Я хочу тебя укусить

На следующий день Блейн подошел к шкафчику Хаммела и спросил: — Где мои вещи, засранец? — Какие вещи? — недоуменно спросил Курт. — Ты прекрасно знаешь, о чем я. Где мои вещи, Курт? — Ах, да… вещи. Кажется, я их выбросил. — Что? Куда ты их выбросил? Ты хоть знаешь, сколько они стоят? — Да успокойся ты, я их Рейчел отдал, — усмехнулся Курт и пошел на урок. Даже на уроке химии ему не удалось побыть одному. У них была лабораторная работа. И, конечно, кто напарник Курта? Конечно же, Блейн Андерсон. После долгих объяснений учителя ученики начали приступать к работе. — Милый, думаешь, я забыл, что ты сделал вчера, маленький засранец? — угрожающе прошептал Блейн, пока тот смешивал вещества. — Не называй меня милым, иначе брызну кислотой прям в глаз, — спокойно ответил Хаммел, продолжая свою работу. — Я это так просто не оставлю! — Да-да, конечно! Ну, и что ты придумал на этот раз? — спросил Курт, откладывая вещества. — Свяжешь меня и изнасилуешь? — Если придется, то да, но я придумал гораздо кое-что поинтереснее! — Может, просветишь меня? — Милый, тогда это будет не так интересно! — сказал Блейн, уже продумывая план сладкой мести. На обеде Рейчел предложила Курту и Мерседес прийти на ночевку. Тот долго колебался, но согласился, ведь веским аргументом было «Курти, не волнуйся, Блейна не будет дома, он уйдет к друзьям». Вот они сидят на кровати Рейчел, поедая попкорн, смотрят мюзикл Бриолин. Следующие два часа они играют твистер. После они стали собираться спать. Курт все никак не мог уснуть, хотя его подруги видели уже седьмой сон. Наконец, он уснул, но в скором времени просулся от того, что кто-то закрыл ему рот ладонью и пригрозил: «Если издашь хоть один звук, то я их убью». Тогда Хаммел решил молчать. Ему надели какой-то мешок на голову и куда-то потащили. После его кинули на что-то мягкое. Оказалось, что ноги и руки у него были связаны, а рот заклеен скотчем. Незнакомец резко сорвал мешок с головы Курта, и тот застыл в немом шоке. Это был Андерсон. — Привет, Курти, скучал по мне? — ухмыльнулся Блейн и сел на него сверху. Курт что-то возмущенно мычал, но ничего не было понятно. — Курт, я сниму скотч, если ты пообещаешь вести себя тихо. Просто кивни. Курт кивнул. Андерсон снял скотч и сразу же поцеловал Курта, на всякий случай, если закричит. Отстранившись, Блейн спросил его: — Скучал по мне? — Я не понимаю… Рейчел сказала, что тебя не будет дома, потому чт… — Рейчел много могла чего тебе наговорить. — Что за нахуй Андерсон?! Почему я связан? Развяжи меня! — Тише, милый, это похищение. День для мести настал! И сегодня ты не отвертишься. Тут нет горячего душа, а если будешь кусаться, то я просто заклею тебе рот. — Зачем Андерсон? Зачем ты это делаешь? —Потому что я хочу тебя! — Ты маньяк. Ты чертов маньяк! — Может, это и так, но я всегда добиваюсь желаемого. И, как вижу, тебя это заводит. — С чего ты взял? — Потому что твой член выдал тебя, — и они оба посмотрели на пах Курта. — Вот черт… — вырвалось у Хаммела. — Давай всего одну ночь проведем вместе! Давай же! Этого похищения не было бы, если бы ты не сбежал тогда. Тогда Хаммел задумался и ответил: — Ладно, только если… — Что, милый? — промурлыкал Блейн на ухо Курту. — Если ты меня развяжешь. Блейн развязал ноги, но руки перевязал так, что они были привязаны к стенке кровати. — Для надежности, — объяснил Андерсон. Блейн, не спеша, стянул с Курта всю одежду и сел напротив, чтобы насладиться видом. Эта молочная кожа, что светилась при свете луны, была такой притягательной, что хотелось ставить на ней засосы снова и снова. Что Блейн и стал делать. Начиная с шеи и заканчивая на груди, он поставил засосы. Эта дорожка свидетельствовала об этой ночи. Что в эту ночь Курт был только Блейна и ни чьим больше. После Андерсон перешел на член и начал грубо отсасывать, вызывая у Курта громкие стоны. Чтобы тот не был слишком громким Блейн приложил к губам Хаммела палец, пытаясь сказать, чтобы он был тише. Потом Андерсон перешел на вход Курта. Сначала вставляя один палец, затем второй и третий. Немного разработав его, он убрал руку и приставил свой член ко входу Хаммела, затем резко вошел. От неожиданного толчка Курт открыл рот и закрыл глаза. Он не ожидал, что это будет резко и тем более без смазки. Блейну всегда нравилось так делать, он чертов извращенец и садист, но он знал, как приносить удовольствие потом. Не дожидаясь, пока привыкнет Хаммел, Андерсон стал двигаться, с каждой секундой наращивая темп. Курт стал чуть ли не кричать, и его пришлось заткнуть поцелуем. «Лишь бы не укусил», — подумал Блейн.