывал их, до того момента, пока мама их прочитала. Стыд-то какой. Медленно встав со своего ложа, я поплелся в ванную умываться, и да, пожалуй, приму душ, чтобы смыть остатки того отвратительного сна. Перед тем, как забраться в ванну, я взглянул в зеркало и не увидел ни следов от вчерашнего буйства точек. Фух, спасся. Включив воду погорячее, я с удовольствием подставил голову, а потом и тело. Как же хорошо. Но это прекрасное чувство нельзя растягивать, иначе я просто опоздаю в институт. И это меня совсем не прельщает, ибо Цунаде будет рвать и метать. Страшная женщина. Быстро вытерев тело полотенцем, я принялся за умывание. Это тоже не заняло много времени, и поэтому я прошествовал в свою комнату собираться на учебу. С этим уже были проблемы. Уроки-то я сделал, но в сумку ничего не собрал, и сейчас, бегая по квартире в одной штанине, я ищу учебник и ручку. — В этом доме что, барабашка завелся? — с горьким вздохом убрал учебник в сумку и надел штаны. – Эй, подлый трус, выходи! Мне нужна ручка, и это не обсуждается. И, как по волшебству, вижу ручку, лежащую на столе, а я прыгал по всей квартире. Вот дурак. Теперь у меня нет времени на завтрак. Н-но рамен. Ладно, буду сегодня сильным и с утра не отведаю этой пищи богов. Быстро выбегаю из квартиры, просто вставив ноги в кроссовки и сминая пятки, закрываю дверь. Бегу к лифту, но он не вызывается. Ладно, невелика потеря, всего четвертый этаж, но тогда я сейчас нормально надену кроссовки и побегу, иначе пропахаю лестницу носом. Через какое-то время я был уже в здании института и сидел перед своей аудиторией. Мои мысли были полностью обращены к одному напыщенному индюку, которого я всем сердцем ненавидел и в то же время я до боли его любил. Жаль, что чувства мои были односторонние и я никогда не дождусь ответа. Понимание того, что я влюбился в парня, пришло совсем недавно, и я до сих пор не могу с этим смириться. Это же надо было так влипнуть. Он был высок и хорошо сложен, повсюду таскался со своими друзьями, которые были больше похожи на псов, носил все черное. И сам он был полностью черным. В его душе не было и намека на что-то хорошее. Мы с ним знакомы не так давно, точнее вообще не знакомы. Я просто знаю, кто он, а этот парень о моем существовании даже не догадывается. Это мне на руку, потому что иначе мне пришлось скрывать от друзей намного больше, чем сейчас. День прошел, на удивление, спокойно, и я немного задержался. Меня попросили отнести книги в библиотеку. И, когда я уже шел обратно, чтобы спуститься и уйти домой, услышал ругань и рыдания. Я замер, узнавая голос Сакуры — моей однокурсницы — и Саске Учихи. — Я сделаю все, чего бы ты не захотел, — прорыдала девушка. Уверен, её тушь потекла и размазалась по лицу. — Мне надо… — голос парня заморозил все вокруг. – То, что мне надо, дать ты не сможешь. Эй, выходи, я тебя заметил. Переступив с ноги на ногу, я неуверенно вышел из своего укрытия. Учиха был прекрасен. Его темные волосы были подстрижены таким образом, что спереди пряди обрамляли идеальное лицо, а сзади они были подстрижены короче и аккуратно уложены. Карие, почти черные, глаза смотрели с превосходством. Губы были растянуты в ухмылке. — Наруто! Что ты тут делаешь? — вдруг вскрикнула Харуно. — Я… Я… Я ничего не делаю. — Наруто, а ты знал, что подслушивать плохо? — Я и не заметил, как Учиха оказался за моей спиной, и сейчас он наклонился к моему уху и слегка кусает меня. На эти нехитрые ласки тело отзывается, что меня безумно смущает. Нет, ну, я, конечно, много раз представлял, но не думал, что мое тело такой предатель. Мне стало так стыдно, что я закрыл лицо руками, тихо застонав. — Оу, — тихо шепчет мне на ухо парень. — Ты так возбудился. Мне нравится. Брюнет потерся своим стояком о мою задницу, и я сильнее вспыхнул. Мне было так приятно и в то же время стыдно. Брюнет положил одну руку мне на талию, прижимая меня к себе, а второй он начал медленно поглаживать бугорок в моих штанах. — Эй, что вы делаете?! – завопила Сакура. От её голоса я вздрогнул и поморщился. Нет, я не смогу отказать ему. Возможно, потом я буду чувствовать себя шлюхой, но в данный момент я хочу этого парня. И этот самый парень хочет меня, я чувствую это своим задом. Воздух вокруг нас накалился, и даже голосу Саске не получилось его заморозить. — Ты смогла привлечь своими криками Наруто, — он слегка прикусил кожу на шее, потянув ее. — Ты сделала то, что я хотел. Теперь можешь валить. Девушка возмущенно запыхтела, но все-таки ушла, оставив нас с Учихой вдвоем. От этой мысли моё сердце затрепетало, и я невольно подался назад, слегка потираясь задницей о член. — Мне нравится, лисенок, — промурлыкал мне на ухо мой возлюбленный. — Идем. Он взял меня за руку и повел вниз по лестнице, к выходу. Там мы быстро попрощались с вахтершей и пошли на улицу. Потом он меня повел к одиноко стоящей машине. Нет, я, конечно, знал, что Саске был мегакрутым, но не думал, что он умеет водить машину. Я, если честно, боялся сам учиться, просто меня преследовал непонятный страх того, что когда-нибудь откажут тормоза. — Не зависай, Наруто, — он вкрадчиво прошептал мне на ухо, подталкивая к машине. Я аккуратно сел, задрожав всем телом от предвкушения. Я безумно хотел Саске. Хотел в нем раствориться, чувствовать его каждой клеточкой тела. Я начинал сходить с ума от одного его запаха. Мы приехали к многоэтажному дому, Учиха вышел первый, а я, пару раз вдохнув и выдохнув, пошел на негнущихся ногах за парнем. Он был таким высоким и красивым. И с каждой секундой я влюблялся в него сильнее и сильнее. Я и не заметил, как оказался в квартире Учихи и дверь за мной закрылась. Я совсем не думал о том, что все пути к отступлению перекрыты. — Выпьем? — выходя из кухни, спрашивает брюнет. Он был похож на кота — такой же грациозный и вольный. — Не пью, — слишком резко вырывается у меня из груди, и я закрываю глаза. Я все так и стою у двери, вцепившись в лямку сумки, но это продолжается недолго, потому что меня дергают к себе и впиваются в губы страстным поцелуем. Ноги подкашиваются, и я чувствую себя таким слабым. — На-ру-то, — с каждым слогом моего имени с меня снимают что-то; сумка, от которой нежно отцепляют мои пальцы и целуют их, кофту, кроссовки. Все это было аккуратно положено в сторону под моим внимательным взглядом. Нет, он волшебник. Саске провел кончиками пальцев по моей щеке, а после ласково прошептал: — Ты такой красивый. Я засмущался и подался вперед, утыкаясь лицом ему в грудь. От него приятно пахло, и было тепло. Я хотел этого парня. Мое тело должно было принадлежать ему, ведь моей душой этот демон искуситель давно повелевал. Саске мягко отстранил меня и, взяв за руку, провел в одну из комнат. Он подвел меня к кровати и посадил на неё. В голове была лишь одна мысль: «Я хочу его». Саске наклонился ко мне и мягко поцеловал в губы, а после немного отстранился и жарко зашептал: — Если бы это был не ты, то я, не раздумывая, трахнул и забыл. Но так как передо мной ты, Лисенок, я спрошу еще раз. Ты уверен, что хочешь этого? Я не узнал свой голос, когда из моей груди вырвалось хриплое «Да». На губах у Саске появилась улыбка, и он мягко коснулся моих губ, а после, покусывая их и оттягивая, стал тихо рычать. Это было какое-то безумие, потому что от одного его поцелуя у меня мир шел кругом. От его голоса у меня перед глазами появлялись черные пятна. Учиха резким движением поставил меня на ноги и начал, в прямом смысле, срывать одежду. И, когда я остался голый, он с жадностью стал рассматривать мое тело. Это было совсем недолго, потому что, осмелев, я придвинулся к Саске и стал снимать с него одежду. Первая с него слетела рубашка, под которой он прятал эту красоту. Я не смог сдержать восторженного вдоха, на что услышал тихий смешок. После я потянулся к его штанам и принялся дрожащими руками расстегивать их, а затем быстро снял. Но я не был бы Наруто, если бы где-то не накосячил. Когда снимал штаны, я согнулся и уткнулся губами в стоящий член парня. — П-прости, — заплетающимся языком еле выговариваю. Учиха ничего не ответил и просто помог мне раздеть себя. В данный момент я чувствовал себя таким дураком. Мне стало так стыдно, что я не хотел поднимать взгляда на него. Губы Саске коснулись моего уха, и ответ он получил почти сразу в виде сдавленного стона. От переизбытка чувств мои руки сами сжались в кулаки. По всему моему телу прошлась дрожь, и я сделал шаг к парню. Касаясь его груди руками, я провел пальцем по ней и услышал что-то очень похожее на стон. Саске отстранил меня от себя и осторожно положил на кровать. Он поцеловал, слегка прикусывая мои губы. Его руки блуждали по моему телу, оглаживая бока, слегка царапая короткими ногтями. Саске потерся своим членом о мой, и я не смог сдержать стона. Парень удовлетворенно улыбнулся и повторил. Его губы, словно бабочки, порхали по моему лицу, касаясь всего, до чего могли дотянуться. Потом он переместился к моей шее и слегка прикусил её. Наверно, возлюбленному это понравилось, потому что он вновь прикусил и после провел языком, зализывая. Мурашки бегали по телу, а он, как на зло, совсем не торопился. Саске вырисовывал по ключицам только ему известные узоры, раскрашивая мое тело алыми пятнами, обещавшими завтра стать откровенными засосами. Он нежно провел руками по груди, останавливаясь у сосков, которые тут же сжал. Я ответил ему стоном. Внезапно ласка прекратилась, и Учиха за чем-то потянулся. Этим «чем-то» оказался тюбик из-под крема. Он развел мой ноги и вылил себе крем на пальцы. Потом подставил один к моей заднице. И тут я запаниковал. — Лисенок, не бойся, я буду предельно аккуратен. Обещаю. Доверься мне и расслабься. Ага, легко сказать «расслабься». Но сделать это сразу невозможно. И когда он смазывал мой вход, я понял, что мне страшно. Первый палец вошел не то чтобы болезненно. Просто было неприятно, и Учиха припал губами к моим соскам, чтобы хоть как-то отвлечь, но получалось у него не очень. Но когда он прикусил мой сосок, я громко простонал и выгнулся дугой, подаваясь ему навстречу. Он ласкал мое тело, гладил его и вылизывал, постепенно растягивая меня и подготавливая. Второй палец был болезненным, и я зашипел. Учиха же целовал меня и потом опять возвращался к соскам, вылизывая и покусывая их, а потом дуя, так я забыл и о втором. С третьим пальцем дела обстояли хуже. Это было намного больнее, и я готов был просто вцепиться в Саске. Но и на это он придумал, чем меня отвлечь. Он спустился к моему члену и провел языком вдоль ствола, потом взял головку в рот и стал её посасывать. А через две минуты я вообще кончил в рот невозмутимому Учихе. Мне было так стыдно, что я закрыл лицо руками. Но Саске лишь вынул пальцы и просто повернул меня спиной к себе, подложив мне под живот подушку. Он погладил меня по спине и слегка ударил по заднице. — Наруто, теперь придется потерпеть, — тихо шепчет мне на ухо возлюбленный. Я судорожно вдыхаю и слабо киваю, стараясь как можно сильнее расслабиться. Его головка упирается в мое растянутое колечко мышц, и я чувствую, как он пульсирует. Потом Саске толкается вперед, и в мой проход входит головка. Боль была невыносимая, и я сжал в руках покрывало, быстро смаргивая выступившие слезы, а из горла невольно вырвался хрип. Было больно. Все тело пронзила боль, и я уже сомневался, что мне нужен секс. — Потерпи, Лисенок, — его голос стал тягучим как мед. Он вошел в меня полностью, и теперь я дал себе волю покричать. Было адово. Меня как-будто разрывали на миллион кусков. Я не чувствовал ничего, кроме боли. По щекам потекли предательские слезы. Саске не двигался, даже не пытался предпринять каких-либо попыток. Он гладил меня по спине и приговаривал что-то, потом целовал мою шею, оставляя новые отметины. — Давай, — вырвался хрип из горла, я не узнавал своего голоса. Учиха аккуратно стал двигаться, совсем медленно, чтобы причинить мне меньше боли. А я вцепился зубами и руками в плед, таким образом сдерживая рвущийся наружу вопль. Парень совершал какие-то махинации у меня за спиной, и, когда он в очередной раз вошел в меня, я распахнул глаза и простонал. — Нашел. Дальше Саске продолжил попадать в то заветное место, но не стал ускоряться. Он заботился обо мне, и от этого на душе теплело. Учиха обхватил мой вставший колом член и стал надрачивать, через раз попадая себе в такт, а от этого становилось только приятнее. Я стонал не стесняясь. Мне было приятно. Отголоски боли все ещё остались, но о них я предпочел забыть. Саске гладил мой член, вжимаясь в меня всем телом. Приятно. Жарко. Тепло. Больно. Мне нравились эти смешанные чувства, казалось, что прошла вечность, когда я кончил. Через пару минут по моей спине текла горячая жидкость. — Спасибо, — прошептал я и попытался встать. Зад безумно болел, и я не смог сделать ровным счетом ничего, кроме того, что вскрикнул. — Куда это мы собрались? — Учиха прижал меня к груди и погладил по голове. Его объятия и запах казались такими родными, что у меня на глазах невольно появились слезы. Нет, не может быть все так хорошо, потому что я повел себя как полнейшая шлюха. Что же обо мне Саске подумает. — Я же тебе противен, — не поднимая на него взгляда, шепчу. — Поэтому мне пора уходить. — Наруто, ты дурак? В его голосе нет насмешки, он был ошарашен. И в этот момент я решился поднять на него взгляд. Какой же он красивый. Легкий румянец на щеках и растрепанный вид сделали его только прекраснее. Он смотрел на меня с непониманием, а на дне его глаз можно было увидеть грусть. Он по-хозяйски загреб меня в объятья и встал, держа на руках, словно я маленький. Саске расправил кровать и лег вместе со мной, аккуратно накрыл и тихо заговорил: — Я давно на тебя засматривался. Ты всегда такой улыбчивый и солнечный. От тебя все друзья просто пищат. А я… А что я? Саске Учиха должен был быть каменной глыбой, ведь этого хочет отец. Я отгонял от себя все мысли о тебе, но понял, что это невозможно. Поэтому у меня появилась одна идея, которую я воплощал в жизнь. Он говорил все это без остановки, а потом вдруг замолчал и серьезно посмотрел на меня. — Появление Харуно было в нужный момент, потому что я ждал тебя две пары, чтобы сказать, — тут Учиха осекся, переводя дыхание. Он внимательно меня разглядывал. — Знал бы ты, сколько раз я пытался уйти из школы и просто сбежать. А тут Сакура пришла и отвлекла меня от побега. А через двадцать минут и ты нарисовался. Боже, ты ангел. Нет-нет, не смотри на меня так и дай договорить. Но я не дал ему договорить, заткнув парня поцелуем. Он с радостью ответил мне, покусывая губы и посасывая их. — Саске, я люблю тебя. — Наруто, я люблю тебя. Это мы сказали вместе и внимательно стали рассматривать друг друга. Он казался всегда мне таким далеким, и я боялся к нему подойти, но на деле оказалось, что мои чувства нашли ответ в его душе. Это было прекрасно. Я никогда не был так счастлив, как сегодня. Саске погладил меня по щеке и чмокнул в нос, потом он лег на спину, устроив меня на груди. Я же старался почти не двигаться — зад безумно болел. — Саске, а что ты там придумал? — тихо спрашиваю, почти засыпая. — Ну, цветы в твоей квартире — дело моих рук, — смущенно шепчет Учиха. — А ключи мне отдал Инузука по пьяни. Я был, честно, шокирован ответом. Нет, я все мог представить, но не такое уж точно. Я и подумать не мог, что это все делал мой Саске. Так, стоп, когда он стал моим? Нет, он точно мой, да, и это уже не обсуждается. Он так старался для меня. Хорошо, что Саске не знает, куда я их девал. А ещё и Киба. Алкаш несчастный. Ох, ему не поздоровится, когда я его найду. Убью собачника. — Ах ты зараза. Я, значит, из-за тебя аллергией столько мучился?!