Игра судьбы или судьбоносная игра?

      Около восьми часов утра Анна с характерным грохотом двери, ударяющейся о стену, влетела в комнату, где Андрей умиротворенно похрапывал, лежа на диванчике. Такой выпад со стороны Ани был для парня весьма неожиданным, потому Симонов, резко вскочив, застыл в немом шоке и вылупился на Анну, постепенно успокаиваясь и восстанавливая дыхание.       На лице девушке играла решимость, Аня стояла у входа в помещение, уперев руки в боки и злорадно улыбаясь. От вчерашней Ани, безумно напуганной и плачущей, не осталось и следа. Что именно послужило таким переменам, Симонова не волновало. Ну, оно и понятно: будут тебя беспокоить такие пустяки, когда рано утром в твое сонное, затуманенное и до конца не проснувшееся сознание врывается сумасшедшая девица, которой еще, бог знает, что нужно от бедного тебя. — Ты чего в такую рань вскочила? — Андрей все продолжал изучать девушку удивленным взглядом, но до его постепенно просыпающегося мозга начало доходить, что на парне красовались лишь черные труселя, через которые открывался отличный вид на выступающее достоинство Андрея. — Я решила, что с этим пора поскорее заканчивать, — с беззаботной улыбкой на лице спокойно объяснилась Анна. — Ты давай, это, одевайся и приходи на кухню. Быстренько позавтракаем и начнем, — она кокетливо улыбнулась Андрею и неспешно удалилась, особенно виртуозно повиливая пятой точкой.       Симонов проводил девушку взглядом и, размышляя о странной прыткости и готовности Анны, натянул домашние тренировочные штаны, захватил футболку, первую попавшуюся под руку, и протопал босыми ногами до кухни, на которой Аня носилась туда-сюда, накрывая на стол и забавно подпевая себе под нос.       Андрей остановился в дверном проеме, Анна почти сразу же обратила на него свое внимание, тут же отвернувшись от парня, чтобы тот не заметил проступивший на ее щеках румянец, что отчетливо виднелся в хорошо освещенном помещении. — Оденься, — коротко бросила она и, наполнив тарелки едой, уселась за стол.       Парень пожал плечами и отметил про себя, что типичная реакция девушки на его оголенный торс по-прежнему никуда не делась, несмотря на необычное поведение Лепякиной. После чего Андрей все-таки надел прихваченную из комнаты футболку, чтобы лишний раз не злить (смущать) сожительницу своим видом. — Фу, — парень присел за стол тоже и с отвращением воззрился на содержимое своей тарелки. — С гримасой неодобрения Симонов отодвинул от себя еду, похожую больше на какие-то отходы. — Я не буду это есть, — объяснил и так понятное он и, поднявшись, направился к холодильнику, надеясь отыскать что-то хоть немного более съедобное. — Нет, так не пойдет, — Анна встала вслед за парнем, а, стоило ему открыть дверцу холодильника, она захлопнула ее и с укором посмотрела на Симонова. — Давай, возвращайся к столу и будь добр съесть все, что я для тебя приготовила, — командирским тоном заявила Аня. — Ты мне не девушка, чтобы я жрал твою отвратную стряпню, с усмешкой, — подметил Андрей. — Ты меня чуть не изнасиловал, — на полном серьезе напомнила Аня. — Так что теперь ты мне, как минимум, должен… — немного неуверенно проговорила она, на секунду задумавшись, после чего снова взяла себя в руки и, подняв взор на парня, проговорила тоном, не требующим никаких возражений: — В общем, садись и ешь, вот и все. — Бред какой-то, — Симонов закатил глаза, — «почти» — не считается, так что я отказываюсь это есть, — твердо сказал Андрей и в подтверждение своих слов даже отрицательно помотал головой. Но Анну такой расклад, видимо не устраивал. — За изнасилование — нет, конечно, а вот за моральную травму — еще как считается, — продолжала она настаивать на своем.       На пару минут в комнате воцарилась тишина. Аня ждала ответной реакции, а Андрей, казалось, задумался над словами девушки. Впрочем, временное замешательство длилось совсем недолго. — И что мне теперь, во всем тебе беспрекословно подчиняться? Или, может быть, на коленях перед тобой ползать да руки целовать?! — Ну, честно говоря, это лишнее, но если ты этого хочешь… — Аня еле сдержала сильное желание улыбнуться. Вся эта ситуацию забавляла девушку, отчасти поэтому она и отстаивала свою точку зрения. — Я. Не. Буду. Есть. Твою. Еду! Я ничего не сделал, чтобы быть теперь обязанным травиться! — Ты очень испугал меня, — холодным голосом проговорила девушка, и всего на мгновение Андрей смог уловить в ее взгляде толику грусти, недовольства и обиды. В данный момент она уже не шутила, и Симонов это почувствовал. — Поверить не могу, — фыркнул он, возвращаясь к столу, — что я это делаю, — добавил, уже приступая к трапезе, даже и не посмотрев в сторону Анны, улыбка на лице которой появилась мгновенно после того, как победа была одержана. — Вот и славненько, — девушка приземлилась на свой стул вновь и тоже принялась за еду.       На самом деле такой завтрак был Андрею некой местью. Вот, почему Лепякина мысленно прыгала от радости, понимая, что смогла-таки заставить парнишу впихнуть в себя ее кулинарный шедевр. Не сказать, что Аня была недовольна удачным раскладом событий предыдущего дня, наоборот — ее очень даже радовал тот факт, что Андрей так и не сделал того, что, по всей видимости, собирался. Неважно, почему именно он так поступил, но лишь сам факт произошедшего заставлял Анну думать, что Симонов был не совсем потерян для общества, как она полагала ранее. Это вселяло надежды на то, что все обойдется и с девушкой ничего страшного не случится. С трудом, но Анне все же верилось в это.       Уже через десять минут Лепякина силой отодрала парня от стола, решив не дожидаться, пока тот, наконец, справится с ее творением, и потянула Андрея за руку в гостиную. Там она, приложив кое-какие усилия, усадила светловолосого на диван и в ожидании уставилась на него, не говоря ни слова. Парень не сразу понял, чего от него хотела взбунтовавшаяся мадам, но вскоре, все же догнав мысль девушки, выложил на столе оставшиеся карты и неуверенно как-то улыбнулся, что было уже по-своему необычно. Видимо, в этот день Аня и Андрей с чего-то решили поменяться ролями, потому что всего несколькими часами ранее Анна удивлялась почти каждому слову и действию Симонова, а тот, в свою очередь, откровенно насмехался над Аней. Что ж, теперь, похоже, настала очередь девушки.       Вся эта уверенность со стороны Лепякиной, конечно же, была напускной. Просто, проснувшись отчего-то раньше обычного, Аня больше не смогла заснуть, а потому успела хорошенько обдумать свои действия. Тогда-то, примерно за полчаса до того, как она разбудила Андрея, Анна и решила, что постарается держаться, терпеть и делать вид, что ее и правда не заботят все эти желания, карты и вообще разворачивающиеся вокруг нее события. Девушка твердо решила сделать вид, что приняла правила игры и даже нашла в них что-то интересное для себя. Нельзя было подавать виду, что ей до сих пор не по себе от всего этого дурдома, — так решила Анна, после чего и вломилась в комнату, разбудив Андрея. Похоже, пока что актерское мастерство не подводило девушку. — Ну, тяни… — без особого энтузиазма лениво произнес Симонов, подняв взор на девушку, которая, чуть-чуть, всего несколько секунд, помедлив, взяла одну из карт и тут же улыбнулась. — Что там написано? — вопросил парень, заметив реакцию Анны на прочитанное, и тут же, приподнявшись с мягкого сидения, выдернул из руки Лепякиной взятую ей карту. — Что ж, тебе повезло, — с усмешкой отметил он, — куда пойдем? — Узнаешь, — довольно ответила Аня и подмигнула собеседнику. — Часов в пять пойдем, так что, знаешь, я, пожалуй, схожу в душ, — она направилась к двери, но, что-то вспомнив, обернулась уже за порогом и добавила строгим голосом: И не вздумай лезть в ванную комнату, пока я там! — после чего темноволосая удалилась, уже предвкушая события грядущего вечера.       Андрей только со смешком покачал головой и устало выдохнул, прикрыв глаза. Почему-то поведение этой Лепякиной не давало ему покоя. Все, вроде бы, было не плохо, она даже взяла инициативу в его игре в свои руки. Наверное, это и не устраивало парня, ведь он хотел видеть ее вечное смущение, ее протест, нежелание. Андрей хотел видеть, как неуверенно она выполняет свои задания, но в итоге все пошло не по плану. Было не очень-то интересно наблюдать за «новой версией» Ани, которая и сама была совсем не прочь, вроде как, исполнить одно из записанных на картах желаний.       С другой стороны… Симонов чувствовал подогревавшийся интерес. Да, Анна пошла «против системы», да, она лишила Андрея удовольствия любоваться на ее сомнения и нерешительность. Но в то же время как раз это и цепляло, этот так называемый «бунт», эти действия не по его правилам. Все это нравилось Андрею, и, к своему сожалению, он не мог этого отрицать. Оставалось лишь наслаждаться новым шоу, приготовленным уже не им самим, а Анной.       Пока парень придавался своим мыслям, Аня тоже не отставала от него, думая, где же провести свидание с Андреем, ведь именно это и нужно было сделать, исходя из слов, написанных на очередной вытянутой карте. Впрочем, был у девушки кое-какой вариант, и она как раз размышляла, стоит ли приводить нахального и взбалмошного Симонова в одно из своих любимых мест. Стоит ли делиться с ним чем-то дорогим или лучше просто пройтись по городу, зайти в какое-нибудь кафе и просидеть там, болтая о чем-то, до позднего вечера? Одно Аня решила для себя точно: этот вечер ни в коем случае не должен перейти из дурацкой игры больного на голову парня в настоящее первое свидание…       Где-то в половине двенадцатого Анна покинула душевую. Обернутая в одно лишь полотенце, она быстренько проскочила в свою временную комнату и переоделась пока что в первую нормальную вещь, попавшуюся ей на глаза. До недосвидания оставалось еще приличное количество времени, поэтому девушка не спешила выбирать наряд и просто засела за одну из книг, любезно предоставленных по ей (надо заметить, по ее же просьбе) Симоновым. Сюжет книжки был закручен вокруг молодой девушки двадцати пяти лет, которой не посчастливилось попасть в руки маньяка — «чертовски сексуального и пугающего мужчины», если отталкиваться от написанного в небольшом однотомном издании. Конечно, пусть чувства героини и были описаны очень даже реалистично, но Анна, читая, наотрез отказывалась понимать возникшую любовь между главной героиней и ее заточителем. Лепякина не могла разобрать, что же именно заставило страдавшую в начале повествования девушку влюбиться в своего мучителя ближе к концу произведения. Поэтому, когда дело дошло уже до самых банальных розовых соплей, признаний и прочей невозможной, по мнению Анны, чепухи, девушка попросту захлопнула книгу и, отложив ее в сторону, взглянула на часы, показывавшие около трех часов дня.       За окном совсем недавно начал накрапывать дождик, и это заставило темноволосую вновь задуматься о предстоящем свидании с Андреем. Девушке было интересно, начнись ливень, они бы все равно пошли куда-нибудь или остались бы в теплой и сухой квартирке. Аня надеялась на второй вариант и добродушие Симонова, который, чисто теоретически, наверное, мог бы посчитать сильный дождь веской причиной для отмены свидания вообще… Да, наивно, но мечтать ведь не вредно, так? — Эй, ты там одета? — в комнату пожаловал Андрей, он на всякий случай прикрыл глаза ладонями, но после утвердительного ответа девушки убрал руки от лица и объяснил причину, по которой ему понадобилась Аня: — Короче, я отойду часа два, возможно — три, так что ты тут готовься потихоньку, я тебе напишу, в общем, минут за пять до того как приду. Ок? — с былой беззаботностью оповестил он девушку, затем, дождавшись кивка со стороны Анны, ушел из комнаты. Вскоре вслед за ним хлопнула входная дверь.       Аня тяжело вздохнула и без особой охоты поднялась с насиженного теплого местечка на кровати. Нужно было выбрать одежду на вечер, прогладить ее, если нужно, и еще, разумеется, морально подготовиться к тому, что предстояло Анне. Стоило девушке открыть шкаф с одеждой, как издали послышалась еле слышная мелодия, отлично знакомая Лепякиной уже несколько лет. То был саундтрек к одному из немногих любимых сериалов Анны, новую серию. которого девушка просто не могла пропустить. Так что сборы были отложены в долгий ящик, а темноволосая переместилась в гостиную, где и улеглась на диване, незаметно для себя заснув где-то посередине серии…       Проснулась Аня уже когда за окном начало темнеть. Она, в принципе, спала бы и дальше, но кто-то слишком настойчиво трезвонил на ее (?!) мобильник. Анна, устало протерев глаза, поплелась на поиски смартфона, который отыскать, как ни странно, не составило особого труда — он спокойненько себе лежал на кухонном столе, потренькивая из-за входящего вызова от неизвестного номера. — Да? — хриплым голосом сказала девушка, все-таки ответив на звонок. — Аня, твою мать, ты там ваще уже, что ли, во времени потерялась?! — завопили в трубку, отчего Анна поморщилась и, включив громкую связь, чтобы больше не травмировать свои уши, нахмурилась. — Андрей, чего тебе? — В смысле? Ты издеваешься, вот честно скажи?! Ты, случайно так, не забыла, что у нас с тобой сегодня вечером свидание? — недовольно бубнил Симонов, потихоньку все же успокаиваясь.       Темноволосая кинула мимолетный взгляд на время и тут же легонько треснула себя ладонью по лбу — было уже половина седьмого, и теперь Ане оставалось только надеяться на пощаду со стороны Андрея. — Извини, ты сам не предупредил меня, что оставил мой телефон на кухне! — фыркнула девушка, вспомнив знаменитые слова «лучшая защита — это нападение». Из-за чего в трубке повисло минутное молчание. — Ты где? — сдалась все же она. — Скажи, и я подойду туда. — Стою у входа в парк, что у твоего дома, — все еще недовольным голосом ответил парень. — Чтобы через двадцать минут была на месте, а то я тебя убью при встрече! — заявил он, после чего и повесил трубку.       Что ж, времени выбирать наряд не было, оставалось надеть первое замеченное симпатичное платье, кое-как уложить волосы и бежать на встречу, надеясь не опоздать. Так Анна и поступила. Отыскав в недрах гардероба в меру короткое черное платье на тонких бретельках, девушка захватила сумочку, ключи от квартиры, найденные рядом с мобильником, на столе, обула балетки и выскочила из дома.       По дороге нервно поглядывая на время, Лепякина врезалась в некоторых прохожих и, не извиняясь, спешила дальше. Ровно без десяти семь она, тяжело дыша, стояла у входа в тот самый парк, возле которого и должен был находиться Андрей. Проблема заключалась в другом — парня поблизости не наблюдалось. Спустя пять минут Аня даже начала подозревать, что это все — очередная идиотская шутка Симонова, как вдруг кто-то аккуратно дотронулся сзади до ее плеча. Девушка обернулась. — Наконец-то, — закатив глаза, с улыбкой на лице проговорил светловолосый, после чего протянул Анне небольшой букетик цветов. — Ну что, пойдем?