Ну-ну малыш, не на ту напал!

      «Время неподвижно и, соответственно, не имеет ни начала, ни конца. Представление о времени как о чём-то движущемся и вызывающем перемены есть иллюзия. Да и само время, в сущности, является иллюзией.» Говард Филлипс Лавкрафт — «Врата серебряного ключа»        Лексус смотрел вдаль и ничего не увидел. Глаза застилала белоснежная завеса тумана. Даже дальше молочно-белой стены и на сантиметры не разглядишь. Ему казалось, что вечность заперта здесь, а это место покоится во времени, где нет ни будущего, ни прошлого. Он не мог сосчитать ни времени или даже сориентироваться в округе. Солнце будто замерло, а его ноги срослись с корнями старых дубов, что взросли над ним.        Вначале он просто не замечал этой пелены, будто иллюзия, но не видеть ничего впереди — странно как никак. Лексус протянул свою широкую ладонь к завесе. Кожа тут же зашипела и маг получил химический ожог. Рука покрылась волдырями, а остальная кожа руки обуглилась и почернела. Парень в ужасе раскрыл свои янтарные глаза — он не мог поверить в увиденное. Правда ли это? Ведь он ничего не почувствовал — ни боли, ничего подобного ей.        Лексус решил попробовать призвать молнию, дабы удостовериться, что магия в этом загадочном месте не покинула мага. Он преподнес руку над головой к небу. В его руке появилась искрящаяся шаровая молния. Парень ухмыльнулся, он был рад такому раскладу событий и что фортуна пока что ему улыбается, и запустил молнию в дерево. Но ничего не произошло.  — Какого черта? — он прищурился — ни единой царапины! Возмущенное лицо Дреера надо было видеть, да некому было.       Он осмотрелся. Может где-то здесь заканчивался этот туман? Лексус решил прибегнуть к своей сверхскорости и разогнался. Даже с больной рукой, которая просто горела адским огнем, он смог разогнать скорость до двухсот миль в час. Ветки деревьев больно покалывали и были по лицу, рукам, а силуэты их начал были расплывчатыми, словно стекающая по холсту акварель. Через пару мгновений он остановился, рука больно покалывала и давала знать о себе, хотя когда он бежал, то ничего не чувствовал. Адреналин.  — Что за? — он развернулся на 180 градусов — вокруг его окружали те же деревья, а неподалеку виднелся тот небольшой обрыв.- Ощущение словно это все нереально, — во рту у парня пересохло, и он решил найти ручей или иной источник.       Даже вода в ручье оказалась сплошь иллюзией. Сколько раз бы он не пытался загрести хоть чуть-чуть — ничего не вышло. Дреер даже не чувствовал, что она стекает сквозь пальцев.       Он обессилено упал на траву и перекатился на спину. Лексусу казалось, что он провел в этом месте вечность, но к его сожалению это было не так. Парень очнулся около часа назад, в окружении эфимерных животных, которые сейчас просто испарились. Лексус не смог вначале подобрать к этому месту нужное слово. Слишком много разных чувств его переполняло, пока он не понял, что все это странно. Да, именно так он охарактеризовал этот лес.        — Я просто сгораю от одиночества, — пробормотал полусонный маг. Абсолютная тишина убаюкивала его, но чуткий слух заставил нахмурится. Лексус не слышал ничего: ни свиста ветра журчания ручья или шелеста деревьев.        Ему показалось, что он сказал что-то запретное, а тишина навевала тревогу.        У мага молний начало звенеть в ушах — он зажмурился от резкой боли в голове. Все начало искажаться вокруг него, образуя густую разноцветную массу. Лексус закрыл глаза, дабы не видеть всего этого.        Когда шум прекратился, он расслаблено выдохнул и открыл свои глаза, но так ничего не увидел. Парень не смог убрать повязку с глаз — руки были туго сзади перевязаны веревкой, а из-за кляпа во рту ему было неудобно дышать.  — О! А вот и первый проснулся! — знакомый голос, неужели… Адалин?!

***

 — Рэдфокс, а ну вставай! — Жерар долго не мог достучаться до пирсингованого. Железный убийца драконов что-то неразборчиво пробурчал, явно выражая свое недовольство, но разлепил свои веки. Красные очи брюнета в недоумении уставились на мага звезд:  — Что ты тут делаешь? — раздался хриплый голос.  — Я даже не знаю, что тут объяснять, — Фернандес сел по-турецки.  — Ги-хи, а ты попробуй, вдруг получится? — в своей манере ответил Гажил.  — Дерьмо — дело, я даже не понимаю, как это все произошло?!  — Эй, ты хоть объясни мне, что за фигня?  — Все исчезло, все исчезли, — у парня застрял ком в горле.  — То бишь как?  — Я не знаю, пошли выйдем и посмотрим, — Фернандес протянул ему руку, чтобы помочь встать. Гажил несколько раз чихнул, стряхивая пыль с себя и недовольно поморщился. Он никогда не любил пыль.       Они вышли на улицу, вроде ничего необычного, хотя с какой стороны посмотреть:  — Я не люблю пыль, — Рэдфокс зло оскалился, — но еще больше я не люблю лжецов, Фернандес! — синеволосый маг в недоумении уставился на друга. Он что не понимает, что ничего от их города не осталось? Как он может так?  — Что? Ты разве не видишь? Город разрушен! Все стерто в порошок! — Фернандес ярко выражал свое недовольство, постоянно жестикулируя руками.  — Если это шутка, то она явно не удалась. Придержи это для Скарлетт, — он оттолкнул мага в сторону. Жерар пихнул его в ответ, тот чуть не споткнулся. Гажил через плечо покосился на парня: — Ты больной?  — Ты, что не понимаешь? — в карих глазах отражалась боль и недопонимание, — Вся Магнолия разрушена! — он развел руками в стороны, показывая окружающее его ничего.  — Ты рехнулся? — Гажил оглядел его взглядом скептика.- Я иду в гильдию. Если хочешь — присоединяйся, только остынь чуток!  — Правда, ты что не видишь? — с мольбой почти простонал мужчина.  — Это — ложь, Фернандес, — Гажил тут же рухнул на пол. Голова раскалывалась, а вокруг него будто постоянно били стекло. Тысячи осколков сыпались повсюду, но будто вдалеке, на заднем плане был слышен синеволосый маг:  — У тебя нету ни малейшего понимания, — у Жерара стала кружиться голова. Глаза сами закатились назад и он упал рядом с еле сидящим Рэдфоксом.  — Какого черта? — Фернадес внезапно исчез, как и Магнолия вокруг него. Тело онемело, руки отказались слушаться его. Красные глаза сузили, когда он почувствовал струйку крови, стекающую ему на губы. Гажил резко провалился в темноту. Разлепив веки, он почувствовал тупую боль на затылке. Шея ныла, явно он ее за лежал. Гажил нахмурился — его руки оказались привязаны к деревянному столбу сзади. Он точно уже успел себе заработать пару заноз. Гажил почувствовал сзади шуршание и попытался безопасно развернуться к своему соседу — им оказался Фернандес, которого также привязали.  — Фернандес?  — Рэдфокс? Что происходит? — ну вот теперь очередь мага звезд задавать вопросы.  — Ну мы в дерьме, — усмехнулся железный маг.  — Это тебе не шутки, — Фернандес состроил обидчивую гримасу, на которую только мог быть способен в своем положении.       Рэдфокс причудливо осмотрелся. Вокруг него были лишь мрачные стены. Напротив него старая потрёпанная решетка, боку которой висел факел — единственный источник свет в округе. Похоже, они были в подвале — сырость и ужасный зловоний подчеркивали это.  — Почти в буквальном смысле, — Гажил улыбнулся своим мыслям. М-да ни этого он ожидал.  — Чего лыбишься? — повернулся к нему сосед.  — Надо выбираться отсюда.  — Какой догадливый! — хех, сар-р-р-каз-з-зммм…

***

 — Что это было? — Нацу попытался отдышаться, а тем временем позади него валялась измазанная в грязи МакГарден.  — Черт его знает, да и какого лешего мы тут оказались? — недовольно вскрикнула Кана.- Выпить мне надо, — она приложила грязную руку ко лбу.  — Мне этот леший теперь новую юбку должен! — воскликнула магичка.  — Это образное выражение, дура! — усмехнулась Альберона в сторону распластавшейся на земле Леви.  — Ага, — буркнула девушка в ответ.  — Это был храм? — переспросил Нацу, оглядывая руины. Вокруг них расстелился ковер из дождливых джунглей.  — Уже не важно, — она развела руки в стороны, — смотри, что от него осталось!  — Главное, чтобы дождь не начался, — синеволосая наблюдала за медленно плывущими в синем небе облаками.  — Сплюнь и три раза стукни по дереву.  — Я не верующая.  — А я — атеист! — влез в разговор розоволосый.  — Ладно, пошел оно к черту, — до этого лежавшая МакГарден оглядела всех, — надо найти укрытие, а лучше вообще кого-нибудь. Кстати никто не хочет есть?  — Да нет, — Кана рассматривала цветочки рядом с ней.  — Я вроде бы тоже, — Драгнил чуть засмущался, как ребенок просящий у взрослых конфетку.  — Отлично, тогда пойдем! — Леви очень сильно старалась не дотрагиваться до ее юбки, хоть снизу у нее все тоже мокро. Через пол часа…  — Блин, Леви, дождь начался из-за тебя!  — Заткнись, я в домике!  — Может, вы обе замолчите? — единственный адекватный человек в этой чаще — Нацу. Драгнил укоризненно посмотрел на них обоих, выставив правую руку вперед, из которой искрились языки красного пламени.  — А он прав, — Кана пошла следом за драгонеслеером.  — Сама знаю, — Леви прошла вперед, не забыв нечаянно задеть Альберону. Та лишь фыркнула.        Пройдя еще около мили, они решили устроить привал. Трое драгонеслееров нашли небольшую полянку, которая оказалась на удивление сухой. Все разместились в прохладных тенях крон деревьев. Леви почти уснула, Кана лениво подтянулась и посмотрела на Драгнила, который нервно постукивал пальцами по корню дерева.  — Странно, — тихо проговорил Нацу.  — Что именно? — правда обе девушки его услышали. Нацу ведь еще не смог свыкнуться с тем, что эти пятеро изменились навсегда.  — За все это время мы ни разу не встретили живность.- живот Нацу предательски заурчал.  — Ты только о еде и думаешь? — Кана скептически изогнула бровь.  — Нет, я серьезно.  — Ну это, да, у меня складывается впечатление, что здесь все ненастоящее, — вставила свои пять копеек МакГарден и поздно спохватилась. Неожиданно для нее пересохло горло, легкие начало жечь, а сама девушка осела. Пытаясь найти хоть какую-то опору в стволе дерева, она медленно сползла вниз, харкая густой кровью.       Друзья не успели ничего предпринять, в то время как девушка пыталась хоть как-то остановить жгучую боль в горле. Ей казалось, что слюна — это кипящая магма, а горло — пробуждающийся вулкан.  — Надо сваливать отсюда, все равно ей не помочь, — Альберона попятилась назад от извивающегося тела МакГарден.  — Нет, это предательство! — Нацу вдруг оглушило, а рвотный рефлекс сработал на ура. Парень начал давится своей же слюной, живот ныл от спазмов из-за пустого желудка. Он отхаркивал желчью, а вскоре и кровью.  — П-помог…- Нацу упал почти замертво.       Ошарашенная всем происходящим Альберона, не смогла и шагу ступить. Девушка схватилась за голову в приступе истерики. Это не смешно… не смешно, не смешно! Надо уходить отсюда, я уже им ничем не смогу помочь. Да, да, да — именно так я и поступлю! Ничего, никто это не узнает! Она начала смеяться как ненормальная. Ее смех переходил все границы, а она все и надрывала связки, просто разрывая свою глотку изнутри на части, потому что это все… — … иллюзия.