Happiness

Однажды он понял, что это была его ошибка. Его вина, что внутри он пуст. Его вина, что он не смог справиться. Его вина, что он один. Его вина, что никто его не любил. Его вина, что он не может полюбить себя. Это все его вина. Однажды он будет сидеть в своей комнате, в одиночестве, свернувшись в кокон из нескольких одеял, и все еще чувствовать холод. Однажды он не сможет заставить себя поесть. Однажды он уткнулся лицом в подушку и ждал, когда все это закончится. Однажды он откроет свои шторы впервые за несколько месяцев и почувствует что-то теплое на своем прогнивающем теле. Однажды он будет счастлив. Однажды он смеялся с друзьями. Однажды он остался в своей комнате в одиночестве, обхватив себя руками так сильно, что его тело онемело и он не мог даже плакать. Однажды он задался вопросом, почему он не может быть счастлив? Почему это дерьмо происходит именно с ним? Он не сделал ничего для того, чтобы мир так ненавидел его. Он знал, что никто не понимает его. Однажды он почувствовал руку на своем плече и тихий, шепчущий голос рядом с его ухом. Однажды он обернулся, чтобы посмотреть на человека, осмелившегося вступить в его маленький мрачный мирок. Однажды они лежали вместе, иногда в тишине, иногда нет. И это было нормально. Однажды его друг обернет свою руку вокруг его талии и поднимет того на ноги, бормоча, что оставаться весь день в постели - затея не из лучших. Однажды он последует за своим другом к входной двери, делая неуверенные шаги трясущимися ногами. Однажды солнца было слишком много и он, развернувшись, рванул бы обратно в свою комнату, в постель стремя одеялами. Но временами все было иначе. Иногда он бы расправил плечи и высоко задрал голову, притворяясь, что он уверен в себе. Временами он верит в себя. И когда его ноги подкосились и он упал на землю, его друг был там, чтобы помочь ему встать. Иногда он был раздавлен и не находил в себе сил жить дальше. Но казалось, его друг всегда был рядом. Всегда где-то недалеко со своей милой улыбкой. Его друг всегда был рядом чтобы поощрить его, но никогда не оскорблять. Иногда, когда он падал, он смотрел вверх, медленно моргая, на своего крепкого друга. И он чувствовал себя таким маленьким. Таким незначительным. — Майк, — скажет он, — я в порядке, оставь меня. А Майк только покачает головой и печально протянет руку. — Если я оставлю тебя здесь, я оставлю и часть себя тоже. — Но я не стою того..., — прошепчет он дрожащим голосом. Может быть, от страха. Может быть, от радости. Он, на самом деле, не знает. — Честер, — сказал бы Майк, — ты будешь счастлив, если сейчас поднимешься. — Что такое счастье? Честер не помнил этого чувства. Все, что он помнил - пустота. Сожженные клочки его несчастной души, что не подлежат реставрации. — Счастье - это когда ты смотришь на солнце и чувствуешь, как тепло обволакивает каждую клеточку твоего тела. Счастье - это делать глоток горячего шоколада и растворяться в его вкусе. Счастье - это когда ты делаешь еще один шаг вперед. Счастье - это когда после падения ты отряхиваешь с коленей пыль, встаешь и продолжаешь идти, даже если не знаешь, что тебя ждет впереди. Честер замрет на мгновение, рассматривая свои руки, покрытые синяками и шрамами, а потом посмотрит на Майка: — Счастье - это когда я с тобой. И он встанет. Его колени будут трястись, а шаги будут неуверенными. Но он знает, что куда бы он не пошёл, его друг всегда будет рядом.