Хозяйка судеб

Единственное, что волновало торопливо шедшего по заброшенным улицам среди домов парня, так это то, чтобы ему хватило смелости вновь заговорить с человеком, которому он минут десять назад явно доставил хорошею порцию боли и неприятностей. Джек Уилсон, конечно же, не мог проявить сентиментальных чувств, ударившись в сопливые эмоции и панику. Он не мог даже представить, что он виноват в проблемах людей. Что с того, что он просто живет и делает то, что он хочет? И пускай ради собственных целей и удовольствия ему приходилось многократно убивать, резать и доводить до истерик, приходилось одним своим проявлением каких-либо чувств полностью перечеркнуть счастливое будущее человека, всё это для него было не важнее его собственных амбиций и желаний. Он был тем человеком, который уж если и поставил перед собой какую-то задачу, пусть даже это будет невыполнимой миссией даже для самого Джеймса Бонда, он приложит все усилия, найдет любые пути, но сделает так, как ему нужно и добьется успеха. Он так привык плевать на чувства окружающих, на их мнения и убеждения, что сейчас, стараясь догнать так быстро ретировавшеюся из его обители Дженни Робинсон, он впал в замешательство. Да, может он и говорит, что его собственнические наклонности переваливают за пределы всего разумного и неразумного, но что-то внутри него не давало покоя от того, что именно этой девушке он мог причинить боль, хоть физическую, хоть душевную. Чувствуя себя свихнувшимся Ромео, он ускорил свой шаг, дыхание его участилось. Желая увидеть знакомый силуэт, он обводил взглядом своих темных глаз каждый сантиметр окружавшего его пространства, будто его зрение на миг стало рентгеновским и он бы мог увидеть сквозь огромный мусорный бак, к примеру, прячущеюся от него Дженни. Злость вздымалась в нем, поднимала своё уродливое, оскалившееся лицо. Он поставил цель — найти Дженни, но она будто растворилась в поднявшемся ветре. Преодолев «скверный квартал преступников», он вышел на людную улицу, что значительно осложнило его поиски сбежавшей подружки. Судя по словам Дженни, она направилась к себе домой, но какие гарантии, что она не солгала? Перед ужасного вида домом своей подруги он остановился, будто оценивая обстановку, в которой явно витало напряжение. В обрамленном гнилым деревом окне первого этажа мелькали тени, но разглядеть что-либо большее ему не удавалось. С видом человека, способного силой мысли вызвать всадников ада, Джек стремительно подошел к двери и бесцеремонно вышиб дверь ногой — та поддалась без малейшего сопротивления в силу того факта, что была изрядно старой для таких ударов. Ему было абсолютно все-равно, что могут сказать на это родители Дженни, даже что сама Дженни будет об этом думать. Он уже было собрался подниматься по лестнице на второй этаж, как его внимание привлекли громкие разговоры, доносившееся с кухни. Он постарался незаметно проскользнуть за угол, чтобы вслушаться в происходящее. Мельком глаза он заметил, что за кухонным столом сидели родители девушки, однако её самой он не обнаружил. Выругавшись про сея, что возможно Дженни и вовсе нет дома, он стал выжидать. -Тебе не стоит так говорить со своими родителями. -Вы не родители! - голос Дженни прозвучал так резко, и в какой-то момент он будто сломался. Джек наверняка понял — она плачет. - Вы пьяные ублюдки! -Закрой свою пасть, - еле внятно произнес женский голос и Джек услышал, как на стол поставили рюмку. -Это несправедливо!!! - даже через стену Уилсон почувствовал, что Дженни билась в истерике, и это немало удивило его, учитывая, каким каменным характером обладала девушка. - Я не должна жить так! Я заслужила счастья! Почему кто-то получает все, а кто-то всю жизнь видит лишь одно дерьмо! -Что тебя понесло! - отец сказал это брюзгливым тоном. Далее послышался лишь гневный рык девушки и звук, будто кому-то вдарили по лицу. Грохот, вопль, и Джек не удержался, что бы не посмотреть. На полу валялся отец Дженни, пытаясь свернуться как можно больше, защищая руками голову от яростных ударов ногами Джинни. Подскочила мать, но в результате слишком высокой дозы алкоголя в ее крови не удержалась и упала на пол. Никогда раньше не видел Джек таких безжалостных проявлений злости от своей подруги. -Вы оба, - она обвела из пальцами рук и странно улыбнулась, а в ее глазах вспыхнул такой блеск, который пробрал Джека до мурашек — он узнал в ней себя и ему казалось, что она утратила в этот миг всю свою человечность, - вы оба виноваты во всём. Если бы я жила в другой семье, я бы не гуляла ночью по улицам, я бы училась в нормальной школе, и возможно даже жила бы в другом городе. Боже мой, да я бы не встретилась с Джеком! Она жутко рассмеялась, а из глаз текли слезы. -Какая дьявольская ирония! - с рассудительным выражением на лице она присела на корточки перед родителями, которые, казалось, от страха протрезвели и запуганно наблюдали за действиями своей дочери — любое ее телодвижение вызывало вспышку ужаса в их глазах. - Если бы не все это, не вы, не было бы Джека, и я была бы свободной, как птица! Я не была бы связана по рукам и ногам, я была бы нормальной! Представляете меня нормальной, хм? Она приблизила свое лицо к родителям, те в страхе отодвинулись от нее и уперлись спинами в стол. -Страшно что ли? - она усмехнулась и цокнула языком. - Так и должно быть. Молниеносным движением руки она схватила нож со стола и вонзила его в шею своего отца. Мать заверещала, побелев от кошмара наяву, но Дженни быстро заткнула ей рот. -Заткни свою паршивую пасть, сука! - пригрозив ей ножом, Дженни вновь улыбнулась. - А иначе ты отправишься вслед за ним. Мать зашлась безмолвными рыданиями, прикрывая рот рукой. -Хотя кого я обманываю! - Робинсон вытащила нож из захлебывающегося собственной кровью отца, который сотрясался в судорогах, прокрутила его в руке, оглядев окровавленное лезвие удовлетворенным взглядом, повернула свое мистически прекрасное лицо к матери. - Ты же тоже умрешь, милая! Едва она замахнулась, из-за угла выскочил Джек и ударом вышиб хладнокровное оружие и рук девушки. На секунду растерявшись, Дженни проследила за упавшим ножом и перевела взгляд на нежданного гостя. В ее глазах все еще плескался безумный огонек и снова она плакала, видимо, сама не осознавая этого. -Смотрите-ка? Мама, папа, это тот самый Джек. Вы в курсе, откуда у него эти шрамы? Мать мотнула головой и вжалась в стол. -Смешно видеть твою испуганную рожу! - Дженни вновь расхохоталась, глядя на мать. Джек размышлял, как быстро обхватит её руками и уведет отсюда. Но при этом от понял одно — мать нельзя оставлять в живых, она видела много, она расскажет о дочери, и у той будут неприятности. Не успел Уилсон среагировать, как Дженни набросилась и на него. Неистово молотя его руками, она повалила его на пол и вытащила из его кармана пистолет. Конечно, она знала, где Джек его прятал и воспользовалась этим. Резко вскочив с него, она, не сводя глаз с его удивленного лица, двинулась в сторону ножа и подняла его. -Что ты теперь будешь делать? - осмелился нагло осведомиться Джек, поднимаясь с пола. -Вот что, - она спокойно пошла к плите, включив все конфорки и не сводя взгляда с Джека. Сообразив, в каком направлении идут мысли Дженни, Джек убийственно спокойно стал подходить к ней. -Отойди! - прорычала она, гневно стреляя глазами. - Я прикончу тебя, Джек! -Пистолет не заряжен, глупышка, - он знал это с самого начала. Пули были в другом кармане — очень предусмотрительно он разрядил пистолет еще пару часов назад. Мысленно порадовавшись везению, он без колебаний и очень жестко выхватил его из руки девушки, которая была в замешательстве, и прикладом ударил по ее голове. Обмякнув, она стала падать, но он подхватил ее и потащил с кухни. Конфорки он оставил включенными. -А вы, миссис Робинсон, останетесь здесь, - одним ударом он вонзил лезвие ножа ей в ногу и она заорала от боли. Он поднял Дженни на руки и потащил вон из дома. Отметив, что она была очень легкой, он смотрел в ее умиротворенное лицо. Она будто спала, веки ее были закрыты, а с виска текла кровь. Отнеся ее на максимально большое расстояние от дома, ему стало больно от того, что он всё же принес боль этой девушке. Это привело его в ярость. Утерев кровь с ее лица, он вытащил из кармана телефон и набрал номер одного из своих подчиненных. Тот ответил, конечно же, сразу. -Да! - какое глупое пресмыкательство. -Фред, мне нужно, чтобы через две минуты ты приехал с канистрой бензина. -А куда? Джек назвал адрес и даже через телефон почувствовал напряжение парня. -Это же невозможно! Я смогу только минут через пять! -Да мне хоть на самолете, хоть с помощью магии дзен-буддизма, тащи свою задницу сюда и не позднее двух минут! Джек повесил трубку и выжидательно смотрел на дорогу. Пунктуальный Фред умудрился добраться до дома в назначенное время, и с самым серьезным лицом вышел из машины, держа в руке канистру. -Что произошло? - он заинтересованно смотрел на тело Дженни. -Давай сюда, - выхватив канистру из руку без всяких объяснений, Джек двинулся в сторону дома, - а даму положи в машину. И будь готов быстро смотаться. С видом смертоносного убийцы, Джек прогулочным шагом прошел к дому. На кухне всё ещё содрогалась от рыданий мать Дженни: нож она уже вытащила и теперь держалась за свою раненую ногу, как за хрустальный сосуд. Уилсон усмехнулся и направился к ней. -Мне жаль, миссис Робинсон, - поливая бензином участки помещения, высказался парень, - просто это, очевидно, Ваша судьба. Разведя руки, он уже собирался было уходить, но слабый женский голос женщины остановил его: -Берегись её, мальчик. Ты не видел её глаз. Она безумна, она потеряла контроль. Если потеряет снова, она и тебя прикончит. Хмыкнув и не придав значения её словам, Джек уходил, оставляя за собой дорожку бензина. «Ты не видел её глаз» - пронеслось в голове, и Джек невольно воспроизвел в голове только-что минувшее событие, когда безумно веселая и убийственная Дженни вонзала нож в горло своего отца. В какую-то секунду он и правда испугался. Как бы он сам себя не вел, ему было трудно воспринять то, что девушка могла стать его копией. В машине его смиренно дожидался Фред, который внимательно поглядывал по сторонам и наверняка держал наготове пушку, в случае появления ненужных свидетелей. Джек неплохо относился к этому парню, уж слишком тот был исполнительным. Но делал он все, естественно, лишь ради статуса «приближенного к главе преступников». Ухмыльнувшись собственным мыслям, Джек завершил свой «бензиновый узор» прямо у двери машины и запрыгнул в салон, отбросив канистру подальше от себя и поправляя кофту. -Фред, прикури-ка сигаретку, - с беззаботным видом, будто обращался к старому товарищу, сказал Джек. Фред не раздумывая вытащил из кармана пачку Ротманс и, чиркнув зажигалкой, прикурил. Уилсон выхватил сигарету из его рук. -Надеюсь, ты не против? И с кровожадной улыбкой бросил ее в начало бензиновой дорожки у машины. Вспыхнувшее пламя понеслось дальше, к дому, тем временем Фред, уже понявший намерения своего начальника, круто развернулся и уезжал прочь. Когда же огонь достиг своей цели, и конфорки сыграли свою роль, прогремел мощнейший взрыв, что машину аж тряхануло. Уилсон рассмеялся «проделке» и с интересом оглянулся. Его завораживал вид горящего дома, вид повсюду валявшихся обломков. К так называемой «базе», а именно в свою обитель, Джек был доставлен спустя минуты три, за что мысленно похвалил Фреда. Тот уже вышел из машины и открывал заднюю дверь, намереваясь вытащить оттуда бессознательную Дженни. -Оставь! Я сам ей займусь! - он выпрыгнул из машины и обошел ее, не глядя на напарника вытаскивая девушку. - А ты машину отгони и скройся. Мы не замешаны в этом. Фред тут же вновь бросился в авто и поспешно погнал машину подальше отсюда. А Джек не сводил глаза с лица Дженни всю дорогу, пока не донес её до своей комнаты. Положив ее на кровать, он сел в кресло и выжидательно наблюдал. Кровь засохла на её ране, которая, к счастью, была не глубокой. Лицо не выражало никаких эмоций. «Будто спит» - проскочила мысль у Джека в голове. Он неподвижно сидел в кресле, расслабившись и подпирая подбородок ладонью. Сидел так до самого утра, до того момента, пока Дженни не открыла глаза. Он тут же подскочил и рванул к ней, оглядывая её лицо. Она приподнялась на локтях, огляделась, явно не понимая где она находиться. В её глазах больше не было того лихорадочного блеска — это была его Дженни. -Выспались, мадам? - учтиво поинтересовался Джек. Она посмотрела на него так, словно увидела впервые в жизни. В этот момент Уилсон подумал, что у неё, возможно, амнезия. -Что я здесь делаю? - она привстала с кровати и скривилась, прикоснувшись к ударенному виску. С удивлением обнаружив там рану, она распахнула шире свои глаза и непонимающе уставилась на Джека. - Что случилось? -А что ты помнишь? - мысль об амнезии не отпускала мыслей парня. -Ну..., - она пыталась собраться, - я пришла к тебе и мы... поговорили. А потом я ушла, пошла домой, а там я разговаривала с родителями и... всё. Ошарашенно вылупившись на подругу, Джек определенно понял то, что в момент кровавой резни Дженни находилась в состоянии аффекта, после чего из её памяти улетучились все воспоминания о содеянном ею зле. Возникал следующий вопрос — что ему сказать ей? Правду, или же солгать? Поразмыслив, Джек нашел другой подход. -Твои родители... - он выдержал паузу, наблюдая. Дженни заметно занервничала. Тогда он осознал, что говорить ей об убийстве родных было бы чудовищной ошибкой, а уж тем более, что она сама убила их. -Ночью на вас напали, и ты....прибежала ко мне с пробитой головой и упала в обморок прямо на пороге. Старался он говорить как можно более убедительней. -Напали? Да кому нужно! - явно Дженни не верила в это. -Я не знаю, Джен. Говорю, что есть. Твой дом... Сгорел. Его подожгли и... видимо твои родители мертвы. Она молчала. Долго. Лицо не выражало ничего, чтобы догадаться о её чувствах. -Просто не знаю. Как мне реагировать. Они ведь мои родители, но они были... - она хотела ругнуться в их адрес, но, как говорится, о мёртвых плохо не говорят, - не самыми образцовыми, так скажем. Скупая слеза сожаления скатилась по ее щеке. -Иногда мне казалось, что они могут... измениться, - она сжала губы, пытаясь прервать рвущиеся эмоции, - теперь их нет. У меня больше никого нет. Я одна. Даже дом и тот сгорел. Джек не был сторонником романтики, однако сейчас он притянул её к себе и гладил по голове. Она плакала, не рыдала, но плакала. Сейчас она забыла о всех произошедших между ними недоразумениях. Она действительно осталась одна, и единственный, кто мог быть рядом, кто мог помочь, был Джек. -Я то жив, - подбадривая, отозвался он. Совершенно неожиданно она подняла голову и поцеловала его в губы. Снова по его телу, как и в первый раз, пробежал мощный электрический разряд, он весь напрягся. Она отстранилась, уставившись на него широко распахнутыми глазами. -Прости! Это стресс! - вырвалось у нее, однако Джека это уже не останавливало. Прильнув к ней, он снова впился в её мягкие, припухшие от ночных слез губы. Поцелуй становился всё более жадным, более свободным. Оба тяжело дышали. Дженни взяла мелкая дрожь, на что Джек провел пальцами по коже её руки. Она вздрогнула еще сильнее. Не выдержав больше сентиментальных ласк, он повалил её на спину, оказавшись сверху. Покрывая её шею поцелуями, слегка покусывая, от чего Дженни выгибалась под ним, он стягивал с неё футболку. Его взору предстала картина, о которой он мечтал давно — Дженни была в шаге от своей обнаженности. Не медля, он выхватил нож из кармана и звук открывающегося лезвия, казалось, только еще больше возбудил девушку. Безжалостно разрезав лифчик, разрезая быстрым движением джинсы по все длине, он наконец добрался до последнего элемента её одежды. Она так же не осталась в стороне, рьяно вскочив и буквально срывая с него одежду. Ему казалось, что он слышал, как колотиться её сердце. Наконец, полностью обнаженные, они вновь слились в дурманящем поцелуе. Она притягивала его голову за волосы, от чего Джек зарычал, словно животное. Наконец, когда они всё же слились воедино, она сильно оцарапала его ногтями и закричала и от боли, и от наслаждения. Уилсон не помнил себя от блаженства, весь мир сосредоточился на них двоих. Она только его, была рождена лишь для него. И он никогда, ни за что не отпустит её, никакие испытания ада не разлучат их. -Я твоя, Джек. Твоя, и пусть я буду проклята, но ради тебя продам свою душу, - сиплым от возбуждения голосом сказала она, будто читала мысли Джека. Удовлетворенный этими словами, Джек улыбнулся и впился поцелуем в ее шею, от чего она закричала еще сильнее.