Супер покорение колхоза

      Бедного Кенсу чуть не хватил сердечный приступ, когда он увидел всё, что произошло с его одногруппниками, пока он бегал за Чонином. Упав на колени, парень демонстративно закинул голову назад, прикрыв глаза рукой.       -О этот жестокий мир… Как жить теперь? Как жить? ..       Рядом с ним стоял уже почти нормальный Чонин, который начал тыкать ножкой в ляжку Дио, тихонько шепча ему, что он не в дораме снимается, что нужно встать и мыслить адекватно. Однако одного взгляда Додоши хватило для того, чтобы Кай отскочил на два метра назад, оставив в прошлом свои навязчивые идеи по восстановлению адекватности своего партнёра по слэшу. К слову, ещё несколько таких взглядом и Чонину самому придётся восстанавливать адекватность.       Тем временем к Каю подбежали два незнакомых ему ещё парня и начали тыкать в него палочками.       -Менсу, смотри, это, наверное, местный бомж… Удивительно… — разглядывая со всех сторон Чонина, сказал Сонёль.       -О… Я думал, здесь нет людей с азиатской внешностью… Слушай, а может это корейский эмигрант? … Приехал, попытался устроиться на работу, его не взяли, из-за этого его бросила жена и он спился… — тыкая палочкой в левую грудь Кая, промямлил заинтересованный Менсу. — Что ж… Вроде бы накаченный, лицом не плох, такого можно использовать и в моих фильмах для взрослых. Отмыть только надо.       -Вы что делаете, придурки?! — заорал перепачканный Чонин. А ибо нефиг за собаками ползать где попало.       -О, смотри, он ещё и корейский знает. Ты был прав. — удивлённо проговорил Сонёль, тыкнув палочкой в Чониновскую попку. — Хорош попец, однако.       -Да и грудь неплоха… — уже рукой продолжил исследовать Кая Менсу. — Точно подойдет.       Тем временем лицо Чонина побледнело, в его отчаянном взгляде можно было заметить немного шока с нотками печали. Окинув двух парней своим жалобным взором, Кай скорее побежал к своему лидеру, вытирая на ходу слёзы.       -Сухо-хён, Сухо-хён, меня обижают! Сухо-хён, помоги! …       Однако реакции от лидера не последовало никакой. Он лишь дернул ножкой и перевернулся на другой бок, отпустив, наконец-таки, ляжку Чондэ, которая аж покраснела от его объятий. К слову, Чен был в шортах, что было очень даже зря, потому что как только он почувствовал облегчение в том месте, где ещё пять секунд назад были руки Сухо, Чондэ испытал новое чувство — некое жжение. А вот и первый комарик решил полакомиться свежей кровью корейца. Экзотика ведь, деликатес.       Почувствовав, что на его ляжку покушаются, Чен немного приоткрыл глаз, окатив всех заплывшим взглядом, а потом опять бухнулся спать. Однако младшенький решил не ждать, пока его хён постоит за свою ляжку, и со всей силы ударил комара ногой, немножко поводя ей из стороны в сторону, чтобы уж точно ликвидировать противника. На этот раз улица разразилась истошным визгом Чена, который моментально вскочил и начал обнимать свою конечность, обмазанную в кровь комара.       -Ах ты, маленький говнюк, иди-ка сюда! — проорал уже отрезвевший Чондэ и, схватив бутылку, побежал за Чонином. Младшенький, будучи испуганным, понесся куда глаза глядят. Оглядываясь назад, Кай не заметил Исина, который всё так же находился в прострации, сидя у автобуса, и споткнулся, упав лицом в землю. На глаза вновь выступили скупые мужицкие слёзы. Вдруг всё стало, как в замедленной съемке: Чен, который несётся с бутылкой, Сухо, который поднял одну ногу вверх и продолжил спать в такой позе, лягушка, прыгнувшая рядом с лицом Чонина, Сехун, который так же пролетел перед физиономией парня, а затем он… Спаситель, загородивший попой Кая от яростного Чена, который, кстати, хромал на одну ногу.       -Тихо, тихо… На тебе ещё бутылочку, только мелкого не трогай. Молодой ещё, не опытный. — проговорил крупный парень, стоящий перед лицом Чонина. Ну… Чонину он казался крупным, потому что тот сидел за земле и видел только его попу в десяти сантиметрах от его лица.       Тем временем, когда солнце уже говорило о том, что уже гребаный полдень, и сейчас будет жарко, через дорогу от чьих-то гектаров стоял парень, чьи глаза сверкали, словно бриллианты. Взгляд был устремлен только в одну сторону. В сторону грядок.       «Они такие блестящие… такие… такие… зеленые!»- сотни потов слетело с лица Ухена, сотни оргазмов испытало его молодое тельце, сотни мыслишек пронеслось в его голове. Но он решился: «Надо писдить!». Примерно с такой мыслью он и побежал к огурцам. Больше его никто не видел.       Макнэ второй группы не терял свою надежду словить свой будущий ужин. Прыгая из стороны в сторону за маленькой зелёной живностью, младшенький яростно комментировал все действия лягушки словами, от которых у милашки Тао уши в трубочку свернулись и челюсть выпала на землю. Китаец решил — с Сехуном он никуда не пойдет, лучше найти себе другую компанию. Тем временем лягуху понесло куда-то в сторону поля, куда, соответственно, поперло и макнэ.       Прискакав на поле Сехун огляделся, а затем начал искать взглядом свой ужин, который быстренько начал смываться в глубь поля. Макнэ не замечал никого и ничего вокруг, кроме своей излюбленной лягушки, а она, как раз таки, прыгнула в грязь и остановилась, повернувшись лицом к парнишке.       «Ну всё, прелесть моя, теперь то я тебя поймал» — облизнулся парень и притаился, чтобы напрыгнуть на лягушку в момент, когда она этого меньше всего ожидает, а затем схватить и побежать жарить. Однако мысли мелкого прервал громкий шлепок по грязи. В эту же секунду перед глазами пропала лягушка, но появилась чья-то нога в кожаных ботинках, которые уже, кстати, были не первой свежести. Затем нога поехала назад, после чего медленно проехался огромный мешок. Сехун посмотрел вверх: большегубый парень, усердно кряхтя, тащил за собой мешок с чем-то очень тяжелым. У макнэ вся жизнь пролетела перед глазами… Не хотелось ему переводить обратно взгляд на то место, где минуту назад восседала лягушка, ой как не хотелось. Но надо было, надо. Собравшись с мыслями, Сехун медленно посмотрел вниз: из грязи торчала одна зелёная лапка…       -Ты… Падла, ты убил её, — медленно поднимаясь с колен, начал шептать Сехун, постепенно переходя на крик, а затем и вовсе на визг. — Как ты посмел?! Я всё папику расскажу! Ты у меня забудешь, где жопа родная находится!       -Ась? .. О.О?! — оторвался от своих мыслей Ухён. — Здесь кто-то есть? Оглядев всё невинным взглядом, парень с громким, сочным хрустом откусил очередной огурец, а потом бросил обратно в мешок. У Сехуна уже начали сдавать нервы. Судорожно набирая номер Ли Сумана, он «ащкал» каждую секунду, не давая другим словам выйти наружу, а когда в телефоне послышалась «Абонент временно не доступен», у мелкого началась истерика. Он буквально набросился на хёна и начал драть ему волосы, но Ухён не устоял на ногах, из-за чего оба парня упали и покатились куда-то в сторону. Старший пытался отодрать от себя мелкого, в то время как тот вцепился в него со всей своей силой, заставляя хёна скулить от боли в волосах. Идеальный сюжет для яойного фанфика, страстные сцены, стоны, но как бы ни так. Практически одновременно оба парня поджали к себе по одной ножке, соответственно, ударив друг друга по самому драгоценному месту на теле каждого самца. В глазах запрыгали зайчики, появились звёздочи, у Ухёна ещё и задрыгались огурцы. Мгновенно отпустив друг друга, оба скрутились от боли. Казалось, эту жуткое чувство не прекратится никогда, но младшенький неожиданно застыл на месте и перестал скулить, забыв о своей боли — в глаза попала бульба…