Разные

После случая нападения на Юки прошло три недели. Наступил холодный декабрь, увы, пока не принесший снега и праздничного настроения. И на это была одна очень даже веская причина, и имя ей - Зимний кубок по баскетболу. Буквально вся школа галдела о том, что команда Ракузан должна стереть всех противников в порошок. Волнение царило в каждом углу. Все были на взводе, в особенности баскетболисты. Акаши их совсем не щадил. Гонял на тренировках со всей жестокостью и садизмом, на которые был способен. И уж поверьте, этого у него в избытке. К слову, сам Акаши выглядел непробиваемо спокойным. Он был холодный, как каменное изваяние. Каждый раз, когда Юки делила площадку спортивного зала с Сей-чаном, ей становилось не по себе. Она чувствовала его подавляющую ауру, разлетающуюся по всему периметру. С тех пор как Акаши спас ее от маньяка-извращенца, они мало общались: пару раз разговор заходил о спортивных кружках, собственно по делу, и было несколько очень хорошо завуалированных насмешек со стороны Сей-чана, обличающих рассеяность Юки. Ю-чан в свою очередь пылала от ярости. Она же не могла ему сказать, что причина ее рассеяности - он, Акаши. Именно его вина, что с Юки происходит какая-то фигня. И она не сумасшедший сверхразум, как Нацумэ. Она не способна ни с того ни с сего сказать объекту воздыханий о том, какой он прекрасный. Чего не может, того не может. Видимо у них с Тайгой это семейное... Очередное зимнее утро не радовало Ю-чан своей погодой. Она ехала в автобусе и смотрела из окна на просыпающийся город, на проносящиеся мимо здания, на морось, окутавшую Токио. Ей было грустно от происходящего в жизни. Хотя, возможно, она просто устала от учебы и ей нужен отдых. " Или объятия Акаши " - хихикнул ехидный голос Нацумэ в ее голове. Юки тут же отмахнулась: не следует о таком мечтать. Это как минимум глупо. Тяжело вздыхая, она вышла из автобуса и отправилась к школьным воротам. Воздух был буквально пропитан скукой и смертельной тоской. Сегодня тест по литературе и Юки нельзя его провалить. Ее средний балл и так снизился. Большего Юки не может себе позволить. Переобувшись, она зашагала по коридору. По всей школе были развешаны яркие плакаты с кричащими надписями и словами поддержки. Юки вспомнила, как летом под окном их кабинета сделала забавное граффити, чтобы вывести Акаши из себя. Ей в ту же секунду показалось, что это было очень давно. " Ракузан - вперед ! " " Надерите им задницы! " ( Видимо учителя еще не заметили этот плакат. ) " Ракузан самые лучшие " И прочее и прочее. - А за легкую атлетику вообще никто не переживает. - Юки надула губы. Популярность баскетбола раздражала. Все ее знакомые и близкие люди, так или иначе были связаны с баскетболом, а кто-то и вовсе повернут на нем. По пути в класс Юки встретила Мэй и Кин. Эти две особы спорили опять из-за какой-то чепухи. На этот раз это была одежда на Зимний кубок. - Нет, желтый цвет определенно не то. - поучительно сказала Аоки. - Голубой лучше подходит. Он будет выгодно подчеркивать нашу внешность. - Йо! Вы опять начинаете? - поприветствовала их Юки. - Утречка, Ю-чан! - Накамура сжала красноволосую в объятиях. После всех официальностей девчонки торопливо двинулись в класс. До звонка оставалось три минуты. Тест оказался на удивление легким. Юки даже не пришлось ломать голову над ответами. Она была почти уверена, что у нее все отлично и беспокоиться не стоит. После третьего урока девчонки, как и обычно, собрались на обед. С приходом холодов проводить время на крыше стало невозможно, поэтому Акира перетащила Мэй, Юки и Кин в буфет. Этот вариант был неплохим, но Ю-чан не нравился постоянный шум и бесконечные толпы у столиков с раздачей. - Мне нужно отойти, я вас потом догоню. Аоки и Мэй пожали плечами и пошли дальше, потому-что Акира ждала их в буфете. - Только не задерживайся. Юки, кивнув, направилась в сторону туалетов, чтобы привести себя в порядок. В последнее время она мало спала и постоянно ходила сонной и мрачной. В туалете Юки столкнулась с Накадзимой. Та, к слову, не сильно отличалась от Ю-чан в своих настроениях. После расставания с Акаши, Кэтсуми стала отдаляться от людей, она все меньше общалась с Асаино Ран и Такэдой Джун. То ли она в них разочаровалась, то ли разрыв с Сейджуро слишком сильно ударил по ее взглядам на мир. С того самого дня Накадзима и словом не обмолвилась с Юки. Казалось, что она и вовсе забыла о существовании Кагами. На переменах Кэтсуми можно было заметить в самом темном углу школы. Она сидела там в одиночестве и все время что-то рисовала в толстом скетчбуке. Как и в предыдущие разы, Накадзима проигнорировала появление Юки и торопливо ретировалась из туалета, громко хлопнув дверью. Ю-чан вздохнула. Она безумно устала от всего происходящего. В особенности от своей влюбленности. Она бы с радостью отдала ее какой-нибудь другой маленькой дурочке, лишь бы самостоятельно не разгребать это дерьмо. Мэй первой заметила болезненное состояние Юки: мешки под глазами, очень бледная кожа, напоминающая полотно, бесконечные зевки на уроках. Как-то раз Ю-чан даже умудрилась уснуть на английском. Не разбуди ее Аоки вовремя, проблем было бы через край. Тогда, да и сейчас, все были уверенны, что Юки устала от учебы и бесконечного сидения за книгами. Еще хлопот доставлял легкоатлетический кружок. Но все это было сущим бредом. Главная причина плохого сна Юки крылась именно в Акаши. С недавних пор ей стали сниться сны с его участием. Они были странными, безумнымы, и к стыду Юки-чан, такими приятными! В них Акаши вел себя совсем иначе, нежели в реальной жизни. Акаши из ее грез был настоящим джентльменом и чуть ли не идеалом во плоти и крови. Однако лишь спустя какое-то время Юки смогла уловить различие между настоящим Сей-чаном и Сей-чаном из ее снов. Ненастоящий был влюблен в Юки, он целовал ее страстно, грубо, сладко, сжимал в крепких объятиях, едва ощутимо касался ее кожи, позволяя Юки нежно покусывать свои прекрасные ключицы, любоваться сеточкой вен на запястьях, облизывать маленьким влажным язычком длинные тонкие пальцы. Он вдыхал аромат ее волос и смотрел на нее сумасшедшим взглядом, источавшим и любовь, и желание, и ревность. А настоящий Сей-чан не любил. Он просто не любил ее и все тут. Наверняка Акаши такой же джентльмен и чуть ли не идеал во плоти и крови, но только наедине с любимой девушкой. Юки почти не сомневалась, что он такой на самом деле. Кэтсуми была безума и от этих проявлений Сейджуро. Наверняка он одаривал ее заботой, лаской, страстью. И пускай Кэтсуми нравилась Акаши столь короткий срок. Эти сны не оставляли Ю-чан в покое. Каждый раз она боялась, что очередной сон окажется слишком откровенным, безумно непристойным ( Ей всего пятнадцать! ). Пока они ограничивались поцелуями и ненастойчивыми касаниями. Но даже от этого у Юки шла кругом голова и брало отчаянное смущение. Она же не какая-то извращенка, как, например, Нацумэ. Впрочем, Мидзуно и не скрывала своего интереса к Мидориме во всех смыслах, которые только можно придумать. И сексуальный интерес здесь играет немаловажную роль... Красноволосая вытерла лицо и вышла из туалета. Нужно идти в буфет. Наверняка Акира, Аоки и Мэй ее давно заждались. Неподалеку от буфета Юки встретила Акаши. Он выглядел очень задумчивым, и даже несмотря на это его гетерохромный взгляд оставался холодным и примечающим все вокруг. В том числе и Юки. Завидев его, девушка чуть ли не с визгом понеслась к буфету, ускорившись в три раза. Она точно сходит сума. - Хм, глупая дура. Днем позже необычное столкновение произошло и с Мэй. В дождливый вечер она отправилась в супермаркет за продуктами. Ничего особенного не должно было произойти, если бы не Кисе. Он стоял под козырьком в ожидании чуда. Но если быть более точным, Рета ждал пока закончится дождь. Ни он, ни уж тем более Мэй, не ожидали встретить друг-друга здесь, в этом небольшом супермапкете на окраине Синдзюку. Токио - огромный город. Но они встретились сейчас и именно под козырьком этого супермаркета. - Здравствуй, Кисе-кун. - Накамура первой заметила светловолосого. Он то и дело поглядывал в небо, затянутое серыми тучами. Встрепенувшись, Рета обернулся и увидел перед собой Мэй. Она была в светлой куртке. В одной руке Мэй держала бумажный пакет с продуктами, в другой желтый зонтик в ярко-красную крапинку. - Мэй-чи. - выражение его лица тут же изменилось. Кисе заулыбался, в его медовых глазах заискрились радость и интерес. - Вот уж неожиданная встреча! Мэй полностью разделяла его мнение. Они виделись почти две недели назад. Кисе занимался с Хару последний раз в этом году, потому-что все дни до конца декабря были заняты подготовкой к Зимнему кубку. Накамура поежилась. На улице было довольно холодно и дождь, похоже, не собирался прекращаться. Тут ей в голову пришла очень смелая, по мнению самой Мэй, мысль. Она колебалась. Она не знала, стоит ли решаться и не подумает ли Рета что-то плохое о ней. " Я не могу его здесь оставить. А если ему надоест ждать нормальной погоды, то он точно промокнет! " Если бы сейчас здесь была Акира, то Мэй точно получила бы крепкий подзатыльник за свою неуверенность и беспочвенное смущение. " Давай же, скажи ему! " - Погода не самая лучшая. - сказал Кисе и слабо улыбнулся. Он по прежнему не сводил глаз с неба, все еще надеясь на солнце. " Скажи, скажи, скажи ему, трусиха-Мэй! " - Кисе-кун... - неуверенно начала Накамура, краснея до корней волос. Он просто хороший приятель и не более того. Рета вопросительно посмотрел на нее. Мэй была одной из многих девчонок, с которыми Кисе как-то общался. Не сказать, что он особо к ней присматривался или выделял из общего числа девушек. Он, пожалуй, был согласен с тем, что Мэй безумно милая и внешне очень привлекательная, однако это вовсе не значило, что Кисе заинтересован в ней как в девушке. Во время встреч они мало общались. Рета в основном проводил время с Хару, а Накамура читала книги или мангу. Она была просто хорошим человеком и не более того. Кисе видел слишком много разных девушек ( со многими ходил на свидания ), чтобы симпатизировать кому-то с первого взгляда. А еще Кисе думал, что Мэй слишком стеснительная, и это не очень хорошо. - Кисе-кун, ты... Накамура в панике оглядывалась по сторонам. Она уже жалела, что вообще начала говорить. " Раз уж начала, то и закончи! " - вопил голос внутри нее. К ужасу Мэй, этот голос принадлежал Кин-чан. Кисе будто почувствовал, что девчонку нужно поддержать. Улыбнувшись, он нежно сжал ее плечи и сказал с расстановкой: - Мэй-чи, не волнуйся. Все нормально. Я понимаю твое смущение, и я правда хорошо отношусь к тебе, поэтому перестань ломать над этим голову. Девушка нервно сглотнула. Он попал в десять из десяти. Она действительно переживала из-за того, что не знала мыслей Кисе о себе. Мэй боялась, что он думает о ней плохо. - Спасибо. - она опустила глаза. - Кисе-кун, хочешь выпить чаю? - девушка шумно выдохнула и ее последующие слова оказались совсем бессвязными. - Дождь... И холодно, и чай, и я подумала... Не подумай чего-то плохого и... Кисе широко улыбнулся. Он приметил, что Мэй куда привлекательнее, когда борется со своей стеснительностью. А еще он понимал, что пригласить его на чай - огромное усилие для нее. - Если ты не захочешь, я непременно пойму и... - Я согласен. - Кисе приложил указательный палец к ее губам, тем самым прекращая поток бессвязной речи, и подмигнул ей. Только после этого жеста Накамура осознала произошедшее. " Я не провалилась " Пока она вникала в это, Кисе забрал из ее рук пакет с продуктами и раскрыл желтый зонтик. - Прошу, мисс. - он галантно улыбнулся. Мэй смутилась пуще прежнего, поэтому светловолосый сделал все сам: он взял ее под локоть и притянул ближе к себе, под зонт. Только почувствовав слабый запах цитрусов, исходивший от Кисе, девушка очнулась. Первый шаг она сделала, теперь нужно без приключений дойти до дома, при этом не наговорив Кисе всякой чепухи... До Зимнего кубка оставалось всего два дня. Отсубо гонял команду, как одержимый. Первогодки уже успели придумать Таисуке кучу прозвищ, идеально описывающих строгий нрав капитана баскетбольной команды Шутоку. Мидориме с трудом удалось отвязаться от надоедливого и любопытного Такао. Ему было очень интересно, куда намылился Шин-чан в столь поздний час, еще и после разрывной тренировки. И, конечно, у Шинтаро были дела и они уж точно не касались Казунари. Его путь лежал через парк, прямок кафе с вкусными французскими десертами. Она их просто обожала. Спустя десять минут Мидорима был уже на месте. Кафе было небольшим, но довольно уютным: мягкая мебель, синие занавески на окнах, слабое приятное освещение, ароматические свечи и вежливые официанты. Он занял столик у окна и принялся ждать, изредка поглядывая на время. Ровно в восемь она должна быть здесь. Шин-чан знал, что она не опаздает, и ему это в ней безумно нравилось. Впрочем, как и многие другие качества, которыми обладала эта очаровательная особа. Ровно в восемь дверь кафе отворилась и в него вошла девушка в длинном кожаном плаще черного цвета, который был расстегнут на все пуговицы. Ее светлые волосы, достающие до плеч, были в легком беспорядке. Выглядела Нана задумчивой и мечтательной. Поправив очки в черной оправе, она прошла к столику, где ее ждал Мидорима. - Привет, Шинтаро. - она чмокнула его в щеку и села рядом. Мидорима поморщился: от нее пахло французскими духами и сигаретами. Пожалуй, это единственный недостаток Хироми Наны. - Привет. - его голос оставался сухим и немного прохладным. Но на самом деле, Шин-чан чувствовал себя счастливым только от одного легкого поцелуя Наны. - Перестань хмуриться, Шинтаро. Тебе не идет. - она звонко рассмеялась и парень почувствовал, что ее светло-карие глаза затягивают его. - Пойми наконец, что я не брошу курить. Мне двадцать один, я курю с восемнадцати, тут поздно что-то менять. Да и привыкла я. Мидорима еле удержался от того, чтобы не начать читать ей лекции о здоровом образе жизни. Он мог это. И Нана знала об этом. Они заказали кофе и десерты и стали разговаривать о последней выставке картин Хироми. Она была начинающей художницей, постепенно набирающей популярность. Впрочем, это происходило довольно медленно. Полгода назад Нана познакомилась с Мидоримой на своей же выставке. Несмотря на разницу в пять лет, они начали встречаться спустя пять месяцев. Мидориму привлекали ее отстраненность, изящность, образованность и любовь к искусству. Нану, в свою очередь, в нем интересовали холодный рассудок, умение стоять на своем и, конечно, привлекательная внешность. Высокие парни в очках были сильной слабостью Хироми Наны. Порой она понимала, что со стороны они выглядят странно, но это не останавливало ее. Ведь чувства были, а значит и речи не могло быть о чем-то еще. Допив свой кофе, Мидорима и Хироми покинули кафе. Теперь они держали путь к квартире Наны. У самого подъезда многоэтажки, Нана ответила на вопрос, заданный им еще в начале разговора. - Я обязательно приду на вашу игру. В конце концов, Зимний кубок очень интересная и захватывающая вещь. - она улыбнулась. - Я рад. - Мидорима сильнее сжал ее ладонь. Расставаться не хотелось. - До встречи, Шинтаро. - Нана, встав на носочки, настойчиво поцеловала его в губы и скрылась в подъезде. Простояв несколько секунд на одном месте, Мидорима понял, что ему срочно нужно идти домой. В тот же день Кагами в компании Куроко посетил любимое заведение Коганея. " Sweet maid " в очередной раз потрясла парней своей кавайностью и сексапильностью костюмов обслуживающего персонала. Сегодня вместо обычных ободков с бантиками официантки носили кошачьи ушки. И это было непередаваемо. - Кагами, если тренер узнает, что вместо отдыха мы сидим здесь, то она свернет нам шеи. Тайга закатил глаза. Порой ему казалось, что Куроко бывает очень занудливым. Да и Рико перегибает палку... - Она не узнает. Куроко задумался. Он примерно понимал, почему они сейчас сидят в " Sweet maid ". - Мы здесь, потому-что тебе приглянулась Ямада-сан? - в лоб спросил Тецуя. - Ямада-сан? - удивился Кагами. - Кто это? Куроко едва удержался от фейспалма. Кагами либо тупит, либо пытается скрыть очевидный факт. - Ямада-сан - та самая горничная, что обслуживает нас каждый раз. Та милая девушка с пепельными волосами. С ней Аомине подружился. Не так давно я встретил ее на улице и она была в форме Академии Тоо. Кагами тут же покраснел. Он не знал имени чудесной горничной-официантки, которая постоянно их обслуживала. Тайге нравился цвет ее волос. Он напоминал ему снежинки зимой. А еще Ямада милая и очаровательная. Она казалась Кагами грациозной, изящной и нежной. На поверхностном уровне он даже мысли не допускал, что это только образ, необходимый для работы в " Sweet maid ". А еще он был слишком неуверенным, чтобы подойти к Мизуки и пригласить куда-нибудь. Тайге было мало имеющейся информации. Далеко, где-то в глубине души, он разрешал себе думать, что его идеал лишь отчасти наделен качествами, которые сводят Кагами с ума. Можно крупно ошибиться, сказав, что Тайга в нее влюблен. Вовсе нет. Мизуки кажется ему прекрасным ангелом, которым можно любоваться только со стороны, не нарушая этой волшебной атмосферы. - Ты идиот, Куроко?! - вспылил Кагами. - Она даже не в моем вкусе! - Добрый вечер, хозяин! - позади них раздался голос и Тайга чуть со стула не слетел. Мизуки появилась неожиданно. Как и в прошлые разы, она была улыбчива и мила. Сегодня ее пепельные волосы были заплетены в два маленьких хвостика. - Привет. - Куроко, в отличие от Кагами, не растерялся. Он взял заказ на себя, потому-что с Тайгой и так все понятно. При Мизуки он и слова из себя выдавить не может. Наверно поэтому Тецуя и ходит с ним в " Sweet maid ": чтобы делать заказы. Увы, Тецуе здесь никто не приглянулся. Как бы он не старался найти кого-то, походившего на симпатичную ему девушку, все шло коту под хвост. - Принеси два латте и ваши фирменные шоколадные маффины, пожалуйста. Ямада поклонилась. - Будет исполнено, хозяин! Кагами был готов умереть прямо на месте.