SQ Drabbles

      PROMPT: ЭММА СОВЕРШИЛА КАМИНГ-АУТ ПЕРЕД КОЕ-КЕМ (КТО ОЧЕНЬ ВАЖЕН ЕЙ), И ОНИ ЭТОГО НЕ ПРИНЯЛИ. РЕДЖИНА СЛУЧАЙНО УСЛЫШАЛА/ВСТАЛА НА ЗАЩИТУ ЭММЫ.       Реджина даже не пыталась подслушать, когда вошла в кафе «У Бабушки» и увидела, что Эмма сидела напротив отпрыска Румпеля на диванчике рядом с прилавком. Это была явно не та группа людей, которых она бы стала подслушивать. Все дело было в выражении лица Эммы.       На лице блондинки крепко засело беспокойство, пока она оглядывала кафе и нервно постукивала пальцами по столу. Это заставило кожу Реджины покрыться мурашками, а сердце забиться быстрее. Она заботилась об Эмме гораздо больше, чем хотела это замечать. Но ее телу не надо было никаких признаний. Оно всегда так реагировало, хотела этого Реджина или нет.       Реджина встала в дальнем конце прилавка, как можно ближе к диванчику, где сидела Эмма, и делала вид, что она просто ожидает своего заказа навынос. Она подслушивала разговор, который происходил за ее спиной.       - Нет, послушай меня, Нил, - сказала Эмма. – Я люблю тебя. Я знаю, что люблю, но не... ты знаешь, не так, как раньше. Так что я благодарна тебе за все те милые вещи, что ты делаешь для меня в последнее время, и за цветы, но мы не сможем больше вернуться назад, к тому, что снова будем вместе.       - Я знаю, что ты все еще злишься, - сказал Нил,- но со временем, ты станешь...       Реджина закатила глаза и отключилась от их разговора, пока не заговорила Эмма.       - Нет, дело не в тебе. Это потому, что я на самом деле не...       - Что? – спросил Нил. И Реджина тоже подумала, что?       - Увлечена мужчинами, - прошипела Эмма тихим шепотом, - больше.       Реджина часто заморгала, позволив себе осознать это, и она представляла, как Бэлфайер сейчас делает то же самое, потому что единственное, что она услышала за спиной – тишина, пока...       - Что? Нет, - рассмеялся Нил, он произнес немного громче, когда понял, что Эмма больше не заинтересована мужчинами. Это было нелепое заявление. – Нет, ты – не лесбиянка.       - Ага, - вздохнув, сказала Эмма. – Я – лесби. Я никому пока не говорила, но я точно уверена в том, кто я есть.       Нил снова рассмеялся, и это словно было так, что Реджину погладили против шерсти. Она почувствовала, как кровь начинает вскипать от гнева особенно, когда Нил быстро выпалил следующее:       - Эмма, ты - не лесби. Ты просто... я не знаю, запуталась или что-то вроде этого. Может, прошло слишком много времени, когда ты была в последний раз с хорошим мужиком в постели.       - Нет, - попыталась Эмма, но Нил снова рассмеялся. Реджина чувствовала, как былое спокойствие покидает ее, и она забывает о том, что сейчас подслушивает. – Мне не нужен «хороший мужик». Я – лесби. Заняло кое-какое время, чтобы осознать это, но я не хочу быть с мужчинами.       - Ты не можешь быть лесби, - сказал Нил ей. – Ты была со мной, и ты точно не была лесбиянкой. И сейчас ты тоже не лесбиянка. Прошло много времени, и тебе нужно почувствовать...       Реджина прокашлялась и повернулась к ним, не в силах больше сдерживаться.       - Ей нужно чувствовать себя в безопасности, чтобы не бояться, что ей скажут, что она ошибается или просто запуталась в том, кто она есть, - рыкнула она, и Эмма удивленно уставилась на нее. – А сейчас, если ты не собираешься больше бежать никуда, я верю, что мисс Свон уже готова сказать тебе, что она больше не хочет быть с мужчиной, - она махнула кистью в сторону двери и смотрела на него, пока Нил не фыркнул и не выбежал из кафе.       Когда он покинул кафе, рот Эммы беззвучно открывался и закрывался, прежде чем она смогла выпалить:       - Спасибо, эмм... спасибо, Реджина.       - Да, не за что, - ответила Реджина, прежде чем развернуться, заплатить за еду и выйти из кафе. Она была приятно удивлена, когда Эмма тем же вечером показалась на пороге с бутылкой вина и ужином навынос.