Искренние извинения

Подруга, встретив мой взгляд, вскинула брови: - Ты чего? - Ничего… - мне жутко хотелось повиснуть у нее на шее и завыть. – Ничего-о-о… - Чет ты какая-то пассивная, - с подозрением прищурилась Мооко. – У тебя что-то болит? - Голова… - А чего болит? - Мозгов не хватает… - я невольно всхлипнула – сказывались нервы, которые я уже успела измотать представлениями – что и как думал обо мне Рен после моей выходки у Такарады-сана. - Это твой диагноз уже давно. - Ну спасибо… - Пошли, - она ухватила меня за руку. – Я как раз планировала сегодня зайти в бани, попариться, вот и расскажешь, что у тебя случилось. Бани? Бани это здорово… А еще здоровее то, что ей не все равно – я невольно улыбнулась, чувствуя, как становится чуть-чуть легче на душе. Может, если я выговорюсь ей, мне совсем уже будет спокойно встречать судьбу завтра? Ведь не зря же исповедуют приговоренных к смерти? Вот и побудет Мооко моим исповедником. - Ну, рассказывай, - устроившись поудобнее в уголке большой ванны в купальне, подруга блаженно прикрыла глаза. – Чего у тебя там такого случилось? Я вздохнула, чувствуя, как вновь просыпается желание никогда не оказываться в ЛМЕ. - Я послала… Цуругу-сана, - я рассматривала свои коленки сквозь зеленоватую от солей воду. Подумала и добавила. – Опять. Молчание напрягло, а когда я подняла голову, то Мооко смотрела на меня, словно на Годзиллу. - Чего? - Ты… послала Цуругу… в смысле ты его куда-то послала или же… - Туда, Мооко-сан, туда я его послала, - я мрачно усмехнулась. - Ооо… - уважительно протянула она и ушла под воду. Вот то-то и оно, что «ооо». Он наверняка тоже так подумал… Утопиться, что ли… Мооко вынырнула: - Опять?! - Ага. И тут она начала смеяться. Так заливисто, что даже мне стало смешно. Смешно и грустно: - Вот и представь… - Ох, не могу!! Кёко, ты… ты просто… - А сегодня специально наступила на ногу… каблуком… - Аха-ха-ха!!! Ты случаем не взбесилась?? - Да не смейся ты!! – я плеснула водой в подругу и невольно надулась. Обидно – я ей тут страхи рассказываю, а она смеется. – Я… я люблю его. - А?! – она замерла, а затем закатила глаза. – Господи, ну хоть себе наконец призналась… - В каком смысле? - В таком – это было понятно полгода назад уже! – Мооко покровительственно хмыкнула и потрепала меня по голове. – Только ты отнекивалась непонятно с чего… - Ага, непонятно! – я отодвинулась назад, чтобы она больше не трогала мои волосы. – Знаешь, как страшно, когда такой мужчина, как Цуруга Рен, неровно дышит к тебе… - Неровно?! – подруга хмыкнула. – Типа так? – она часто и быстро задышала, как собака высунув язык, а затем вновь расхохоталась. - Не смешно! – я с трудом сама сдерживала нервный смех. – Я серьезно! - Ну а счас не страшно? - А сейчас я… для него ребенок. - В каком смысле? – вытаращилась Мооко, и я начала подыскивать слова, чтобы попроще объяснить наши сложные отношения: - Понимаешь, я… он относится ко мне, как к маленькой девочке… можно даже сказать – к сестре, младшей… - Вот же фетишист!.. Ай!! Я мстительно прищурилась, взвешивая в руке вторую пластиковую бутылку с шампунем: - Он не фетишист!! - Да-да, уже поняла, - подруга потерла макушку. – Ну поговори с ним, скажи, что готова. - К чему? – я не понимала, о чем речь. - Ко всему! – она в ответ стукнула меня по голове. – Господи, ну ты же сама сказала, что любишь его, так? Ну и? Разве не готова с ним ко всему, что может произойти? - А… - хитрое подмигивание меня окончательно вогнало в ступор. - С ним я точно готова умереть – после всех выходок… Ну или он просто не будет со мной разговаривать. К этому я тоже готова… - глядя, как Мооко закатывает глаза и снова уходит под воду, я ощутила себя полной дурой. – Что?! Ты можешь сказать, что ты имела в виду?! - Забудь, - пробулькала она. – Ты действительно ребенок. Наивный подросток, который сам не знает чего хочет. Супер. Здорово. Вместо совета – обвинение. - Спасибо, Мооко-сан, - я встала и направилась к борту ванны. – Спасибо за поддержку. - Эй, Кёко, ты обиделась?.. Я промолчала, обматываясь полотенцем и направляясь к раздевалке. Обиделась, не обиделась… Если все вокруг видят во мне ребенка, которому нельзя сказать ничего прямо, а только намеками, если за ним нужен глаз да глаз – что делать?? Наверное, только Рейно видел во мне девушку, а для остальных – наивный подросток. Я вздохнула, вытирая голову. И понимаю я все намеки… Не сразу, но понимаю! Но Мооко ни разу не сталкивалась с Повелителем Ночи, когда от одного взгляда сердце удирает из груди, а само тело становится просто чужим! И какая тут любовь, если в мозгу кроме паники ничего не остается!.. - Не обижайся, - вошедшая подруга обняла меня сзади. – Я все понимаю, но и ты должна понять – если ты действительно его любишь, то просто платонически вздыхать в углу для тебя скоро станет недостаточно, - я покосилась на нее, и Мооко кивнула. – Я тебе говорю. Разве тебе самой не хочется, чтобы он взял тебя за руку, сказал что-нибудь такое, от чего стало бы… - Тревожно и сладко? - Точно-точно! Хотела. И было пару раз такое. Давно. А теперь – он никогда так не говорит. Хм… А вдруг у него уже нет мыслей – так говорить со мной?! - Кёко, поговори с ним. Признайся в конце концов… - Как это?! А если… - Просто признайся, - перебила она меня. – Не думая ни о чем плохом. Если он до сих пор нянчится с тобой, то наверняка не просто считает себя старшим братом. - А по-моему, как раз наоборот, - буркнула я. Разве будет он так думать, если… я для него кто-то больше, чем просто кохай и сестра? - Поговори! – меня легонько шлепнули по затылку. – И потом точно будешь знать. Поговори… Легко сказать! Сначала надо пережить первую встречу… Два дня прошли на удивление тихо, и я всерьез начала подозревать, что для меня готовят нечто изысканно-изощренное, чтобы наверняка и красиво… Прокравшись в отдел нагрузки, я тихонько изучила расписание Цуруги. Ага, он просто на загородных съемках. То-то так мирно… как в центре урагана. А у меня и работы нет. Учеба времени много не занимает, съемок нет, курсы закончились. Вот и шатаюсь по агентству, таская бумаги и коробки. Скууучно… Особенно после последних дней, когда события прям бурлили, захватывая с головой – и Рейно, и Рен, и Шо. Заходя в лифт, я невольно порадовалась, что он пустой – не хотелось с кем-нибудь общаться. Почему-то в последнее время каждый считал своим долгом похвалить всех, кто носит розовую форму, и обязательно уточнить – а не собираются ли милые девушки из отдела «Люби меня» менять работу? Без них будет скучно… И все чаще хочется стукнуть доброжелателей за такие вопросы. Я бездумно следила за меняющимися цифирками на табло лифта. Интересно, когда он вернется? Смешно – я прекрасно понимаю, что по возвращении Рена мне светит черт те что, но… Хочу его увидеть… Вздох сопроводило раскрытие дверей лифта, и вот тут мне захотелось вернуться на минут пять назад и отменить свое желание. На его лице появилась яркая улыбка – прям дежа вю какое-то… - Могами-сан, как неожиданно! - Угу. Еще как!! Он же по графику должен был завтра вернуться!! - И это все, что вы мне хотите сказать? А я уж подумал… Уже и на «вы». Похоже, все становится хуже и хуже. - Что подумали? – я покосилась на его палец, нажавший кнопку удерживания дверей. - Что будет как обычно, - Цуруга продолжал улыбаться, словно уголки его губ приклеили к щекам. – Вы же собираетесь извиняться? Ах вот ты как… Стало до слез невыносимо печально. Признаться, Мооко-сан?! Ему?? Который даже не допускает мысли, что я могу что-то чувствовать иное, чем преклонение и трепет?! Наивный подросток?! Ладно, будет вам наивный подросток! Переходного возраста!! - Не собираюсь, - собрав все силы, я подняла голову и прямо глянула ему в глаза. – А за туфлю пришлите счет – я возмещу материальный ущерб. До свидания. - То есть, - он шагнул вбок, загораживая мне дорогу. Блин, да отойди – не видишь, мне поплакать надо! – вы не считаете себя виноватой? Все. Зря он это сказал. Кажется, вот теперь я точно взбесилась! По крайней мере, плакать тут же расхотелось! - Виноватой?! – я в притворном ужасе уставилась на него. – Я не специально наступила, а совершенно случайно! У вас же ноги вон какие – лыжи прям!! – его глаза стали округляться. – Я ж не знала, что вы так близко подойдете!! Вы сердитесь, да?! Ну, получил своим же оружием!? Приятно, когда из тебя дурачка делают, хотя все понятно?! По глазами было видно – неприятно. - Я извинюсь, чесслово!! Но счас – надо бежать!! – я поднырнула под его руку, вылетая из лифта. – Я извинюсь, Цуруга-са-а-ан!! Зуб даю – извинюсь так, что вовек не забудете, Цуруга-сан!!