В тихом омуте...

- Да какого чёрта я должен тут сидеть?! – тарелка летит в стену и со звоном разлетается на куски. – Да чтоб тебя! – схватил сразу три блюдца и запустил их в свободный полёт. Энергия бушевала в моих венах, просилась наружу, бурлила и вскипала. Схватив стул за его спинку, резко поднял и кинул в окно, разбивая стекло оного. Выдохнув, схватился за край стола, но внезапное прикосновение к плечу, заставило обернуться. - Погоди, - Лиен ткнула пальчиком мне в грудь, обогнув меня. И вдруг внутри, словно переключателем щёлкнули, и вся энергия враз успокоилась. Стало так легко. - Пошёл уже второй день, - произнесла она, следя, как я усаживаюсь на стул и подпираю подбородок рукой. - И я уже с катушек съезжаю, - мрачно произношу. – Ну и бардак… - подвёл итог, окинув кухню взглядом. Переломанная посуда, разломанное дерево тумб, пол застлан не одним килограммом муки и крупы, окно выбито, и на траве под ним валяется стул. - Тебе необходимо расслабиться перед вечером, - мягко произнесла Богиня и повела рукой, по мановению которой всё стало возвращаться в первоначальный вид, будто и не бушевал я тут. - А вечером что? – Лиен присела на край стола и начала болтать ногами в воздухе. - Как что? – притворно удивилась, воззрившись на меня. – Ты будешь освобождаться от лишней энергии, что в тебе скопилась. - А теперь с этого места поподробнее, - настаиваю, но Богиня и не собирается молчать, только вздохнула прежде. - Мой отец очень… Любвеобилен, - с некоторой заминкой произносит и прикасается к моему плечу. Мы резко перенеслись в пространство космоса, где нас окружали в темноте несметное количество ярких звёзд. Оглянулся и присвистнул. И сидели мы на мягких белоснежных облаках, этаких кучерявых подушках. - Алес, не отвлекайся, - произнесла Богиня с требовательной ноткой в мягком голосе. – Это мой отец, - перед нами предстала фигура мужчины. Эльфа. Очень красивого, на мой взгляд, эльфа. Золотой загар кожи, под которой проступали рельефные мышцы, статный, широкоплечий и высокий. Серебристые нити его волос спускались до самых пят, переплетаясь во множестве кос. Могучая шея, волевой подбородок, тонкие губы, нос с лёгкой горбинкой, остроконечные уши и глаза в обрамлении платиновых ресниц. Глаза, у которых не было ни зрачка, ни белка, они были полностью затянуты тёмной пеленой с серебристым вкраплением. - Он один из Великих Создателей всего, что есть вокруг. Он сама сила и энергия, что протекает везде и во всём. Справедлив и заботлив. А ещё любвеобилен. У него более чем сорок любовниц и любовников, которые в меньшем количестве просто не способны удовлетворить его аппетиты, - бесстрастно произнесла Богиня. Я не слышал в её голове ни осуждения, ни уважения. - К чему ты всё это мне рассказываешь? – обернулся к Лиен. – И почему сюда меня притащила? Могла и в доме всё показать и рассказать. - Не могла, - покачала отрицательно головой. – Через несколько минут туда зайдёт дедушка твоего избранника, способный меня видеть и слышать, а в этом разговоре необходима приватность. Я буду говорить о сути твоего существа, - на этом изображение «эльфа» пропало. – И мне не нужны свидетели, коих ушей не касается то, что я тебе сейчас поведаю. - Начинай, - вздыхаю и поудобнее устраиваюсь на облачке, немного скатившись и положив руки в замке на живот. – Только с войны, когда появились первые керы. А то я так и не могу получить ни от кого толкового рассказа. - Хорошо, - покладисто согласилась Богиня. - В войне, произошедшей около пятнадцати тысяч лет назад, мы заметили то, чего не желали видеть. Первым, кто забеспокоился, была я. Драконы были созданы моей волей, а потому для меня они всё равно что родные дети. Но в войне, в которой они не желали сражаться, они стали нести колоссальные потери. Логика живущих была такова: «Если вы не за нас, значит, против нас. Даже если сохраняете нейтралитет». И по всему миру их стали убивать, потому как война, длившаяся более сотни лет, ожесточила сердца большей части населения. Так, те, кто не желал вступать в битву на стороне одной из двух противодействующих сил, подвергались гонениям. Мы пытались изменить ход событий, упокоить затянувшуюся бурю. Но сами того не заметили, как впустили разлад на наши отношения. В отношения братьев и сестёр. Тогда отец вмешался и создал своих любимцев – керов. Существ, несущих смерть всякому, кто этого заслуживает. Мы впали в отчаяние, наблюдая за тем, как всего лишь восемь десятков существ, созданных нашим отцом, уничтожают наших детей. Тогда мы стали молить его о том, чтобы он прекратил учинённое. Однако ответ отца был таков: «Всякий желающий найти смерть на поле брани – обретёт покой; всякий желающий отнять жизнь чужую – потеряет собственную». Всего за несколько дней воинствующие стороны были введены в смятение, а через сотню дней было вырезано более трети всего населения мира. Когда война стихла, когда уже не кому было биться, отец отозвал своих созданий. - Погоди, - перебил, приподняв руку. - Но я же не кукла для убийств и вполне осознаю себя. - Тогда керы были лишь телами с нескончаемыми силами и запасами магии, которыми двигала лишь воля отца нашего. Сейчас же, во времена спокойные, отец повадился переселять чужие души в этот мир, наделяя те телами своих любимцев. Не всякие души, лишь те, кои считает достойными. Жизнь Создателей бесконечна, - вздохнула Богиня. – Так что тешит себя тем, чем может. - Так. А теперь ближе к тому, что ты хотела мне рассказать в начале. - Твоё тело является прототипом тех тел, какие были у марионеток-керов. Большое количество энергии должно быть направлено куда-нибудь. Физические нагрузки тут просто не помогут. Так что единственная твоя возможность избегать вот таких неконтролируемых всплесков агрессии из-за переполненного внутреннего сосуда – это выброс. Ты можешь заняться чем-то, что будет требовать от тебя вливания сырой силы, а ещё, - она вдруг хитро прищурилась, посмотрев на меня. – Вливать избыток в своего избранника при близком контакте. - А я-то думал, чего ты заладила о склонности своего отца к нимфомании. Он и керов наделил этой чертой, - усмехнулся. – Короче говоря – чем быстрее я займусь сексом с Нилеем, тем быстрее меня отпустит, да? - Верно, - кивнула. - Но как же его слова о том, что надо подождать, пока у меня всё перестроится после совершеннолетия? – недоумённо интересуюсь. - У керов этого не происходит. Единственное, что у твоей расы есть – блок, рассчитанный на два года. Пока ты не проживёшь в этом мире два года, ты не сможешь снять блок, всё-таки вы перерождённые с оставленной памятью прошлой жизни, а не детишки. Потому для сохранения положения в обществе этого мира, был выбран тебе возраст сорока восьми лет на момент перерождения. - Тогда почему меня так колбасило уже за три недели до совершеннолетия? – уставился на неё поражённо. - Воздержание, - пожала своими плечиками. Грр! Так значит, я уже давно мог получить желаемое от Нилея?! - Ты где раньше была?! Я тут извожусь, жду, как последний тупой баран, а ты только сейчас об этом рассказываешь! – вспылил, подскочив с сидения. - Ну, подзабыла, с кем не бывает, - разводит руки и снова пожимает плечами. – Я уже давно не курировала никого из керов, так что… - я застонал, обхватив лицо руками и резко опустившись на корточки. Забыла она! Могла бы и освежить память-то! - Я тебя задушу! – рыкнул и кинулся на неё, но Богиня растворилась в воздухе, так что шлёпнулся на её облачко. - У тебя есть куда более интересное занятие, - проворковала у меня над ухом. Резко переворачиваюсь, и вижу перед собой белый потолок. Не понял. Оглядываюсь, приподнимаясь на руках. Я в своей комнате в институте. - Лиен, ты зачем меня сюда закинула? – громко спрашиваю, спускаясь с кровати. В ответ мне было молчание. Что ж, раз я тут, можно и прогуляться. Через несколько минут, пока шагал в женский корпус, понял, что если в коридоре мне перебежит дорогу перекати-поле, то я не удивлюсь и спокойно пройду мимо. Осталось завернуть за угол и пройти несколько метров до двери комнаты Шарр-Леос, как увидел идущую мне навстречу женщину в чёрном плаще. Одна из подчинённых Нилея? Я хотел пройти мимо, но она вдруг заступила мне дорогу. Глянула на меня своими красными глазами, оказавшись на полголовы ниже. Но я вот обратил внимание на её выбритую голову, что впервые вижу в этом мире. - …здесь? – она что-то спросила? - А? – перевожу взгляд на её глаза. - Что Вы здесь делаете? – а у неё голос хриплый, но точно девушка. - Иду к подруге в гости. - Нельзя выходить из своей комнаты, разве Вам это неизвестно? – приподнимает бровь и тянется к поясу под плащом. - Ну а сколько можно сидеть? – протягиваю. – Я хочу с подругой встретиться, а… - не успеваю договорить, как она перехватывает мою руку выше локтя и тянет в обратную сторону от нужной мне. – Куда Вы меня ведёте? – но она не ответила и продолжила тянуть. Привели меня в кабинет ректора. На секретарском месте обнаружились пять парней, обложенные макулатурой, увлечённо в ней разбиравшиеся. Судя по тому, как резко они вскинули головы и с большим интересом посмотрели на нас – парни уже не первый день занимались скучной работой. - Он не занят? – девушка кивнула на закрытую дверь кабинета ректора. Так, если там Нилей, то мне мало не покажется. Прошлым вечером мы ругались. Я таки умудрился вывести ведьмака из себя, потому что обычно он никогда не повышал свой голос, и вокруг ничего не тряслось от напряжения, которое волнами магии шло от него и заставляло всё вздрагивать. Но в этот вечер я просто не мог спокойно слушать от него, что в институт мне нельзя, покидать дом нельзя, к нему подходить нельзя, расхаживать по дому в одной рубахе на голое тело тоже нельзя. Мы даже ночевали в разных комнатах, потому что я от злости схватил стеклянный столик и кинул его в него, со словами «Не смей подходить ко мне». После этого я спал в гостевой комнате, завернувшись в пушистое одеяло, которое совсем не грело. А утром я не застал Нилея, его уже не было дома. - Занят ли – не знаем, но точно никого кроме него там нет, - ответил один из парней, вырывая меня из воспоминаний. Девушка ничего не сказала, коротко постучала в дверь, распахнула ту и вошла, волоча меня за собой. Я кинул взгляд на ректорский стол и увидел занятого Гарона. Даже не сдержался и выдохнул от чувства, будто с плеч мешок упал. - А ты что здесь делаешь? – удивлённо спрашивает у меня, не давая своей подчинённой и слова молвить. - К подруге собирался заглянуть, а меня сцапали, - кинул взгляд на девушку, которая продолжала меня держать. – Может, уже отпустите? – она помедлила, но всё же убрала свою культяпку от меня. - Что ты здесь делаешь? – снова повторил свой вопрос Гарон. - Я тебе уже ответил, - хмуро произношу. Кажется, Лиен не шибко-то и постаралась понизить мою возбудимость. - Подожди за дверью, - бросил девушке и продолжил, когда она захлопнула за собой. – Тебя сейчас не должно быть тут. Почему не сидится в доме командира? – откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня устало. - Уже надоело просиживать штаны в пустом доме, в котором заняться просто нечем. - А как ты сюда попал? – сощурился. – Мне известно, что командир с раннего утра в королевском замке. Как ты сумел сюда попасть? - Это я тебе не расскажу. - Как ты смог преодолеть защиту магов? Если так смог ты, значит… - Ничего это не значит! – вспылил. – Короче, Нилею не рассказывай, что я тут, - сказал, увидев, как его рука уже потянулась к шее, на которой держался их переговорник. - Почему это я должен слушаться тебя, мальчишка? – усмехнулся он. - Пото… - не успел договорить, как отскочил в сторону, заметив взгляд Гарона, обращённый мне за спину. - И не пришлось тебя искать, - глухо произносит Нилей, выйдя из портала. Глаза у него сверкают нездорово так, будто жаждут расчленёнку. - Надеюсь, бить не будешь, - выпаливаю бездумно. Ступор. Смаргивает, и в его глазах уже непонимание. - За что? - За непослушание, - делаю предположение и скольжу взглядом по его лицу. Такой мужественный… Приближаюсь, чувствуя, как в груди снова начинает разгораться огонёк, а на коже проступают мурашки от взгляда этих чёрных глаз. - Нилей, - шепчу, встав к нему впритык, но не спешу обнимать. – А пошли домой? Я тебе кое-что интересное расскажу… - думаю, будь у него видны зрачки, те точно бы расширились, стоило мне только заговорить. Успел уже заметить, как его от моего шёпота пробирает. - У меня работа ещё есть, - облизнув кончиком языка пересохшие губы, произносит. - Ну, отложишь на немного, - продолжаю шептать и скольжу пальцами по краю его плаща на груди. В спальню, сейчас же. Нилей ахнул, когда мы вдруг оказались около кровати в нашей спальной. Стягиваю с его плеч плащ, пока он не сообразил, и толкаю в грудь, заставляя усесться на перину. - Алес, ты же знаешь… - начинает лепетать, но я коленом встаю между его ног, чувствуя, как его сознание и тело разнятся в желании. - Не думай об этом, - выдыхаю ему в губы и целую. Тёплые, податливые, раскрываются, пуская меня. Чувствую его ладони у себя на ляжках, ведёт ими вверх, с силой сжимает мои половинки. Выдыхаю от неожиданности, прервав поцелуй. - Погоди, Алес, - очухивается Нилей и пытается отодвинуть меня, положив ладони на мои бёдра, вот только я уже ухватился за ворот его чёрной рубахи и не собирался отвлекаться. - Нилей, тебе нет смысла переживать о том, что у меня там что-то нарушится, - произношу, заглядывая в его глаза, а пальцы уже расстегнули пару пуговиц. – Богиня сказала, что всё в порядке. Мне наоборот это надо, потому что досталось тело от озабоченного создателя, - усмехнувшись, тянусь к его губам. Стягиваю с него рубашку, касаясь ладонями горячей кожи мускулистого тела. - Точно? – спрашивает, когда я начинаю целовать его скулу, мочку уха. Кусаю и зализываю, лихорадочно водя руками по оголившейся коже тела. - Да-да, - выдыхаю горячо ему в ухо и скольжу кончиком языка по его контуру. – Верь мне, - произношу последнее. Картинка перед глазами резко переворачивается, и я уже лежу на спине. Обхватил на автомате своего ведьмака ногами и гляжу в его глаза. Нилей выдыхает и наклоняется, целуя, захватывая инициативу, покусывая мои губы, играя своим языком с моим, не давая продохнуть. Уплываю. В ушах начинает шуметь, а тело расслабляется, позволяя собой вертеть. Его зубы на ключице заставляют вздрогнуть. Приподнимаюсь, помогая стянуть рубаху и штаны. Чувствую его дыхание у себя на животе и стону, когда рука накрывает мой пах. Сжимаю пальцами ткань постели, когда горячие губы обхватывают головку члена, тону в ощущениях, выгибаясь и упираясь ногами в край кровати, и не сразу замечаю его пальцы, когда-то успевшие скользнуть в меня. Ох, в этом теле мне ещё не давалось кого-то принимать. Но мысль вылетает, подступающий оргазм овладевает всем сознанием. Мурлыкая себе под нос, одетый в одну чёрную рубаху Нилея, строгаю овощи на салат. Мой ведьмак заходит на кухню, щурится, потянув носом. Ага, запах готовящейся в духовке курочки заставляет глотать слюни. Приближается ко мне, обнимает вокруг пояса и утыкается носом в затылок. Эх, Нилей только из душа, а от него снова ничем не пахнет. - Алес? – вдруг хмуро спрашивает и отходит в сторону от меня. - Что-то не так? – заглядываю в чёрные глаза, и хорошее настроение начинает уходить, потому что вижу его хмурый взгляд. - Да. Помнишь, я говорил, что не сдержусь, начну связывать тебя с собой? – его голос вдруг стал холодный, но вот во взгляде плохо скрываемое разочарование. - Да что случилось-то? – не выдерживаю. К чёрту хорошее настроение. - Ты не поддаёшься, - произносит и сглатывает. - И что это значит? - Когда живой не отталкивает и не соглашается, а просто не реагирует… - Нилей вздохнул. – С кем ты уже связан, Алес?