Мечтать - это больно

Глава третья Отец вернулся в полчетвертого. Алекса сидела за компьютером и лениво листала свои странички в социальных сетях под любимый фолк. Она переоделась в коротенькие джинсовые шорты и безразмерную футболку с надписью: "Прошу любить и не жаловаться!" – Сашка? - он удивился, зашел в комнату дочери и включил свет. Алекса обычно сидела перед компом в темноте, света от экрана ей хватало, чтобы различать кнопки клавиатуры. Поэтому сейчас сощурилась. – Чего не спишь? Отец выглядел очень уставшим. – Есть хочешь? - проигнорировала его вопрос девушка. Она сама была вечноголодной, унаследовав эту особенность от отца, поэтому и спросила. – Нет. Я в душ и спать. Алекса кивнула и, когда отец скрылся в ванной комнате, собрала со стола в охапку все пустые кружки и понесла их на кухню. Убрав их в посудомоечную машину, девушка засыпала в хлебопечку необходимые ингридиенты и установила таймер на десять утра: бутерброды из свежеиспеченного хлеба с сыром на свежем воздухе - это божественно!.. Утро встретило Алексу неприветливо. Проснулась она рано и недовольно сфокусировала взгляд на часах. Семь сорок девять!.. Со стоном она перевернулась на другой бок и натянула одеяло на голову. Не помогло. Уснуть ей не удалось даже через полчаса, и девушка сползла с кровати. До одиннадцати часов, когда они с Ником договорились встретиться, было еще уйма времени. Алекса вымыла голову, высушила, собрала волосы в хвост и заплела из него тоненькие косички. Накрасила ногти. Убралась в комнате. Сделала домашнее задание по физхимии и посмотрела фотографии со вчерашней прогулки одногруппников на страничке Леночки. Проверила почту и удалила все сообщения. Потом отправилась на кухню и, мучимая голодом, принялась готовить завтрак. Через некоторое время проснулся отец. Он всегда спал очень мало, даже в выходные. – Сварить тебе кофе? - Алекса смачно зевнула. Отец усмехнулся. – Было бы неплохо, - он сел за барную стойку на высокий стул и, скрестив руки, оперся ими на стол. Алекса достала медную турку и принялась колдовать над ней. – Ты говорил, что привезешь мне что-то, - вспомнила вдруг она. – Тебе же, вроде, не понравилась эта идея, - усмехнулся он. – Этого я не говорила. Отец сходил в свой кабинет и вернулся, держа в руках бумажник. Он вынул оттуда две широких полоски бумаги и положил на стол. – Что это? - Алекса с любопытством схватила их. - Билеты на Омнию?! Они в Москве?!.. Он кивнул и улыбнулся. – Сходим вечером? Или у тебя другие планы? – К терминатору планы! - воскликнула она, радостно повиснув у отца на шее. - Это же Омния!.. Папа, ты гений! – Приятно, что ты наконец это заметила. – Ты всегда у меня самый замечательный! - Алекса чмокнула его в шеку и пришпилила билеты магнитом к дверце холодильника. – Если хочешь, возьми с собой Колю, - предложил он. – Перебьется. К тому же он не очень любит фолк. Говорит, что на их концертах всегда полно обкуренных! – Можно подумать, на рок-концертах их меньше, - фыркнул отец. - Чем планируешь заняться до вечера? Алекса перелила дымящийся кофе из турки в его любимую кружку и поставила на стол. – Пойдем с Ником гулять по центру. Мне позавчера вернули фотоаппарат из мастерской. – Помню, ты говорила. Кстати, я тут с Валерой встретился недавно. Он жалуется, что ты к нему редко забегаешь, - он отпил кофе. - Может, заедешь сегодня? – Если время будет, - не стала обещать Алекса. Позавтракав, отец унесся куда-то по своим планам, а Алекса, схватив за ремень сумку с фотоаппаратом и сунув в карман несколько купюр, натянула кроссовки и отправилась на встречу с Ником. Прогулка ей понравилась. Ник показал ей два места с изумительными видами на высотки, сводил в недавно отстроенный стеклянный бизнес-центр, затем они посидели в Данкин Донатс на Арбате и съели дикое количество сладкого. В Художественный затащила парня уже Алекса, заинтересованная афишей "Париж-Манхэттен". Вчера она прочитала рецензию в интернете, и ей сразу же захотелось на него сходить. Народу был полный зал - насколько может не быть полным Синий зал в Художественном кинотеатре. Фильм оценил даже Ник, которому в области кинематографа угодить было тяжело. В половину четвертого они распрощались. Нику нужно было съездить в какой-то офис на окраине Москвы, и Алекса эгоистично отказалась составить ему компанию. Она решила съездить к дяде, Валерию Константиновичу, который руководил военно-патриотическим клубом в одном подмосковном городе. Добираться туда приходилось на электричке, но пока народу в ней не должно было быть много, поэтому Алекса купила себе билетик в автомате, миновала турникеты и пикающие рамки с металлоискателями и очутилась на платформе. В вагоне ей попался интересный сюжет для фотографии: какой-то парень, не снимая заляпанных грязью кроссовок, положил ноги на сидение напротив, не заметив, что сам сидит на грязных следах. Алекса подумала, что это символично. Дядя ей обрадовался. – Сашка, как поживаешь? - радостно сграбастал он ее в объятия. – Неплохо, спасибки! - прохрипела девушка. – Как учеба? Как Санек? Замуж еще не собралась? - отпустил он ее. – Учеба как обычно, папа все работает, а какое замуж? - она отмахнулась. Дядя стабильно задавал ей эти три вопроса, и девушка уже на него даже не обижалась. – Что, даже парня нет? - расстроенно посмотрел он на нее. Алекса фыркнула, стащила с его стола четыре метальных ножа и ключ от комнаты со стендом. Метать ножи ей нравилось. Ощущение, что острая сталь послушна твоей руке, подчинена твоей воле... Где-то через полчаса, когда Алекса отрабатывала бросок с левой руки, дверь сзади нее скрипнула. Девушка обернулась. – Пашка, ты? Привет, - она улыбнулась, вновь повернулась к стенду и метнула нож. С противным звоном он отлетел назад. – Фууу, ну ты и метаешь! - насмешливо фыркнул парень, подошел, взял у Алексы один нож и с левой руки лениво послал его в шит. - Вот как надо. – Да, я знаю, что ты левша, - хмыкнула девушка. Пашка был примерно с нее ростом, даже чуть повыше, с темными короткими волосами, стриженными коротким ежиком. Он всегда ходил в бандане, берцах и майке цвета хаки. Правда, сейчас - на занятии - он был в форме, но даже в школе он не изменял своему стилю. – Валерий Константинович просил передать тебе, что занятия закончились. – Построение было уже? - поинтересовалась Алекса, выдергивая из шита ножи. – Ага. Проводить тебя до станции? – Конечно. Она выключила в комнате свет, заперла дверь и, отдав ключи и ножи дяде, распрощалась со всеми и вместе с Пашкой вышла на улицу. Ему было пятнадцать, и он давно уже посещал занятия в этом клубе. Алекса знала его уже лет пять, не меньше, и он постоянно провожал ее после занятий до станции. Один раз она даже спросила, зачем он это делает. – Ну, ты с меня ростом, симпатичная, а издалека не видно, сколько тебе лет. Пусть все думают, что я провожаю свою девчонку, - белозубо улыбнувшись, пояснил тогда он. В ответ Алекса только закатила глаза. Попрощавшись на станции с Пашкой, Алекса села на электричку до Москвы.