Как можно дольше

      Мы с Аном слегка растеряны, хотя знали, что Ракузан здесь. Идем по коридору на выход вместе с командой. Брат непринужденно болтает о чем-то с Хаямой, а я… — Вы остановились в гостинице? — интересуюсь у Рео, который идет рядом. Прекрасно об этом знаю, но чувствую острую необходимость заговорить. — Да, у игр довольно плотный график, — отвечает Мибучи. — Завтра уже финал! Пойдете смотреть? — спрашивает Хаяма, обернувшись в мою сторону.       Смотрю на Акаши. Интересно, он не против, если я расскажу, что мы с братом здесь только благодаря ему? — Пойдем, пойдем, — вдруг отвечает Ан, хлопая Хаяму по плечу. — Если сможем достать билеты. А-ха-ха! — А разве это проблема? — удивляется Эикичи.       Странно… но сейчас всё так, будто мы — снова одна команда. Ан не так часто общался с первым составом, но ему приходилось задерживаться после тренировок из-за меня. В это время он всегда был в зале вместе с Акаши и остальными. — Не проблема, — тихо произносит Акаши, но всем прекрасно слышно каждое его слово.       Когда выходим на улицу, он оборачивается к нам с Аном, чтобы задержать. — Встретимся здесь. — Акаши протягивает мне листок с адресом и названием кафе. Я смотрю удивленно. И что это значит? — С вами двумя, — добавляет он, переведя взгляд на моего брата. После этого Акаши уходит в автобус вместе с командой. Мы же с Аном остаёмся в полной растерянности одни. — Эм… Хоро, ты знала, что он нас пригласит? — Нет, откуда? — Как думаешь… зачем? — По мне не видно, что я сама ничего не понимаю?! — Не могу скрыть своего расстройства: — Но это явно не свидание. Иначе ты тогда нам зачем? — Как грубо… — вздыхает брат.       Сидим и ждем в назначенном месте. Акаши не говорил про время, когда сможет к нам присоединиться, но я считаю, что он сделает это сразу, как только съездит с командой в отель. — Здесь мило. Может, это все-таки свидание? — оглядываясь, смеется Ан. — Ага, с нами двумя! — тоже смеюсь. Хотя, на самом деле, ситуация странная. — Ну… кто знает, какой из него извращенец? — Ан смеется еще громче, но серьезно добавляет: — Если хочешь, могу уйти. Только мне не очень нравится эта идея. — Мы оба должны быть здесь, когда он придет. — Ах, ну да… его капризы же абсолютны, — говорит Ан, зачем-то копируя женскую манеру речи. — Я рад, что вы пришли, — голос Акаши. Кажется, он прекрасно слышал последние слова моего глупого брата. Ан тут же краснеет. Думаю, ему повезло, что Акаши не слышал фразу про извращенца.       Но вроде всё обошлось, Акаши садится с нами за стол, и мы делаем заказ. Есть хочется сильно, потому что во время матчей мы так и не смогли нормально перекусить. Смотрю на Акаши и ужасно волнуюсь. Мы сидим за небольшим квадратным столом. Акаши, расположившись лицом к окну, сидит слева от меня, между мной и братом. — Вам понравилась сегодняшняя игра? — непринужденно спрашивает наш бывший капитан.       Мы с Аном напряженно молчим. Кажется, брат решил предоставить первое слово мне, а я от волнения вообще ни о чем думать не могу, не то, что говорить! Ощущаю, как краснею. Да сколько можно! Столько времени уже прошло, а Акаши опять действует на меня словно какой-то наркотик-релаксант. В итоге мы попытались сказать что-то с братом одновременно и тут же замолчали. Провал. Это было ужасно. Мне хочется спрятаться под стол! — Перестаньте так волноваться, — слегка улыбаясь, говорит Акаши и отпивает чай. — Да! — Хорошо! — снова почти одновременно. — Эм… Сей…джуро-кун. — Выдыхаю и замечаю, что брат не просто удивлен, а крайне шокирован моим обращением. Акаши слегка недоволен. Прости, я все еще волнуюсь, произнося это вслух! Даже когда думаю, называю тебя не иначе как по фамилии! — Какую именно игру ты имел в виду? — Мне интересно, что вы думаете об игре Сейрин. Говорит то, что я не хотела бы сейчас от него услышать. Надеюсь, ошибаюсь, и это всего лишь вежливый интерес. — Вообще-то нам больше понравилась ваша игра против Сютоку, — уверенно отвечает брат и принимается, наконец, за еду. — А на Сейрин было больно смотреть. Куроко, или как там его, казался таким жалким.       Что-то тебя, братец, занесло. Слишком сильно расслабился?       Легонько пинаю его под столом. Думай, что говоришь, Куроко — его бывший партнер по команде! Но Акаши никак не реагирует на слова Ана. Встречаю этот взгляд. Желтый и малиново-алый. В нем нет интереса или усталости. Даже высокомерия. Почему сейчас в нем нет ничего? Ты расслаблен, спокоен и… сосредоточен? — Значит, вы оценили игру Шинтаро? — опять эта легкая улыбка. — Да, он потрясающий, я сделала много записей, — говорю и тут же прикусываю нижнюю губу. Лишнее, это было лишнее. Ох, какой же тяжелый разговор… На свидание даже близко не похоже! Мне приходится взвешивать каждое свое слово, прежде чем что-то произнести! — Я давно не видел, как ты рисуешь. Получается уже лучше? — говорит Акаши. Каждое его слово заставляет меня волноваться всё больше. — Д-да. Наверно. — Смущаюсь, но еще больше… боюсь. — Да она почти не смотрит на бумагу, только на площадку! А дорабатывает, когда есть время. Ты бы видел, Акаши-сан, просто потрясающе! — расхваливает меня брат. — Хороми, может, тогда ты покажешь мне, что получилось? — Акаши смотрит на меня, ожидая согласия.       Киваю. Я не могу тебе отказать… Однако достаю слегка дрожащими руками только один из двух блокнотов, в нем записи по игре против Мидоримы. Акаши откладывает в сторону палочки, чтобы его взять. — Как тебе? — спрашивает Ан после того, как капитан с интересом просматривает несколько страниц. — Всё хорошо, — кивает Акаши, продолжая листать. — Но здесь только одна игра.       В этот момент я с силой наступаю брату на ногу, чтобы он не успел что-нибудь ляпнуть. — Ну да, я не записывала ничего о Сейрин! Их игра была неинтересной. - Вру, потому что не хочу, чтобы мои догадки оказались правдой: Акаши позвал нас сюда только из-за этой игры? Или… только из-за игры Куроко? Хочу ошибаться.       Акаши пристально смотрит на меня, а затем отдает блокнот. Я отвожу взгляд и смотрю на Ана. Тот, естественно, удивлен. — Мне не нужно видеть тебя насквозь, Хороми, чтобы понять — ты врешь, — с холодным спокойствием произносит Акаши. Я утыкаюсь взглядом в свои колени, не в силах что-то сказать. Он прав, а я… нет. — П-прости, Акаши-сан! Моя сестра не подумала, что сказала. Видно же, что она очень волнуется… рядом с тобой, — заступается брат, и я чувствую прилив благодарности. — Да, это очевидно. Но так глупо. Я же не стану отбирать его у тебя силой, — обращается ко мне Акаши. Набираюсь смелости и смотрю на него: ничего не изменилось. Та же сосредоточенность, тот же взгляд. Ему как будто плевать на всё, что здесь происходит. На нас с братом, на мои записи, на этот разговор и даже… на моё враньё. Это больнее любых резких слов. Это — равнодушие. — Если хочешь… я могу их дать. Но мне немного стыдно… они не достаточно хороши. Я даже не смогла понять, почему у Сейрин получилось выиграть, — говорю, снова опуская глаза. Стараюсь не думать о присутствии брата, почему-то мне стыдно именно перед ним. Мы оба ожидали, что этот разговор с Акаши будет немного… другим.       Другим…       Зачем он позвал нас сюда? — Ясно. Очень жаль, ведь это вполне в твоих силах. Хочешь, я тебе расскажу? — голос стал чуть мягче. Быть может, я ошиблась, и ему не все равно? — Нет! Я подумаю об этом позже… прости, что соврала… Сейджуро-кун! — Ужасно стыдно, но я снова смотрю на Акаши. — Всё в порядке, это уже не важно, — говорит он, и я вижу на его губах улыбку. Не равнодушную, снисходительную и… прощающую? — На самом деле, я хотел передать вам билеты на финал. — Акаши протягивает нам два конверта. — Они бы не успели дойти по почте, — добавляет он, а я понимаю, как же приятно иногда… ошибаться. — А-а-а! Акаши-сан, спасибо! И за вчерашние тоже! — радуется Ан. Так и вижу, как он сияет. Вообще-то я тоже очень рада, но всё напряжение, которое я испытала за время нашей встречи, дает о себе знать. — Спасибо, — добавляю, склонив голову. — Мы тебе очень обязаны. — Я всего лишь хочу, чтобы вы посмотрели, как наша команда выиграет Зимний Кубок. А когда это произойдет, мы снова встретимся на товарищеском матче, — говорит снисходительно и надменно. — Акаши-сан, ты серьезно? Зачем тебе тратить время на Камию? — удивляется Ан.       Ага, в прошлый раз тебя это не смущало. — Мне интересно наблюдать, как вы развиваетесь, — спокойно отвечает Акаши, но я замечаю, что его взгляд становится жестче. Мне снова не по себе. В такие моменты я завидую брату: он всегда легко справляется с напряжением и может найти выход практически из любой неловкой ситуации. — Ну… если честно, родители собираются перевести нас обратно в Ракузан, — произносит Ан. Видно, как он наслаждается тем, что говорит.       Смотрю на Акаши. Это выражение ни с чем не спутать, он приятно, очень приятно удивлен. Это тот взгляд и та улыбка, которые я больше всего в нем люблю. От такой его улыбки мне всегда становится легче. Но в этот раз я лишь еще больше напрягаюсь… — Ничего еще не решено, — говорю на одном дыхании. Не хотелось бы, чтобы Акаши думал, что я вернусь в Ракузан, если это не так. — Только ты у нас ничего не решила! — возмущается Ан. Сдерживаюсь, чтобы снова его не пнуть. Это не та тема, которую стоит обсуждать в присутствии Акаши! — Акаши-сан! Может, ты ей скажешь? — не унимается брат. — Что я должен сказать? — Акаши спрашивает у Ана, а смотрит сейчас на меня. Заинтересованно, выжидающе.       Нет, нет, нет! Мой глупый брат не только умеет выходить из неловких ситуаций, но и мастерски их создавать! — Я еще не решила… стоит ли возвращаться. — Вздыхаю и опускаю глаза. Этот разговор ушел в самую нежелательную для меня сторону. А если Акаши подумает, что я не хочу возвращаться из-за него? Что он мне больше не нужен… Или, что я его боюсь? — В чем тут сомневаться? Не понимаю… — капризный тон брата. Наверно, я все-таки его пну…       Вдруг, совершенно неожиданно, рука Акаши касается моей и крепко её сжимает. Я пугаюсь так сильно, что по инерции пытаюсь ее отдернуть. Получается больно, но всё остается как есть. Его пальцы слегка грубые, но не такие, как могли бы быть от долгих и усердных тренировок. А еще… ладонь такая же холодная, как и моя. — Это из-за того, что тебе нравится владеть командой, — говорит Акаши, немного склоняясь в мою сторону. Брат удивленно смотрит. Кажется, он не понимает, что имеет в виду наш бывший капитан. А еще, похоже, он не замечает, что Акаши держит меня за руку под столом. — Да, наверно… — отвечаю, хотя знаю, что это был не вопрос. Не задумывалась раньше, но он прав, как же он прав! Акаши всё понял. Ни о каких глупостях он и не думал, а, как всегда… увидел меня насквозь. — Тогда тебе стоит над этим очень хорошо подумать, потому что Ракузан — моя команда, — уверенный спокойный голос капитана. — И так будет.       Его рука расслабляется, отпуская меня. Реагирую на это тем, что хватаюсь за неё снова. Быстро, чтобы не успеть испугаться и передумать. Хочу, чтобы наши руки соприкасались как можно дольше. Несмотря на то, что моё сердце бешено бьется. Несмотря на то, что я волнуюсь больше, чем обычно. Даже вопреки тому, что я испытываю перед тобой страх. Несмотря ни на что, мне всё это приятно, и я хочу еще. Я хочу продлить это ощущение. Мы скрещиваем пальцы и остаемся так сидеть. Акаши все устраивает. — Так ты передумаешь или нет? — спрашивает брат. Выглядит растерянным. Наверно, он ничего не понял из того, о чем мы сейчас говорили. — Хорошо, я поняла… Сейджуро-кун, — говорю и смотрю на Акаши. Понимаю, что теперь испытываю абсолютно новое для себя чувство — то чувство, когда держишься за руку с любимым человеком. Мне начинает казаться, что я растаю от теплоты, которая возникла между нашими руками. — Если что, я-то точно вернусь, Акаши-сан! — Будешь заново проходить отборочные во второй состав. — Серьезно? Почему? Ты же видел, как я играю! — Так нужно. — А можно я тоже буду звать тебя по имени? — Нет. — Даже если мы станем родственниками? — Фуцурэ Андзэн! — Ай, больно! Сестра! — Хороми-сан, он… дурак? — Да, прости… ***       Мы с Аном стоим на заднем дворе нашего дома. К стене приделано баскетбольное кольцо, а под ним есть небольшой квадратик асфальта как раз размером с трехочковую зону. Всё это появилось совсем недавно, с тех пор, как мы начали увлекаться… нет, жить баскетболом. — Какой смысл отрабатывать это здесь? — возмущается Ан.       Я кидаю ему мяч. — Хочу узнать, насколько хорошо ты всё понял.       Ан молча забрасывает трехочковый. — Ну как? — Никак! Ладно, ты прав, придется пробовать в зале. — Слушай, сестра… всегда хотел спросить, почему в тот раз ты не дала мне играть в полную силу против Ракузан? — А что, очень хотелось? — улыбаюсь, прижимая к груди блокнот с записями о Мидориме. — Это было бы слишком просто. — Сама же выбирала, с кем из них нам играть! — Я думала об интересах всей команды, а не только о твоих! Или ты хочешь играть один? — Тц… мог бы и сыграть. — Дурак, — вздыхаю я. — В тот раз ты был не готов. Слишком рано для того, чтобы показать Акаши наши успехи. Но с этим… — приподнимаю блокнот, — мы сможем продвинуться дальше. — Что ж, успевай, пока я не ушел из Камии, — смеется Ан. — У нас есть время. И возможно, я тоже уйду вместе с тобой, — слегка неуверенно, но я это говорю.       Воспоминания о руке Акаши еще очень и очень свежи. Кажется, что тепло, которое тогда возникло, греет меня до сих пор. Сейчас намерение не возвращаться в Ракузан видится мне смешным. Но я… по-прежнему не хочу бросать команду Старшей Школы Камии.