Большая игра

- Да не скули ты, без тебя тошно. Было около четырех часов утра. Полковник Себастьян Моран возвращался домой после задания. Надо сказать, задание было совершенно непримечательным и даже вполне ординарным – проникнуть в дом перешедшего боссу дорогу банкира, добыть нужные сведения, убить, сделать пару фотографий Джиму на память и убраться, не засветившись. Все шло точно по плану вплоть до последнего пункта. Услышав испуганно-жалобное поскуливание из-под дивана, Себастьян понял, что один свидетель убийства все-таки был, а пошарив рукой под диваном, он обнаружил, что свидетель этот – трогательно беспомощный щенок лабрадора, от силы трех месяцев от роду. И стоило бы, пожалуй, прикончить маленького пса вслед за его хозяином, но даже у сурового наемного убийцы не поднялась рука – уж больно жалобно смотрели на него доверчивые карие глазищи, чем-то напоминающие глаза Джима. В результате, полковник, тихонько бормоча под нос ругательства, пытался одной рукой удержать до сих пор мелко подрагивающего щенка за пазухой, а другой – как можно тише открыть ключом дверь их общей с Мориарти квартиры в центре Лондона. Себастьян не был уверен, как его босс и сожитель относится к домашним животным, но что-то ему подсказывало, что будить раздражительного со сна Джима сообщением о пополнении в «семействе» не стоит. С него станется и из дому выгнать вместе с лабрадором. Однако, стоило Себу переступить порог квартиры, как его взгляд наткнулся на Джима. Точнее говоря, на наиболее домашнюю версию Мориарти – всклокоченного, в цветастых пушистых носках и безразмерной футболке с глупым принтом. Такого Джима Себу хотелось бесконечно целовать, ласкать, гладить, баловать…много чего приятного хотелось Морану делать с таким Джимом. Эта версия криминального гения была самой социальной и самой человечной. И вот сейчас внимательный взгляд огромных карих глаз задумчиво скользил от лица Себастьяна к любопытной мордочке высунувшегося у него из-за пазухи щенка лабрадора. Обе физиономии, на взгляд Джеймса, выглядели одинаково виноватыми и умоляющими. Забавно, когда еще увидишь такую смесь эмоций на лице брутального снайпера. Наконец, криминальный консультант изрек: - Рори. И неспешно проплыл мимо Себастьяна в сторону кабинета, провожаемый двумя парами настороженных глаз. - Малыш, надеюсь, ты не проклял меня только что на ирландском? – прокричал ему вслед полковник, получая в ответ короткий смешок. Решив, что разрешение на проживание в доме собаки получено, Себ опустил щенка на пол. Пронаблюдав, как он процокал по паркету мелкими коготкам, убегая вслед за Джимом, снайпер удовлетворенно хмыкнул и отправился в душ. Когда он, посвежевший и расслабленный после водных процедур, вошел в кабинет с намерением погнать спать снова засидевшегося за работой босса, то застал там совершенно умилительную картину. На письменном столе лежал закрытый ноутбук, наверняка как обычно горячий от многочасовой работы. На ноутбуке уютным клубочком свернулся щенок, периодически подергивающий во сне задней лапкой. А на мягком боку лабрадора, словно на подушке, удобно устроил голову его любимый гений, обеими руками обнимающий нового питомца. Очевидно, на мягком шерстяном боку Джиму спалось удобнее, чем на жестком лэптопе, потому что на его губах застыла непривычная мягкая полуулыбка. Когда Себ подошел, щенок встрепенулся и посмотрел на него. - Рори, - позвал полковник. Щенок склонил голову на бок, словно признавая свое новое имя. Моран ласково погладил Джима по волосам. – Это твой новый хозяин. Защищай его, ладно? Он – это все, что у нас с тобой есть. Рори согласно взрыкнул. Полковник бережно подхватил на руки спящего Мориарти, перенося его в спальню и устраивая поудобнее на кровати. Как только он закутал вечно мерзнущего гения в одеяло, на кровать запрыгнул лабрадор и удобно устроился у него в ногах. Поразмыслив, Себастьян решил махнуть рукой на наглого питомца. Теперь-то он знал, как его Джеймс относится к домашним животным.