Там ветра летят, касаясь звезд - V

Наконец Фе почувствовал, что отдохнул. Спать больше не хотелось, Мири, ещё немного понежившись в его объятиях, ушёл в детскую, оставив мужа одного. Ю, спросив, что он хочет на ужин, убежал на кухню, исинэ были чем-то увлечены, и Фе решил тоже заняться делом. В сейфе ждали своего часа листки с письмами Йена. Он взял в руки шестое послание. «Мы с папой зажгли тебе огонь в Храме и принесли дар Уламану. А ещё папа почему-то положил Ему свои серьги. Сказал, так надо. Что Он присмотрит за мной, пока не придёшь ты. Вчера они поругались с отцом, который не наш отец. Папа выяснил, что он так и не признал нас своими детьми. Отец извинялся перед ним, клялся, что как только скрады прилетят на новое место, сразу оформит документы… папа даже заплакал, а отец встал перед ним на колени. Это он сказал, что меня надо убрать с глаз старших скрадов на другой корабль. К папиному брату. Я улетел с дядиной семьёй. А потом нас пересадили на другие корабли. И я очутился один. Дядя услышал, что старшие скрады решили принести меня в жертву, и договорился с рэрдами, чтобы они меня взяли к себе. Сейчас за мной присматривают два старших рэрди. Осталось совсем чуть-чуть. Я чувствую. Приходи скорее. Так плохо одному. Мне опять стали сниться сны, где я - это ты». Седьмое послание Фе сразу напрягло. «Я снова видел рэрда со страшными глазами, знаю, мне надо бежать, иначе умру, он убьёт меня. Просто так… мне не у кого попросить помощи. Один, совсем один. Я иду по сказочному лесу, странно ощущать меня в тебе. Ты оторвал кусок лианы и стал его жевать. Наткнулся на полянку и почему-то обрадовался, стал кортиком выкапывать какие-то корешки, очистил и стал быстро есть, наверное, вкусно, достал второй рюкзак и сложил их туда. Снова иду, непонятно, как ты выбираешь дорогу. Иногда останавливаешься и прислушиваешься, а потом снова идёшь. Перебрался через холодный ручей, сняв штаны и сапоги, наверное, чтобы не намочить. Увидел высокое дерево и полез наверх. Как тебе не страшно? Ты сидишь высоко-высоко на ветке и оглядываешь лес. А потом легко начинаешь спрыгивать вниз с ветки на ветку и бежишь куда-то. Опять дерево, но другое. Снова лезешь наверх. Достаёшь банку. Там на коре растут смешные шишечки, ты стучишь когтями по ним, а потом срезаешь одну кортиком и оттуда в банку льётся что-то вкусное, ты макаешь туда пальцы и облизываешь их, смешно причмокивая. Когда банка наполнилась, ты залепил чем-то дырку и на соседнем дереве связал свисающие лианы. Это что-то значит?» - Значит, Йен, ты прав. Так лесные помечают деревья с созревшим мёдом, - шепнул Фе самому себе и взял восьмой листик. «Снова идёшь… за кустом каменная дорожка. Ты замер. В глухом лесу дорожка. Странно. На ней ничего не растёт. Я… нет, ты встал на колени и наклонился, стал нюхать её. Мне стало смешно. Но потом я понял, зачем ты так делал – хотел узнать, кто ходит по ней. Но там ни следов, ни запахов. Совсем ничего. Дорожка, по которой никто не ходит. Я… ты первый. Пошёл по ней. Но осторожно. Ты смотрел под ноги и странно их ставил, словно проверял, куда ступаешь. И оглядывался. Это был странный сон. Он приходил ко мне три раза, но не повторялся. Лес шумел и словно звал тебя. И меня. Но я не боюсь. Потому что ты рядом. С тобой я согласен идти всё равно куда. Ты тоже странный, словно расплываешься. Я то вижу, то не вижу тебя. Три ночи в лесу. Ты разводил огонь, грел еду в банках, заваривал какие-то травки. А спал в лианах высоко на деревьях в дырках. Я не смог понять, как ты их находил. Нет, я бы не выжил там. Я ничего не умею, всего боюсь. А ты… ты спокойный. И я спокойный. Ты спасёшь нас». Фе передёрнуло. Он отчётливо вспомнил тот поход в лес. Он искал себе пристанище подальше от агрессивных взрослых рэрдов, которые не привыкли напрягаться и работать. Фе торопился, чувствуя надвигающиеся холода. «Я понял сразу, что лес принял тебя. Нам никто не встретился. Даже звери. И хорошо. Но ты всё равно нюхаешь воздух и слушаешь лес. Дорожка всё не кончается. И вдруг ты остановился. Оказывается, на дорожку упало дерево. Ты его перепрыгнул и замер. Из куста вылез большой зверь жёлтого цвета с серыми полосками на морде. А на его ушах торчали смешные волоски. Красивый. У него умные глаза, как у рэрда. Он тоже замер и долго смотрел на нас. Мне казалось, он видит меня. Но мне не страшно. Я же с тобой. Ты его не боишься и даже радуешься. Зверь повернулся и пошёл в лес, а ты за ним. Мы шли не очень долго. А потом увидел дом, очень старый и большой. Я знал, что в нём никого нет. Давно. Ты присвистнул и погладил зверя по спине. Оказалось, их три. Три дома. Ты долго ходил, что-то смотрел, лазал на чердак и в подвал. Там было темно. Но ты включил что-то на руке, и стало светло». Да, Фе долго выбирал себе дом… «Ты выбрал первый дом, который мы сразу увидели. Не знаю, почему. А потом налетел ветер, ты испугался и побежал в лес… бежал и смотрел на небо… лица. Много лиц. Злые. Ты тоже злой и готов убить. Я чувствую. Мне страшно и не страшно. Ты будешь жить. Я понял, они хотят отнять у тебя вещи и еду. Не понял… но я уже лечу! Здорово! К лесу! Где никого нет. Они умрут, да? Помню, ты свесился и что-то кричал. Напугал их. А ты будешь жить. Мы будем жить. Ты торопишься, нажимаешь на кнопки, оглядываешься назад. Там далеко-далеко тёмная полоса. Я не знаю, что это. А ты знаешь. Понимаю, что нам нужно быстрее в тот дом. Снова провал, ничего не помню. Там, за окном, очень сильный и холодный дождь. Ты сидишь на кухне у плиты. Ты тоже умеешь готовить и что-то варишь в котле. Тепло. В печке горят дрова. Ты спокоен и не боишься. Ничего. Ты рад. Спускаешься в подвал. Я вижу много разных продуктов и упаковок. Откуда они у тебя? Это запас. Не понял, кто это сказал, я или ты. Запас на зиму. Она будет долгой». «Зима! О Боги! Я не люблю холод. Когда мне холодно, я хочу спать. Снова вижу кухню. Горит в печи огонь. Рядом гора дров. Тут же высокая лежанка. Я тут сплю? Почему? И сам отвечаю – зима, очень холодно. Наверное, тут самое тёплое место. Я один в доме. В Лесу. Но тебе не страшно, значит, и мне не страшно. Ты хочешь остаться один, боишься рэрдов, потому что маленький и слабый, а они могут обидеть и даже убить тебя. И меня. Надо быстрее расти, стать сильным. Ты сидишь перед огнём и думаешь обо мне. Не жалей! Я бы умер. Сегодня мне приснился жуткий сон, я стою один посреди заснеженного леса, а вокруг никого. Изо рта вырывается белый воздух. Под ногами лежит мёртвый скири. Я наклоняюсь, снимаю со стрелы наконечник и выдёргиваю древко из тушки убитого тобой скири. Я… нет, ты! Завязываешь верёвку вокруг его шеи и тянешь добычу за собой. Иначе не выжить, нужны запасы мяса». «Я знаю, что стало ещё холоднее. Иду по Лесу. Несу лук. Никого не подстрелил. Потом увидел три дома посреди леса и понял, что добрался до дома, я здесь живу. Один. Как я испугался, как мне стало страшно! Как ты сможешь тут жить?! Утром я долго плакал, переживал за тебя и молил Богов, чтобы не оставили тебя и помогли, дали сил и терпения. Вижу, как я… ты снимаешь шкуру с убитого скири, отрезаешь острым кортиком куски мяса и слизываешь кровь с испачканных пальцев. Мне тоже хочется попробовать хоть кусочек. Ты подобрал в Лесу существо. Притащил в дом. Зачем? Нам не хватит еды! Мне снова страшно. Вдруг он убьёт тебя? Теперь понял. Тебе тоже тяжело одному. Прости. Я совсем глупый. Ты снишься мне теперь редко. Кусочками. Всё перемешано, я ничего не понимаю. Чужие лица. Знакомый дом. Странный маленький корабль. Ты вырос. Слава Богам! Теперь боятся тебя. Ты закончил Академию. Здорово! Мне всегда нравилось учиться. А Бройгу – нет. Он так и не запомнил все буквы. Математику он не понимает. От слова совсем, как говорит дядя. Слава Богам, у тебя всё хорошо! Светлого пути, Зорген Ферехт. Завтра нас положат в криокамеры. И хорошо. Теперь и мне спокойно. Скоро мы поменяемся местами. Прощай, твой Йен». Фе дочитал последний исписанный мелким почерком листик и закрыл лицо руками. «Прости, Йен, но ты оказался прав, говоря, что не смог бы выжить на Ойлуре. Даже для меня это было непросто. Помню, как начал сходить с ума от тишины. Да, тело я получил слабенькое. И неустойчивую психику. Спасая Лили, я спасал себя. Мы помогли друг другу. Не знаю, почему, но уверен, твои родные выжили». Фе достал комм и набрал номер СаттО. Но ответил ему Орэвеи. - Скрад, какая радость! С прибавлением вас! Это Скирирайюс принёс новость. Поздравь от нас мужей. СаттО приболел. Упал в горную речку и простудился. Теперь лежит и умирает, а я над ним прыгаю. Может, я тебе помогу? - Запросто. Мне нужно узнать, почему синхи не пустили в Лискар транспортники со скрадами моей общины. - Я тебе скажу, когда узнаю, - пообещал синх. Фе услышал, как он переговаривается с мужем. – Это Зорген. Подожди, Фе, СаттО волшебным образом выздоровел и хочет с тобой поговорить. Возникла заминка с передачей комма, тихий шелест разговора. - Я и так ему скажу, почему, можешь не искать. Отдай комм, он мой личный! Фе, Светлого пути! Я знаю эту историю о скрадах. Местная община отказалась их принять под странным предлогом. Вроде как у них разная вера. Что они приносят жертвы богам. К тому же та община была раз в десять больше нашей. Именно из-за их численности верховные жрецы и отказали. Скрады на Земе называют себя хранителями, у них всегда были тесные связи с нашими жрецами. Так что они быстро договорились. А тебя они пропустили каким-то образом. Потому как если бы заметили, то сразу отправили бы на Зему. А ты спроси Рема или их жреца, если сомневаешься в моих словах. - Обязательно. Спасибо за информацию и за поздравления. «Хо», - позвал Фе жреца скрадов. – «Это Ферехт». «Узнал тебя. Говори». «Расскажи мне, почему вы не захотели принять общину скрадов? Ту, которую синхи не пропустили в Лискар». «Я понял, о чём ты. Мы не стали рисковать. Понимаешь, наша община всегда была обособленной. Мы жили в закрытой долине при небольшом храме. Скрады охраняли храм. Вообще скрады делятся на несколько подвидов, мы относимся к самому распространённому. Когда-то мы жили все вместе. Но во времена второй Империи единая общность скрадов раскололась из-за разночтений древних свитков. Мы нейтралы. Та община состояла из приверженцев Марра». Фе выругался. «Нам только их здесь не хватало!» «Вот-вот, видишь, ты меня понял». «Я несколько раз с такими, как они, сталкивался. Воспоминания не из приятных». «Поэтому мы им и отказали. Зачем нам проблемы? Ты что-то узнал?» «Меня, вернее, того скрадика, хотели принести в жертву, вопреки воле Богов. Но папа и его старший брат меня спасли, спрятали на корабле у рэрдов. Скрады от Оракула знали, что в тело скрадика заселится моя душа, и решили не допустить этого». «Глупцы! Разве можно противиться воле Богов?!» «Это мы с тобой так думаем. А они по-другому. Как там зарядка сторма?» «Сейчас посмотрю… Чуть меньше половины». «Ну, и ладно. Расскажи о Раисси». «Умничка маленький, думаю, из него вырастет достойный жрец. Да ещё целитель. Тебе сказали, что к нему приезжали врачи из медАкадемии?» «Да. Как я понял, Раисси записали в специализированный учебный центр». «Всё верно. Врачи даже до меня дошли, мы неплохо поговорили. Ройс, конечно, недоволен, что его брат будет не с ним учиться. Зорген, взял бы ты его к себе в центр? А то уж больно он строптивый. Нет, он послушный, пока его всё устраивает, но как только идёт не по его, упирается, и нашего Ройса ни в какую невозможно переубедить. Райли с ним не справляется, а Иан идёт у него на поводу. Мы ведь брали его на охоту». «Я знаю. И про ветер тоже. Между прочим, я считаю, маленькие скрадики при должном обучении все могут слышать ветер. Ты знаешь, что Иан ко мне собирается?» «Да, наслышан. Вот тоже упёртый скрад! Хочет на зиму посмотреть! Снега ему, видите ли, не хватает! Мы ж регулярно на зимнюю охоту в один из укреп-районов летаем. Не знаю, в курсе ты, что на прародине мы обитали высоко в горах, среди льда и снегов? Это генетическая память. Мы не боимся ни снега, ни морозов». «Да, я читал. Ладно, чувствую, ты торопишься. Давай прощаться. Светлого пути и спасибо за информацию». «И тебе спасибо за доверие. Светлого пути. А об учёбе Ройса ты подумай. Всё поближе к тебе будет. Он гордится тобой и всегда говорит, а вот мой отец… между прочим, у нас таких же упёртых ещё трое растёт. Скоро Рему будет весело, вот они в силу войдут, ему такое устроят…» «А он что хотел? Нужно уметь управлять общиной, в том числе и строптивой её частью». «Зорген, а к чему ты о тех скрадах вспомнил?» «Наткнулся в своих старых вещах на записи. И я чувствую, они живы». «Живы, говоришь… странно». «Здесь всё странно, Хо. Думаю, это из-за смещения времени. Скорее всего, они попали в более медленный временной срез. Или мы – в более быстрый». «Интересная мысль. Я подумаю над твоими словами. Да, мне пора идти. Светлого пути!» Фе лениво потянулся и аккуратно сложил листочки. Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Мири. - Пошли покушаешь. Прочитал, да? – спросил он мужа. Тот кивнул. - Можете взять. Мири как-то нерешительно подступил к столу и посмотрел на несколько листиков, прикусив губу. А потом осторожно положил их в карман рубахи. - Я поем на кухне, - отмахнулся Фе. - Зачем? Мы тебе всё поставили в гостиной. …Фе ужинал в гордом одиночестве, все уже давно поели и теперь готовились ко сну. Он слышал, как щёлкнул замок входной двери, а потом кто-то взбежал по лестнице. Фе узнал позднего гостя – к ним примчался Молли. «Вечерние посиделки рэрди. Нет, вечерние чтения», - улыбнулся скрад про себя. Он не раз и не два задавался вопросом, осталось ли внутри него хоть что-то от того маленького скрадика. И не находил ответа. Действительно ли душа Йена покинула тело или где-то спит в укромном уголке его сознания. Но за столько лет он так и не почувствовал внутри себя иной разум. Даже если спит, то уже навечно. «Спи, Йен, мне хочется верить, что ты не ушёл в мир Теней, а находишься где-то рядом». Мысли Фе плавно перетекли на другое. Как он так расслабился с Майром? Фактически выдал себя… нда, частица души странника… если бы там была частица! Он поклялся держать подобные откровения при себе и больше ни с кем не философствовать на подобные темы. Завтра у него полдня будет свободным, как раз приглядит место для спуска вниз, а заодно и неуёмных исинэ познакомит с настоящей зимней Ойлурой. Фе отправился к Мири, чтобы тот достал исинэ тёплые вещи для выхода за пределы полога. Рэрди сидели в его спальне и тихонько всхлипывали, Молли читал листики, а Мири и Ю сидели и слушали, то и дело вытирая слёзы, ничего не замечая. Фе тихо прикрыл дверь и пошёл к исинэ, которые в очередной раз перебирали свои богатства, складированные как под кроватью, так и в большом шкафу. - О, кто-то где-то сдох и в большом количестве! Скай и Лин проводят ревизию личного имущества, - пошутил Фе, разглядывая многочисленные платочки-ремешочки-шарфики-пуговки и прочую дребедень, разложенную сыновьями на большой кровати. - Не мешай! Мы решили с Раисси поделиться. - Если ему это нужно, - хмыкнул Фе. - Мы обещали. А обещания нужно выполнять. Папа Фе, а когда мы пойдём за полог? - Завтра. Поэтому я и пришёл. Где ваши тёплые вещи? - Сейчас достанем. И близнецы стали рыться в шкафу и выкладывать одежду на кровать Лина. - Вот! Фе быстро рассортировал их вещи и подробно объяснил, что и как надевать. На вопрос сыновей, когда они отправятся за полог, сказал, ближе к полудню, после того как позавтракает. Исинэ внимательно его выслушали и, кивнув в знак согласия, снова продолжили копаться в своих многочисленных мешочках и коробочках. А Фе отправился к себе в спальню, не подозревая о том, какую деятельность развернули исинэ после его ухода, побросав все свои дела. Утром скрад наблюдал своих мужей в расстроенных чувствах . Те, увидев старшего мужа, дружно шмыгнули носами и вытерли рукавами мокрые глаза. - Зорги, лучше бы ты нам не давал эти листики читать! – сердито заявил Мири. - Радость моя, на вас не угодишь! То дай почитать, то зачем дал. Вы сами попросили, между прочим. - Йена жалко, - всхлипнул Мири. – А он совсем-совсем ушёл? - Не знаю, сам задаюсь таким же вопросом. Но я его ни разу не почувствовал. - Но ведь ты видел… когда головой стукнулся, - прошептал Мири. – Если бы он ушёл в мир Теней, ты бы ничего не увидел. - Это спорный вопрос, хвостюня, наш мозг хранит огромное количество информации, полученной визуально, как нужной, так и абсолютно бесполезной. Даже если он где-то там, - скрад стукнул себя когтем в лоб, - и остался, то моя энергетика наглухо задвинула его в такие глубины, что ему оттуда не проснуться и не вырваться. Я бы и рад потесниться и предоставить ему место, но, думаю, это из области фантастики. - Жалко. А куда все собираются, ты случайно не знаешь? - В смысле – все? – удивился Фе, вставая из-за стола. Мири молча махнул рукой в сторону окна, скрад выглянул, но никого не увидел и, пожав плечами, отправился одеваться. Спустя минут пять он вышел из дома и огляделся снова. «Неужели передумали? На наших хитрецов не похоже», - удивился он, не увидев исинэ. И двинулся к пологу по протоптанной тропинке. Завернув за засыпанный снегом кустарник, он потерял дар речи. Там собралось всё юное население Лесных домов, в том числе и Молли с Фетти, закутанные по самые глаза. Фе с изумлением посмотрел на исинэ, тут же сделавших вид, что они тут ни при чём. - Нда, - хмыкнул Фе, - придётся ставить переброску. И отправился в мастерскую. Вернувшись с маленькой платформой и переброской, он быстро всё установил. И провёл краткий инструктаж на тему ненужного геройствования. - Никаких подвигов! Замёрзли, быстро возвращаетесь под полог. Всем всё понятно? Он оглядел любителей экстрима и, дождавшись утвердительных кивков, первым поднялся наверх. И стал ждать остальных. В результате, рядом с Фе остались самые устойчивые или, скорее, самые настырные: КаммРин, исинэ и Вайк. Все остальные почти сразу сбежали под полог. А оставшиеся принялись выяснять, что папа Фе хочет делать. Он мысленно им всё объяснил, достал обычную рулетку и стал размечать верхнее отверстие, откуда будет начинаться лесенка. «А куда она будет выходить?» - спросили его исинэ. «Под полог. Там будет вход в снежную пещеру, из которой будет подниматься наверх лестница». Мелочь радостно пискнула. «Но я сначала сделаю лестницу вниз, а потом, в самом конце, пещеру. Вот там вы и сможете мне помочь». «А можно нам дойти до деревьев? Просто посмотреть», - спросил Скай. И Фе кивнул. Мелочь наперегонки устремилась к ближним деревьям и даже попыталась залезть по веткам вверх, но не тут-то было. В тёплой одежде это оказалось сделать не так-то и просто. Поэтому мальчишки почти сразу помчались обратно к переноске, они явно перевыполнили план по времени нахождения на морозе. «Что, замёрзли?» «Ага!» За первый заход Фе сделал три метра ступенек и закрепил их, обработав специальным устройством, предназначенным совсем для других целей. Каково же было его удивление, когда он снова увидел КаммРин и исинэ, внимательно разглядывающих сделанные им ступеньки. Получив разрешение, они с удовольствием попрыгали по ним туда-обратно раз пять. И даже постояли внизу, выглядывая из-под снежного козырька. «А здесь теплее!» - заявили КаммРин. «Конечно», - подтвердил Фе. «А можно завтра посмотреть, как ты делаешь лесенку?» «Можно», - разрешил им Фе. «А почему ты больше не работаешь?» «Потому что меня ждут в Ой-Тэа, там ещё дел не переделать». Спустив детей вниз, Фе отключил переброску и, забрав её, спрыгнул вниз, внутрь полога. - Ииии, мы тоже так хотим! - запищали исинэ. - Хотеть не вредно, но сначала надо подрасти. *** Перед тем как идти в Ой-Тэа, Фе заскочил в регслужбу космопорта к Киму и оформил приглашение на семейство скрадов. И договорился с администраторами, чтобы они помогли его гостям добраться до Лесного дома и при этом не замёрзнуть. В этот раз с ним был Эртен. И хотя народу было больше обычного, они не торопились, единственное, сделали более короткими интервалы между ритуалами, о чём заранее всем объявили. И дисциплинированные родители чётко следовали установленному порядку. К сожалению, среди малышей оказались двое с генетическими нарушениями, но родители об этом знали. Один рэрдик был не жилец с печальными глазками, у Фе, когда он взял малыша на руки, аж душа перевернулась. Он внимательно всмотрелся в кроху, пытаясь разглядеть возможный выход, и, кажется, нашёл. И тихо шепнул главе семьи, он его знал, чтобы тот обратился в клинику «Эрхаат» на Земе. - Спасибо, Фе, - рэрд благодарно посмотрел на скрада. А его младший муж – с надеждой, и прижал к себе малыша. К удивлению Фе, большинство малышей были крепкими. Эртен тоже обратил на этот факт внимание. Да и рэрди выглядели неплохо. Фе предполагал, что будет хуже. Шарики на каменных цветках заметно подросли и уже начали нежно звенеть время от времени. И все посетители с тайной надеждой смотрели на них, но Фе предупредил, что энергошарам ещё расти и расти. И попросил всех не беспокоиться: шариков хватит на всех, и даже останется. Старшие рэрди, следящие за порядком, вздохнули с облегчением, теперь им будет что сказать желающим заполучить шарики. - А те, что останутся, или оставим для красоты в чашах лежать, или раздадим. - Лучше оставим, - сказал Майли. – Для поднятия настроения.