Ocean

Он действительно вернулся, и они действительно отправились только вдвоем на море. На море. Только вдвоем. Ооох. Хотя, если честно, назвать лазурные воды Тихого океана морем язык даже не поворачивался, сидя на кремово-белом песке и глядя на мир вокруг, словно сошедший с заставки на компьютере. Айт в самом прямом из смыслов просто утащил ведьму с собой — та успела лишь позвонить Таньке, заплетающимся языком объясниться и получить заверение подруги о том, что та за всем присмотрит, а Ирка может на неделю со всех радаров исчезнуть. Ее лучшая подруга была действительно лучшей, потому как, еще не положив трубку, она с тоской думала о дядьке Мыколе, который будет рвать и метать за удравшую в незапланированный отпуск Хортицу. Однако саму Хортицу, прижавшуюся щекой к серебристой драконьей чешуе, дядька Мыкола совершенно не интересовал — гораздо больший интерес и восхищение вызывали облака и волшебной красоты остров под ними, райский уголок для тех, кто живет на широкую ногу. Айт не дал ей взять с собой никаких вещей, даже сумки с зельями; «всю эту неделю будем колдовать я и мои деньги, и даже не пытайся спорить со мной, ведьма». Ирка хотела было поспорить, но жажда приключений и шило в одном месте взяли верх над ней, и девушка просто пожала плечами. А деньги и правда могли колдовать — и порой успешнее всяких ведьм: появившимся ниоткуда молодым людям после короткой беседы Айтвараса с управляющим предоставили просторный номер в небольшой гостинице практически на берегу. Ирка зашла в этот номер, взвизгнула и прыгнула звездочкой на огромную — впятером поместишься — кровать; а потом вдруг нахмурилась при мысли, что кровать-то придется делить с Великим Водным. И густо покраснела — благо, змей не видел. Следующие три дня были похожи на сказку. Ту самую диснеевскую сказку-фильм, в которой главной героине достается все и сразу, а она лишь сидит, хлопает глазами и удивляется. В первый же день Айт потащил девушку в бутик, где, отрезав все пути к отступлению, накупил ей ворох брендовых шмоток и три купальника. В магазин женского белья его, кажется, не пустило лишь королевское воспитание, и то Ирку порадовало и лишило возможности сгореть от стыда, выбирая вместе с парнем себе белье. А потом был пляж. Этот восхитительный, похожий на мечту пляж, нежнейший песок и ласковая вода. Эта вода шелковым одеялом окутала Ирку и Айта, наперегонки нырнувших в манящий лазурью океан. Стоит ли говорить, что Великий Водный имел некоторые преимущества над девчушкой, раз в год бывающей на городском пляже? Ложкой дёгтя в этих медовых каникулах смогли стать лишь приставучие иностранцы. Где девушкам хватало безучастной реакции, чтобы потерять интерес и уйти, парни оказывались невменяемо настойчивы. Ирке не нужно было владеть ясновидением, чтоб понять, зачем Айт арендовал себе яхту: его взбесило, что ведьму достают приглашениями прокатиться. Он в принципе ощущал себя некомфортно в обществе отдыхающих человечков и не высказывался лишь во избежание ссоры, но делить внимание Ирки с кем-либо точно не собирался. На самом деле, эти три дня были полны впечатлений, приключений и поцелуев. Мимолетных — в щеку, в шею или в плечо — и долгих, нежных и страстных. Ирке казалось, что они с Айтом стали куда ближе друг другу, чем раньше, хотя, казалось бы, битвы плечом к плечу против всего мира максимально их сблизили. Здесь, рядом с ласковым океаном, они стали гораздо меньше ругаться, больше молчать и слушать; острые характеры сглаживались, будто подводные камни, и двое старались взять максимум от краткого мига счастья. В ночь с четвертого на пятый день сказочного отдыха Ирка выходила из душа, вытирая полотенцем тяжелые длинные волосы. Айт долго смотрел на ее усилия, лежа на кровати, после чего щелкнул пальцами, и вода испарилась с темных кудрей. Ведьма-хозяйка подняла на него удивленные глаза: — То есть ты так просто мог каждый раз избавлять меня от бесконечной сушки волос? Серьезно? — Когда я так делаю, то испаряется вообще вся влага с волос. Если повторять подобное слишком часто, они начнут сечься и выпадать. — Что ж, лучше не надо. Внезапно весь свет в гостинице погас. Месяц светил сквозь стеклянную дверь балкона, обводя белым контуром угол кровати, столик и профиль Айта. Ирка осторожно прошла до кровати, чтобы лечь на свою половину. — Перебои электричества? — Похоже на то. — Во всяком случае, тебя я хорошо вижу. — А я вот тебя плохо, — за этими словами последовало шуршание Айтовой руки по простыни, после чего эта холодная рука обнаружила Иркин впалый живот, и, пройдясь по нему, погладила ледяными пальцами изгиб талии, заставив девушку покрыться мурашками. Она могла оттолкнуть эту руку. Она молчала. Парень чуть подался вперед, привлекая ведьму ближе к себе, пресекая установленную ими обоими границу личного пространства — теперь они лежали рядом, настолько близко, что Ирка даже при отсутствии света могла разглядеть маленькие волоски на коже молодого змея. Она дышала ему в шею, он перебирал пальцами ее длинные кудри, и вдруг — Ирка сама не понимала, зачем — она провела кончиком носа по его шее, от подбродка по кадыку и к ключицам. А потом — коснулась этих самых ключиц губами. В один неуловимый момент Айт оказался прямо над ней, вжимая девушку в подушки с необъяснимым выражением лица. Его глаза едва мерцали в темноте. Он наклонился, легко коснувшись ее губ, и не промедлил углубить поцелуй. Ирка обвила руками его шею, чувствуя, как холодные руки гладят ее спину, неумолимо задирая майку, и с удивлением не обнаружила в себе никаких противоречий. Почувствовав это, Айт с легкостью избавил ее от майки, и ведьма, дурея от собственной смелости и глупости, не преминула оставить дракона в одних штанах. В лунном свете он был ужасно красивый, хотелось то ли зацеловать его, то ли просто им любоваться. Айт не дал ей времени на раздумья, продолжая целовать и кусаться, гладить везде, выпытывая, как бы добиться ее томных вздохов. Ирка льнула ему навстречу, поднявшись над постелью, и он схватился пальцами за застежку бюстгальтера, случайно ломая неподатливые крючки. А ведьма даже возмутиться не успела, как змей добрался, наконец, до ее груди. От новизны ощущений она задохнулась, слишком здорово это было, слишком хотелось большего. Для него не было проблемы ни в ее маленькой груди, ни в узких бёдрах с торчащими косточками таза — Айт любовно водил носом по загоревшей коже, целовал и облизывался с шалым восторгом, не в силах насытиться. Его лицо накрыло тенью ее лицо, он шепнул «хочешь ещё?» и улыбнулся, когда девушка торопливо закивала. Видеть Айта совсем без одежды смутило как в первый раз; парень обдал смехом её пылающие щеки. Тем не менее, Ирка умудрилась покраснеть сильнее, когда пришлось и самой раздеться. Отчего-то вдруг стало страшно, она взяла его лицо в свои руки и поцеловала, а он взял в свои руки её. Горячая ладонь погладила живот, спустилась ниже, между призывно открытых коленок. Айт чуть покружил пальцами, она задрожала. Через пару минут разнообразных прикосновений Ирка уже вся тряслась, не зная, куда от него деться, и он отпустил ее на секунду, устроился ближе, чтобы со стоном войти. Она вскрикнула чуть болезненно, Айт перепугался, зацеловал ее, осторожно двигаясь в ней — а потом они заторопились, толкаясь друг другу навстречу, то хватаясь за руки, то прижимаясь всем телом как можно ближе. В какой-то момент он додумался даже выйти, чтобы не совершить ненужную Ирке глупость. Сама она все ещё немного дрожала, пытаясь отдышаться и прийти себя. В его объятиях она устало обмякла. — Не так страшно, как тебе казалось, верно? — М-да, заниматься любовью со змеями намного приятнее, чем сражаться с ними. Айт удивленно поднял брови, губы растянулись в улыбке (странно, что не в ухмылке, подумалось ей). — Ты стал чаще улыбаться. — Только не говори никому, это разрушит мой имидж крутого и загадочного парня. Девушка тихо засмеялась. — В общем-то, я не против повторить, — ляпнула ведьма, сразу же покраснев. Змей улыбнулся и звонко чмокнул ее в нос. — Не сегодня, уж точно. Ты слишком устала. Ирка закрыла глаза, улыбаясь. — Чего это ты стал такой заботливый? Тебе что-то нужно? — Разумеется, я же змей, мы ни о ком не заботимся просто так. Только о тех, кого любим. Ирка, конечно, уснула, не успев дослушать до конца. Что ж, ничего страшного — в конце концов, впереди еще три ночи, в которые может «неожиданно» отключиться электричество.